Экстра 25.
Разница всего-то в четыре года, но иногда эти четыре года кажутся непреодолимой пропастью. Может, потому что они познакомились еще в средней школе, или же из-за того, что У Ён выглядит таким наивным. Хотя теперь один уже не первокурсник, а другой не восстановившийся студент, Дохён все равно иногда чувствовал себя воришкой.
А может, причина вовсе в его собственных нечистых мыслях. Каждый раз, когда он испытывал желание к У Ёну, совесть начинала его мучить.
Вот как сейчас.
«Может, еще раз...»
Поцелуй был далеко не коротким, но Дохён все равно ощутил, что он пролетел, как мгновение. Ему совсем не хотелось отрываться, но продолжать в этом месте было не лучшей идеей. Поэтому сейчас, вероятно, стоит остановиться.
Дохён в последний раз прижался к его губам и наконец выпрямился. Едва их губы разомкнулись, У Ён, будто инстинктивно, потянулся за ним, едва заметно высунув голову вперед. Это была одна из тех его невинных привычек, о которых он сам, кажется, даже не догадывался.
– Остальное дома.
Голос Дохёна, с трудом скрывающий охриплость, прозвучал удивительно сдержанно, словно это не он только что терял голову. Он ослабил узел галстука, чтобы стало легче, и заметил, как взгляд У Ёна на мгновение упал на его шею, а затем поспешно отпрянул. Это был еще один невольный жест, отражающий его желание.
Хотя конечно самым откровенным было то как поблескивали его мягкие, красивые губы.
– ...Можно еще раз?
Дохён даже не успел ответить, как сам уже снова потянулся к нему и засыпал его лицо короткими поцелуями. Чмок, чмок, чмок. Один за другим. У Ён сделал такое выражение, будто хотел сказать: «Я не это имел в виду...»
Но возражать он не стал. И только спустя какое-то время мягко произнес:
– Давай дома.
Его лицо пылало румянцем, но улыбка оставалась искренней. Видимо, даже если не удалось получить то, что он хотел, многочисленные поцелуи его вполне устроили. Дохён же уже почти жалел о своем обещании, но виду не подал.
С привычной невозмутимостью он застегнул на У Ёне ремень безопасности, а затем завел машину. То, как У Ён смотрел на него с легким туманом в глазах, Дохён предпочел проигнорировать.
– Ах да, Сон Гю скоро возвращается из армии.
– Когда? – спросил У Ён, теребя ремень.
Дохён, подавив смех, спокойно ответил. Лицо У Ёна сосредоточенно изучало его профиль, будто собираясь найти в нем что-то новое. Это было до того мило, что уголки губ Дохёна начали предательски дрожать.
– Точно не знаю, но сказал, что в этом месяце. Надо будет собраться всем вместе.
– У Гарам нуны получится?
– Придется. Она же «раб».
– ...Она вообще-то аспирант, а не раб, – рассмеялся У Ён.
Тихий смех приятно задел слух Дохёна. Он тоже хотел улыбнуться, но сдержался. Гарам наверняка бы покачала головой и пробурчала что-то вроде: «Неблагодарные щенки».
Всю дорогу до дома У Ён не умолкал, весело рассказывая о своем дне. Что сказал профессор, что он ел на обед, что произошло в комнате клуба и какие собрания его ждут на неделе.
Он всегда выглядел радостным рядом с Дохёном, но сегодня настроение было особенно приподнятым. Голос звучал чуть выше обычного, а руки постоянно теребили ремень безопасности.
– Ён-а, – вдруг произнес Дохён с мягкой улыбкой.
Всего одно слово, но каждый раз, когда он произносил его имя, на языке оставался сладкий привкус.
– Да? – У Ён сразу повернулся к нему.
– Рад, что я за тобой заехал?
– Да.
Ответ прозвучал мгновенно, словно У Ён даже не задумывался. А затем, немного мягче, добавил:
– Очень рад.
Дохён сжал руль до побелевших костяшек. Ну почему же он становится все милее?
Поскольку Дохён совсем недавно окончил университет, он впервые приехал забрать У Ёна после занятий. Расписание У Ёна никогда не подводило, за исключением первых недель после поступления не без помощи самого Дохёна, конечно. Обычно его работа заканчивалась позже, чем лекции, так что раньше такого случая просто не было.
«Надо будет почаще заезжать, когда накопятся дни отпуска».
Но глядя на то, как сильно это радует У Ёна, Дохён решил, что стоит продолжать и в будущем. Даже если они все равно увидятся дома, возможность увидеть У Ёна таким счастливым делала любые неудобства пустяком. У Ён, который так не любил привлекать внимание, был готов бежать через толпу людей, чтобы броситься в его объятия. Разве это не стоило того?
Если честно, Дохён и сам обычно старался избегать такого показного поведения. Он, как и У Ён, не любил быть в центре внимания. Но сегодня он аккуратно поправил ослабленный галстук, даже посмотрел в зеркало машины, чтобы уложить волосы.
Причина? Пара сообщений от Гарам, однокурсницы, ставшей аспиранткой и ассистентом профессора.
Мун Гарам:
«Эй, у У Ёна сейчас просто бешеная популярность».
«Сегодня троих новичков отшил в клубе, прикинь?».
«Среди них даже был один первокурсник, который назвал его милым».
Это было ожидаемо. Дохёна это не удивило. У Ён всегда был популярным, без исключений.
В прошлом году происходило нечто похожее.
Март – сезон, когда на кампус обрушивается волна первокурсников. Стоило У Ёну впервые появиться на клубной ярмарке, как все, кому не лень, начали подавать заявки на вступление. Правда, часть из них отсеялась сразу, даже не сумев корректно заполнить анкету на английском. Другие сдались уже после вступления.
Причина? У У Ёна был Дохён.
Даже будучи занятым на стажировке, Дохён находил время, чтобы периодически навещать У Ёна. Тогда он все еще был студентом, и все прекрасно знали, кто он такой. А еще знали, что он парень У Ёна. Поэтому особо никому не приходилось ставить рамки.
Но в этом году ситуация изменилась.
Первокурсники, поступившие в феврале, не имели ни малейшего представления о Дохёне, который закончил университет. Они знали только У Ёна, милого и доброжелательного старшекурсника. Эти ребята, привыкшие только к экзаменам, не имели никаких оснований догадываться, что у У Ёна уже есть отношения.
Проблема была в том, что за один год в университете все сильно изменилось. Половина знакомых студентов ушли в армию, остальные выпустились. Естественно, тех, кто мог бы напомнить о Дохёне, становилось все меньше.
«Гарам могла бы быть чуть менее занятой».
В такие моменты он скучал по тем временам, когда Гарам была еще студенткой. Она всегда была рядом с У Ёном, защищала его от излишнего внимания, не ради Дохёна, а просто потому, что ей не нравилось, когда кто-то трогал ее дорогого младшего.
«Если она все равно пошла в аспирантуру, могла бы на год задержаться», – думал Дохён, прекрасно понимая, что за подобную мысль Гарам наверняка обозвала бы его сумасшедшим.
Раньше он никогда не задумывался, насколько он ревнив. Но теперь, видя, как люди снова и снова обращают внимание на У Ёна, его охватывало раздражение, словно его внутренности разъедало изнутри.
«Если я нахожу его красивым, то и другие, наверное, тоже...»
Повторяя про себя эту старую фразу, которую когда-то сказал своим друзьям, Дохён украдкой посмотрел на У Ёна. На светофоре машина остановилась, и он смог немного насладиться видом. У Ён, который, кажется, все это время смотрел на него, сразу поймал его взгляд.
– Раз уж мы уже вышли, может, перекусим где-нибудь?
У Ён не любил большие скопления людей, но при этом обожал гулять с Дохёном в оживленных местах. Возможно, потому что мечтал о романтичных свиданиях, как в фильмах, или потому, что с Дохёном ему нравилось абсолютно все.
– Может, зайдем в кафе с тартами? Один из моих коллег рекомендовал его.
Неожиданно У Ён сразу же покачал головой.
– Нет, хочу домой.
– Почему? Приготовить тебе что-нибудь?
– Не в этом дело...
Его длинные ресницы опустились, словно он о чем-то задумался. Левой рукой он стал машинально теребить мочку уха – привычка, которая за эти годы нисколько не изменилась. Пока Дохён, ловя себя на мысли, что хочет прикусить эту мягкую мочку, обдумывал отказ, У Ён выдал нечто еще более очаровательное:
– Мы ведь договорились закончить дома.
Дохён не сдержал тихий смешок. Он изо всех сил пытался сохранить лицо и не выглядеть полным дураком, но в итоге просто прикрыл глаза, чтобы успокоиться и подавить внезапно нахлынувший порыв.
– Ладно, тогда поехали домой.
Он украдкой усмехнулся: «Неужели он всегда такой милый?»
Хотя, конечно, Дохён прекрасно знал, что У Ён так ведет себя только с ним. Однако это не мешало другим людям влюбляться в У Ёна, не догадываясь о его стороне, которую он показывал только Дохёну.
Справедливости ради, сам Дохён тоже пользовался популярностью. Однако он был человеком с выдающимся чутьем и навыками общения. Он знал три десятка способов, как вежливо отказать, не задевая чувств собеседника и не разрушая общую атмосферу. И при этом он умел учитывать чувства У Ёна, так что ни один его отказ не вызывал в нем дискомфорта.
У Ён же был его полной противоположностью. У него плохо получалось выстраивать отношения с людьми: он не умел ни мягко отвергнуть чью-то симпатию, ни правильно ее принять.
Даже когда они начали встречаться, У Ён долго не знал, как вести себя с Дохёном. Он лишь наблюдал за ним, стараясь уловить, что правильно, а что нет. Это было не просто из-за недостатка опыта в отношениях он не понимал, как выстраивать комфортную дистанцию с другими. Он либо полностью открывался людям, либо, наоборот, выстраивал перед ними неприступные стены.
И даже если У Ён замечал, что кто-то питает к нему чувства, он просто не знал, как правильно отказать. Если симпатия была слишком явной, он мог провести четкую черту, но намеки, замаскированные под вежливость, ставили его в тупик.
Дело было не в том, что Дохён не доверял У Ёну. Он просто знал, что в некоторых вещах У Ён все еще неуклюж и неопытен.
________
Если хотите узнавать о выходе глав, то заходите в тгк. Там они выходят гораздо раньше.
Ссылка: https://t.me/willa_phil
Переводчика и редактора можно отблагодарить, кинув копеечку на вот эту карту👇
Номер карты: 2202208117876160 (Людмила).