Глава 67.
Это было то, что вызвало любопытство У Ёна, независимо от того, осознавал он это или нет. Татуировка в виде текста между лопатками, которая, казалось, не соответствовала его аккуратной внешности, проявлялась| всякий раз, когда он двигал плечами.
– В ней нет никакого особого смысла. Просто латынь.
– Латынь?
На лице У Ёна отразилось любопытство, когда он ворочался с боку на бок. Затем он посмотрел прямо на Дохёна и потребовал:
– Я хочу увидеть ее вблизи.
К удивлению, Дохён ответил не сразу. Его слегка нахмуренные брови свидетельствовали о некоторой нерешительности. Он нежно погладил У Ёна по голове и косвенно поинтересовался:
– Ты знаешь латынь?
Хотя он свободно владел английским, латынь была ему не по зубам. Дохён, казалось, почувствовал облегчение, когда
У Ён покачал головой. Он слегка кивнул и отвернулся в сторону.
– Смотри.
У Ён быстро встал и наклонился к Дохёну. Хотя поясница болела, он все еще мог двигаться, в отличие от прежних времен. Опираясь одной рукой на кровать и наклонившись, он первым делом заметил царапины, оставленные ногтями.
Его широкая спина была покрыта царапинами. Хотя не похоже, чтобы там была кровь, тот факт, что все они были нанесены им самим, вызывал беспокойство. Следы слез и мольбы, отчаянно цепляющиеся руки, навевали воспоминания о прошлой ночи.
– ...Это больно?
У Ён провел пальцем по ране.
Поскольку это были царапины от его ногтей, вполне вероятно, что они оставят шрамы. Дохён понял, что имел в виду У Ён, и небрежно ответил:
– Это не больно.
Это была явная ложь. С такими ранами это не могло не причинять боли. Почувствовав мысли У Ёна, Дохён мягко отвел глаза.
– Я, вероятно, оставил больше следов.
Рука Дохёна двинулась вверх по ноге У Ёна. Его пальцы нежно двигались, медленно проводя по внутренней стороне бедра. Когда У Ён удивленно вскрикнул, голос произнес ласковым тоном.
– Все в порядке, так что не волнуйся. Я просто сделал татуировку, вот и все.
У Ён неловко кашлянул со смущенным лицом. Дохён захихикал, отчего шея У Ёна запылала.
Пытаясь сменить тему, У Ён внимательно изучил татуировку. Надпись, выгравированная от плеча до плеча, оставалась непонятной. Он мог прочитать алфавит, но это было не более того.
– Mentula?
Плечо Дохёна дернулось. Он взглянул на У Ёна и замолчал. У Ён спросил,
еще раз обведя татуировку.
– Что это значит?
– Просто...
У Ён инстинктивно понял, что он ему не скажет. Хотя он, кажется, немного колебался, шансы получить правильный ответ, избивая| вокруг да около были невелики.
– Почему? Это плохое слово?
– Что-то такое...
У Ён незаметно взглянул на него, но, как и ожидалось, не получил достойного ответа. Не задавая лишних вопросов, У Ён повторил фразу в уме несколько раз. Увидев У Ёна в таком состоянии, Дохён притянул его к себе.
– Приходи сюда, когда насмотришься.
У Ён беспомощно опустился на кровать и нерешительно поднял глаза. Он не был настолько любопытен, но теперь, когда Дохён скрывал это, он почувствовал себя еще более заинтригованным. Если это похоже на плохие слова, может, это действительно проклятие?
– Когда ты сделал татуировку?
– Давным-давно.
– Как давно?
В ответ на продолжающиеся вопросы Дохён тихонько захихикал. Он погладил У Ёна по щеке и прижался губами к его круглому лбу.
– Тебе действительно так интересно узнать о татуировке?
– Нет.
– Тогда что?
– Мне интересно узнать о учителе.
Учитель, которого знал У Ён, не производил впечатления человека с татуировками на теле. Но почему тогда в его доме были презервативы, а на теле – татуировка? Его лицо выглядело таким же безупречным, как у примерного ученика, но поведение говорило о том, что он ведет не совсем добродетельный образ жизни.
– В школе ты был нарушителем спокойствия, не так ли, сонбэ?
Лицо Дохёна на мгновение оцепенело, и он не смог ничего ответить. Он быстро пришел в себя, поднял бровь и усмехнулся, как бы говоря, что это абсурд.
– В прошлый раз ты сказал, что я плейбой... а теперь называешь меня нарушителем спокойствия?
– ...Плейбой?
Повторив вопрос, У Ён удивленно расширил глаза. Хотя он и считал его плейбоем, но не помнил, чтобы когда-нибудь упоминал об этом. Он заподозрил это только тогда, когда заметил его двойные веки.
– Ну... это не совсем так.
У Ён ответил прямо и зарылся лицом в грудь Дохёна. Когда его дыхание коснулось обнаженной кожи, крепкий торс Дохёна задрожал. Когда он шмыгнул носом, феромоны Дохёна усилились.
«Они говорят, что не останавливают тех, кто приходит, и не ловят тех, кто уходит».
– ...Ну, это в стиле Мун Гарам.
Дохён вздохнул, как бы говоря, что уже знает. Он нежно погладил У Ёна по щеке и пояснил.
– Я был примерным учеником. И я не плейбой.
Это было не самое правдоподобное заявление. Если бы это было во время их занятий с преподавателем, У Ён бы поверил ему без сомнений, но сейчас было трудно смотреть на него чистыми глазами. Пусть он и не был плейбоем, но опыта у него было предостаточно.
– Если хорошо учиться и не попадать в неприятности, каждый может стать примерным учеником. Учителя меня очень любили. – игриво добавил Дохён, взъерошив волосы У Ёна.
Ну, учитывая его нынешнюю университетскую жизнь, она, вероятно, не сильно отличалась от школьной. Он учился в школе с иностранным языком, так что, наверное, был хорошим учеником.
– У тебя есть фотографии, на которых ты в школьной форме?
– Тебе интересно посмотреть?
У Ён энергично кивнул головой. Если это означало, что он сможет увидеть Дохёна в школьной форме, то он был готов на все. Словно предвидя реакцию У Ёна, Дохён уверенно заговорил.
– Если ты будешь называть меня Хён, я тебе покажу.
– Хён.
Дохён неловко высвободился из объятий У Ёна, его лицо окрасилось растерянностью, и он уставился на У Ёна. У Ён с блеском в глазах повторил.
– Дохён Хён.
– Хех.
Дохён издал тихий смешок. Затем, снова обняв У Ёна, он тихонько захихикал.
– Это так просто...
В его тоне прозвучала нотка несправедливости.
– Слабый, я был слабым.
– Это не то, что сказал бы Сонбэ.
– Опять сонбэ?
– Ты не показал мне фотографию.
У Ён запротестовал, обхватив руками талию Дохёна. Назвав его Хёном, Дохён не стал показывать ему фотографию, а просто обнял.
– Я покажу тебе выпускной альбом позже.
У Ён задумчиво кивнул головой. Затем он вдруг резко спросил:
– ...Ты был популярен в школе?
Несмотря на то, что он знал, что это неправильно, внутри у него бурлило любопытство. Он представил себе Дохёна в школьной форме, встречающегося с кем-то другим. Что сделано, то сделано, и размышления о прошлых событиях ничего не изменят.
– Встречаться тоже... Ты, должно быть, много раз пробовал.
Вместо ответа Дохён притянул У Ёна ближе. Почувствовав тепло его объятий и ровный стук сердца, У Ён медленно моргнул, вдыхая аромат феромонов Дохёна.
– Ён-а. Ты встревожен?
Это был правильный ответ, без сомнения. Не найдя подтверждения, У Ён сгорбился. Дохён нежно погладил его стройную спину.
– Что тебя так беспокоит?
– ...Просто...
У Ён тихонько вздохнул, пытаясь отдышаться. Даже слабый запах феромонов не мог успокоить его.
– Есть... разные причины...
Иногда у него случались такие моменты. Внезапный прилив реальности, словно пробуждение ото сна. Все казалось мирным и стабильным, как при ходьбе по спокойным водам, но всегда оставался страх внезапно утонуть.
– ...Я даже не знаю, почему я тебе нравлюсь. Я даже не знаю, как долго я буду тебе нравиться...
После того как он отдал все, осталась лишь неопределенность. От волнения у У Ёна пересохло в горле. Кроме того, эти неприличные эмоции заставляли его чувствовать себя неполноценным, недостойным человеком.
– Даже если это не я, есть много людей, которым ты нравишься!...
Дохён молча гладил У Ёна. Взъерошив его волосы и погладив по спине, он заключил У Ёна в нежные объятия. В конце концов, Дохён заговорил вежливым и нежным тоном.
– Мне никто не нравится, кроме тебя.
Это всегда было так приятно слышать. Неважно, были ли это пустые слова или просто вежливость, но фраза "ты мне нравишься" заставляла его сердце трепетать.
– У меня тоже бывают такие мысли. Я тоже волнуюсь, Ён-а.
Как ни странно, услышав эти слова, У Ён почувствовал облегчение. Несмотря на то, что Дохён не знал, что его тревожит, осознание того, что он не совсем спокоен, несколько успокаивало.
– ...Что тебя так беспокоит, учитель?
У Ён задал вопрос в той же манере, что и Дохён. Ответ прозвучал как всегда спокойно.
– Боюсь, ты разочаруешься во мне. И... боюсь, что я перестану тебе нравиться.
На мгновение У Ён потерял дар речи. Он хотел заверить Дохёна, что не будет разочарован, но слова не шли. Несмотря на бесстрастный тон, в нем чувствовалась искренность.
– ..Я...
Его прервал звук вибрации. У Ён закрыл рот, не в силах закончить фразу. Пинг, пинг, – повторяющиеся вибрации означали вызов, а не сообщение.
– Хах.
Первым отреагировал Дохён. Он коротко вздохнул, крепко обнял У Ёна, а затем отпустил. С сожалением он потянулся к телефону на прикроватной тумбочке.
– Кто это?
У Ён не смог разглядеть номер заонящего. Однако он видел, как лицо Дохёна исказилось от досады. Раздраженно зачесав волосы назад, Дохён поднес телефон к уху.
– Алло?
«Ким Дохён!»
В трубке раздался голос, знакомый Дохёну и У Ёну. Он был чистым и четким, точно голос Гарам. Дохён рефлекторно отстранил телефон чуть подальше и взъерошил волосы.
– Что?
«Ты видел поиск в режиме реального времени? Если нет, быстро проверь. Прямо сейчас».
– Поиск в реальном времени?
Дохён нахмурился, но тут же открыл веб-портал. К счастью, несмотря на треснувший экран, управление телефоном не составило труда. У Ён тоже приподнялся и украдкой заглянул в телефон Дохёна.
«Ты видел это?»
– Он все еще загружается.
«Твой телефон такой медленный».
После небольшой паузы появилась зеленая строка поиска. Дохён нажал на стрелку рядом с ней, чтобы проверить "ключевые слова поиска в реальном времени". Список поисковых запросов с 1-го по 10-е место прокрутился вниз.
«Он появился?»
Между ними воцарилась напряженная тишина. Дохён оставался неподвижным, не в силах что-либо сказать. В таком же состоянии находился и У Ён рядом с ним.
– Это ведь У Ён, верно?
И снова ответа не последовало. У Ён, глубоко вздохнув, уставился на телефон. На первом месте в списке поисковых запросов стояло предложение "Сын Чжису Хян".