Глава 56.
Когда У Ён вышел из ванной, прошло больше времени, чем он предполагал. Не в силах заставить себя встретиться с Дохёном, У Ён не стал возвращаться в клубную комнату, а вышел на улицу. Несмотря на то, что он не связался с Дохёном, похоже, Дохён ожидал, что У Ён уйдет первым, так как он вышел из комнаты с коробкой в руках.
Закончив установку стенда, они вернулись, переодевшись. Повязка на голову выдавалась по принципу "кто хочет, тот и получает", но У Ён не смог перевесить мнение большинства и в итоге получил кролика. Дохён, только что раздавший одежду, куда-то ушел, так что остановить членов клуба было некому.
– Эй, а разве у Квон Сон Гю нет таланта?
Опоздавший Сон Гю неожиданно проявил талант в приготовлении сахарной ваты. Его идеально круглая форма совершенно не походила на те, что делали старшеклассники в клубной комнате. Он держал в руках идеально круглую сахарную вату, его глаза сверкали.
– Если я не смогу найти работу, может быть, я заработаю деньги на этом.
– Первый курс делает весьма обнадеживающие заявления.
Гарам насмешливо хмыкнула, разрушив решимость Сон Гю. На голове Гарам красовались кошачьи ушки, а на голове Сон Гю – ярко-красная лента. Гарам она пришлась по вкусу, а вот Сон Гю, похоже, было не по себе.
– У Ён, хочешь попробовать?"
Услышав голос Сон Гю, У Ён погрузился в раздумья. Дохён все еще не вернулся, и поэтому он глубоко задумался над ситуацией. Если бы Сон Гю не заговорил, он бы так и стоял, как статуя, до возвращения Дохёна.
– Вот, возьми немного.
У Ён взял сладкую вату, но так и не смог избавиться от своих мыслей. Он не ожидал, что, несмотря на сладкую вату, будет чувствовать себя некомфортно до такой степени, что потеряет аппетит. Он все время жалел, что показал себя с такой неприглядной стороны.
Конечно, он никогда не был склонен к сильным желаниям. В молодости он с удовольствием ел сладкое, но и это было лишь способом снять стресс от давления. Естественно, его сексуальное желание было гораздо ниже, чем у типичных омег.
Если привести наглядный пример, то он редко занимался самоудовлетворением, разве что во время течки. Нет, даже во время течки он использовал подавители, так что можно сказать, что самоудовлетворение было редкостью.
Так что фантазировать о Дохёне вот так, потакая мелким прикосновениям, было тем, что обычно не случалось.
– Хаа... Я хочу, чтобы земля поглотила меня.
Знакомый голос раздался рядом с его головой. У Ён выпрямился и повернул голову. Дохён в розовой футболке, которую они выбрали все вместе, приближался к нему.
– О... Когда ты пришел?
– Только что.
Небрежно ответил Дохён, принимая сладкую вату из рук У Ёна. Его ласковый взгляд медленно прошелся с головы до ног. Каждый раз, когда его взгляд встречался со взглядом У Ёна, У Ён вздрагивал, пожимал плечами и наклонял голову.
– Кролик.
Его голос был неоднозначным. Казалось, он был в хорошем настроении, но в то же время чувствовалось, что он сердится. Хотя раньше, в клубной комнате, он говорил, что это мило, сейчас не было похоже, что он особенно доволен.
– Сонбэ сказали мне надеть кроличьи...
«Он что, с ума сошел?» – подумал У Ён, осторожно отстраняясь. Даже если он был в таком состоянии, было бы неудивительно, если бы он расстроился из-за того, что сбежал после поцелуя. Он хотел бы придумать какое-нибудь оправдание, но не мог из-за неловкости.
– ...Что-то не так?
– Нет, все в порядке.
К счастью, Дохён быстро смягчил свое выражение лица и слегка захихикал. Заглянув в нежные глаза Дохёна, У Ён невольно расширил рот.
Улыбка Дохёна, как всегда, была настолько лучезарной, что могла ослепить любого. Хотя сейчас в его улыбке было что-то зловещее.
– Это Сон Гю сделал?
– Да, у Сон Гю получилось очень хорошо.
– Да, он мог бы продавать сладкую вату.
У Ён нервно теребил мочку уха, украдкой поглядывая на него. Ему было стыдно и неловко, но Дохён делал вид, что ничего не замечает, и он мог это терпеть. Зрелый учитель казался достаточно великодушным, чтобы не обращать внимания на влюбленных, ведущих себя как извращенцы.
– Ты пробовал сладкую вату?
– Нет.
У Ён смотрел то на Дохёна, то на сахарную вату. Он отверг идею носить с собой сладкую вату как рекламу, но, увидев Дохёна, изменил свое мнение. Дохён, одетый в розовую футболку и державший в руках розовую сахарную вату, выглядел невероятно круто даже для У Ёна.
Как пастельные тона могут так идеально ему подходить? Дохён всегда носил приглушенные цвета, а У Ён до сих пор не осознавал, что яркие цвета ему тоже идут. Более того, стоя бок о бок, они будут выглядеть как пара, и от этой мысли его сердце затрепетало.
– Вообще-то, я собирался приготовить ее для тебя...
Голос Дохёна прервался, когда он разрывал сахарную вату правой рукой. Пушистая сахарная вата, похожая на облако, рассыпалась на мелкие кусочки. Он приоткрыл рот, предлагая их
У Ёну.
– Вот, а.
У Ён чувствовал на себе взгляды членов клуба. Со слегка раскрасневшимися щеками он попытался откусить кусочек сладкой ваты. Хотя он и хотел взять ее, но чувствовал себя слишком неловко, когда все смотрели на него. Когда он попытался отвернуться, Дохён любезно приподнял уголки рта.
– Может, закончим то, о чем мы говорили раньше?
– Хорошо.
У Ён тут же открыл рот. Дохён, довольный, улыбнулся и протянул У Ёну еще один кусочек сахарной ваты. Когда сахарная вата коснулась его языка, глаза У Ёна расширились, и он посмотрел на Дохёна.
– Вкусно?
Тающая на языке сахарная вата была такой, какой он никогда раньше не пробовал. Он думал, что она просто имеет форму облака, но даже текстура была похожа на облако. Сладость, мягкость и пушистость заставили его почувствовать себя виноватым в том, что он никогда не пробовал ее раньше.
– ...Это восхитительно.
– Хочешь еще?
У Ён с готовностью кивнул, смутившись и гадая, когда это он стал таким неуклюжим. Дохён счастливо улыбнулся, откусив еще один кусочек сладкой ваты.
– Я думал, тебе понравится.
– Почему она такой сладкий? Это потрясающе.
– Она сделана из сахара, поэтому может быть только сладкой. Хочешь еще?
Пока Дохён спрашивал, он уже отрывал очередной кусок сахарной ваты. У Ён с нетерпением ждал следующего кусочка сахарной ваты.
Среди размышлений о том, хорошо ли будет купить домой аппарат для сахарной ваты, и не приведет ли это к набору веса, ведь в ней тоже есть сахар, Дохён теплым тоном высказал свое предложение.
– Хочешь попробовать приготовить его?
Если говорить начистоту, то у У Ёна не было никакого таланта к этому. Дохён с первой же попытки создал неплохую форму (хотя и не такую хорошую, как у Сон Гю). Тем не менее, в итоге У Ён заставил всех в клубе сдаться.
Все, что нужно было сделать, это раскатать его деревянной палочкой, но пушистые пряди прилипали к руке, а не к палочке.
– ...Машина неисправна?
У Ён жаловался на несправедливость, но никто с ним не согласился. Только Дохён отвернулся, едва сдерживая смех.
Гарам неодобрительно покачала головой и выхватила деревянную палку из рук У Ёна.
– У Ён... Нуна обычно так не говорит, но просто купи и съешь это.
Это был аргумент, который У Ён не мог опровергнуть. Он отказался от своего решения купить аппарат для сахарной ваты и посмотрел на свои липкие руки. Дохён, который каким-то образом захватил влажные салфетки, издал щелкающий звук, когда достал одну из них.
– Дай мне свою руку, я вытру ее за тебя.
Тщательно вытирая пальцы, Дохён время от времени смеялся. Он даже пробормотал, что спутанная сахарная вата завораживает, как будто это талант.
У Ён послушно протянул руку, но когда Дохён рассмеялся в третий раз, он неловко заговорил.
– Почему ты не надел повязку, сонбэ?
Это был просто ненужный спор. Внезапно Дохён, на котором ничего не было надето, показался У Ёну жалким.
Дохён выбросил влажные салфетки в мусорное ведро и протянул У Ёну повязку.
– А стоит ли?
Его длинные пальцы неуклюже поглаживал тыльную сторону руки У Ёна. Особенно когда большой палец пощекотал ладонь, он почувствовал странное напряжение, как будто его спина напряглась. У Ён рефлекторно попытался отдернуть руку, но Дохён упрямо держал ее, словно не желая отпускать.
– Ты все время пытаешься убежать, У Ён.
Переплетенные пальцы ощущались отчетливо. Возникло странное ощущение, будто они целуются, а не просто держатся за руки. Феромоны, которые так свободно вытекали, распространялись по коже вдоль соприкасающихся рук.
– Если ты и дальше будешь так убегать, я начну чувствовать себя странно.
У Ён напряг кончики пальцев и надавил на низ живота. Если бы он случайно ослабил напряжение, феромоны хлынули бы потоком. Если бы только он мог контролировать их, как Дохён, но ему никогда не хватало самообладания.
– Я не убегу...
Только после этих слов Дохён отпустил руку У Ёна. У Ён уже был таким же красным, как лента Сон Гю. Он по привычке попытался дотронуться до мочки уха, но не смог, потому что феромоны Дохёна попали на его ладонь.
– Сонбэ! Ты не мог бы мне помочь?
Дохёна быстро окликнул другой член клуба. На лице Дохёна на мгновение появилось выражение сожаления, но оно было слишком коротким, чтобы У Ён смог разглядеть его как следует.
Он ласково погладил У Ёна по затылку, велев ему съесть сладкую вату, и ушел с другим членом клуба.
– Эй, это уже слишком. Мы работаем, а ты говоришь У Ёну есть сладкую вату.
– Но мы ведь еще не закончили подготовку, верно?
– Ну, это правда. У Ён, съешь и это. Теперь из этого даже можно сделать сердечко.
У Ён принял сахарную вату, предложенную Гарам, и успокоил свое колотящееся сердце. В груди было так тесно, что казалось, будто он только что пробежал стометровку. Сквозь туманное зрение он увидел Дохёна, разговаривающего с членом клуба.
– Знамя должно висеть вон там...
Разница в привязанности проявлялась в таких мелочах. Он чувствовал себя так беспокойно, словно не мог ничего сделать, но Дохён оставался спокойным и уравновешенным. Потеря самообладания и чувство тревоги – все эти чувства были его, от начала и до конца.
«Но все равно, все в порядке».
Впрочем, это не имело особого значения. Когда он влюблялся, он не видел ничего другого и давно смирился с этой разницей в чувствах.
Когда он услышал от Дохёна, что он ему нравится, и когда они решили встречаться. Он решил, что его устроит только такой уровень отношений.
«Не стоит просить о большем».
Дохён говорил ему приятные слова и совершал поступки, но на этом все и заканчивалось. Он не мог с уверенностью сказать, почему Дохён ему нравится и насколько он ему нравится.
В отношениях с учителем У Ён никогда не мог быть на равных.