Глава 13.
Шапка загораживала ему обзор, обнажая хорошо очерченные губы. В том, как мерцала сигарета, было что-то неуловимо провокационное. У Ён медленно открыл рот, не сводя глаз с красноватых губ.
– Ну, если у тебя есть... – сказал он.
В воздухе витал слабый аромат феромонов. Это был не запах Дохёна, а запах сигареты, которую он курил. Искусственно созданная имитация феромонов не могла сравниться с тем, что исходило от него самого.
– У тебя есть желание?
У Ён спросил Дохёна, подняв на него глаза. Дохён поднял руку с шапки и положил сигарету между указательным и средним пальцами. Дым, вырвавшийся наружу, рассеялся в воздухе.
– Ну, и о чем же мне попросить?
Казалось, что для Дохёна подойдет все, что угодно. Выполнить поручение – хорошо, поручить ему хлопотное дело – хорошо, даже попросить денег – хорошо.
А вот кто удивился, так это остальные.
– Старший, ты действительно загадываешь желание?
– Ты, нахальный ублюдок, дай ему выпить и попроси выполнить поручение.
– Хен, я не думал, что ты такой...
Под шквалом критики Дохён неловко прикурил сигарету. Видя, что даже он сам смеется, казалось, что все это просто шутка. Дохён отбросил окурок на стену и взъерошил волосы Сон Гю.
– Ты должен был сказать это старшему Джинсану.
Сон Гю ничего не мог сказать. Удивительно, но он молчал, хотя его не было рядом. Остальные младшие тоже склонили головы, а Гарам, прикуривая сигарету, вздохнула.
– Если ты будешь говорить такие вещи, люди заметят.
Дохён молча пожал плечами. Его взгляд прошел мимо У Ёна, как бы задевая его. Гарам затянулась сигаретой и выдохнула в небо.
– Это поговорка, чтобы свое мнение. Если ты не хочешь пить, то не пей. Если ты ведешь себя как пенсионер и угрожаешь выложить все в интернет, то какой в этом смысл? В какую эпоху мы живем, чтобы заниматься такими вещами? Как только этот парень попадет в общество, он перестанет быть кем-то.
Закончив свои слова, Гарам, не задумываясь, крикнула "Ким Джинсан, ты придурок". Это прозвучало достаточно громко, чтобы люди, курившие в других местах, обернулись. Конечно, никто не последовал ее примеру.
– Ну... Новичку трудно остановить его в такой ситуации.
– Этот парень говорил о себе свысока, а теперь пытается отступить.
Гарам без колебаний преградила путь Дохёну. Дохён уклонился в сторону, словно привык к этому, и откинул волосы назад. Все еще влажные волосы были уложены, открывая лоб.
– Не нужно заставлять себя пить то, что тебе не хочется.
У Ён подумал, что эти слова были обращены к нему. А еще ему показалось, что у Дохёна плохое настроение. Его нежные глаза и аккуратно подведенные брови были слегка наклонены.
– В обществе будет много подобных случаев, зачем же делать это в колледже?
– Хен...
Сон Гю раскинул руки с сердитым выражением лица. Дохён, чувствуя, что в любой момент может оказаться в объятиях, сделал шаг назад. Остальные младшие, казалось, растрогались, но Гарам была в ярости.
– Эй, я сказала то же самое. Почему реакция разная?
– Нуна...
– Слишком поздно, сопляк.
У Ён почувствовал облегчение от того, что Дохён надел шапку за него. Его лицо горело, и он был уверен, что его выражение лица должно быть странным. Естественно, он подумал, что неплохо было бы выразить благодарность, но если бы он открыл рот, казалось, что его эмоции выплеснулись бы наружу.
– В любом случае, я выпью весь алкоголь, который принесет У Ён, позже.
Ворчание Гарам осталось неуслышанным. То, что, попав в общество, он окажется в положении, когда никто не предложит ему выпить, не имело особого значения. Главное, что Дохён заботился о нем.
– Нуна, а как же я!
– Ты собираешься выпить и мой?
– Вы, ребята, выживаете сами по себе.
– Вау, посмотрите, как быстро переобулась.
У Ён бросил взгляд на Дохёна и судорожно сжал руку в кармане. Другая рука привычно почесала его за ухом. Как ему удается так круто просить? В горле все время зудело.
* * *
– Я больше не могу пить, фу.
Гарам прикрыла рот рукой и низко поклонилась. Аккуратно собранные волосы теперь были растрепаны. Она выглядела почти как призрак на экране телевизора, и У Ён инстинктивно отступил назад.
– Эй, кто-то, отведите ее в комнату проигравших.
Один из второкурсников тут же поддержал Гарам. Она так сильно раскачивалась, что это было практически бесполезно. Однако, когда второкурсник уводил ее, Гарам потянулась к У Ёну.
– Я позабочусь об этом ребенке... Тьфу.
– Фу, Онни! Не вырви!
Прошло уже два часа с начала этой попойки. Играющие собрались в гостиной, а остальные сидели за кухонным столом. У Ён хотел сесть за стол, но в итоге оказался в гостиной вслед за новыми учениками. И первой жертвой стала Гарам.
– Почему она так ненавидит, когда ее называют "Нуна"...?
Сон Гю, наблюдая за позорным уходом Гарам, спросил у У Ёна. У Ён не мог заставить себя возразить и избегал зрительного контакта. Когда он сделал на редкость извиняющееся лицо, Сон Гю легонько почесал ему щеку.
– Сегодня я буду темным рыцарем Сон У Ёна.
У Гарам была своя короткая история о том, как она стала такой. Смело объявив себя рыцарем, Гарам села рядом с У Ёном, чтобы сдержать слово.
По случайному совпадению, вернувшийся студент сидел напротив них, и они затеяли необычную игру с выпивкой, одновременно участвуя в странной драке.
– У Ён попался!
– Нуна, хочешь, я выпью за тебя?
– Принесите все мне. Сегодня он не выпьет ни капли.
Гарам радостно вскрикивала, опуская каждый бокал. Скрещенные ноги и наклоненная талия делали ее похожей на генерала. Однако не прошло и нескольких минут, как он позорно пал.
– У Ён снова попался?
– Будет ли старшая Гарам пить и в этот раз?
– ...Принеси его. Я сдержу свое слово, даже если мне придется его выплюнуть.
Способности У Ёна к обучению были близки к нулю. Скажите ему одну вещь, и он сможет запомнить только половину. А если сказать ему две вещи, то он и вовсе забудет, чему его учили раньше. Еще хуже то, что Гарам, не скрывая намерения вернувшегося ученика нацелиться на У Ёна, приняла на себя всю тяжесть последствий.
– Чем тебе будет обязан У Ён?
Когда она выпила более двух бутылок спиртного, старший с озабоченным выражением лица обеспокоенно спросил. По тому, с какой искренностью она объявила себя рыцарем, она была похожа на должника, взявшего кредит. Гарам подняла затуманенные глаза и решительным голосом ответила.
– Я попрошу тебя называть меня "Нуна".
– ...У меня болит голова, поэтому я не могу этого сделать.
У Ён не хотел, чтобы так получилось. Ему не было неприятно называть ее "Нуна", но ему было трудно адаптироваться, ведь он впервые участвовал в игре, и нужно было запомнить множество правил.
– Ну же, теперь, когда Мун Гарам пала, настала очередь У Ёна пить, верно?
Вернувшийся ученик был в восторге от мысли, что нарушителя спокойствия больше нет. Все уже были наполовину пьяны, так что остановить его было некому. Игра началась снова, и, как и ожидалось, У Ён был пойман.
– Ты в порядке?
– Я в порядке.
Под обеспокоенным взглядом Сон Гю У Ён пригубил соджу. Пиво он уже пробовал, а вот соджу – впервые, и его вкус оказался неплохим. То, что У Ён пил без колебаний, порадовало вернувшегося студента, и он зааплодировал.
– Ты хорошо пьешь! Должно быть, было обидно не иметь возможности пить из-за Мун Гарам, да?
Игра с выпивкой продолжилась, и снова был выбран У Ён. Сон Гю считал талантом способность У Ёна попадаться даже после того, как он сам начал игру. У Ён снова молча выпил спиртное.
– Ну же, это снова У Ён!
Один стакан, два стакана. Стаканы постепенно подходили к краю. Конечно, не только У Ён пил. Время от времени Сон Гю играл роль рыцаря, да и другие тоже были втянуты в игру. Однако весомость участия У Ёна была непомерно высока.
– Эй, Сон У Ён, ты говорил, что не можешь пить, но у тебя так хорошо получается.
Вернувшийся студент тоже, похоже, протрезвел. Единственными трезвенниками были Сон Гю, который отлично справлялся с игрой в выпивку, и прямолинейный У Ён. Сон Гю не мог сдержать восторга, наблюдая, как растет количество выпитого У Ёном.
– Ты действительно в порядке?
– Я сказал, что все в порядке.
Внешне У Ён выглядел хорошо. Его лицо было бледным, даже бледнее, чем обычно, и он быстро отвечал. Однако в его глазах была легкая затуманенность.
– Пойдемте, пора перекусить!
Со словами вернувшегося студента игра в выпивку возобновилась. На этот раз это была игра в образы. В номинации "человек, который, кажется, хорошо живет дома" У Ён был признан человеком, которому хорошо живется, а в номинации "человек, который, наверное, больше всех веселился в старшей школе" большинство указало на него.
– Нам все еще нужно играть в игры с выпивкой?
Дохён вышел в гостиную как раз вовремя. Он сел на свободное место Гарам и принес пустой бумажный стаканчик. Когда сильно опьяневшие люди спросили его, собирается ли он играть в игру, он решительно отказался и налил себе выпить.
– Где Мун Гарам... и кто попался на этот раз?
– Это я.
У Ён смотрел на соджу с круглым лицом. На его резкий ответ Дохён озадаченно наклонил голову. У Ён, чувствуя себя несправедливо обвиненным, жалобным голосом попросил Дохёна внимательно посмотреть на него.
– Он сказал, что мне, возможно, придется потусоваться с ним.
– ...Игра с картинками?
Головы кивали в знак согласия. Дохён с неопределенным выражением лица поставил спиртовку в центр. Затем он незаметно попросил понимания у вернувшегося ученика.
– Можно мне это выпить?
– Зачем тебе?
– ...Хорошо.
В одно мгновение У Ён выхватил бумажный стаканчик у Дохёна и, не раздумывая, выпил напиток. Вернувшийся студент захихикал как будто он этого ожидал.
– Ты хорошо пьешь. У тебя все хорошо с тех пор, как...
– Старший, пожалуйста, остановись.
Сон Гю с выражением досады на лице сдерживал его. С появлением Дохёна он начал понемногу набираться смелости. Вздохнув, Сон Гю заговорил более решительно.
– У Ён чувствует себя некомфортно из-за этого.
– ...Нет, серьезно, какого черта все шумят, когда я просто сижу здесь? У Ён, скажи. Тебе неудобно?
У Ён поставил бумажный стаканчик на пол с ничего не выражающим лицом. Несмотря на то, что он выпил так много, его лицо оставалось бледным и аккуратным. Он медленно моргнул и ответил изящным тоном.
– Нет, я не испытываю дискомфорта.
– Видите, он в порядке...
– Это не дискомфорт, а раздражение.
Собравшаяся вокруг группа остановила свои движения. Дохён, стоявший неподалеку, был исключением. Под сосредоточенными взглядами У Ён посмотрел прямо на вернувшегося студента.
– Успокойся немного, серьезно. Если я сижу тихо, это не значит, что со мной можно шутить.