Ценный Товар

- Катцуки-кун, что то случилось?

Спросила девушка приобнимая парня за руку

- Тебя это волновать не должно

Огрызнулся блондин, рубиновыми глазами прожигая школьную форму, впереди идущего брюнета. Нет, что то в нем было не так. В нем не было той частички, которая была в НЕМ. Глаза судорожно выискивали именно те волосы. Постоянно запутанные, кудрявые, всегда до идиотского растрёпанные и чистые, которые так и хотелось повырывать. Лишь от вида его мерзкого лица, усыпанного множеством веснушек, широкой белоснежной улыбки, огромных глаз, воротило. Выворачивало наизнанку и хотелось блевать, но он умер. Он упал с крыши, впал в кому, а после умер. Он видел как его бледное словно мел, тело помещали в деревянную коробку, а сверху много-много цветов. Орхидеи и розы. Они все были красные, словно кровь. Такого количевства орхидей, Катцуки не видел никогда в жизни. Его заставили попрощаться с трупом. Что за чертовщина? Нахрена. И пожелав, чтобы Мидория горел в аду, Бакуго с победной ухмылкой отошёл. После эту деревянную коробку закопали, а они ушли. Все ушли, и начался дождь. Символично, не правда ли? Ведь ему и дела нет, до усопших.

- Ну, Катцуки-кун, я же твоя девушка. Уже как три месяца.

Да. Три месяца. Они начали встречаться буквально с того дня, когда Мидория совершил самоубийство, скинувшись с крыши. Он еще вспоминает тот самый день, с мурашками по спине.

***

- Стой, урод, ты что рехнулся?!

Бакуго скривился, и кинулся к Мидории. Если он сдохнет, все прознают про его проделки. Все узнают о том что он за человек. С рыком он потянулся за уже падающим брюнетом, протягивая руку. Но Катцуки не успел. Он наблюдал за всем этим, будто с замедленной съёмки. Он падал медленно, восхитительно, но на его лице был ужас и испуг. Почему он напуган? Что то с груди защемило, и Бакуго подался немного вперёд, с надеждой словить неудачника и полного урода. Но замедленная съёмка прошла так же быстро, как и началась. Мидория упал, расстекаясь кровавым ошметком по школьной плитке. Блондин скривился из-за такого, не самого благоприятного зрелища. Он наблюдал как тело безпречудного неудачника, дергалось в предсмертных конвульсиях. Рука была неестественно вывернута. Явно сломана. Про ногу он вообще молчит, на неё было страшно смотреть. Ударив кулаком по ограде (П.А. — которая почему то никого не останавливает) Катцуки выдохнул, сквозь стиснутые зубы.

- Эгоист.

Тцыкнул блондин засовывая руки в карманы. Его вообще не волновала гибель этого недоноска. Его больше волновало то что об его деяниях пронюхают. Да и что с этого? Че он парится? Ведь все так живут? С постоянно орущими матерями. Не самыми благоприятными родными и родственниками. С постоянными унижениями и подкалываниями со стороны семьи. С избиениями от тех же родителей. Ведь мир жесток, а такие как Мидория выжить на этой лестнице не могут. Такие немощи полные слабаки. Он тоже таким был. Вот из-за чего на него срывается мать. Потому что был неудачником.
Он пнул книгу, вылетевшую из рюкзака Мидории и та раскрывшись, тоже упала с крыши, падая рядом с все еще тёплым телом, медленно окрашиваясь в цвет крови.

- Бакуго..что делать будем?

- Что делать? Ничего. Мы не виноваты, никто не прознает. Не ссы. Я об этом позабочусь.

Светлые брови сдвинулись к переносице. И вправду никто не знает об этом. А точнее не посмеет рассказать полиции.
Вот он спокойно идёт по коридору, закинув руки за голову, как ни в чем не бывало. Другой покусывает костяшку на руке, другой рукой поглаживая левое крыло. Третий, брюнет, шёл нервно оглядываясь по сторонам. Девушки смотрели на идущую троицу, а брюнет обливался холодным потом. Ему казалось что все знали. Все знали что именно их проделки, посодействовали такому решению Деку. Сбоку начали о чем то энергично перешептываться, а после побежали во двор школы. Где сейчас лежит труп неудачника. Бакуго зашёл в мужской туалет, где немного подрагивая сидел парень, сжимая русые волосы. Его очки, с толстыми линзами, немного съехали с крючковатого носа. Его взгляд быстро метнулся на зашедших одноклассников и он вздрогнул.

- В-вы..

- Мы

Усмехнулся Катцуки, отдавая своеобразную команду чтобы закрыли дверь и та с хлопком закрылась. Теперь он отсюда не выйдет, пока они не разрешат.

- Вы монстры...

Прохрипел парень, поправляя очки на носу, дрожащими руками. Он был невероятно напуган случившимся. А ведь Мидория был таким добрым мальчиком...почему из итра уходят самые добрые люди?

- Так ты все таки видел..а я думал мне показалась, промелькнувшая тень.

Ухмылка медленно расплывалась на устах, но Катцуки резко изменился в лице.

- Только попробуй открыть свой поганый рот. Только попробуй кому то рассказать об этом инциденте или вся школа узнает о твоих похождениях, продажная шлюха.

Парня передёрнуло.

- О-откуда ты?..

- Уяснил? Или мне повторить? Конченная ш-л-ю-х-а.

Расстянув последнее слово, Бакуго вышел, а за ним и его дружки, на последок вылив питьевую воду брюнету на брюки. Забрав свои сумки они вышли с учебного заведения, заходя на задний двор. Катцуки мимолётным взглядом уловил, как на каталке завозили труп в машину скорой помощи. На плитке была кровь. Много, практически чёрной крови, которая кляксой расстекалась по белёсой плитке. Рядом стояли напуганные школьники, а некоторые и вовсе падали в обморок. Жалкие отродья.
Один раз в неделю его заставляли ходить в больницу. И каждый раз он наблюдал Мидорию, лежащего в коме, под множеством противно пикающих устройств. Они давили на уши, поэтому Бакуго просто смотрел на него, потом гордо уходя. Он не подавал признаков жизни, кроме как размеренного дыхания, и слабого биения сердца. Возле кушетки постоянно сидела Инко. Мать Мидории. Из-за постоянного надзора за сыном, под её большими глазами, появились синяки от недосыпа. А вскоре он умер. Его сердце остановилось. Он больше не дышал. А блондину легче от этого не стало. Не стало его груши, на которой он мог выплеснуть все раздражение и гнев, из-за его матери. Больше не будет такой. Мидория был особенным.

928 слов. Извините что так мало, просто я на отдыхе (((
Вскоре я выпущу большую главу. Обещаю. 😗 А пока что есть. Еще раз спасибо, удачи 🤧🥺