глава 12
Джен, обняв свою дочь, словно хрупкую драгоценность, одарила её нежным поцелуем в макушку. Маленькая Оливия уткнулась в шею матери, словно ища там спасение от пережитых волнений. Люмиса наблюдала за этой сценой, чувствуя, как внутри нее поднимается сложная смесь эмоций – нежность, легкая зависть и неясная тревога.
— как пгуляли? и спасибо, что присмотрела за ней
голос Джен был ровным, но в нем чувствовалась едва уловимая нотка напряжения. Её глаза, обычно лучистые и теплые, сейчас казались немного отстраненными.
—ливии было весело,
мягко ответила Люмиса, стараясь скрыть волнение, которое начинало охватывать ее. Она понимала, что прогулка сложилась не идеально, и это отразилось на настроении девочки.
Джен слегка наклонила голову, внимательно изучая лицо Люмисы.
— весело? она выглядит немного расстроенной. Что-то случилось?
люмиса вздохнула.
– просто... небольшой инцидент в парке. Ничего серьезного. Да и качели были заняты, а потом... немного поссорились с другими детьми
она опустила взгляд, чувствуя себя виноватой
— я должна была лучше проследить
— ты не должна винить себя,
джен сделала шаг вперед, и в ее глазах появилось сочувствие.
— дети есть дети. Но в следующий раз, может быть, стоит выбирать места поспокойнее. Оливия очень чувствительная.
Люмиса подняла глаза, и их взгляды встретились. В глазах Джен она увидела не только заботу о дочери, но и что-то еще – невысказанное опасение, возможно, даже упрек.
— я понимаю
тихо ответила Люмиса, чувствуя, как в горле встает ком
— я постараюсь быть внимательнее.
неловкая пауза повисла между ними, заполненная лишь тихим шелестом листьев в саду. Казалось, время замерло, и каждая из них пыталась найти нужные слова, чтобы заполнить образовавшуюся пропасть.
— знаешь
начала Джен, нарушая тишину,
— я хотела с тобой поговорить. О нас... о тебе и Оливии.
она слегка запнулась, словно подбирая слова.
— я ценю твою любовь к ней, Люмиса. Правда. Но иногда мне кажется, что ты... слишком сильно стараешься. Слишком много подарков, слишком много внимания. Она еще маленькая, и ей нужно, прежде всего, материнское тепло
слова Джен были словно ледяной душ. Люмиса почувствовала, как краска отливает от лица.
— я ... я просто хотела порадовать ее,
прошептала она, чувствуя, как в глазах собираются слезы.
— я знаю,
Джен вздохнула и положила руку на плечо Люмисы
— я не хочу тебя обидеть. Просто хочу, чтобы ты понимала. Оливии нужна ты, не как вторая мама, а как любящая тетя. Тетя, которая будет рядом, поддержит и направит, но не будет пытаться заменить родителей
Люмиса кивнула, с трудом сдерживая слезы. Слова Джен были болезненными, но в них была правда. Она действительно старалась изо всех сил, чтобы заполнить пустоту в жизни Оливии, возможно, даже не осознавая, что тем самым причиняет боль Джен.
— я поняла
наконец сказала Люмиса, вытирая слезы тыльной стороной ладони.
— я постараюсь. Обещаю.
джен улыбнулась, и в ее глазах снова появился теплый свет
— я знаю, что ты сможешь. Ты замечательная тетя, Люмиса. Просто будь собой
она снова обняла Оливию и направилась к её комнате , Люмиса осталась стоять в коридоре чувствуя, как на ее плечи ложится тяжесть осознания.
******
— я улетаю обратно в Японию через неделю
выпалила люмиса, помешивая ложкой свой кофе.Солнце запаливало комнату, где они завтракали , окарашивая парижские крышы в золотистые тона. Казалось, это идеальный момент, но слова Люмисы повисли в воздухе, словно тяжелый камень.
джен отложила свой круассан, брови ее нахмурились.
— что? так скоро? я думала, ты останешься хотя бы на пару недель...
в ее голосе звучало явное разочарование.
Люмиса вздохнула
— я бы с удовольствием, Джен. Здесь чудесно, и мне так хорошо с тобой. Но меня ждет мама в Японии, хотя бы на пару дней съезжу к ней в Осаку и обратно в Токио . А ещё свадьба Юми, моей лучшей подруги. Я просто не могу пропустить это. И работа, конечно...
Джен подперла подбородок рукой.
— я всё понимаю. Но все равно грустно. Мы так редко видимся.
— я знаю,
Люмиса коснулась ее руки.
— мы обязательно должны придумать что-то, чтобы видеться чаще. Может, ты приедешь ко мне в Японию? Или мы вместе встретимся где-нибудь в Европе?
разговор перетек в обсуждение будущих поездок и планов, но в голове Люмисы клубились совсем другие мысли. Почему-то, между обсуждением авиабилетов и бронированием отелей, в ее сознании отчетливо всплыло его лицо.
Санзу.
его имя отдавало горечью на языке, словно давно просроченный шоколад. Он не был ни ее бывшим, ни уж тем более любимым человеком. Он был... ошибкой. Опасной, обжигающей ошибкой, которую она упорно пыталась забыть.
как объяснить этот парадокс? он был частью страшного, темного мира, которого она всегда старалась избегать. Убивал людей, был частью опасной организации, и все, что было связано с ним, несло лишь боль.
она вспоминала, как впервые увидела его. Его взгляд, пронзительный и холодный, словно лед. Потом были прикосновения, обжигающие ее кожу, словно клеймо. Нападение, которое закончилось ее… добровольным подчинением. Поцелуй, украденный и отвратительный. Она позволила ему это. Она сама отдалась ему.
стыд. Этот всепоглощающий, липкий стыд преследовал ее повсюду. Она была образованной, независимой женщиной, но в присутствии Санзу она словно превращалась в безвольную куклу.
неужели она настолько слаба? или в ней скрыта темная сторона, жаждущая этого опасного влечения?
внутренний монолог прервался, когда Люмиса заметила обеспокоенное выражение лица Джен. Она явно почувствовала перемену в настроении сестры.
— люмиса? с тобой все в порядке? ты какая-то задумчивая.
джен наклонилась вперед, пристально глядя ей в глаза.
— что случилось?
Люмиса попыталась выдавить улыбку, но она получилась натянутой и неестественной.
— все хорошо, Джен. Просто устала немного
Но Джен не поверила. Она знала свою кузину слишком хорошо.
— не обманывай меня. Я вижу, что что-то тебя гложет. Да я вообще-то недавно проснулась дурочка
ее голос был мягким, но настойчивым
— рассказывай
люмиса замерла. Как ей рассказать? Как объяснить, что ее мысли заняты человеком, который причинил ей столько боли, что она сама ненавидит себя за то, что не может его забыть? как признаться, что ее мучает не просто воспоминание, а какое-то болезненное, необъяснимое влечение?
она глубоко вздохнула, готовясь открыть Джен правду, хотя бы ее часть. Но вдруг зазвонил ее телефон. Это был рабочий звонок, и она, схватившись за эту возможность, поспешно ответила, благодарная за неожиданную передышку.
разговор, конечно, можно отложить. Но как долго она сможет скрывать правду от Джен и от себя самой? Ответ на этот вопрос Люмиса не знала. Но знала одно: мысли о Санзу продолжали преследовать ее, словно тени, и она чувствовала, что ей срочно нужно что-то с этим делать, прежде чем они поглотят ее окончательно.
*********
санзу сидел в кресле, словно высеченный из камня. Ни единого движения, лишь пристальный взгляд, направленный в никуда. Его взгляд, как обычно, был холодным и пустым он летал где-то в облаках.Рядом, на диване, Маки щебетала о предстоящей свадьбе, выбирала цветы, обсуждала детали с организаторами по телефону. Его присутствие здесь было формальностью, долгом перед другом, но душа его витала где-то далеко, в лабиринтах прошлого, в поисках призрачной тени, ускользающей из памяти.
в комнату вошла Юми.Любимая невеста Майки, лучезарная, словно летнее солнце. Она подошла к дивану, одарила жениха нежным поцелуем в щеку и присела рядом.
— зравствуй, Санзу,
её голос был мягким, мелодичным.
— рада тебя видеть
за все это время она успела со всеми познакомиться, но Санзу никогда не смотрел на неё и не интересовался ею.Хотя это наоборот нравилось, он был спокоен, в отличие от некоторых, которые просто допрашивали её. Спрашивая, как они познакомились с майки и как он в неё влюбился.
Санзу ж кивнул в ответ, не отрывая взгляда от бокала с виски, который он вертел в руках.
Юми, не смущаясь его холодностью, продолжила разговор с Майки, обсуждая свадебные приготовления. Санзу слушал вполуха, погруженный в собственные мысли. Пока что-то не зацепило его сознание, словно тихий звон колокольчика. Что-то знакомое...
он медленно поднял голову и вперил взгляд в лицо Юми. В свете люстры ее черты стали отчетливее, и в голове Санзу вспыхнула яркая, болезненная искра.
та самая официантка.
девушка, нашедшая его флешку несколько месяцев назад. Он знал, что она может снять хоть что-то люмисе.
— ты…
начал Санзу, его голос прозвучал резко, словно удар хлыста
— ты работала официанткой в том ресторане …не ты ли нашла мою флешку?
Юми вздрогнула от неожиданного вопроса, в ее глазах промелькнула тень узнавания.
– да...
тихо ответила она, опуская взгляд
— это была я
кровь яростно запульсировала в висках Санзу. Он подался вперед, нависая над девушкой
— люмиса,
прорычал он, выплевывая имя, словно яд. — ты знаешь, где она? где Люмиса?
юми отшатнулась, инстинктивно ища защиты у Майки.
— что... что ты имеешь в виду? ты знаком с моей подругой?
в ее голосе звучала растерянность.
— это не твое дело!!
огрызнулся Санзу.
— отвечай! где она?
Майки, до этого молча наблюдавший за происходящим, наконец поднялся с дивана. В его глазах плескалось возмущение.
– эй, Санзу! что за манеры? нормально разговаривай с моей невестой!я понял, что она для тебя важна, но успокойся
он встал между Санзу и Юми, преграждая ему путь.
Санзу проигнорировал его. Его взгляд был прикован к Юми, он словно пытался вырвать правду из ее души.
— говори! где Люмиса?
он повторил свой вопрос, его голос был наполнен отчаянием.
Майки схватил Санзу за плечо, пытаясь оттащить его назад.
— я сказал, оставь Юми в покое и успокойся! Ты ведешь себя как идиот!
в глазах Санзу вспыхнул гнев. Он резко оттолкнул Майки, и тот от неожиданности отступил на несколько шагов.
— ты ничего не понимаешь!
прошипел Санзу
— это важно. Жизненно важно.
Юми, пользуясь моментом, попыталась объяснить
— люмиса… она уехала. К своей сестре во Францию. Она должна скоро вернуться.
майки обрушил кулак на лицо Санзу с неожиданной силой. Удар выбил дух, во рту появился привкус крови, но в глазах Санзу отразилось нечто большее, чем просто шок. Растерянность быстро сменилась каким-то странным, почти болезненным удовлетворением. Он словно ждал этого, жаждал подтверждения, и сейчас, получив его в такой жестокой форме, почувствовал… облегчение?
Санзу рухнул на пол, как подкошенный. Боль была реальной, но она отступала на второй план перед навязчивой мыслью. Все плыло перед глазами, но в сознании уже пробивался свет, надежда.
— теперь...
шептал он, сплевывая кровь,
— теперь я увижу ее… увижу её..
Санзу медленно поднялся с пола, ощущая отголоски удара, но его разум был уже далеко, где-то во Франции, рядом с Люмисой. Слова Юми эхом отдавались в его голове
Улыбка, застывшая на его лице, была почти неземной, словно свет пробился сквозь многолетнюю тьму. Впервые за долгое время он чувствовал не леденящий страх, а робкую надежду.
— извиняй, Юми,
пробормотал Санзу, все еще находясь в полутрансе. Он видел раздражение в глазах Майки, но это было неважно. Ничто не могло омрачить предвкушение скорой встречи.
Майки вздохнуи
— Иты после этого говоришь, что умеешь себя контролировать?"
проворчал он, потирая виски.
– просто..
Санзу запнулся, не находя слов. Как объяснить Маки этот ураган эмоций, бушующий внутри?
— забудь.. извини.. не сдержался..
Майки махнул рукой.
— просто запомни, что я говорил. Держи себя в руках. Я не хочу, чтобы ты наломал дров до того, как женишься.
жениться? он, чья жизнь была сплетена из теней и крови, должен стать мужем, отцом, главой семьи? как можно воздвигнуть хрупкий мир домашнего очага на фундаменте из насилия и обмана?
вопросы роились в сознании, словно потревоженные осы. Сможет ли он когда-нибудь освободиться от бремени совершенных преступлений? Заслужит ли право на счастье, на тихую гавань в бушующем море своей души?
в голове всплыл образ Люмисы.
сомнения терзали сердце, словно острые когти. Была ли его тяга к Люмисе любовью, или лишь одержимостью, желанием найти спасение в ее чистоте и свете? может ли он предложить ей что-то, кроме вечной тревоги и страха?
но где-то в глубине души мерцала надежда. А что, если Люмиса – его судьба? что, если именно она – тот компас, который укажет ему путь к искуплению и поможет построить тот мир, о котором он так отчаянно мечтал? рискнуть? отпустить прошлое и довериться будущему, которое, возможно, ждет его в ее объятиях?
Санзу кивнул, понимая, что Майки прав.
выйдя из комнаты, Санзу вдохнул свежий воздух. Вечернее небо над Токио казалось сегодня особенно красивым, усыпанным мерцающими звездами. Он поднял голову, словно пытаясь дотянуться до них. Франция... Люмиса... Эти слова кружились в его голове, как заклинание.