тень сомнений
Огненно-красный закат окрашивал небо над Грин Хиллз в багровые тона. Шедоу, изможденный и бледный даже для своего обычно мрачного облика, сидел на крыше разрушенного здания. Его обычно идеально гладкие черные иголки торчали в разные стороны, словно взъерошенные от сильного ветра. Даже его фирменные красные ботинки казались менее яркими, словно потускневшими от времени. Он чувствовал себя разбитым, словно сломанный механизм, — и это чувство было гораздо глубже, чем обычная усталость после очередной миссии.
Последние несколько недель он испытывал странную слабость, резкую потерю аппетита и постоянные головные боли. Сначала он списал это на стресс, на бесконечную череду сражений с Эггманом и его армией роботов. Но симптомы усиливались, становились все более настойчивыми и тревожными. Его контроль над хаосом, обычно безупречный, стал непостоянным, бывали моменты, когда энергия словно уходила из него, оставляя пустоту.
В конце концов, он обратился к доктору Стиллу, известному своей репутацией лучшего врача в Грин Хиллз, специализировавшегося на биокибернетике. Доктор Стилл, женщина с суровым, но добрым взглядом и седыми волосами, тщательно обследовала его. Результаты анализов крови были шокирующими, даже для опытного врача.
— Шедоу, — сказала она тихо, её голос был полон сочувствия и глубокой печали. — Я не хочу тебя пугать, но... у тебя рак. Злокачественная опухоль.
Протокол 77, строгий регламент его жизни, сработал как защитный механизм, приглушая эмоциональную реакцию. Шедоу чувствовал холодный удар в груди, но поверхностно все оставалось спокойным. Его лицо не дрогнуло. Он лишь спросил, голосом, лишенным эмоций:
— Прогноз?
Доктор Стилл, знавшая о его невероятной выносливости, решила быть откровенной.
— Это серьезно, Шедоу. Опухоль быстро растет. Но мы будем бороться. Мы найдем способ… Даже если это будет очень трудно.
В тиши кабинета, освещенном лишь тусклой настольной лампой, осталась лишь тишина, прерываемая лишь тихим биением сердца Шедоу. Его обычно холодная и отстраненная натура столкнулась с самым страшным врагом, и на этот раз это был не Эггман, а бессердечная, непредсказуемая сила, названная раком. Битва за жизнь только начиналась.