Глава 8. Сильван
Покуда не совсем прекрасная на тот момент Аэлин гостила в соседнем королевстве, а Намади пыталась освоить навыки стрельбы из лука при помощи книг, обратим-ка мы взор в сторону самой умной принцессы.
Горничная Туивар чувствовала себя, как на курорте: второй день подряд ей было разрешено спать до обеда.
Принцесса наметила на сегодняшний день обучение письму и чтению. Если она проведет два занятия, каждое по часу, она сможет вернуться в замок к обеду. Это поможет избежать лишних вопросов.
На этот раз было решено нанять возничего (уж больно путь был далекий, а ног у принцессы всего одна пара). Услышав, куда нужно ехать, возница присвистнул:
- У вас денег-то таких нет, чтобы расплатиться со мной!
Наемница бросила ему пару золотых.
С недоверием глядя на монеты, возница попробовал их на зуб, и только после этого тронулся в путь.
- Эй, уважаемый! Сударь! Чай, не дрова везете, полегче там! - принцесса старалась сдержаться, но после очередного подскока ее прорвало.
- Если он не перестанет, в ход пойдет мой левый натренированный! - Туивар пыталась припомнить уроки своего наставника по противомужеборствам Нияса, заморского придворного. Чтобы бестолку перестать злиться на возницу, который будто нарочно пытался попасть в каждую ямину на дороге назло ей, принцесса решила любоваться пейзажем.
- Какая же все-таки здесь красота и благодать! Прямо, как в строках:
"Ты знаешь край, где мирт и лавр растет,
Глубок и чист лазурный неба свод,
Цветет лимон и апельсин златой
Как жар горит под зеленью густой?.."
Что же там было дальше... Не помню, хоть убей.
Она решила, что впредь будет добираться до поселенцев только пешком. Надо приучать ноги к долгим прогулкам так же, как когда-то приучила их к высоким каблукам.
Фрейлина принцессе досталась крайне молчаливая. И хотя в другое время это порадовало бы Туивар, сейчас ей хотелось поговорить. Но наемница привыкла держать язык за зубами, а кулаки наготове.
С повозки девушки сошли в доброй миле от лесных жителей. На всякий случай. Простолюдинки не могли бы себе позволить извозчика.
- Луч просвещения в наше мракобесие! Даже глазам больно от этого света! - Сильван, притворно щурясь, встречал учительницу.
- Это ведь вы изволили избавить детей от оков темного невежества. Не жалуйтесь.
Гордой поступью прошла Туивар мимо и зашла в самую большую хижину в поселении - школу. Дети, около трех дюжин, сидели на полу с широко раскрытыми глазами и жаждой знаний.
Когда спустя три часа в хижину зашел Сильван с вопросом, не увлеклись ли они, принцесса обернулась к нему с сияющими глазами.
- И правда... Дети, увидимся с вами завтра!
Сильван подождал, пока они останутся вдвоем.
- Они не безнадежны?
- В отличие от вас, нет.
- Мы не обсудили ваше жалованье.
- Откуда у вас средства? Грабите богатых?
- Я мог оскорбиться уже дважды. Нет, мы продаем овощи и изделия из глины на рынке. Мы не стеснены в средствах. Скромная жизнь - это наш выбор.
Туивар взглянула на лесного принца, и юноше показалось, что в этом взгляде, наконец, не было ничего враждебного.
- И? Ваше жалованье. Сколько вы хотите?
- Нисколько.
- Позвольте, как же?... Вы тратите время...
- Я впервые не просто трачу время, а занимаюсь настоящим делом.
Спохватившись, что говорит совсем не то, что соответствует ее легенде простолюдинки, она поспешно вышла из хижины и, отозвав фрейлину от какого-то лесного ловеласа, отправилась в обратный путь.
Сильван и в этот раз провожал их, соблюдая дистанцию. Спустя какое-то время, в месте, где тропинка делала небольшой крюк из-за поваленного грозой дерева, перед двумя путницами появился человек.
- Долго же вас ждать пришлось, на... Кем будете? Шпионки лесных отшельников?
Меж пальцев он вертел золотую монету... Принцесса сглотнула подступивший к горлу ком, но попыталась скрыть страх.
- Мы из тех, кто знаком с мылом и щеткой, - твердо проговорила она.
Человек и правда был грязный и неотесанный, но раззадоривать его вряд ли стоило. Он присвистнул:
- Говорливые какие, на. Да не по делу. Этот убеждает нас, что не знает ничего о своих пассажирках.
Тут из тени вышли еще двое, толкая перед собой извозчика, который упал лицом вперед, не в силах удержаться на ногах. Он был избит так, что принцесса вздрогнула. Только услышав ржание лошади, она заметила, что в кустах стоит повозка.
- Дамы, уверен, вы по-хорошему отдадите нам остальное золото. Даже, на?
Фрейлина, одним резвым движением бросившись вперед, вырвала кинжал из ножен вожака. Двое других тут же набросились на нее, но тут в дело вступил Сильван. Хия! Хия! Тыдыж-ж-жк в стиле великого бойца всех времен и всех земель Ван Дамма... Уже через пару минут все трое разбойников лежали на земле без сознания.
- Где вы научились так драться? - Сильван удивленно воззрился на наемницу.
- Ее... старший брат учил. Лучше ответьте, кто дал вам право следить за нами!
- Это благодарность за спасение?!
- Мы и сами бы управились! - сердито выкрикнула Туивар и тут, зацепившись каблуком за корягу, полетела вперед, прямиком к лесному принцу в объятия.
- Я впечатлен, - рассмеялся он. - Да без меня вы бы закончили, как этот бедолага.
Сильван ногой перевернул возницу, и тот простонал что-то невнятное.
- Жив. Это хорошо. Я довезу вас до ворот королевства. Дальше сами. Потом вернусь и займусь этими.
Сильван нашел в повозке веревку, ею связал разбойников, после закинул возницу на заднее сиденье.
Сам сел вперед и взялся за вожжи.
Сзади могла уместиться только одна из девушек. Фрейлина, видимо, решила, что из двух зол хуже возница, и взобралась назад, к нему. Велеть ей сесть вперед уже не было возможности, ведь в глазах Сильвана они обе равны. Туивар подобрала юбки и, с ненавистью взглянув на каблук-предатель своих зеленых туфелек, забралась к лесному принцу.
Они тронулись в путь. То ли от быстрой езды, то ли от пережитой опасности, то ли отчего-то еще, сердце принцессы билось в двадцать семь раз быстрее обычного.
Засыпая в этот день, Туивар повторяла в голове строчки стихотворения:
"Ты знаешь край, где мирт и лавр растет,
Глубок и чист лазурный неба свод,
Цветет лимон и апельсин златой
Как жар горит под зеленью густой?..
Ты был ли там? Туда, туда с тобой
Хотела б я укрыться, милый мой..."*
*Перевод Тютчевым Ф.И. песни Миньоны из романа И.В. Гёте «Ученические годы Вильгельма Мейстера» (ч. 3, гл. 1).