Глава 15
Замок «Разбитые Сердца», ночь.
— Добро пожаловать в замок Разбитых Сердец, Сульпиция. Надеюсь, тебе здесь понравится, — пропел Повелитель, открывая перед ней тяжёлую дверь.
Перед ними открылась дверь, и они вошли внутрь. Там было очень тепло, видимо грели камины, в лицо ударил жар. В центре была широкая лестница, ведущая наверх, все было покрыто золотом. У девушки создавалось такое впечатление, что она в замке у короля. Такой роскоши позавидовал бы замок в Вольтере. Она впитывала глазами обстановку, стараясь запомнить все прелестные детали убранства. Справа от входа была большая гостиная, в ней никого не было.
А где все? — спросила вампирша мысленно и посмотрела на Аро.
Отдав мантию слуге, Аро следом за Сульпицией прошёл в гостиную. Поймав её
восхищённый взгляд, он ухмыльнулся.
— Я рад, что тебе нравится! — он взглянул на девушку, — Тебе, наверное, интересно, где твои спутники, милая? Не беспокойся, Рената позаботится о них, они в безопасности.
Но как бы там ни было, она была здесь и она в гостях. Неторопливо зайдя внутрь, она провела рукой по дорогой ткани мебели. Здесь душно и я вся промокла. Сульпи, словно удовлетворившись ответом Повелителя, немного расслабилась и, наконец, отдала свою промокшую верхнюю одежду слуге, уже несколько минут ходившему за ней по пятам. Теперь она осталась лишь в своей привычной одежде, в которой привыкла путешествовать. На ней были стеганые брюки, заправленные в высокие сапоги на каблуках, талия затянута в тугой корсет, поверх льняной рубашки. А на плечах был короткий камзол, из плотной ткани красного оттенка с золотыми нитями.
— А что за название — Разбитые сердца?... У него есть своя история? — повернувшись к Владыке, робко спросила она. Боже, почему все девушки падки на романтику. Я хочу её, а она думает о какой-то легенде. Он окинул стройную фигурку девушки внимательным взглядом, едва скрывая вожделение. Облизнув пересохшие губы, вампир сглотнул ядовитую слюну, и произнёс про себя: Успокойся Аро, всему своё время!
— Ну, ты располагайся, — улыбнулся он, жестом указывая девушке, на аттаманку у камина.
— Благодарю, — с улыбкой ответила Сульпиция.
Она следила за вампиром, не выпуская его из поля зрения. Он загадочно улыбался и, пройдя мимо девушки, подошел к окну:
— Да, есть легенда, связанная с этим замком, и это не очень весёлая история, точнее совсем не весёлая, — Владыка отошёл к окну и посмотрел в темноту ночи, стоит ли рассказывать Сульпиции эту историю, сейчас? Поймёт ли она глубинный смысл? Ведь мои чувства для неё ничего не значат, важны ли ей вообще хоть какие-то чувства? Он внимательно посмотрел на девушку и продолжил.
— Я хотела бы услышать ее, позвольте, — возразила вампирша, — в нашей жизни не так много историй со счастливым концом? Ее грустный взгляд, адресованный Аро, не был враждебным, скорее полным разочарования в жизни, несмотря на то, что она была еще так молода.
Она устроилась удобнее и приготовилась слушать:
— Несколько веков назад в Баварии жили два человека славившихся на всю округу. Один — священник Суинтон, прославился своим честным именем и все в округе почитали его и его потомков. Ну, а другой — Ревенсвуд... Его считали колдуном и боялись его волшебства, только ленивый не проклинал его и его близких. У Суинтона была дочь — Люси, она была нежна и прекрасна, как ты, Сульпиция, — лукаво улыбнулся Повелитель и продолжал. Льстец... Вампирша улыбнулась и опустила глаза.
— А у Ревенсвуда, как не банально это звучит, был сын — Рональд, он был прекрасным воином, и славился своими победами не только над врагом, но и над женщинами. Зная о его успехе на любовном фронте, священник боялся, что обаяние юноши не оставит равнодушной Люси. Чтобы предотвратить их встречу, он проложил между деревней и домом Ревенсвуда ручей. И запретил колдуну и его родственникам переступать эту границу под страхом сожжения на костре, за колдовство. Но, для любви нет преград, Сульпиция. Она страшнее любого проклятья. Молодые люди встретились вопреки всем препятствиям, на том самом перепутье у ручья. Люси, конечно, сначала испугалась, узнав, что влюблена в сына Ревенсвуда, но... Рональд смог убедить её в искренности своих чувств. Они каждый день встречались у ручья, и не было конца их нежным признаниям и поцелуям. Им было предначертано свыше соединить сердца. Речь Аро была плавной и успокаивающей, он был замечательным рассказчиком, словно это не Рональд добивался любви у Люси, а он сам. Будто он сам пережил эти события и испытал все эти бедствия.
Сульпи обратила внимание на эту часть истории. Это вправду похоже на Аро и мен.... Нет, я все выдумала. Эта романтическая чушь оседает у меня в мозгах, как пыль. Но она не могла бороться с тем семенем, которое он уже посеял в ее душу, оно разрасталось с немыслимой скоростью. Его щупальца обхватили ее разум, и вселили в него чудовищные, по ее мнению, мысли: эта легенда о них самих. Вот только я не верю, что Аро может любить, он охотник за сердцами, за их количеством, но не за одним, которое он сможет любить вечно. Сама того не замечая, она рассматривала Повелителя, не как врага, а как мужчину. Сейчас, в полумраке комнаты, которую освещали лишь несколько свечей, он выглядел еще более таинственным, чем когда он был в Вольтере, на троне Владыки. Он стоял в пол оборота к ней, но лицо мужчины было действительно красивым. В нем было все — и правильные черты, и морщинки от привычной полуулыбки. В эти мгновения в нем было столько умиротворения, спокойствия, уверенности в себе и в завтрашнем дне, что он вызывал восхищение. А вампир тем временем продолжал:
— .... Они решили убедить родителей прекратить вражду и примириться ради них, своих детей. Но священник Суинтон наотрез отказался и запер дочь в замке. Тогда Рональд решил украсть свою любимую из отчего дома и привести в свой, своими руками построенный замок. Именно Рональд Ревенсвуд построил «Разбитые Сердца», один, для своей возлюбленной. Но когда Рональд явился за Люси в дом священника, его и на порог не пустили, сказав, что она умерла от лихорадки. Рональд не поверил и, бесцеремонно обшарил весь дом, но так и не нашёл девушку, которую заранее вывели через чёрный ход. Молодой Ревенсвуд ушёл ни с чем, а Люси сказали, будто он забыл про неё, женился и уехал навсегда из Баварии. Рональда больше никто никогда не видел, он исчез на подходе к «Разбитым сердцам». Ревенсвуд долго горевал о единственном и любимом сыне. Однажды, он прокрался в сад Суинтона и увидел грустную и бледную как полотно Люси. Да, болезненную, но живую, в отличие от его сына. Представившись бедным странником, он спросил у девушки, почему она так печальна, и она рассказала старцу о безграничной любви, которую она испытывала к Рональду, и его предательстве. Тогда старик Ревенсвуд взял девушку за руку и привёл её к замку, воздвигнутому любовью Рональда. Девушка долго любовалась этим превосходным творением любимого. Она приходила в замок каждый день. Ей казалось, что душа Рональда обитает в замке. В один прекрасный день Люси не вернулась домой. Священник кинулся на поиски дочери, но всё оказалось напрасно. Ревенсвуд исчез из Баварии, а Суинтон умер вскоре после пропажи дочери. Местные жители считают, что замок проклят, что в нём до сих пор обитают души несчастных Люси и Рональда, а их разбитые сердца истёкшие кровью, до сих пор стучат в унисон. И если прислушаться, то можно услышать их биение.
Когда он закончил, повисла недолгая тишина. Оба прислушались, а вдруг и вправду услышат их сердцебиение? Сульпиция была под сильным впечатлением и не хотела терять эту атмосферу, которую Аро создал своим рассказом. Костер потрескивал, заглушая шаги вампира. Аро вновь обернулся к Сульпиции.
— Но ты ведь не боишься призраков, дорогая? — Владыка подошёл к Сульпи и присел рядом. Он провёл пальцами по её лицу, поворачивая девушку за подбородок, и заставляя смотреть ему в глаза. Ее переполняли чувства, легенда растрогала молодую и сентиментальную Сульпи, ослабив ее защиту.
— Ну, а теперь, может, поговорим о том, что интересует меня? О твоём долге! — он лукаво улыбнулся, — я думаю, плата за жизнь ... стоит того, — Он нежно коснулся губами её нижней губы. Она решила не портить момент и не стала отталкивать от себя Аро.
— Я хочу тебя, Сульпиция, — его рука скользнула по её талии, туго затянутой в корсет, — это и будет твоя плата. Будь моей, и мы в расчете.
Его язык скользнул в её рот, и Повелитель стал страстно целовать девушку. Чёрт, она же ещё ничего не ответила. Аро медленно прервал поцелуй и взглянул на Сульпицию, затуманенным от страсти взглядом. Сульпиция отдалась поцелую без остатка, не слыша, что он говорит ей. Сквозь полуприкрытые ресницы она видела, что Аро ждет от нее ответа:
— Ну, что, ты согласна, дорогая?
— О чем ты, Аро? — еле слышно прошептала Сульпиция. Что он спрашивал? Как я могла пропустить его вопрос? Сульпиция посмотрела на Повелителя. Он полулежал на ней, обняв ее за талию. А она была раскрыта для его объятий и принимала его ласки, как положено. Господи, что я делаю? Она, наконец, стала понимать, в чем дело.
Она так наивна, что ничего не поняла?! Ты же явно хочешь меня, к чему эти игры, Сульпи? Снова ужас в глазах. Устойчивая мысль, что совершает самую большую ошибку в своей жизни. Когда чуть не переспала с Гаспаром, ты не задумывалась об этом, дорогая. Но не стоит бередить старые раны.
— Ты предлагаешь мне отплатить тебе долг честью? — хрипловатым голосом поинтересовалась Сульпи, — да как ты мог вообще о таком подумать??? Ты же честный... Нет, я погорячилась, но надо попробовать воззвать к его благородному Я. Ты благородный, ты же спас меня там, когда меня чуть не разорвал оборотень. Или ты спас меня, чтобы самому погубить?
Владыка отстранился от девушки, давая ей мнимую свободу.
— С тех пор как ты появилась в клане, с тех пор как я впервые увидел тебя, Сульпиция. С тех пор, как безумно влюблён в тебя моя глупая девочка! Я только об этом и мог думать, — пропел Аро, — Я предлагаю тебе незабываемую ночь любви, а ты уже в который раз отказываешь. Что я должен думать, Сульпиция? Я вижу тебя насквозь и никак не могу понять, чего же ты хочешь на самом деле. Думаешь одно, а говоришь совсем другое.
Хотелось врезать ему за такие слова, но она не могла упасть так низко. Дура, надо было контролировать свои мысли. Нет, я ухожу и точка! Девушка встала, на мгновение Аро показалось, что она готова расцарапать ему лицо. Тигрица, мысленно промурлыкал он.
— Я немедленно ухожу отсюда. Не буду я с тобой находится под одной крышей. Я разочарована в тебе, Аро. Еще несколько минут назад ты возвысился в моих глазах, но теперь... Прощай!
Эти слова как ушат холодной воды окатили Повелителя.
— Хватит, Сульпиция, — он лёгким движением заключил её в объятия, — хватит обманывать меня и себя тоже! Ты никуда не пойдёшь! Я — Аро Вольтури, Повелитель вампиров, и я решил взять с тебя должок! Значит так и будет, я знаю, что ты этого хочешь не меньше чем я.
То, что она услышала, звучало не как просьба, а скорее как констатация свершившегося факта. Повелитель сказал, Повелитель сделал! Подхватив её на руки, он взмыл по лестнице вверх, не переставая осыпать поцелуями лицо и шею девушки.
— Я так не могу... Я так не могу, Аро! — повторяла она, держась из последних сил, — ты заставляешь меня отступить от своих принципов... Ее руки пытались слабо сопротивляться его ласкам, но выходило очень слабо. Ладони дрожали от возбуждения и блуждали по широкой груди Аро.
Перед дверью своей спальни он поставил её на пол, продолжая удерживать под локоть. Когда вампир поставил ее на ноги, она чуть не упала. Куда он привел меня?
— Проходи, дорогая, — открыв перед Сульпи дверь, Вольтури легонько шлепнул ее ниже спину, подталкивая её в комнату.
Вампирша сделала несколько шагов в темную комнату, не обращая внимания на руки Владыки, все еще лежащие на ее попке. Владыка чувствовал, что Сульпиция испытывает смешанное чувство желание и стыда. Его спальня была такой же прекрасной, как и все в этом замке. Обстановка заставила Сульпицию открыть рот от удивления.
Кровать, возле стены была огромной даже для двоих. Там смело бы уместился весь клан Вольтури, со всеми слугами. Сульпиция осторожно делала меленькие шаги внутрь, все еще надеясь сбежать от коварного Аро. Он имеет право требовать любую цену за мое спасение. Это верно, но вот, что я буду делать с этим потом, как я смогу нормально жить, после этой ночи? Если бы вампирша могла покраснеть, то она был бы давно цвета пурпура. Его прикосновения вызвали жар во всем ее теле. И сколько бы она не твердила ему вслух, что он ей противен, умом она понимала, что это не так. И что она действительно хочет, чтобы он ее целовал и делал с ней все, что захочет его темная душа.
Она думала о чём-то своём, и он не хотел читать её мысли сейчас. Она должна научиться доверять мне и сама рассказывать правду, а не врать и увиливать в надежде, что я прочту всё в лабиринтах её запутанных дум.
Девушка развернулась к нему лицом и посмотрела из-под опущенных ресниц:
— Мне страшно...
Аро приподнял указательным пальцем подбородок Сульпи, и, заглянув в её глубокие алые глаза, нежно поцеловал её в уголки губ. Сульпиция тяжело вздохнула и почувствовала, как ее тело обретает легкость. Хотелось вскружить, взлететь, только не стоять на месте, или лучше упасть в его руки.
— Чего ты так боишься, Сульпиция? Неужели, всё ещё думаешь, что я в состоянии причинить тебе боль или обидеть тебя? — его глаза заблестели от боли, она не доверяет мне, даже теперь, когда я спас ей жизнь, когда намекнул о своих чувствах в этой романтической легенде. Сульпи была готова наступить на горло своей гордости и согласиться с Повелителем. Но когда он сказал слово «боль», что-то надломилось в ней.
— Что мне сделать, чтобы ты поверила мне, Сульпи? — его голос с лёгкой хрипотцой, обволакивал девушку, и уносил на лёгких волнах в мир грёз.
— Ничего, Аро... Просто... — внутри Сульпи шла ожесточенная борьба с самой собой. Что выбрать, оттолкнуть его или же поверить ему? Я не сомневаюсь, что он сможет удивить меня, но смогу ли я ощутить то же... Она перевела взгляд на комнату, свечи мерцали под потолком, их блики с трудом освещали двух вампиров, стоящих в обнимку, в центре комнаты. Девушка услышала, как Аро сделал вдох. Боже, если я сейчас не приму решение, то дальше я не смогу остановить его, мы перейдем эту черту, и возврата не будет...
Повелитель обнял вампиршу за талию и крепче прижал к себе, вдыхая сладкий аромат её тела. Наверное, это самый счастливый момент за всё моё существование. Я первый и единственный, кто будет обладать этой восхитительной девушкой. Ей вдруг так хотелось упасть в обморок и отключиться от этого всего, чтобы подумать и решить не на скорую руку. Владыка обнял ее за талии и его пальцы стали медленно расшнуровывать ее корсет под камзолом. Она хотела его остановить, но он лишь ускорил темп.
— Ничего не бойся, Сульпи, — промурлыкал он, прикусывая острыми клыками нежную мочку её ушка, — я буду очень осторожен. Обещаю, тебе понравится.
Не сомневаюсь, Повелитель... — ответила она мысленно. Его губы так быстро двигались по ее телу, что она не успевала следить, где он сейчас находится. Вот он посасывал ее мочку, легонько прикусив, а теперь он бродит по ее шее, разгрызая ее рубашку до самой груди, пытаясь найти затвердевший от возбуждения сосок.
Его тонкие пальцы умелыми движениями расшнуровывали корсет, освобождая её от лишней одежды.
— Если бы ты знала, как я соскучился по тебе за эти полгода, Сульпиция! — шептал он, — Я считал каждую секунду до встречи с тобой, любимая.
Любимая... Услышав это слово, она подумала, что он всем так говорит в момент близости. На что я готова пойти ради того, чтобы хотя бы в одну ночь стать для кого-то любимой?.. Владыка горько пожалел о произнесённом вслух признании. Услышав, как он назвал её любимой, Сульпи не поверила в его искренность. Её мысли, которые он так старался блокировать, с бешеной скоростью пронеслись у него в голове:
На все!.. Так пусть же он любит меня сегодня. Здесь... Сейчас... И до рассвета.
Она обхватила его голову руками, удерживая у своей груди, и прижалась к нему всем телом, давая согласие на любовь.
Нет, я не буду обращать внимания на её недоверие, до рассвета я докажу ей, что она для меня единственная.
— Сульпи, доверься мне, дорогая, — сладко прошептал Повелитель, — теперь у нас всё будет хорошо.
Девушка кивнула и дала стянуть с себя камзол, Аро отбросил его на пол. Сульпи как ребенок прижалась к его широкому телу, помогая мужчине с мудреными деталями ее гардероба на спине. Девушка коснулась губами его теплой груди, ей захотелось ощутить его кожу на вкус, почувствовать его. Кожа пахла хвоей и морозом. Он впитал в себя запахи леса.... Ее губы слегка касались его, поднимаясь выше, откидывая назад его густые волосы. Она казалась такой хрупкой, словно была сделана из фарфора. Аро боялся причинить ей вред слишком резкими действиями. С другими женщинами он всегда был дерзок и напорист, он упивался своей властью над ними. Сульпиция значила для него гораздо больше, чем все они вместе взятые. Его тонкие пальцы касались её белоснежной кожи, она как маленькая девочка прижималась к нему всем телом. Сульпи прижала голову вампира к своей груди, не давая ему отстраниться. Он взял её за плечи и тихонько встряхнув, заставил посмотреть на него.
— Сульпиция, посмотри на меня, — ласковым голосом попросил он. Она оторвалась от него и подняла голову вверх. Его алые глаза сверкали как рубины, переливаясь искорками.
— Не торопись, любимая, это наша первая ночь и, я хочу, чтобы ты запомнила её на всю жизнь. Надеюсь так, и будет, эту нашу единственную ночь я запомню на всю жизнь.... Сохраню ее в своей бессмертной памяти, именно тебе я отдаю свою невинность, Аро....
Повелитель снял с Сульпи корсет и рубашку и залюбовался прекрасной упругой грудью девушки. Она была обращена молодой девушкой, когда ее красота была в самом расцвете. Сульпи навсегда останется спелой вишней, сорванной в своём цветение.
Как же долго я ждал этого момента, когда смогу прикоснуться к ней, когда смогу обладать ей безоговорочно. Он нежно притянул её к себе за шею и впился страстным поцелуем в её сладкие губы. Руки Аро блуждали по обнажённой спине и рукам девушки, он старался запомнить каждую деталь, каждый сантиметр её тела. Аро снова и снова целовал ее в губы, упиваясь их незабываемым вкусом. Она уже стала привыкать к его манере целовать ее: он играл ее губами, слегка покусывая. Это так заводило ее, она готова была наброситься на Аро, после таких поцелуев, словно голодная кошка. Он украл у меня мой первый раз, и он за это ответит, — подумала Сульпиция.
Тонкие пальцы вампира скользнули по мраморной груди Сульпи, он склонился к ней и стал покусывать и посасывать её затвердевшие от возбуждения соски. Вампирша ахнула от этого дивного ощущения. Ноги подкосились, не в силах удерживать ее равновесие. Рука Аро потянулась к пряжке ремня девушки. Сульпиция обомлела, по телу пробежали мурашки. Не сдержавшись, она схватила вампира за волосы и потянула от себя, стараясь уменьшить его ласки, дабы сдержать себя и не закричать. Аро, боже, я еще до сих пор одета, а что же будет дальше?.. — Мысленно спросила она Владыку, понимая, что он все прочтет в ее мыслях.
Властным, но нежным движением он притянул её к себе, сокращая расстояние между их раскалёнными страстью телами. Даже сквозь одежду она ощущала его желание, он был готов к взятию ее крепости. А вот она...
Нехотя оторвавшись от груди Сульпиции, Владыка хрипло прошептал:
— Ты не хочешь помочь мне раздеться?
Она улыбнулась и сделала шаг назад от мужчины, чтобы разорвать с ним связь. Сульпиция прикрыла руками грудь. О, Боги, её стыдливость заводит меня ещё больше. Через мгновенье, когда она была уже за его спиной, тонкие руки легли на плечи, сжав в ладонях его упругие мышцы. Ее дыхание сбивалось от предвкушения их близости. Вампирша поднялась на цыпочки и положила подбородок ему на плечо.
— Конечно, помогу, мой Повелитель... — с придыханием ответила Сульпи.
Руки новорожденной переместились ниже под руки Аро и дотронулись до оголенной груди Владыки, она ласкала его руками. Сульпиция провела руками по его разгорячённому телу и, рванув рубашку, разорвала её пополам.
Аро был раздет по пояс, как и она. Теперь мы на равных.
— А ты горячая штучка, милая, — глухо рассмеялся Повелитель. И, подхватив её на руки, усадил на кровать. Его тело горело, он словно печь отдавал свое тепло Сульпиции. Наверное, ты навсегда останешься для меня загадкой, любимая. Усевшись на краешек кровати, девушка оперлась руками назад, приготовившись наблюдать за мужчиной и его действиями. Чем дольше он тянул с прелюдией, тем больше ей хотелось оттянуть момент их сближения. Он умеет играть с женщинами, теперь я понимаю, почему меня упрекали в отсутствии интереса к этому вампиру, он ненасытен в любовных играх.
Если бы не тот факт, что он признался, что безумно хочет ее, то Сульпи подумала бы, что он собирался мучить ее поцелуями целую вечность. Поправив её мягкие блестящие локоны, сбившиеся на лицо, Аро очертил пальцами контур её лица. Присев перед Сульпи, он лёгким поцелуем коснулся её губ, затем подбородка, шеи... его дразнящие поцелуи спускались всё ниже и ниже. Повелитель дразнил вампиршу, потому что прекрасно знал, какое действие оказывают на неё его поцелуи. Пришла пора отплатить за все твои отказы, малышка, подумал Вольтури и довольно хмыкнул.
Быстрым движением, стянув с Сульпиции сапоги, он вновь добрался до её ремня.
Ему это нравится или он хочет помучить меня? — гадала она, глядя, как ее промокшие сапоги слетают с ног. Аро так не терпелось снять с нее всю одежду, что он подбирался к ее брюкам с особым рвением. Господи, спаси меня от глупостей... Надеюсь....Губы осыпали поцелуями всё тело любимой, а пальцы ловко сорвали ремень вместе с брюками. Теперь она была полностью обнажена перед Владыкой. Такой беззащитной Аро никогда ещё не видел эту маленькую бестию. Он взял её за руку и рывком притянул к себе. Холодное тело вампира обдало жаром от соприкосновения с обнажённой плотью Сульпи. Левая рука Владыки легла чуть ниже поясницы девушки, и он ещё крепче прижал её к себе. Горррячий... Мне кажется, что и моя кожа вот-вот сгорит от огня, сжигающего изнутри. Голова закружилась, руки Владыки вновь пустились в пляс и стали ласкать ее бедра.
— Я хочу тебя, — хрипло прошептал Древнейший, покрывая жадными поцелуями плечи и грудь Сульпи. Тогда как руки Владыки ласкали бёдра и попку девушки. Я вижу это Повелитель, — глаза Сульпи опустились ниже, — это самое очевидное доказательство Вашего желания.
Голыми стопами она встала на его сапоги, чтобы быть чуть ближе к его лицу. Тонкие руки обвили его шею. Сульпи прошептала у самого уха Аро:
— Я знаю, — тело дрожало от желания, но признаться ему вслух она не могла. Рука опустилась медленно к одежде мужчины, которая обтягивала его ноги, и, просочившись сквозь тесную ткань, острые коготки впились в его мягкую кожу, заставляя его помнить о ее присутствии. Я тоже могу заставить тебя биться в экстазе, Аро. Но пока я этого не хочу, сегодня твоя очередь, ты сам этого хотел... Сегодня? Неужели я уже смотрю в такое далекое будущее? А что, у нас будет еще и завтра? Нет, только сегодня! О другом я не хочу и думать.
— А ты, Сульпи? Ты скучала по мне, любимая? Хочешь ли ты меня так же, как я тебя? — Аро отступил на несколько шагов от вампирши, — я не стану читать твои мысли, сейчас, хочу услышать ответ из твоих уст.
Вампир отпустил ее и отошел. Наверное, хочет не только услышать, но и увидеть мой ответ. Он невероятно проницателен, и поймет, если я ему совру, даже не касаясь моей кожи. Сульпи повернулась спиной к мужчине и, нарочито покачивая бедрами, подошла к кровати и запрыгнула на нее, сминая красиво сложенные простыни. Она улеглась на живот, лицом к Аро и стала покачивать согнутыми в коленях ногами. Сульпиция дразнила Повелителя своим поведением. Снова строит из себя недотрогу и гордячку, а это значит, что она до сих пор не верит в мою искренность. Что ж Сульпи, ты хочешь, чтобы я был чудовищем, я им стану для тебя.
Закатив глаза, она стала считать:
— Ну, во-первых, ты меня заманил обманом в это место, — она подмигнула ему, — во-вторых, ты рассказал мне очень трогательную историю замка. Да, а что потом? — она «удивленно» заморгала.
— О.... стоп, да ты же соблазнил меня и сейчас пытаешься совратить в самой губительной форме! — девушка резко встала и подошла к мужчине, — Но, ты еще не заработал свое право обладать мной! И что ты там не говори, про долг за жизнь, ты не приложил ни каплю усилий, чтобы завоевать мое сердце!
— Ты считаешь, что у меня нет на тебя никаких прав, Сульпиция?! Ошибаешься, любовь моя, — его глаза заблестели. Эти речи вампирши выводили его из себя. В такие моменты ему хотелось придушить её, но Повелитель решил сдержаться.
— Твои насильно украденные у меня поцелуи не считаются....Я подарила тебе их, — Сульпи стала ходить вокруг Владыки кругами, словно не он здесь хозяин, а она. Ей бы в руки кнут, и он бы целовал у нее пальцы на ногах. Прохаживаясь вокруг вампира в таком виде, она еще и умудрялась касаться пальцами его тела.
— Ты хотел признаний? — Сульпиция решила не отступать от своего и добиться, чего же хочет Аро от этой ночи — любви или развлечения? — но ты их не получишь.... Двигаясь, словно тигрица на охоте, вампирша плавными движениями переместила свои руки на лицо Владыки и нежно коснулась щеки, поглаживая. Заслужи меня!
— Докажи, что ты можешь получить меня, и я буду твоей немедленно! — Она зарычала, выкрикнув слова ему в лицо, и отвернулась от него, чтобы уйти.
Что ж, дорогая, ты не оставляешь мне выбора, мне придётся тебе сказать правду. То, что я не говорил ещё не одной женщине.
Владыка в мгновение ока оказался перед Сульпицией, преграждая ей путь к отступлению. Он взял её за плечи и заглянул в смеющиеся глаза, цвета спелого граната. Посмотрим, как ты будешь вырывать зубами свой шанс, Повелитель! Услышал он её мысли.
— Я не собираюсь вырывать свой шанс зубами, Сульпиция. Да, я хочу тебя, и ты принадлежишь мне, хотя сама ещё этого не понимаешь, — хрипло шептал он, — Твоё недоверие убивает меня. Я люблю тебя, Сульпи, и не понимаю, как ты можешь быть такой чёрствой и бесчувственной, что не чувствуешь этого. Если бы я был уверен, что противен тебе, я бы никогда не назначил такую цену за твоё спасение, — грустно улыбнулся Древнейший. Девушка хотела возразить ему, но не смогла, он подавил все ее попытки на голос. Черт, он прав... Она смотрела на него и понимала, что рада оказаться здесь, перед ним. Но то, что они так быстро пересекли черту близости, не укладывалось в ее головке.
— Ну, а теперь, я не стану тебя мучить и возьму то, что принадлежит мне по праву!..от