Глава 28. Волшебная ночь вдвоем
Я наткнулась на этот пляж случайно, во время одной из своих бесцельных прогулок. Уединенное место — пустынный берег моря, окаймленный со стороны гравийной дороги густыми деревьями. Здесь все казалось застывшим, словно вне времени.
Игнат сидел на большом камне, уставившись на бескрайнее море. Его взгляд то скользил по чернеющей воде, то задерживался на огнях города вдалеке. Я наблюдала за ним издали, боясь нарушить эту картину. Какой он красивый. На нем была светлая футболка, обтягивающая мускулистый торс, и темные джинсы. Легкий ветер трепал кофейные волосы. На мгновение мне показалось, что я — снова Яра, что нас не разделяют шесть долгих лет, что мы счастливы, как прежде.
Но реальность настигла меня. Взглянув на свое отражение в воде, я увидела совсем другую девушку. Я — Влада. И больше никогда не буду Ярославой. Мне не стоило это забывать.
Игнат услышал мои шаги и обернулся.
— Здравствуй, Влада! — он с улыбкой поднялся мне навстречу.
Я с трудом подавила желание улыбнуться в ответ.
— Здравствуй, — коротко бросила я, стараясь говорить ровно.
— Я боялся, что ты не придешь. — Он смотрел на меня с такой надеждой, что мне стало трудно дышать.
— Не в моих правилах бросать слова на ветер, — сказала я, избегая его взгляда.
Мы медленно шли по пустынному пляжу, чувствуя, как ноги утопают в теплом песке. Солнце уже скрылось за горизонтом, забирая с собой последние золотистые блики. Небо потемнело, море становилось почти черным, а над нами одна за другой зажигались звезды. Игнат держал меня за руку, а я смотрела на звезды, пытаясь убедить себя, что это всего лишь прогулка, что мы не нарушаем никаких правил.
Я не выдержала тишины и первая заговорила. Стала расспрашивать о работе, о том, чем он живет. Мне хотелось знать о нем все. Игнат был удивлен и обрадован моим интересом. Ему нравилось рассказывать, а мне — слушать. Я жадно впитывала каждое его слово.
О себе я выдала заученную легенду: тяжелое детство, интернат, то, как меня нашел Вальзер. Но внутри все кричало: «Это я, твоя Яся! Узнай меня!». Я глушила этот крик, боясь все испортить. Если сейчас он вырвется наружу, то все разрушится.
— Ты говорил вчера, что потерял свою любимую. — Мой голос дрогнул, но я все же задала вопрос, ответ на который боялась узнать. И тут же добавила: — Если тебе тяжело об этом говорить, то не надо.
Игнат крепче сжал мою руку, словно искал поддержки. Он остановился и посмотрел на меня. Чувствовалось, что то, о чем он сейчас скажет, очень важно для него.
— Моя любимая девушка трагически погибла шесть лет назад. — Его голос был тихим, но каждое слово резало меня, как нож. — Иногда мне кажется, я до сих пор не пережил ее потерю. Тогда я не хотел жить. Хотел умереть вместе с ней. Не знаю, что меня спасло. Может, друг Серж. Он был рядом, когда я кричал от боли, когда казалось, что смысла жизни больше нет. Потом отец заболел, ему нужна была помощь. Я ушел в работу, пытался забыться. Многие думают, что я стал бездушным роботом. Наверное, так и было… пока я не встретил тебя.
Я не смогла ответить. Мое сердце сжалось от тоски и боли, которые он пережил. Мой бедный мальчик. Как же он страдал. Я посмотрела в его янтарные глаза. Минуту назад они светились теплом, но сейчас в них появилась пустота. Она тянула меня за собой, и я чувствовала, как неумолимо в ней тонет вся моя решимость.
Мои вопросы о прошлом напомнили ему о том, от чего он пытался бежать. Я понимала это. Он помнил меня такой, какой я была тогда, и осталась для него той Ясей, которую он, возможно, все еще любил. Нет, я знала, что любил. Видела это в его взгляде, в котором читались одновременно и тоска по прошлому, и новая, хрупкая надежда. Он смотрел так, будто сравнивал меня со своей прежней любовью.
И все же я знала: он тянется ко мне как к Владе. Я привлекала его сейчас. Иначе зачем ему быть здесь, на этом пустынном пляже, так далеко от дома? Я поддалась порыву и нежно поцеловала его в щеку, аккуратно притронувшись к лицу и легко касаясь пальцами его скулы, словно стремилась забрать всю его боль, исцелить душевные раны. Я больше не могла скрывать правду. Теперь, когда он был так близко, мне нужно было лишь протянуть руку, заглянуть в любимые глаза и прошептать: «Игнат, это я, твоя Яся. Я жива. Я здесь. Спаси меня».
Мне хотелось рассказать всю свою историю с самого начала, с того дня, что навсегда изменил наши жизни. Хотелось закричать, чтобы он, наконец, узнал меня. Но что-то невидимое сжимало грудь, не давая сделать это. Игнат почувствовал перемену, что со мной происходит что-то странное. Он пристально посмотрел на меня, его голос прозвучал тихо, почти виновато:
— Прости. Ты мне очень нравишься, Влада. Ты такая красивая. Я не должен был тебе это рассказывать. Кажется, я расстроил тебя.
Он притянул меня ближе, обнял так крепко, словно боялся, что я исчезну.
— Игнат, подожди, — начала я, пытаясь отстраниться. — Мне нужно тебе многое рассказать. Ты не должен был меня встретить, не должен был заметить, не должен был… спасать. Тебя вообще не должно здесь быть.
— Может быть, — медленно кивнул он, хотя было видно, как ему не хочется соглашаться. — Но я уже здесь. Не отталкивай меня, Влада. Ты нужна мне. И я могу тебе помочь. Мы сможем быть счастливы. Доверься мне.
— Ты ничего обо мне не знаешь, — выдохнула я, чувствуя, как дрожит мой голос.
— Напротив. Я знаю, что ты не та, за кого себя выдаешь. — Его голос прозвучал уверенно. — Тебе проще притворяться холодной, потому что ты боишься показать свое тепло, себя настоящую. Но я его чувствую, Влада. Ты согреваешь меня. Рядом с тобой я ощущаю себя живым.
Я молчала, не зная, что ответить. Игнат смотрел на меня так пронзительно, что я больше не могла выдержать. Он обнял меня, и я закрыла глаза, позволяя себе на мгновение расслабиться. Я больше не могла его отталкивать и сражаться со своими чувствами.
Игнат еще крепче притянул меня к себе, провел руками по моей талии, пальцами касаясь спины, а затем бедер. Он зарылся носом в мои волосы. Пряди, забранные в хвост, растрепались на ветру и стали влажными от соленого морского воздуха. Глубоко вздохнул, словно готовясь к прыжку в пропасть, и вновь склонился ко мне, взяв за подбородок. Его губы почти касались моих губ, я почувствовала учащенное биение его сердца, когда он спросил:
— Можно я поцелую тебя, Владислава?
— Да, — ответила я в тот момент, когда его мягкие, нежные губы накрыли мои в одном из самых головокружительных поцелуев в моей жизни. Сначала легкие и невесомые поцелуи становились все смелее, сметая последние остатки контроля. Поцелуи дарили нам свободу.
Я потеряла себя в этих объятиях, в его руках, в его губах. Все барьеры рушились. Я обвила его шею руками, отвечая с той же страстью, которую так долго сдерживала, страстью, которая владела нами в нашей прошлой жизни. В тот миг не существовало ни прошлого, ни будущего — только мы.
Не помню, как мы оказались у него в номере. Лишь попросила не включать свет. Игнат бережно снял резинку с моих растрепавшихся волос, и они рассыпались по плечам.
Он заключил меня в объятия, а я прижалась к нему и целовала в шею. Я знала, ему так нравилось раньше. Игнат слабо застонал и склонился к моим волосам, вдыхая их аромат, а я ощущала его сбивчивое дыхание. Его руки, большие и сильные, такие родные, не отпускали меня. Они скользили по моим плечам, шее, спине, будто изучая, доставляя мне наслаждение, от которого по телу пробежали мурашки. Я не верила, что все происходит наяву.
— Влада… — прошептал он, снова касаясь моих губ своими. Его голос был полон нежности и любви. — Я хочу быть с тобой. Хочу, чтобы ты была только моей.
Его слова, эти ласки, этот миг очаровывали меня. Поцелуи, от которых пламя, разгорелось в наших сердцах, захватили нас полностью. Поцелуи трогательные, чувственные и одновременно требовательные и дразнящие. Все происходило слишком мягко, нежно и слишком быстро одновременно.
Мы упали на широкую кровать. Игнат оказался снизу. Я лежала на его мускулистой груди. Наши тела стремились стать одним целым, прижимаясь друг к другу все настойчивее, движения — решительнее, а поцелуи — глубже. Огонь любви разгорался в нас все сильнее.
Поцелуев уже было недостаточно. Мы хотели большего. Дыхания не хватало, но это заводило еще больше.
Игнат аккуратно стянул с моих плеч тонкие бретели майки, оголяя грудь и умело играя с ней пальцами. Он точно знал, где задержаться, как прикоснуться, чтобы заставить меня дрожать.
Его улыбка была легкой, чуть озорной, словно он наслаждался моим смущением, понимая, что мне это нравится. Игнат не торопился. Чутко следил за каждой моей реакцией, каждым движением, каждым вздохом, боясь сделать что-то не так.
Его прикосновения, оставаясь наполненными нежностью, становились все откровеннее. Он касался губами моей шеи, плеч, опускаясь все ниже и ниже и опаляя дыханием мою кожу.
Его колено оказалось между моих бедер, а пальцы слегка приподняли юбку, обнажая полупрозрачное кружево моего белья.
Я чувствовала, как отзывается каждая клеточка моего израненного тела, отвечая ему. Влечение, горячее и нетерпеливое, заполнило меня, словно я ждала этого момента целую вечность.
— Игнат… — мое дыхание сорвалось, а голос прозвучал едва слышно. Я прикусила губу, чтобы сдержать предательский стон.
— Я с тобой, моя девочка. — Его голос был низким, теплым, таким родным.
Игнат продолжал осыпать меня поцелуями — легкими, как лепестки роз, словно укрывал меня от всего что могло бы мне навредить. Сам он оставался в одежде, а я непослушными руками стянула с него футболку. Моему взгляду открылось его тело. Игнат возмужал. Сильный торс, широкие плечи, рельеф мышц, вылепленные временем и усилиями. Передо мной был не просто красивый мальчик из прошлого, а мужчина, от которого я не могла оторвать глаз, восхищаясь каждым его движением. Я так скучала по тебе, Игнат!
Моя ладонь скользнула по его напряженной груди, медленно опускаясь ниже, по животу, к резинке штанов. Я чувствовала его возбуждение, и это только подогревало мое желание. Игнат, наконец, стянул с меня остатки одежды. Он замер на мгновение, его взгляд пробежал по моему телу, освещенному мягким светом луны. Мои щеки налились жаром. Замешательство охватило меня, я испугалась. Дыхание оборвалось. Внезапно нахлынувший страх заставил инстинктивно прикрыться руками. Мог ли он узнать меня? Догадаться, что я — Яра? Черты лица изменились, но тело… оно осталось прежним. Игнат заметил мой жест, но принял его за смущение. Он снова наклонился ко мне и трепетно поцеловал, крепко обняв меня и стирая последние сомнения.
Моя душа рвалась на части. Я хотела отдать ему всю себя, вкладывая в объятия и поцелуи, и любовь. Я хотела обладать им и чтобы он обладал мной. Но боялась быть узнанной сейчас, именно в этот миг. Я сама должна была раскрыть ему правду. Эти мысли сбивчиво, словно ураган, проносились в сознании и мгновенно исчезали под натиском чувств от его прикосновений.
Игнат почувствовал мое смятение. На несколько секунд он остановился, вглядываясь в мое лицо и тревожась обо мне. Но я не могла остановиться, целуя его вновь, пылко, призывая к продолжению.
Его поцелуи становились еще более настойчивыми, а объятия — еще более страстными. Его руки опускались все ниже и ниже, а губы прильнули к моей груди. Я не смогла сдержать вскрик — эта нежная, будоражащая ласка сводила с ума. Я теряла голову. И не могла больше сопротивляться. Мы оба были на грани, это было наваждение. Любовь и помешательство. Все годы страха, боли и тоски исчезли в одно мгновение. Рядом с ним я снова чувствовала вкус к жизни. И отдалась этому моменту полностью. Я не знала, что будет дальше, что нас ждет, когда закончится ночь. Но сейчас принадлежала только ему. Казалось, что маска, пришитая к моему лицу, слетела. Осталась только любовь — нежная, зыбкая, пронзительная, как луч света в темноте. Игнат — мой. Только мой! Рядом с ним я забыла все страхи и потери, годы разлуки. Между нами не существовало ничего, что могло бы нас разделить. Есть только мы. И ничего лишнего. Его руки на моих бедрах, животе одновременно осторожные и возбуждающие. Мое сердце замирало от каждого его касания, я едва могла дышать. На секунду он вновь остановился.
— Все хорошо? — тихо спросил Игнат, глядя на меня, пытаясь прочитать мои мысли.
— Да. Хочу тебя. — Мой горячий шепот стал лучшим ответом.
Игнат продолжал, наслаждаясь каждым движением, каждым моим вздохом. Он словно знал каждую точку на моем теле, каждое место, способное заставить меня забыть обо всем. Я в ответ ласкала его плечи, чувствуя разгоряченную кожу, твердые мышцы. Пальцы скользнули вниз, и я коснулась его паха, вызывав глубокий стон. Игнат положил свою руку на мою, и задавал направление, пока у меня внутри не разгорелось пламя, распаляющее все чувства и желания. Игнат понимал, что происходит со мной, и это еще больше возбуждало его. Он тяжело задышал, упиваясь моими ласками.
В какой-то момент Игнат перехватил инициативу. Он перевернул меня на спину и, лежа рядом, стал поглаживать внутреннюю сторону бедра, а затем, немного раздвинув мои ноги, мягко коснулся самого чувствительного, самого сокровенного места, лаская пальцем все глубже, будто играя со мной, и делая ощущения ярче, чем сводил с ума. Волна наслаждения накрыла меня. Я не могла сдержать стонов, голова кружилась, когда я доходила до пика блаженства. Все происходящее было так откровенно, ошеломительно и волшебно.
Прервав на мгновение свои ласки, Игнат навис надо мной, опираясь на руки, и медленно, плавно вошел в меня, давая возможность привыкнуть к нему. Его движения были аккуратными, нежными, будто он боялся причинить мне боль. Постепенно его ритм ускорялся, а каждое движение все сильнее пробуждало во мне желание, заставляя меня стонать и крепче прижиматься к нему, ощущая жар его тела. Каждая клеточка жила только этим моментом. Происходящее казалось сладкой пыткой, и я хотела, чтобы это продолжалось вечно. От упоения я непроизвольно выгибала спину, закусив губу. Нам обоим не хватало воздуха. Движения становились все ритмичнее, и я чувствовала, что Игнат уже не может сдерживаться. Его глаза стали томными, словно пьяными, как у человека, потерявшего себя в эмоциях. В порыве страсти он произнес мое новое имя:
— Влада… — Его голос прозвучал как клятва.
Мы достигли пика почти одновременно. Это была яркая вспышка. Мгновение — и все взорвалось внутри. Я сжала его плечо и в порыве страсти что-то прошептала на ухо. Он мой единственный, никому его не отдам.
— Ты моя, — хрипло шептал Игнат.
Он склонился, чтобы поцеловать меня в висок, не отпуская, и через несколько секунд обессиленно рухнул рядом, притягивая меня к себе. Мы лежали обнаженные, повернувшись друг к другу, и только сейчас я ощутила полное спокойствие. В этот момент существовали только мы двое, погруженные в настоящее — короткий миг вне времени.
— Это было волшебно, — прошептал он.
Одной рукой он прижимал меня к себе, а второй поглаживал по волосам. И только сейчас я заметила свою резинку у него на запястье. Как тогда. Его тепло окутывало меня, словно ограждало от всех бед. Я ласкала его грудь, касалась шеи и волос, не в силах оторваться. Сердце билось в унисон с его.
— О чем ты думаешь? — внезапно спросил Игнат.
— О тебе. О нас, — ответила я, глядя ему в глаза.
— Все будет хорошо, моя девочка, — сказал он, и в его голосе было столько уверенности, что я и сама начала в это верить, — я всегда буду рядом с тобой. Просто позволь мне быть рядом.
Его губы встретились с моими. Накатывала приятная усталость. Я положила голову ему на плечо, слушая размеренное биение его сердца. Глаза медленно закрылись, и я заснула, чувствуя, что он убережет меня от всех невзгод.