Глава 20. Встреча подруг
Я так устала за прошедший день, что, коснувшись подушки, сразу провалилась в сон. Но проснулась рано — в голове роилось слишком много мыслей, которые следовало разложить по полочкам.
Первое — Игнат. Мы теперь связаны партнерскими отношениями. Он потеряет все вложенные в совместный проект средства, если со мной что-то случится. Я стала его риском и одновременно гарантом сделки. Нельзя допустить, чтобы Стас об этом узнал.
Второе — мама. Я переживала за ее здоровье и твердо решила просить у Стаса возможности чаще с ней созваниваться, а может и встречаться. Ради нее я должна продолжать искать путь к освобождению.
Мы с Марком завтракали, когда раздался телефонный звонок Мэри. Она хотела узнать, почему мы не вернулись в назначенный день. Я предложила ей спросить у Вальзера.
— Он не отвечает на мои звонки, — пожаловалась мачеха— Ты не знаешь, где он?
— Нет, — коротко ответила я, не став делиться догадками.
— Может, он там с кем-то развлекается? — прозвучал наводящий вопрос. Она явно чувствовала неладное.
— Откуда мне знать? — сдержанно ответила я вопросом на вопрос.
— Ладно, подожду, — протянула она. Мэри была не из тех, кто любит зацикливаться на чем-то, и редко обременяла себя излишними подозрениями. — Чем занимаешься? Своим красавцем наслаждаешься? — она явно намекала на Игната.
Но Марк, слышавший разговор, принял вопрос на свой счет.
— Да. Мы с Марком чудесно провели вечер. И сейчас вместе.
— Поняла, голубки, — усмехнулась Мэри. Наверное, решила, что мы еще в постели. — Ладно, не стану мешать. Слушай, Владочка, — ее голос стал сладким, — можешь для меня кое-что сделать? Одну очень важную вещь. Я хотела попросить твоего отца, но, раз он, коб… — мачеха осеклась, — не отвечает, помоги ты.
— Что ты хочешь? — спросила я без энтузиазма.
— Сможешь съездить в торговый центр и забрать для меня покупку? Я присмотрела одну вещицу, но в наш «колхоз» ее не завезли, а она мне нужна. Это последний тренд! А у меня такой еще нет! Я заставила менеджера проверить наличие, и она как раз там, где ты сейчас находишься. Я скину адрес, будь зайкой, помоги мамочке. — Мэри чмокнула трубку.
Я поморщилась, хотела отказать, но Марк покачал головой.
— Соглашайся, — шепнул он. — Будет повод заглянуть в пару мест.
— Ладно, кидай адрес. Время есть, я съезжу.
Так как Вальзера не было в гостинице, и он не брал трубку, Марк посчитал, что мы спокойно можем улизнуть на несколько часов, никому не сообщая о своих передвижениях. Охрану от нас отпустили еще со вчерашнего дня, поэтому мы чувствовали себя свободно. Указанный торговый центр был мне хорошо знаком — он находился недалеко от университета, и мы со Стешей часто проводили там время.
Я скучала по подруге, и пока мы с Марком ехали по нужному адресу, вспоминала наши лучшие моменты. Как впервые встретились и сидели рядом в аудитории, как поддерживали друг друга на сессиях, как гуляли в одинаковых кедах по набережной, мечтали о будущем, делясь сокровенным. Наша дружба значила для меня слишком много, чтобы ее забыть. Но я и не думала забывать.
Часто я мысленно разговаривала со Стешей. Представляла, какой она стала. Взрослой, похорошевшей, раскрепощенной, поверившей в себя, превратившейся из нежного бутона в прекрасный цветок. Я искренне хотела, чтобы Стеша приняла себя и свой чудесный внутренний мир, наполненный красотой, добротой и отзывчивостью. Я мечтала увидеть ее хотя бы издалека. Я была уверена, что узнаю ее мгновенно. И, сама того не замечая, стала вглядываться в лица прохожих.
Марк предложил разделиться, но попросил меня не ввязываться в неприятности, иначе Вальзер прикончит его раньше, чем мы доберемся до Стаса. Он отправился по своим делам, а я пошла в торговый центр, чтобы забрать из бутика «вещицу» — сумочку для Мэри. Я шла вдоль стеклянных витрин, залитых ярким светом, отмечая, какие магазины остались на прежних местах, а какие сменили новые бренды. Забрав покупку, решила заглянуть в наш со Стешей любимый книжный магазин.
Он остался на прежнем месте и даже расширился. Я хотела зайти внутрь, но времени почти не было, поэтому просто остановилась у витрины, с интересом разглядывая пространство за стеклом. Здесь стало больше стеллажей и ярких островков с популярными книгами. В глубине, у панорамного окна с видом на город, появилась уютная зона с креслами. Я представила, как мы со Стешей могли бы приходить сюда и обсуждать любимые книги. Долго задерживаться я не могла, и решив, что пора уходить, случайно столкнулась плечом с девушкой, выходившей из магазина.
— Простите, — сказала я незнакомке, уловив знакомый аромат ее духов.
— Ничего страшного, — ответила приятным голосом девушка, едва подняв на меня взгляд.
Она уткнулась в телефон, печатая текст одной рукой, а в другой держала объемный пакет с книгами. Я направилась к эскалатору, но вдруг за спиной услышала родной, до боли дорогой голос.
— Ярослава! Яра!
Меня словно пронзила молния. Свое имя я не забыла! Я обернулась, словно в замедленной съемке. На меня смотрела чудесная рыжеволосая девушка, которую я узнала сразу. Это была она, моя Стеша. Только совсем другая: взрослая, уверенная в каждом жесте. Она изменила прическу — непослушные волосы теперь лежали озорными завитками, они стали короче и живее. Россыпь веснушек, точно искры, подчеркивала красоту выразительных светлых глаз и густых ресниц, а губы сияли персиковым оттенком. Теперь вместо классических очков — она носила тишейды, круглые очки в тонкой оправе. Стеша похудела, одежда подчеркивала выразительность фигуры: лимонный топ и длинная юбка кофейного цвета, легкий воздушный шарфик, золотой ремешок на талии. В ее движениях появились женственность и пластика. Я залюбовалась ею.
Но, заметив чужое лицо, Стеша замерла. Ее ноги вдруг подкосились, и она медленно опустилась на пол в нескольких шагах от меня. Я не могла оставить ее так, не могла сделать вид, что она просто обозналась. Быстро подошла и протянула руку, чтобы помочь подняться.
Стеша, все еще сраженная тем, что так ошиблась, не могла вымолвить ни слова. В ее изумленных глазах блестели слезы, она смотрела на меня, будто видела привидение.
— Вы ушиблись? — спросила я. — Вам больно?
Стеша покачала головой, не отводя взгляда.
— Простите меня, — прошептала она, побледнев. — Я обозналась. Приняла вас за другую. Мне очень жаль. — Она опустила глаза, и слезы покатились по щекам.
Стеша узнала меня спустя столько лет разлуки, спустя вечность, что разделила нас. Я готова была разрыдаться вместе с ней, обнять изо всех сил, прижаться и сказать нужное нам обоим: «Ты права! Это я, твоя Яра!». Но все, что я могла себе позволить, побыть с ней рядом еще немного.
Я присела на корточки и коснулась ее плеча. Она вздрогнула, будто мое прикосновение обожгло ее, и подняла на меня печальные, полные тоски глаза. Я понимала: нужно дать какое-то объяснение, чтобы она могла отпустить этот случай и не считала себя сумасшедшей. И чтобы мое поведение не казалось ей странным.
— Меня зовут Владислава. Мне показалось, что вы окликнули меня по имени.
Она кивнула, поняла. Мимо нас проходили люди, кто-то спросил, нужна ли помощь, но Стеша покачала головой. Я не хотела ее отпускать и помогла собрать выпавшие из пакета книги.
— Вы… вы другая, но так похожи на мою подругу, — проговорила Стеша дрожащим голосом, поднимаясь. — И голос похож. Боже, что со мной происходит? Я схожу с ума! Простите!
— Не переживайте. Со мной тоже бывало, что я принимала незнакомцев за близких людей, — попыталась я ее успокоить.
— Правда? — Она улыбнулась, и я снова залюбовалась ею. Милая, чуткая, красивая. — После того как Яры не стало, со мной такого еще не случалось.
Я прикрыла глаза, чтобы скрыть свою боль. Не могла допустить, чтобы Стеша вновь переживала из-за меня. Последнее, чего бы я хотела, — чтобы эта встреча принесла ей страдания. Лучше бы она меня вовсе не встречала.
— Мне пора, — вынужденно сказала я. — Вам точно не нужна помощь?
— Нет, спасибо, все хорошо. Простите еще раз, — тихо произнесла Стеша, улыбаясь. Затем заглянула в пакет, достала одну книгу и протянула мне. — Вот, возьмите. Пусть это станет маленьким извинением за недоразумение.
— Что вы, не нужно, — попробовала отказаться я.
Стеша мягко, но настойчиво вложила книгу мне в руки. Я вспомнила, как мы раньше обменивались талисманами, это была наша маленькая традиция: когда-то я отдала ей свой любимый кулон с перевернутым листиком клена, а она в ответ подарила мне брелок с пушистым помпоном. Теперь у меня в руках была только сумочка Мэри, но я вспомнила, что продавщица при покупке вложила в пакет подарок — элегантную кожаную закладку, и решила подарить ее Стеше.
— Чтобы было взаимно, — произнесла я, машинально повторив когда-то сказанную ею же фразу.
Стеша замерла, пораженная, и, пока она приходила в себя, я поняла, что нужно быстрее уходить, не наделав еще глупостей. Мы попрощались, и я спешно покинула торговый центр. Марк уже ждал меня, сразу заметив книгу в моих руках.
— Понятно, почему так долго. Опять книги, — дружески посмеялся он над моей слабостью.
Мы поболтали с ним на разные темы, и я рассказывала ему о книжных мирах, которыми восхищалась, но, несмотря на все мои старания, заразить его любовью к книгам мне так и не удалось. Марка куда больше привлекала вселенная информационных технологий. Он завел машину, включил любимый рок, и мы поехали в гостиницу.
Я с интересом разглядывала книгу, написанную некой Милой Феникс. Обложка была приятной на ощупь, с изображением черного замка под сводом темного неба и мерцанием Млечного Пути. Это была история о темной магии — любимом жанре Стеши. Открыв первую страницу, я ахнула. В предисловии значилось: «Посвящается Ярославе, которая навсегда останется в моей памяти лучшей из всех подруг». Эту книгу написала Стеша. Она исполнила свою мечту и стала писателем!
Я начала читать и не могла оторваться, не заметив, как мы с Марком вернулись в отель. Вальзер ждал нас и явно был раздражен нашим отсутствием. Я объяснила, что выполняла просьбу Мэри, и он лишь кивнул.
После прошедшей ночи он казался уставшим, будто совсем не отдыхал. Темные круги под глазами добавляли его взгляду мрачности. Он велел Марку остаться, сказав, что поручит ему новое дело. Какое именно — не уточнил.
Мы снова летели на частном самолете. Вальзер велел подать ему коньяк и пил его маленькими глотками, не закусывая, словно не ощущал горечи. Обычно он мало говорил со мной, но в этот раз попросил сесть рядом. Я собиралась почитать Стешину книгу, но он велел отложить чтение.
— Мы почти не общаемся с тобой, — произнес он, когда самолет поднялся в небо. — Расскажи, как вы жили с матерью, что с вами было, когда меня закрыли?
Я не ожидала, что он спросит об этом прямо сейчас. И совсем растерялась. Но что я могла ответить? Любая ошибка — и этот разговор станет последним в моей жизни. Я решила говорить только о том, что знала из личного опыта, что сама пережила. Ведь, как я поняла из слов Марка, моя история была удивительна схожа с жизнью настоящей Влады.