Глава 16
Её губы чуть дрогнули, и на мгновение привычная, лёгкая улыбка погасла, сменившись чем-то другим, уязвимым, редким.
Влажная ткань тихо соскользнула с её плеч и упала на пол. Шинобу осталась лишь в своей форме охотника.
Руки Гию сразу же отстранились, он осознал, что позволил себе слишком много. Несколько секунд он смотрел в сторону, избегая её взгляда.
— За моё хаори можешь не волноваться, — наконец разорвал тишину Гию. Его голос прозвучал глухо и сдержанно. — Я приведу его в порядок сам. Всё-таки… не в первый раз.
Шинобу чуть приподняла брови, уголки её губ дрогнули в знакомой, тихой улыбке.
— Вот значит как… — мягко ответила она, но в её глазах на миг мелькнуло что-то похожее на разочарование. Будто она ожидала от него другого ответа, но тут же умело скрыла эмоции за привычной маской спокойствия.
Гию поднял взгляд, и на мгновение его тёмно-синие глаза задержались на лице Шинобу. В её спокойствии было что-то, что вытягивало из него слова, но привычная тяжесть внутри вновь заставила его сомкнуть губы.
Шинобу заметила это. Её улыбка стала чуть мягче, но вместе с тем в голосе прозвучала привычная лёгкая колкость:
— Хоть с кем-то вы не бываете таким отстранённым, Томиока-сан?— Она слегка наклонила голову, наблюдая за его реакцией.
Гию промолчал. Его взгляд скользнул в сторону, он боялся, что одно слово может выдать слишком многое.
Тишина повисла в комнате. Девушка на секунду опустила глаза, а затем снова посмотрела на него. Теперь её голос звучал тише, почти шёпотом, но в нём чувствовалось неподдельное тепло:
— Единственное, от чего мне сейчас по-настоящему холодно… это от вашего молчания, Томиока-сан.
Её слова прозвучали так искренне, что даже привычная улыбка не смогла скрыть дрожи в голосе.
Гию опустил глаза. Что-то в груди неприятно сжалось, будто чья-то тяжёлая рука придавила сердце. Он вдруг ясно услышал в памяти голос Сабито, резкий, но всегда честный: «Когда человек хочет тебе открыться, не отталкивай его, иначе сделаешь только хуже… и себе, и ему».
Сердце Гию забилось сильнее. Он не умел говорить, не умел выражать то, что копилось внутри. Но сейчас… промолчать было бы предательством.
— Шинобу… — глухо произнёс он, чуть поднимая взгляд. — Ты… не должна так волноваться за меня.
Он говорил медленно, каждое слово вырывалось с усилием.
— Я привык не быть для кого-то важным… — голос дрогнул, и он немного сжал кулаки. — Но когда ты… вот так смотришь… когда говоришь такие слова… — он замолчал, не находя продолжения.
Гию отвернулся, но угол его взгляда всё же снова скользнул к ней.
— Мне тяжело… потому что я не хочу, чтобы тебе когда-нибудь пришлось пожалеть обо мне. — Под конец его голос стал едва слышен.
— Томиока-сан… — ласково, но твёрдо произнесла Шинобу.
Её глаза дрогнули, но она не позволила себе отвести взгляд. Голос прозвучал мягко, но с оттенком той редкой серьёзности, которую она показывала лишь в особые моменты:
— Перестаньте так говорить. Иначе… я действительно начну сердиться.
Она чуть подалась вперёд, её лёгкая улыбка вновь вернулась.
— Я сама выбираю, о ком волноваться. И за кем заботиться, даже если этот человек считает, что он не заслуживает этого.
Она склонила голову вбок, вглядываясь в его глаза.
— А вот пожалеть… — она сделала короткую паузу, и её голос стал тише, — пожалеть я смогу только об одном, если вы опять начнёте отстраняться от всех.
— Сегодня на собрании, — Подметила Шинобу, не отводя взгляда, — вы покинули всех столпов. В том числе и меня.
Она слегка приподняла брови, и её улыбка стала тоньше, почти незаметной.
— Могу ли я спросить… почему?
В её голосе не было осуждения. Лишь спокойный интерес и лёгкая печаль, которую она пыталась скрыть за привычной мягкостью.
— Мне показалось, что в тот момент вы были особенно одиноки, Томиока-сан. — Её слова прозвучали мягко, но пронзительно.
— Просто решил не тратить время впустую, — коротко ответил Гию, его голос звучал сухо, но не грубо. — И сразу отправился на патрулирование.
Он отвёл взгляд, будто хотел этим поставить точку в разговоре. Но в его тоне слышалось не равнодушие, а скорее привычка отстраняться, уходить от лишних вопросов.
Шинобу чуть прищурилась, её тонкая улыбка исчезла но глаза оставались внимательными.
— Вот как… — тихо произнесла она, не поверив его словам до конца. — Вы называете это «не тратить время впустую»… А я называю это снова убегать.
Она произнесла это мягко, без тени обвинения, но её слова задели его куда глубже, чем любая прямота.
— Убегать?.. — переспросил Гию, его голос прозвучал чуть ниже обычного. Он не повышал тон, но в его словах чувствовалось, что это задело его сильнее, чем он хотел показать.
Он медленно перевёл взгляд на Шинобу.
— Я делаю то, что должен, — продолжил он после короткой паузы. — Патруль, охота на демонов… Это не бегство. Это моя обязанность.
— А разве долг не легче нести, когда рядом есть те, кто готов идти рядом? — мягко спросила она, и в её голосе прозвучало почти незаметное тепло.
— Вот только у меня нет подобных людей, — холодно произнёс Гию, в его голосе была сухая констатация. — И вряд ли когда-то они появятся.
Он опустил взгляд, положив ладонь на перевязанное предплечье.
— Я искренне благодарен тебе за помощь, Шинобу. Даже не знаю, как могу тебя отблагодарить… поэтому я…
Но договорить он не успел.
— Поэтому вы, — спокойно перебила его Шинобу, — В замен на мою помощь постарайтесь наладить отношения со всеми столпами.
Гию резко поднял взгляд, не поверил собственным ушам.
— Что?.. — переспросил он, и в его голосе звучало почти неподдельное удивление. Он был уверен, что услышит что угодно, но не это.
Шинобу, слегка склонив голову, смотрела на него с улыбкой, за которой всегда скрывалась её проницательность.
— Вы прекрасно всё слышали, Томиока-сан, — мягко повторила она.
Шинобу мягко положила ладонь на повязку, перевязанную вокруг его живота. Её прикосновение было осторожным, почти невесомым. Она чуть наклонилась ближе, так что её спокойный голос прозвучал прямо у его лица:
— Завтра утром состоится повторное собрание столпов с отчётами о патрулировании земель. — Она говорила тихо.
Её пальцы едва заметно скользнули по линии бинта, проверяя, не причиняет ли повязка дискомфорт.
— И ещё… будет обсуждаться тренировка хашир, которая начнётся на днях. — Она задержала дыхание, затем добавила так же мягко: — Я сообщу достопочтенному главе о вашем отсутствии, и тяжёлых ранах Томиока-сан.
Гию, нахмурившись, резко перехватил её запястье в области своего живота.
— Не нужно, — коротко ответил он в тот момент, в его голосе слышалась непривычная твёрдость.
Шинобу удивлённо приподняла брови, бросив взгляд на его ладонь, накрывшую её собственную, а за тем подняла свой слегка удивленный взгляд на его лицо.
— Я посещу собрание, — уверенно продолжил он. — И заодно… постараюсь наладить отношения со столпами. По твоей просьбе.