Глава 12
Вернувшись, она тут же произнесла:
— Потерпите немного, Томиока-сан… я сейчас…
Шинобу опустилась на колени рядом с футоном, на котором лежал раненый.
Гию ничего не ответил, глаза были плотно закрыты, дыхание тяжёлое и неровное. Усталость и потеря крови сделали своё дело, он уснул, даже не заметив её возвращения.
Она осторожно приподняла его спину, снимая промокшее от дождя хаори с плеч. Ткань была тяжёлой и холодной, и Шинобу быстро отбросила её в сторону, не желая, чтобы мокрая вещь продолжала вытягивать тепло из тела мечника. Аккуратно уложив Гию обратно на мягкий футон, она принялась закатывать рукав его униформы.
Под тканью открылось сильное растяжение, мышца правого предплечья была напряжена и покрыта тёмно-алым кровоподтёком, туда пришёлся очень сильный удар. Травма явно была не только от раны клинка демона, но и от чрезмерной нагрузки, которую Гию испытывал в бою.
Шинобу на миг нахмурилась: даже в бессознательном состоянии он, похоже, продолжал напрягать руку, чтобы не показывать слабость.
— Какой же вы всё-таки упрямый… — произнесла Шинобу, чуть качнув головой.
Она уже взяла в руки бутылочку с перекисью, но краем глаза заметила что-то ещё. Взгляд её скользнул ниже, и девушка осторожно отодвинула руку мечника в сторону. На ткани, в области его правого бока, проступало большое, густое пятно крови.
Шинобу мгновенно отложила перекись и быстрым, но аккуратным движением расстегнула пуговицы его униформы. Ткань, пропитанная кровью, липла к телу, но она не позволила себе замешкаться, развернула края одежды, оголяя торс.
Осторожно просунув его обе руки через рукава, чтобы полностью снять верх униформы, Шинобу ощутила, как в груди что-то неприятно сжалось.
Перед её глазами открылся глубокий, рваный порез сбоку, чуть ниже рёбер, ближе к линии живота. Рана выглядела опасно, неровные края и обильное кровотечение говорили о том, что клинок демона прошёлся по нему вскользь, но с огромной силой, задевая мышечную ткань.
Шинобу на миг задержала дыхание, но тут же взяла себя в руки.
Открыв бутылочку с перекисью, Шинобу аккуратно наклонила её над раной, позволяя прозрачной жидкости коснуться повреждённой кожи. Лёгкое шипение и пузырьки моментально окрасились розовым, смывая кровь. Девушка кончиками пальцев мягко распределила перекись по краям пореза, стараясь действовать так осторожно, как только могла.
Гию едва заметно вздрогнул и глубоко вдохнул, его лицо слегка поморщилось, даже в бессознательном состоянии боль нашла к нему дорогу.
— Потерпите, Томиока-сан… — тихо сказала Шинобу, не останавливаясь в своих действиях.
Закончив обработку, она ловко взяла в руки чистый бинт. Быстрыми, но аккуратными движениями обмотала раненое место, следя, чтобы повязка легла плотно, но не сдавливала дыхание.
— Вот так… — с лёгкой улыбкой произнесла она, завязывая последний узел. — Вы молодец, Томиока-сан. Теперь вам остаётся лишь набраться сил к завтрашнему дню.— В её голосе прозвучало мягкое тепло.
Тонкие кисти рук Шинобу осторожно потянулись к его правой руке.
— Позвольте… — почти шёпотом произнесла она, хотя понимала, что Гию сейчас её не услышит. Даже в бессознательном состоянии она не могла переступить через своё правило, сначала спросить разрешения, как будто его согласие всё ещё имело значение.
Она аккуратно приподняла его предплечье, слегка надавив на мышцу, чтобы разогнать кровь и снять напряжение. Прикосновения были мягкими, каждое движение точно рассчитано, чтобы не причинить лишней боли.
Взяв последний короткий обрывок бинта, Шинобу медленно и тщательно обмотала его руку круговыми движениями, фиксируя повреждённое место. Закончив, она осторожно уложила его ладонь на грудную клетку, убедившись, что он лежит удобно и рана не будет снова тревожиться во сне.
Её взгляд задержался на его лице чуть дольше, чем она сама ожидала, уже тихое, спокойное дыхание Гию давало понять, что, по крайней мере на этот момент, он чувствует себя комфортно, и не ощущает жгучую боль.
Девушка ещё несколько секунд не могла отвести взгляд. Её глаза скользили по спокойным чертам лица Гию, строгим скулам, слегка бледной коже, потрескавшимся от холода губам.
Постепенно взгляд опустился ниже, на ровный, подтянутый пресс, на сухое, рельефное телосложение, которое выдавало годы тяжёлых тренировок и сражений. Несколько небольших шрамов, оставленных прошлыми боями...
Шинобу поймала себя на том, что её пальцы уже коснулись его живота, едва заметно проведя по нему. Только через мгновение она осознала, что делает. Щёки слегка запылали, и она быстро отдёрнула руку, вернувшись к своему обычному спокойному виду, будто ничего и не произошло.
Осознав, что Гию нужен полный покой, Шинобу тихо поднялась с колен, накинув на торс мечника рядом лежащее лёгкое одеяло, бросив последний взгляд на его спокойное лицо, и направилась к выходу из гостиной.
Уже в дверях комнаты, ступая почти бесшумно, она прошептала сама себе:
— Всё-таки ты была права, сестра… — в её голосе слышалась едва заметная грусть, перемешанная с тёплой откровенностью.
— Томиока-сан… он мне действительно не безразличен, даже после всего, что произошло.—
Произнесла Шинобу, оставляя водяного столпа отдыхать.