Глава 1
На дворе было раннее утро. Сад у поместья рода Убуящики утопал в мягком солнечном свете, скользящем сквозь тонкие ветви деревьев. Пение птиц звучало особенно ясно.
В деревянном зале, распахнутом к саду, в два ряда сидели столпы, семь сильнейших мечников. Каждый из них хранил молчание, почти не шевелясь, а рядом с каждым, с правой стороны, лежала его катана, которая служила символом их долга. Перед ними, на небольшом возвышении, сидел лорд Кагая Убуящики. Его голос, тихий, но проникновенный, разносился по залу, заставляя сердца сжиматься.
— Мицури Канроджи, — обратился он с мягкой улыбкой к Любовному столпу. — Ты пробудила свою метку. Расскажи, пожалуйста, что ты почувствовала в тот момент?
Мицури вздрогнула от волнения. Она выпрямилась, поправив длинные розово-зелёные пряди, и слегка закусила губу, стараясь собраться с мыслями. Глаза её затрепетали, в них читалось искреннее желание быть полезной.
— Я… Э-это случилось так быстро… я… не уверена, как описать… Я просто почувствовала, будто моё тело стало легче, и сильнее и ... Ну в общем.... — Осознав тот факт что все столпы в том числе и сам Убуящики в этот момент обратили своё внимание в её сторону, Мицури потерялась в своих словах от чрезмерного волнения.
— Простите... Я не знаю как это более понятно объяснить. — Виновато проговорила она, отводя свой взгляд.
Несколько мгновений стояла тишина. Убуящики, не осуждая, лишь мягко кивнул.
— Спасибо, Мицури. Ты старалась ответить как можно понятливо, я это очень ценю. — Он повернул голову к следующему. — Токито Муичиро.
Все столпы тут же переключили свои взгляды в сторону второго пробудившего свою метку.
Юный Туманный столп, чьи длинные чёрные волосы с зелёными концами лежали на плечах, спокойно поднял взгляд. Его лицо оставалось почти бесстрастным, но в глазах читалась отстранённая сосредоточенность.
— Я пробудил метку в бою. Температура тела была выше обычной… — начал Муичиро тихо, почти равнодушно. — Сердцебиение быстрее. Я ощущал окрестности отчётливо, будто сквозь туман но яснее, чем обычно. Моё тело двигалось само. Думаю, это был предел концентрации, усиленный дыханием.
— И ты можешь вызвать метку снова? — уточнил Убуящики.
— Да — ответил тот тихо.
Некоторые из столпов переглянулись, каждый обдумывая сказанное.
Убуящики сделал короткую паузу. Муичиро слегка опустил взгляд, а Канроджи сжала край своего хаори, не в силах вымолвить ни слова. Только Гёмей оставался неподвижен, словно статуя, а Гию хранил гробовую тишину, как всегда погружённый в свои мысли.
— Метка охотника на демонов, — продолжил Кагая, — дарует невероятную силу. Ваши тела становятся легче. Вы быстрее, сильнее, чувствительнее. Но за это нужно платить. Кто пробудил эту метку… — он замолчал, а за тем продолжил — …тот не проживёт дольше двадцати пяти лет.
Некоторые столпы вздрогнули. Санеми нахмурился, но ничего не сказал, Мицури опустила глаза вниз, пытаясь скрыть свою тревогу, Гёмей сидевший ближе всех к лорду, сжимал чётки в ладонях. Его лицо оставалось спокойным, как всегда, лишь едва уловимое дрожание бровей выдавало его волнение.
Обанай, не меняя позы, медленно провёл пальцами по бинтам на лице, его глаза напряжённо следили за лордом, но выражения тревоги в них не было, лишь холодное, собранное внимание.
Шинобу, как и прежде, сохраняла свою мягкую, вежливую улыбку, но её пальцы, сложенные на коленях, слегка дрогнули. Она прекрасно понимала суть сказанного, но не дала своим эмоциям выйти наружу.
Гию смотрел вперёд, не изменившись в лице. Казалось, его вовсе не затронули слова о приближающейся смерти.
Убуящики закрыл глаза на мгновение, а затем открыл их вновь, чуть слабее.
— Мы должны больше понимать, как работает сила этих меток, чтобы противостоять будущей буре, которая может появится в любой момент.
На миг в зале воцарилась тишина. Утреннее солнце медленно поднималось, освещая лица воинов, собравшихся ради одного дела положить конец ночной угрозе.
— Желаю вам всем хорошего дня, дети мои. И будьте на чеку, — мягко сказал Убуяшики, его голос звучал, как лёгкий ветерок, и так же быстро затих.
Все столпы, сидевшие в два ряда с катанами у правого бедра, синхронно кивнули, в знак уважения. Никто не осмелился первым нарушить тишину.
Кагайя Убуяшики, покинув зал, направился обратно вглубь поместья, сопровождаемый служанками. Его силуэт вскоре скрылся за дверью поместья.