Глава 8
В тишине слова прозвучали громче, чем хотелось бы девушке, и ещё несколько секунд те словно летали в воздухе вокруг них. Признавшись, Милия испуганно замерла на следующие несколько секунд, с волнением ожидая какой-либо реакции от Рикальдо. Она забывала дышать, пока наблюдала за возможными последующими действиями парня, но тот в свою очередь застыл на месте, словно примёрзший. Рикальдо мысленно обрабатывал сказанное девушкой, а после глубоко вдохнул.
— Так кто же вы? — спросил он на выдохе.
Милия сомнительно покосилась на него. Её сбила с толку неожиданная реакция Рикальдо, будто для него это вовсе не новость.
— Неужели эта вся твоя реакция? Ты словно знал, — удивилась она.
— О... Нет... То есть да... То есть не совсем. Я догадывался о том, что в вас есть что-то иное, но не дал этому объяснений, — поспешил оправдаться он.
Милия пожала плечами.
— А жаль. Могли бы помочь мне, — грустно улыбнулась она.
— Так кто вы, если не льдованец? — с интересом спросил он.
Милия выдохнула, собираясь с мыслями, чтобы рассказать Рикальдо всё, как есть. Она поведала ему о том, что имеет простой облик, и не таит в себе никаких сил, и о том, что наряду с хладнокровием она испытывает и другие чувства.
— Но как вам удается выглядеть в точности как льдованец? — поинтересовался он.
— Пью сольф. Это зелье помогает мне принимать облик, — объяснила она.
— Неужели вы сами не находите этому объяснений? — нахмурился Рикальдо.
— Никаких.
— Не знаете, как пробудить силы?
— Не знаю...
— Родители работают над этим вопросом?
— Я думаю, они давно сдались, — с досадой выдохнула она, опуская взгляд.
Горечь обиды снова окатила принцессу с ног до головы, загоняя в безысходность и заставляя наливаться печалью. В тишине стал слышен еле доносящийся шум с переполненной улицы за спиной.
Рикальдо с сочувствием наблюдал за поникшей девушкой, и, не в силах больше держаться, схватил её за предплечье, заставляя посмотреть на себя:
— Я разберусь с этим, — твёрдо сказал он.
Милия неуверенно посмотрела на него, вопросительно хмурясь:
— Как ты сделаешь это? — тихо спросила она.
— Неважно как, но я найду ответы. Как видите, я тоже способен на чуждые нам эмоции, — усмехнулся он.
— Ты тоже не льдованец? — удивилась она.
— Нет, что вы, льдованец. Я нашёл другую причину: воспитание. Мне не дали строго воспитания, потому я позволяю себе это, — пояснил он, пожимая плечами.
Милия улыбнулась, по привычке опуская голову. Прятать улыбку – дело обычное.
— Будьте собой. Обещаю сохранить вашу тайну и помочь, — уверенно сказал Рикальдо.
Милия готова была расплакаться от чувства благодарности. Его слова разбудили в ней новые силы, и не смотря на то, что она перестала верить в себя, Милия готова была довериться парню.
— Благодарю... И кстати, — улыбнулась она, протягивая ему руку, — можно на «ты».
Для Милии такое дозволение многое значило, и Рикальдо понимал это, потому улыбнулся, пожимая руку.
— Как скажешь.
Тяжесть недомолвок упала с плеч девушки, и теперь она чувствует себя гораздо лучше.
Вечерело, а потому Милии пора было возвращаться во дворец. Рикальдо вызвался проводить её. Они прошли всю улицу Грогстель, и, наконец, вышли на извилистую просторную дорожку из брусчатки, огороженную каменным заборчиком, ведущей прямиком к воротам дворца. Милия была полностью увлечена разговором, позабыв об угрозах отца в сторону Рикальдо, пока парень не задал свой вопрос:
— Что случилось после того, как ты удалилась сегодня? — напомнил он ей.
— Для начала прошу прощения, что оставила тебя, — виновато сказала она, заправляя прядь за ухо. — А ушла я, потому что увидела объявление своего отца... Он угрожает льдованцам пытками! — возмущалась принцесса.
— Пытками? — переспросил он.
— Пытками. И да, тебе он тоже угрожал... Точнее мне. Поэтому тебе лучше не попадаться со мной ему на глаза.
Милия резко остановилась, смотря вперёд, где на горизонте дворец был всего за одним поворотом.
— Точно! — воскликнула она, поворачиваясь к парню. — Разворачивайся, тебе нельзя идти дальше.
Рикальдо озадаченно смотрел на девушку, пока та пыталась направить его в обратную сторону. Попытки Милии развернуть его физической силой провалились, и тот продолжил стоять на месте, будто его вовсе не толкают в плечо.
— О каких угрозах идёт речь? — хмуро спросил он.
Милия сдалась, и, продолжая держать Рикальдо за плечо, устало выдохнула, опуская голову, а после подняла взгляд на парня:
— Он верит в то, что ты плохо влияешь на меня, потому запретил мне видеться с тобой. В случае ослушания под удар попадешь и ты.
Девушка бесилась от одного факта, что отец посмел сказать такое, и бунтарка в ней так и желает вырваться наружу, показательно ослушиваясь короля. Но она осознавала, что речь сейчас не только о ней, но и о Рикальдо, который вовсе не виноват в том, что Милия желает видеться с ним, и точно не должен находиться из-за этого под угрозой пыток.
— Слушай, находясь рядом со мной ты подвергаешь себя опасности. Будет эгоистичным продолжать находиться рядом только потому, что мне этого хочется... — через силу выдавила она, проглатывая ком, образовавшийся в горле.
Тоскливый взгляд Милии упал вниз. Она знает, что достаточно лишь слово парня, и девушка больше не приблизиться к нему ни на шаг, и это убивало её. Но Рикальдо, видимо, совсем не пугали слова короля, потому он спокойно улыбнулся:
— Ты раскрыла мне свою тайну, позволила перейти на «ты» и думаешь, что теперь глупая угроза помешает нашей что-то вроде дружбы? — усмехнулся он. — Если во дворце нам не рады, то у нас есть целое Хладновье.
Милия заглянула в мирные глаза парня. «Мне бы хоть капли уверенности, находящейся в нём» — пожелала она.
— Целое Хладновье... — повторила Милия.
— Целое, — подтвердил он.
— Хладериус беспощаден, — предупредила она.
— Даже если так, его беспощадность всё равно не сможет убить льдованца, забыла? — напомнил он ей.
Милия цокнула. Конечно, Рикальдо прав, льдованец не способен убить льдованца. Природа, по-видимому, решила уменьшить смертельность, потому сделала так, что принести смерть льдованцу может лишь огнельц, а огнельцу льдованец, в другом случае погибаешь от старости. Но это не отменяет того, что льдованец будет избивать льдованца, морить голодом, пытать.
— Медленно погибать, но так и не умереть –куда хуже, — выдохнула Милия.
Рикальдо взял ладонь девушки, прижал к груди:
— Ничего плохого не случиться, поверь, — уверил он её.
В голове била тревога, но сердце велело довериться ему, и Милия так и поступила. Она быстро закивала головой.
— Хорошо. Но на территории замка не появляйся, — приказала она.
Рикальдо покорно кивнул, и отпустил руку девушки.
— Тогда до завтра, Милия, — улыбнулся он, шагая в сторону, откуда они пришли.
— До встречи, Рикальдо, — крикнула она ему в догонку.
Если из дворца она убегала в ярости, то сейчас возвращается туда в отличном настроении. Чтобы не портить свой настрой, принцесса старалась не попасться на глаза родителям, чтобы не вести нудные разговоры. Потому она тихо проскользнула в комнату, где заперлась до следующего дня.
Душу Милии грел факт о том, что Рикальдо действительно готов помочь ей. До этого она цеплялась за последнюю надежду руками, словно за край обрыва, а Хладериус наступил ей на пальцы, и девушка, сорвавшись, стала стремительно лететь вниз, где её ждало лишь смирение, но появился Рикальдо, который успел схватить её за руку, и теперь она вновь висит над обрывом, но держась лишь за парня.
На душе спокойствие, и в таком состоянии уснуть девушке не составило труда.
***
Сегодня Милии не пришлось бы попадать в неловкое положения по причине опоздания, ведь ей удалось выйти из дома за целых тридцать минут до начала первого урока. Но это было бы слишком легко, потому, находившись перед входом в школу, принцесса поняла, что оставила школьную сумку в комнате. Проклиная свою дырявую голову, девушке пришлось в спешке вернуться за ней, а время подходило к звонку.
К счастью, в запасе оставалась целая минута, когда Милия залетела в класс. Парты были полупустыми, и принцесса облегчённо выдохнула. Выпрямив спину, она аккуратно провела рукой по одежде, оценивая презентабельность своего вида, после чего стала выбирать себе место.
Выбор стал очевиден, когда она заметила за последней партой в центральном ряду Рикальдо, который, как обычно, увлечённо записывал что-то в своём дневнике. Милия подошла ближе, но не сразу заняла место рядом, так как на соседнем стуле лежал его рюкзак.
— Здравствуй, — радостно поздоровалась она, двумя руками хватаясь за ручку сумки.
Рикальдо резко поднял голову, встречаясь взглядом с принцессой, после чего поспешно захлопнул дневник, откладывая его в сторону.
— Привет, — уголки его губ дрогнули, и Милия поняла, что он сдерживает улыбку. — Приземляйся сюда, — он освободил место, закидывая рюкзак под стол возле себя.
Милия с радостью пристроилась с ним за одной партой, но сумочку решила повесить на специальный крючок на парте, предназначенный для рюкзаков. Девушке приходился по душе именно этот кабинет – кабинет по растениеводству. Лори, не смотря на невзрачные холодные тона, смогла собственноручно вдохнуть в эту комнату жизнь. Растения здесь были повсюду: по огромным книжным шкафам в две стены разрасталась зелёная лоза, к стене над учительской доской были прибиты полочки, на которых красовались цветы в горшках, а у входа стояло небольшое дерево с белым стволом, похожее на бонсай.
С восхищением осмотрев кабинет, девушка вернула своё внимание к Рикальдо, который копошился в рюкзаке в поисках предметной тетради, заодно закинув туда свой дневник.
— Ай-яй-яй, Рикальдо, неужели оставили тетрадь дома? — театрально удивилась она, когда парень не сразу смог найти её.
— Секунду... — не сдавался он, но Милия лишь усмехнулась.
— Сейчас забываете тетрадь, а завтра и вовсе начнёте прогуливать? Не ожидала от вас такой халтуры, — продолжала она шуточно ругать его.
— Я точно клал её, — сказал он, почти с головой ныряя внутрь.
Милия скрестила руки на груди, довольно рассматривая потолок сверху. Она находила эту ситуацию забавной.
— Да брось, главное уметь признавать ошибки. Я сегодня, например, тоже забыла сумку дома, но вернулась за ней. Вы тоже когда-нибудь сможете исправиться... — продолжала подкалывать она.
— Вот именно, что исправляться мне незачем, — перебил её Рикальдо, показательно бросая перед собой на парту тетрадь по растениеводству. — А вот вам стоит стать более ответственной, и таких проблем возникать не будет, — теперь подколол он.
Милия растерянно раскрыла рот, в желание ответить на издёвку, но в кабинет зашла Флоренсиан, на ходу здороваясь с учениками.
Рикальдо полностью сосредоточился на учительнице, а Милия ещё несколько секунд возмущённо смотрела на парня.
— Итак, сегодня у вас произойдёт интересное знакомство с растением, который обладает удивительным свойством, — начала Флори.
Класс уже наполнился, и все ученики внимательно наблюдали за Лори, которая достала из под стола маленький тонкий цветочек с белыми лепестками и золотистой сердцевиной, накрытый стеклянным куполом. От него разлеталась сверкающая пыльца, словно блёстки, и это придавало ему сказочный вид.
— Выглядит волшебно, не так ли? — Лори сама любовалась цветком, будто видела его впервые. — Это «пьянелис». Думаю, название уже многое говорит о нём.
— Разрешите подойти ближе? — выкрикнул кто-то за последней партой, на что получил положительный ответ.
Все задние ряды, включая Милию и Рикальдо, встали с места, чтобы поближе рассмотреть это прекрасное соцветие.
— В пыльце, что прекрасно блистает, и есть его сила. Стоит только вдохнуть её, и разум живого создания тут же пьянеет, — поведала Лори.
Ученики стали перешёптываться, кто-то стал пускать шутки на эту тему, кто-то записывал о нём информацию в тетрадь, а Милия с восторгом посмотрела на Рикальдо, чей взгляд был вдумчивым, словно тот обрабатывал полученную информацию и откладывал у себя в голове, будто записал в тетрадь.
— Откуда вы взяли его? — поинтересовалась кучерявая ученица, которую по памяти Милии звали Делира.
— Я выкупила его на садовом рынке, — ответила Лори.
Ещё пару минут они рассматривали пьянелис, после чего учительница приказала всем занять свои места. Урок продолжался.
— Кстати, напоминаю, что дело по разгадке твоей сущности официально началось, — сказал Рикальдо на выходе из класса, когда урок подошёл к концу.
— Значит это обещание было не просто ради того, чтобы поднять мне настроение, — улыбнулась Милия.
— Хорошее настроение шёл как бонус, — ответил парень. — А слова на ветер не бросают.
Принцесса, удовлетворённая политикой парня, кивнула. Рикальдо провожал её до кабинета следующего урока, и, к сожалению, у них они не совпадают, потому со звонком они стали расходиться в разные стороны.
— Постарайся больше не забывать сумку дома, — сказал он. — Бери пример с меня, — с этими словами он положил руку на макушку Милии и быстро потрепал волосы, после чего направился в другой конец коридора.
Милия недовольно цокнула, приглаживая волосы, но злиться, конечно же, не злилась, и всё в том же отличном настроении зашла в кабинет.
***
Не успела она соскучиться по присутствию Рикальдо, как он, по окончании последнего урока, отыскал её в коридоре и предложил пройти в более уединённое место. Парень выглядел так, словно он хотел рассказать о чём-то девушке, потому Милия согласилась.
Покинув стены учебного заведения, Рикальдо вывел принцессу к овражку меж улицей, в котором тонким ручьём пробегала речка. Сверху раскинулся небольшой мостик из серого кирпича, покрытый снегом, с которого по бокам свисали замёрзшие капли воды. Вдоль ручья в шеренгу выстроились жилые дома, крыши которых находились не на одном уровне из-за небольшого холмика в начале улицы.
Парень продолжил вести за собой послушную Милию, которая без каких-либо возражений шла в неизвестность. Наконец он остановился у одного из домика недалеко от моста, обошёл его и встал у стены снаружи.
— Лазанье по таким практиковала? — спросил он, отходя в сторону и открывая Милии вид на железную вертикальную лестницу, которая вела на крышу дома.
Взгляд Милии проскользнул вверх, по не совсем надёжной на вид конструкции, после с нерешительностью взглянула на парня.
— Мы что... должны лезть вверх? — неуверенно спросила она.
Рикальдо с улыбкой осмотрел лестницу, невозмутимо пожимая плечами.
— А что? Этой штуке, — он схватился за одну из ступенек и показательно потряс её, — я спокойно мог бы доверить жизнь. Это она на первый взгляд хиленькая.
Превозношение лестницы парнем не придало девушке ни капли уверенности, и когда она продолжала робко смотреть на Рикальдо, он утомлённо выдохнул и вцепился двумя руками в ступеньку.
— Забыл, что имею дело с принцесской, — дразнил он, на что недовольная Милия ударила его рукой по плечу.
Действие принцессы позабавили парня, и тот, усмехнувшись, стал забираться вверх, перебирая руками и ногами, и поднимаясь выше. Милия знала, что он не считает её правильной принцессой, которая живёт согласно этикету. Но почему бы не позлить её лишний раз, верно?
— Ладно, я лезу, — выдохнула девушка, с неохотой хватаясь за ту же ступеньку, что и парень вначале.
Она начала карабкаться вверх, но с длинным платьем это оказалось куда труднее.
— Чёрт, — ругалась она под нос, когда наступала на него. — Почему бы тебе просто не залететь туда на крыльях, заодно и меня прихватил бы, — возмущалась Милия.
— Это было бы слишком просто, — выкрикнул он, будучи уже на крыше.
Последняя пара ступенек, и девушка наконец оказалась наверху. Парень помог ей подняться с последней балки, и она, встав обеими ногами на черепичную поверхность, стала отряхать подол платья, который она не раз потоптала.
— Пойдём, — пригласил он её, протянув руку.
Милия хоть и делала вид, что была раздражена, но интерес был сильнее, потому она вложила свою ладонь в его. Они поднялись вверх, по скату крыши. Конек, на котором они стояли, был прямым, потому равновесие удержать было делом простым. Отсюда был открыт для них весь вид зданий на уровне их заснеженных крыш. Девушка с интересом осмотрела льдованцев снизу, которые казались отсюда меньше, а вот ручей в таком ракурсе казался масштабней, потому как теперь можно было видеть то, насколько далеко он протягивается. А на фоне покорных жилищ, словно возвышаясь над ними, вдали виднелся дворец. Его вид был грозен, а размер внушителен. Он цепляет одним лишь своим образом, вызывая у Милии смешанные чувства.
— Прекрасен, правда? — спросил Рикальдо, заметив зачарованный взгляд девушки.
— И лишь сейчас я убедилась, насколько величествен его вид, — улыбнулась она.
Безусловно, холодные стены и небесные купола восхищают, но принцессе никогда не была мила такая архитектура. Была бы её воля, она проживала бы в отдалённом светлом домике, откуда веет уютом и дружественной атмосферой, а не роскошью и величием.
— Присядем, у меня есть разговор, — сказал Рикальдо, и не дожидаясь ответной реакции, стал спускаться ниже.
Милия с ожиданием наблюдала, как он занимает место на выступе: прямой козырёк над окном, которое сделано прямо в самой крыше, выходящее, скорее всего, на чердак. Парень сел на край козырька, свесив ноги, а после постучал по месту рядом с собой, приглашая девушку. Она, уже без колебаний, заняла своё место, и теперь они вместе болтали ногами в воздухе.
— Ночью я вычитал всю информацию из тех учебников про историю и легенды, которые нашёл на своей полке в комнате... — начал он.
— Так, — заинтересовалась Милия, требовательно вглядываясь в глаза парня.
— Я не нашёл ситуаций, схожих с твоей, — сообщил Рикальдо.
Милия снова поникла, понимающи кивая головой. Она не была удивлена этому заявлению, но волна разочарование всё же прошлась по телу.
— Ничего, — выдохнула она, выдавливая из себя что-то похожее на улыбку.
— Нет, не спеши тушить свой огонёк в глазах, — потребовал он в ответ на её реакцию. — Это было лишь первым этапом, который дал ясно понять, что стоит увеличивать масштабы поисков.
Парень говорил со спокойной уверенностью, и это оказывало на Милию привычное действие: она верила в его слова. Его чистые глаза проникают в самую душу, заставляя её греться от одного лишь взгляда. Тонкие завораживающие черты так и манят взор, а индивидуальность, решительность, искренность и чистота помыслов пробуждают желание следовать за ним.
— Да, ты прав, — теперь по-настоящему улыбнулась она.
Рикальдо удовлетворённо кивнул головой, уводя взгляд куда-то вперёд.
— И всё же мне интересно, какие чувства ты испытываешь? — резко спросил он, словно этот вопрос мучал его долгое время.
Милия улыбнулась, потому как она никогда раньше не рассказывала о них, хоть и тайно желала устроиться с родителями в семейной обстановке за столом, и беззаботно рассказывать им о том, что ей безумно нравятся чувства, согревающие изнутри. Но она и не рассчитывала на это, потому как знала, что в реальности они бы привязали её к стулу, и стали бы читать очередные лекции про то что плохо, а что хорошо.
— Чувства – это очень интересные ощущения, — задумчиво начала Милия, смотря вдаль, в то время как Рикальдо был полностью сфокусирован на ней. — Они ведут тебя по жизни, становятся твоим составным. Я могу быть счастлива, или разбита, могу чувствовать жалость, или холод. Чувства заставляют улыбаться, они же доводят до слёз.
— Неужели невозможно отказаться от них, раз король так долго пытался сделать это? — поинтересовался парень.
— Я пыталась. — Девушка повернулась на парня, встречая его взгляд. — Но как можно избавиться от того, из чего ты сделан? Без чувств смысл существования потерян. И я всегда старалась прислушиваться к себе, но давка со стороны родителей заставляла меня бежать от самой себя...
Милия замолчала, вспоминая отношение родителей к ней. Они никогда не пытались войти в её положение, а лишь промывали ей мозги и старались подстроить под себя, сделать своей точной копией.
— Но их действия были безуспешны, — договорил Рикальдо. — Они вгоняют тебя в рамки, но есть ли в этом смысл? Заставляя тебя позабыть о жалости, сочувствии и других несвойственных им чувств, они лишь мучают тебя. Ими выбрана не та тактика, — уверенно говорил он, словно не мог ошибаться.
— Возможно это так, — почти согласилась она.
— Что насчёт твоего детства? Всё началось с него?
— Я, естественно, плохо помню что-то из времён младенчества, но мама говорила, что я никогда не имела облика льдованца. А в смутных воспоминаниях я точно вспоминаю, с каким трепетом и счастьем ожидала своего дня рождения, — улыбнулась Милия. — Поэтому да, я родилась такой, — заключила она.
— То зелье... сольф вроде, — сомневался он.
— Сольф, верно, — кивнула она.
— Как вы пришли к этому и когда?
— О-ой, — протянула девушка. — До шести лет никто из жителей не видел меня в глаза. Мне запрещали покидать дом, а во дворце тогда была только старая прислуга, которым так же не дозволено было покидать стены дворца.
— Почему такой интерес к старикам? — вопросительно нахмурился парень.
— Потому что те были ближе к смерти. Я бегала по замку и приставала к рабочим от недостатка общения, пыталась заговорить с ними, будучи в простом обличии. Они знали обо мне, но кому же они расскажут об этом, если они заперты. А когда мы получили сольф, большая часть прислуги скончались от старости, спустя два года дворец совсем опустел, и был набран новый состав. Удивительным было то, как отец смог найти здоровых пожилых, которые на отлично справлялись со своей работой, но от которых скорая смерть была ожидаема. — Милия была явно не довольна таким мерам, но не могла не признать гениально продуманного хода короля.
Рикальдо ещё несколько секунд переваривал полученную информацию, а после устало выдохнул и уронил взгляд на колени.
— Природа творит удивительные вещи, — сказал он.
— Не знаю насчёт творения удивительного, но с чувством юмора у неё всё отлично, — усмехнулась она.
Рикальдо поднял на девушку многозначительный взгляд, в котором Милия прочитала спокойствие, мечтательность, удовлетворённость, и может в нём была и благодарность, а уголки губ слегка дёрнулись вверх, застывая в полуулыбке.
На столь прекрасной ноте вопросы, как и их совместное времяпровождения, подошли к концу. Рикальдо наслушался рассказов Милии, и с каждой новой информацией друг о друге, они становились всё ближе и доверчивей друг к другу.
Парень проводил принцессу до разрешённого ею места, после чего, поблагодарив за сегодня, она попрощалась с ним. Оставшуюся часть пути в видимой зоне дворца Милия топала в одиночестве.