Грозный вид твоей малышки.

Мир дерьмо, также как и чувства, испытываемые мной...

Нерея Марритт.

Надежда. Странное чувство. Ты ожидаешь чуда...но, его всё нет и нет. Продолжаешь сидеть и ждать, словно, это что-то изменит, исправит. Смотришь на окружающих и понимаешь, они также надеются на лучшее.

Мы сидим, потому что не способны на другое. Мы не можем сделать то, чего ждём. Ждём помощи от других. Но, если и они не способны? Что тогда? Мы не способны помочь себе.

Мы никчёмны...

Мне противно от себя...

Я не смогла уберечь единственного и последнего близкого человека...не смогла.

Я злюсь. Но, на кого? На себя? Бесполезно. Это не спасет её душу от холодных обятий смерти.

Помню слова одной моей жертвы. Девушка лет двадцати, не меньше. С красивыми, пышными, светлыми волосами. Помню взгляд её тёмных глаз, умоляющий о пощаде, помощи.

"Ты поплатишься за все свои грехи. И поплатишь огромную цену, утратив самое дорогое в жизни".

Тогда подумала, что это всего лишь пустые слова, угрозы, которыми она хочет запугать, заставить меня помочь...сейчас же понимаю, что это всё было правдой...

Но, ничего не изменить не исправить...

Противно...от своей никчёмности, словно, мне руки связали железными цепями и бросили гнить в темнице. Слабую и хрупкую.

- Кофе? - спросил мой давний и верный, проверенный временем, друг Дарвин, протягивая мне горячий напиток в одноразовом стаканчике с крышкой. Каким же заботливым он иногда бывает.

Удивительно, ведь, этот парень наёмная убийца. Тот, кто неколебясь пускает пулю в голову другого. Кто безразлично перерезает горло противнику...

Но, сейчас, смотря в его голубый глаза я вижу там тепло, сострадание, молчаливую поддержку, в какой-то степени и печаль. Хоть ему и плевать на остальных, только не на нас с Хлоей. Он холоден, агрессивен и смертоносен, но, нам он показывает свою другую сторону...показал себя с другой стороны. Доказал, что он может быть заботлив и добр.

- Спасибо, - сказала я взяв из его рук кофе. Тёмнокожий парень сел рядом со мной, на ступеньки лестницы и отпил немного кофе со своего стаканчика.

Мне было больно. Страх потерять близкого мне человека заполоняла меня и затуманивала разум. Я не представляю жизнь без своей милой и любимой сестрёнки.

Незнание последствий операции угнетала и убила. Никто точно не знает последствий своих действий...никто.

- Ты не виновата, - сказал Дарвин, сидящий поникнув гордо головою, локти положив на колени. Еле заметно покачал головой и поднял голову смотря, куда-то вперёд, в необятную пустоту.

Я видела, холодный, равнодушный, безразличный, гневный взгляд его голубых глаз, но, никогда не видела опустошенность, страх и печаль в них. Он всегда на людях был, каким-то другим. Каким-то чужим. Не Дарвином, а роботом-убийцей. Не человеком.

Этим он многого добился: его все бояться и стараются не попадаться в его глаза, завоевал уважение и доверие "начальства".

Но, иногда этот робот берёт отгул и уходит в спячку. В особенности, когда он рядом с нами. Снимает маску, растворяется железное и непоколебаемое выражение лица, просыпается настоящий Дарвин, которого я знаю уже на протяжении многих лет. Друг, который никогда не бросал меня и Хлою в трудные минуты жестокой жизни.

Он очень хорошо знал меня и понимал, что я буду винить себя в первую очередь, а не мужчину выстрелившего в Хлою. Если я не согласилась просьбам сестренки, так просящей взять её с собой, ничего бы не случилось. Не нужно было соглашаться, чтобы она не делала, как бы она не обиделась! Самое главное она сейчас была бы в целости и сохраности.

Я не смог уберечь её...

Отложив кофе в сторону, ладонями закрываю лицо и хочу просто исчезнуть из вселенной. Не знаю, что ему ответить. Не знаю, что делать дальше. Я могу просто сидеть и ждать.

Ждать...

Противное, также как и значение слово. Ненавижу это слово. Ненавижу врачей, которые уже на протяжении пяти часов не могут извлечь пулю. Ненавижу себя, за то что не смогла предвидеть последствия этой миссии, не спасла Хлою, не уследила.

Я никчёмная сестра...

- Я отдал кейс боссу, - тихо сказал Дарвин, пытаясь хоть как-то отвлечь меня от убивающих меня мыслей.

- Что в нём было? - убрав руки от лица спросила я, посмотрев на тёмнокожего парня, сидящего по правую сторону от меня. Солнце так ярко светила, что перед глазами танцевали пятна, и все попытки раскрыть глаза полностью заканчивались неудачей. Так что мне приходилось морщиться и щуриться.

- Не знаю. Возможно, драгоценности, документы, - неопределенно ответил голубоглазый, продолжая смотреть куда-то перед собой.

- Нерея! Дарвин! Операция закончилась! - прибежал к нам сказал Диаваль. - Доктор зовёт сестру пациента.

Мы с Дарвином переглянулись, не веря своим ушам и быстро поднявшись с места, напрочь забыв о кофе, побежали к входу в здание, перепригывая через несколько ступенек, так как сидели мы на улице, на передних лестницах больницы. За нами побежал и без того, запыхавшийся Диаваль.

***

- Операция прошла успешно, - заключил мужчина, вытираю очки об край белого халата. И надев их добавил. - Пуля не задела жизненно важные органы. Хирургам удалось извлечь пулю ничего не задев.

- Мы можем к ней зайти? - нетерпеливо спрасил Диаваль, который смотрел на доктора, словно, так и хотел получить положительный ответ.

- Нет. Она сейчас находится под воздействием наркоза. Сейчас, её лучше не беспокоить. Как только проснется, можете зайти, - тихо и спокойно объяснил мужчина и добавил. - И ей нужно побыть под нашим надзором в течении двух недель. Это послужит ей же во благо. Если больше нет вопросов, я пойду.

Улыбнувшись и еле заметно кивнув, на прощание, мужчина скрылся в лабиринте коридор, оставив нас одних.

Снова это ожидание...

Ненавижу.

В коридоре не было много народу, видимо, все ушли домой, ведь, на часах было два часа ночи. И это, наверное, было к лучшему. Не люблю людные места. Не люблю людей.

Ненавижу всех. Ненавижу себя...

После к нам подходили полицейские, что бы спросить не хотим ли мы написать заявление, что на нас было совершенно покушение. Расспрашивали, откуда и как вообще Хлоя получила ранение. Но, к счастью, у нашего босса есть хорошие связи в полиции и больнице, так что нас долго не мучали тупыми распросами. Один звонок нашего тёмнокожего дружка решил все вопросы, но даже он не способен избавить нас от ожидания, что душит нас всё сильнее и сильнее...

Рядом с входным, в палату Хлои, дверем, прислонившись спиной к стене, на холодном, кафельном полу коридора сидел Диаваль. Взгляд его зелёных глаза устремлён в пустоту впереди себя. Светлые, отросшие волосы небрежно упали на бледное и красивое лицо парня. Согнув одну ногу и положив локоть на колено этой же ноги, бережно гладил шероховатую поверность кулона, в виде половины сердца, видящего на его шее на серебряной цепочке. Это было единственным подарком Хлои, которого он берёг, как зеницу ока, никогда не снимал, боялся потерять.

Я чувствовала, что он тоже винит себя в произошедшем. Он тоже не смог уберечь её от пули...

Не смог также, как и я...

Дарвин же ушёл в базу. Там он нужнее, он, как ни как "правая рука" босса, один из профессиональных наёмных убийц. Он здесь ничем не может помочь. А он этого не любит - сидеть и ждать чуда. Он не верит в чудеса, также как и я.

Дарвин постоянно должен быть в действии. Постоянно. Желательно без выходных. Он не любит сидет и прохлаждаться, зная, что он нужен кому-то, его помощь, поддержка.

Нам же с Диавалем ничего не оставалось делать, кроме как сидеть в ожидании чуда...

Как всегда...

Как все люди...