Катька сочиняет стихи
- Мамочка родная, - воскликнула Ореш-кина, когда они вошли в 502-й номер. - Вот так апартаменты!
И действительно, назвать роскошное помещение гостиничным номером просто язык не поворачивался. Две спальни, кабинет, гостиная... Везде дорогая мебель, ковры на стенах, ковры на полу, картины в позолоченных рамах, зеркала...
Толстиков заглянул в одну из спален и увидел широкую кровать размером чуть ли не с боксерский ринг.
- Ничего себе кроватка, - сказал Леша. - Да на ней в футбол играть можно.
- Не будем зря терять время, - деловито произнес Димка. - Я сейчас сгоняю домой за отмычками, и мы с вами, Софья Николавна, ночью обыщем 510-й номер. Если, конечно, там никого не будет.
- Тебя, Димыч, до ночи сто раз отсюда вытурят, - заметил Ромка.
- Не вытурят. Что, дежурная помнит, кто живет в гостинице, а кто в гости пришел? Вон какой этаж большущий.
- Я однажды жила в гостинице, - припомнила Сонечка. - Правда, давно. Тогда гости могли находиться в номере только до одиннадцати вечера.
Димка тряхнул головой.
- Ладно, посмотрим. А вы пока идите к дому Соломатиной, - обратился он к ребятам. - Вдруг Виглянский с Гороховой-Даниловой куда-нибудь намылятся. Слежка не должна прерываться ни на один день.
- Ой, Димочка, - ласково проворковала Катька, - а можно мне здесь остаться? Так хочется побыть в этом красивом номере.
Димка конечно же разрешил Катьке остаться.
Мальчишки вышли на улицу и разошлись в разные стороны. Но когда Молодцов, прихватив из дому отмычки, вернулся к гостинице, он снова увидел Ромку и Лешу.
- Вы что тут делаете? - удивился он.
- За Гороховой-Даниловой следим, - ответил Ромка. - Я позвонил Лике, и она сказала, что Гоша сегодня никуда не собирается. А Горохова-Данилова решила сходить в Русский музей. Мы ноги в руки и бежать. Подбегаем к дому, смотрим - из подъезда Горохова-Данилова выходит. Мы сели ей на «хвост». Ни в какой Русский музей она, естественно, не пошла...
- Так она в гостинице?! - догадался Димка.
- Да.
- Одна или со священником?
- Одна, - ответил Леша. - Священника мы сегодня вообще не видели.
- Ладненько. Продолжайте наблюдение. Я тебе, Орех, вечером звякну.
Молодцов вернулся в номер.
- Горохова-Данилова здесь, - сообщил он.
- Как здесь? - воскликнула Катька.
- Пацаны ей на «хвост» сели, и она привела их сюда.
- Выходит, сегодня ничего не получится, - огорченно произнесла Сонечка.
- Может, получится. Она сказала, что идет в Русский музей. Значит, вечером должна вернуться на квартиру Соломатиных. Подождем.
И они стали ждать. За время ожидания Софья Николаевна перечитала ребятам наизусть почти все стихотворения Пушкина.
Наступила полночь.
Димка позвонил Ромке.
- Привет, Орех. Ну что?
- Горохова-Данилова пробыла в гостинице минут десять, - сообщил Ромка. - А потом и правда пошла в Русский музей. А оттуда к Соломатиным.
- Понятно. А Виглянский?
- Виглянский вообще никуда не выходил. Мне Лика звонила.
Молодцов бросил трубку.
- Пора, - сказал он.
Они вышли в коридор и подошли к 510-му номеру.
Димка постучал. На стук никто не ответил. Димка опять постучал. Тишина.
Достав отмычку, Молодцов сунул ее в замочную скважину. Трик-трак - повернулась отмычка в замке.
Дверь открылась.
- Давайте я тут постою, - предложила Катька. - А если кто пойдет, я вас предупрежу.
- Не надо, - отверг Димка. - Вон лифт рядом. Если кто-нибудь на лифте приедет, мы все равно не успеем выскочить из номера. Рисковать так рисковать. Быстро заходим, быстро делаем обыск и быстро уходим. Вперед!
Ребята и учительница вошли в номер и захлопнули за собой дверь. Нашарив на стене выключатель, Димка зажег свет. Пятьсот десятый номер был не такой роскошный, как у Сонечки. Обыкновенный двухместный номер с двумя кроватями, двумя стульями, столом, шкафом, ванной и туалетом.
Молодцов сразу же обратил внимание на записку, лежащую на столе. Записка была написана от руки и содержала всего три слова: «В воскресенье. Ночью. Целую».
- Вот что значит интуиция! - гордо заявил Димка, показав записку Катьке и Сонечке. - Горохова-Данилова завтра ночью в сейф полезет.
- Ты думаешь? - с сомнением сказала Катька.
- Читай сама - «В воскресенье. Ночью».
- А почему тогда - «Целую»? - спросила Сонечка.
- Для конспирации, Софья Николавна. Если б она просто в сообщении написала: «В воскресенье. Ночью» - было бы подозрительно. А добавила: «Целую» - и никто не придерется - обыкновенная любовная записка. Знаю я эти шпионские штучки. - Молодцов положил записку на место. - Давайте по-быстрому обыщем номер. Может, еще чего-нибудь интересное есть.
Но больше ничего интересного в номере не оказалось. В нем вообще не было ничего, указывающего на то, что тут кто-то живет. В шкафу не висело никакой одежды; в ванной на полке не лежало ни зубной щетки, ни тюбика с пастой.
Они уже собирались уходить, как вдруг...
Как вдруг в коридоре послышались шаги и кто-то остановился у дверей номера.
Димка быстро выключил свет. «Попались!» - молнией мелькнуло у него в голове. То же самое мелькнуло в головах Оладушки-ной и Орешкиной.
Секунда - и в замочной скважине стал поворачиваться ключ.
Ребята с учительницей бросились кто куда. Дима кинулся под кровать. Софья Николаевна полезла в шкаф. А Катька от растерянности не нашла ничего умнее, как запереться в туалете.
Из-за дверей доносилось невнятное бормотание. Замок не отпирался.
- Дима, Дима, - послышался шепот из туалета.
- Что? - откликнулся Молодцов из-под кровати.
- Это номером ошиблись.
По всей видимости, Катька была права. Ключ поворачивался в замке и так и этак, но замок упорно не хотел открываться. Бормотание смолкло.
Димка вылез из-под кровати и, подкравшись к двери, прислушался. Он услышал удаляющиеся шаги.
Молодцов осторожно открыл дверь и выглянул в коридор. Никого.
- Сваливаем! - Димка пулей выскочил из номера.
За ним пулей выскочила бледная Катька, а за Катькой, тоже пулей, выскочила бледная Софья Николаевна.
Захлопнув дверь, они быстро пошли по коридору.
А навстречу им уже шла дежурная по этажу в сопровождении высокого негра.
- Дайте ваш ключ, - сказала дежурная негру, остановившись у 506-го номера. - Сейчас посмотрим, почему у вас дверь не открывается.
- Ноу, нет, - мешая русские и английские слова, ответил негр. - Май номер за углом. О'кей?
- За каким еще углом? - Дежурная показала негру бирку на ключе. - Видите, ваш номер 506-й.
- О, сорри, извините. - Негр приложил к груди широкую ладонь. - Я путать двери... Я немножко... как это по-русски... поддал. Выпил. О'кей? Понимайн?..
- Чего уж тут не понимайн, - ответила дежурная, открывая дверь 506-го номера. - Заходите...
А Софья Николаевна с ребятами тем временем вошли в свой номер. Сонечка и Катька без сил повалились на кровать. А Димка, схватив со стола графин с водой, выпил сразу половину.
- Димочка, оставь попить, - попросила Катька и, присосавшись к горлышку, осушила вторую половину графина.
- Ну вы даете, - сказал Молодцов, когда все немного успокоились. - Софья Николав-на, зачем вы в шкаф-то полезли? Ведь если б кто-нибудь пришел, он первым делом шкаф бы открыл, одежду повесить.
Учительница только рукой махнула.
- Ой, я так перепугалась, что совсем перестала соображать.
Димка посмотрел на Катьку.
- А ты, Катя, зачем в туалете заперлась? Ведь вторым делом он бы в туалет зашел.
- А куда нам было прятаться? - спросила Орешкина.
- Под другую кровать.
- Мы бы с Софьей Николавной там вдвоем не поместились. Но я, кстати, сразу поняла, что это номером ошиблись. Помнишь, я тебе еще сказала? И как-то успокоилась. Даже стихи начала сочинять.
- Во врать-то, - фыркнул Димка.
- Ничего и не вру. Я в туалете стихотворение сочинила.
- Ну прочти.
- Ой, нет, - смутилась Орешкина. - Оно глупое.
- Прочти, Катюша, - поддержала Димку Софья Николаевна. - Вдруг ты у нас второй Пушкин.
- Ну хорошо, - согласилась Катька. - Слушайте.
И она прочла:
Я стихи простые эти Сочинила в туалете!