Тот, кто питается страхом
Они сидели на кухне. Эмили зажгла керосиновую лампу. Пеннивайз отказался от чая, просто наблюдая за ней своими жуткими глазами. Она не спрашивала, кто он. Почему-то ей казалось, что правда будет слишком страшной, а ложь — слишком очевидной.
— Ты не ешь, — заметила она, прихлебывая горячий напиток.
— Я питаюсь другим. — Эмили вздрогнула, но промолчала. — Я питаюсь страхом. Знаешь, какой самый вкусный страх?
— Какой?
— Страх ребенка, который потерял маму в толпе. Он сладкий, как леденец. Или страх старика перед смертью. Он пряный, с горчинкой.
— А мой? — спросила Эмили, с вызовом глядя на него. — Какой на вкус мой страх?
Пеннивайз прищурился, словно принюхиваясь.
— Твой… — его голос понизился до шепота. — Твой страх не про смерть. Твой страх — про жизнь. Ты боишься, что так и не узнаешь, зачем ты здесь. Ты боишься, что тебя никто не полюбит. И этот страх… он самый редкий. И самый… отвратительный. Он невкусный, Эмили. От него меня тошнит.
Она не обиделась. Она почему-то поняла.
— Тогда зачем ты пришел?
— Потому что ты первая за сотню лет, кто меня не боится, — просто ответил он. — Это интригует.
В ту ночь он ушел под утро, растворившись в сером рассвете. Но на следующую ночь он вернулся. И снова. И снова.