6.
Съемки эпизода на лыжах подошли к концу. Мемберы, уставшие и заснеженные, уже потянулись к фургончикам, но Соён, убедившись, что её работа как визажиста на сегодня закончена, наконец-то встала на лыжи сама.Она пронеслась мимо парней на высокой скорости, технично закладывая повороты и поднимая целые облака снежной пыли.
Феликс : Ого! Это что, наша Соён-а?! Она летит как профессионал!
Чонин : Моя девочка. Она говорила, что умеет, но я не думал, что она настолько крутая.
Соён затормозила прямо перед ними, эффектно развернув лыжи. Её щеки горели от мороза, а глаза — один ореховый, другой голубой — сияли ярче любого снега.
Вечером, когда съемочная группа разошлась, Чонин и Соён смогли улизнуть в пустую зону спа. Теплый открытый бассейн, пар поднимается над водой, а вокруг — тихие заснеженные горы.
Они сидели у края бассейна. Соён невольно засмотрелась на руки Чонина, когда он проводил ими по воде. Длинные пальцы, выступающие вены, сильные кисти — руки, которые на сцене казались такими мощными, а в жизни были самыми нежными.
Соён : Эти руки... Боже, как они могут быть одновременно такими... изящными и сильными?
Чонин : Соёни, я всё вижу. Ты так на них смотришь, будто хочешь съесть.
Он плавно подплыл к ней вплотную. Вода мягко плескалась между ними. Чонин положил свои мокрые ладони ей на талию и притянул к себе.
Чонин: Тебе не нужно просто смотреть. Теперь они принадлежат только тебе.
Он нежно поцеловал её, и вкус хлорированной воды смешался со сладостью бальзама для губ.Позже, когда они вернулись в жилой блок, Соён заглянула в номер к Чонину, чтобы занести восстанавливающий крем для лица после мороза.
Чонин уже переоделся в уютное домашнее худи, и его волосы были смешно растрепаны после душа. Он выглядел так невинно и мягко, что Соён не выдержала. Она подошла и начала тискать его за щеки.
Соён: Ну что за милый хлебушек! Всё, Йени, я держалась полдня, чтобы не затискать тебя перед парнями. Мой маленький лисенок...
Чонин сначала пытался отшутиться, но потом перехватил её руки, не давая отстраниться. Он притянул её к себе, заставляя сесть рядом на кровать.
Чонин: Искорка, останься у меня сегодня. Хотя бы на пару часов. Просто полежим.
Соён замерла. Её сердце пропустило удар от этого нового обращения.
Соён: И... Искорка? Почему искорка?
Чонин : Потому что у тебя разные глаза, и когда ты смеешься или злишься, в них словно вспыхивают искры. Ты зажгла что-то внутри меня с нашей первой встречи в том коридоре. Моя личная искорка среди снега.
Он уткнулся носом в её шею, вдыхая аромат её духов, и Соён поняла, что уйти от этого «хлебушка» сейчас просто невозможно.Утро в горах было тихим и ослепительно белым. В номере стоял полумрак, сквозь плотные шторы пробивался лишь тонкий луч света, падая прямо на лицо спящего Чонина.Соён проснулась раньше. Она подперла голову рукой и просто смотрела на него. Без сценического макияжа, с чуть припухшими губами и растрепанными волосами, он действительно был похож на «хлебушек». Она осторожно, едва касаясь, провела пальцем по линии его челюсти, боясь разбудить.
«Как же мне повезло...» — пронеслось в голове.
Чтобы унять волнение, она потянулась за телефоном. Привычка Стей — это диагноз. Соён зашла на сайт с мерчем, проверяя наличие лимитированных карт, а потом открыла вкладку с билетами на следующий мировой тур. Сердце забилось быстрее: «Sold Out» горело почти везде, но она продолжала обновлять страницу в надежде на чудо.
— Искорка... — раздался хриплый, сонный голос.
Соён вздрогнула и попыталась спрятать телефон, но Чонин уже приоткрыл один глаз. Он придвинулся ближе, заглядывая в экран.
— Ты серьезно? Снова мерч и билеты? Я могу тебе спокойно всё это подарить, просто скажи слово.
Соён надула губы и прижала телефон к груди.
— Лисёнок, ты не понимаешь! Купить самой — это особый вид адреналина. Это достижение! Я хочу чувствовать себя частью фандома, а не просто... «особенной» девушкой.
Чонин окончательно проснулся и сел в кровати, сладко потягиваясь. Его взгляд стал насмешливым, но безумно нежным.
— Вот именно, искорка. Не у каждой девушки парень — её биас. Ты единственная в мире Стей, которой не нужно стоять в очереди за билетом, чтобы увидеть мой лучший фанкам вживую.Соён фыркнула и снова уткнулась в телефон, пытаясь поймать выскочившее место в вип-зоне. Вдруг перед её глазами возник не экран смартфона, а прямоугольный плотный картон.
Чонин с загадочной улыбкой протянул руку к тумбочке и достал оттуда VIP-билет на первый ряд с золотым тиснением и её именем в графе «Reserved». Он перекрыл билетом экран её телефона.
— О боже! Йени! Это же... — Соён радостно вскрикнула и потянулась за билетом, но Чонин резко отдернул руку, поднимая её высоко вверх.
— Но-но-но, не так быстро, — он подставил ей свою щеку, хитро прищурившись. — Сначала оплата.
Соён замерла на секунду, глядя на его довольную «лисью» мордочку. Она подалась вперед, собираясь чмокнуть его в щеку, но в последний момент Чонин повернул голову, и её губы коснулись его губ в коротком, нежном поцелуе.
— О... так теперь ты меня слушаешь? — прошептал он, наконец отдавая ей билет.
Соён прижала билет к сердцу, а потом снова набросилась на него с объятиями, заваливая обратно на подушки.
— Ты невыносим, Ян Чонин! Ты пользуешься своим положением!
— А ты пользуешься тем, что я не могу тебе отказать, — он обнял её в ответ, укрывая одеялом. — Останься так еще на десять минут. Менеджер всё равно думает, что я еще сплю.