часть 36
Арсений не отпускал парня до самой машины. Держал крепко, будто если ослабит хватку хоть на секунду — тот исчезнет.
Они сели. Антона всё ещё трясло,не сильно, но заметно,мелкой, изматывающей дрожью. Слёзы высохли, оставив после себя только тяжесть в груди.
Арсений молчал. Только тяжело дышал, иногда бросая на него взгляд. Теперь, когда Антон был рядом, живой, ему наконец стало немного спокойнее.
Главное — он успел.
Дорога тянулась мучительно долго. Машина ехала ровно, фары выхватывали куски тёмной улицы, но внутри было глухо и пусто.
Они оба знали: разговор будет. Не сейчас — позже.И всё равно никто не решался первым нарушить тишину.
Арсения не отпускала одна и та же картинка,Антон на краю моста.От этого воспоминания сердце сжималось так, будто его сдавливали изнутри.
Машина остановилась у знакомого дома. Их дома.Арсений вышел первым, резко, будто боялся медлить.
Антон же остался сидеть. Руки дрожали, дыхание сбивалось, сердце билось слишком громко. Он смотрел в одну точку перед собой и не мог заставить тело двинуться.
Он так и сидел, пока дверь рядом не открылась.Перед ним появилась рука.
Антон схватился за неё почти судорожно. Арсений потянул его к себе, помог выбраться, удержал, не давая пошатнуться.Дверь машины закрылась с глухим щелчком.
Антон замер возле машины, будто прирос к месту. Слова застряли где-то глубоко внутри, и он боялся даже вдохнуть слишком резко.
Арсений обернулся и долго смотрел на него. В этом взгляде было слишком много всего.
— Пошли —тихо сказал он, приобнимая парня за плечи.
Антон ничего не ответил. Только кивнул.
В доме они молча сняли куртки и обувь. Когда всё было сделано, Антон снова остановился, словно не знал, куда идти дальше.Арсений поймал его взгляд и понял.
— Арсений... —Антон переминался с ноги на ногу.
— Прости...
Слово далось с трудом, будто его приходилось выталкивать наружу.
Только сейчас до него по-настоящему дошло, что он мог сделать. Он почти лишил себя самого важного. Не подумал ни о ком,ни о тех, кто любит, ни о тех, кому он нужен. В голове стоял гул, мысли путались, накатывало чувство вины.
— Антон, —спокойно сказал Арсений.
— Я не обижаюсь. Я испугался за тебя. Очень.
Антон опустил взгляд. Грудь сдавило.
Они стояли молча. Арсений будто подбирал слова, Антон боялся лишний раз пошевелиться.
Тишина давила.
— Может, чаю? — наконец предложил мужчина.
— У меня есть сладкое.
Антон едва заметно улыбнулся и кивнул. Говорить он всё ещё не мог.
На кухне он сел за стол, сложив руки, уставившись перед собой. Мысли снова уносили его туда,к мосту, к воде, к глупой, опасной мысли о том, что где-то ему будет легче, что там он будет нужен.
Арсений быстро заварил чай, достал сладкое — то самое, которое покупал, когда Антона выписали из больницы.
Поставил кружки, из которых поднимался пар, высыпал сладости на стол и сел рядом.
Он ждал.
Но Антон молчал.
— Антон, —тихо, но серьёзно.
— Ты понимаешь, что мы не можем просто забыть это?
— Понимаю, —голос парня был хриплым, но живым.
— Зачем ты хотел это сделать?
Антон сжал пальцы.
— Я... не знаю. Мне просто было слишком тяжело.
— Ты обещаешь, что больше так не сделаешь?
Антон поднял взгляд. В нём был страхи.
— Обещаю.
Он говорил честно. Он правда больше не хотел. Его пугало, как близко он подошёл к краю моста.
— Арсений... — Парень поставил кружку на стол.
— А между нами что?
Вопрос вырвался сам. Он даже не понял, как осмелился.
Арсений замер. В горле встал ком.
— Антон... —он говорил медленно, тяжело.
— Я вижу, что у нас есть чувства. У тебя. У меня. Но я не могу. Я старше. Ты ещё несовершеннолетний.
Он отвёл взгляд.
— Прости.
Он встал и вышел, оставив Антона одного.
Ночью Арсений сидел на краю кровати, глядя в темноту.Он корил себя за эти слова, но знал ,иначе нельзя.
Он боялся сломать Антона окончательно. Боялся позволить себе лишнее.Парень ещё не оправился от прошлого
Им обоим нужно время.