Глава 12: Железный ритм грядущего.
Запах угля, раскаленного металла и тяжелого пара окутал станцию еще до того, как гигантская стальная машина показалась из-за поворота. Поезд «Бесконечность» замер у платформы, тяжело отдуваясь, словно живое существо, заглатывающее свою добычу.
Акихиро стоял на крыше водонапорной башни, возвышающейся над путями. Его расчетливый взгляд провожал троих юных истребителей, которые с детским восторгом запрыгивали в вагон. Танджиро. Его аура стала крепче со времен Натагумо, но рядом с ним Акихиро чувствовал иное присутствие - ослепительное, пульсирующее жаром, подобно маленькому солнцу. Кёджуро Ренгоку.
«Столп Пламени на месте, - отметил про себя Акихиро. - Но тень, окутавшая этот состав, слишком густа даже для него».
Акихиро чувствовал липкий, тошнотворный запах демонической крови, исходящий от самого поезда. Это было не просто присутствие демона внутри - это было слияние. Музан не скупился на ресурсы, посылая одну из своих последних Низших Лун.
Цугикуни мог бы просто войти в вагон и закончить всё одним ударом. Но он помнил слова Ояката-самы. Танджиро должен был закалиться, а Кёджуро - исполнить свой долг. Вмешательство Акихиро сейчас могло нарушить хрупкий баланс судьбы, который вел этих людей к их истинной силе. Однако он не собирался оставлять их на произвол судьбы.
Когда поезд тронулся, Акихиро бесшумно соскользнул вниз и запрыгнул на крышу последнего вагона. Его движения были лишены веса; он слился с ритмом поезда, становясь частью его тени.
Внутри состава началось действие техники магической крови. Пассажиры погружались в глубокий, неестественный сон. Акихиро почувствовал, как невидимые щупальца сна пытаются коснуться и его разума. Но Дыхание Солнца внутри его жил действовало как очищающее пламя. Едва дурман коснулся его сознания, жар крови испарил его.
«Техника сна, - Акихиро нахмурился. - Коварно. Но сталь не спит».
Внезапно поезд содрогнулся. Танджиро первым сумел разорвать оковы сна, и Акихиро почувствовал всплеск его энергии. Битва началась. Пока юноша и его друзья сражались с плотью поезда внутри, Акихиро оставался снаружи, на крыше, наблюдая за горизонтом. Его расчетливость подсказывала ему: Низшая Луна - это лишь занавес. Настоящая угроза придет позже, когда актеры на сцене будут истощены.
Сверху он видел, как Танджиро готовится нанести решающий удар в шею поезда у самого локомотива.
«Дыхание Солнца. Десятая форма: Светлое преображение» - мелькнуло в мыслях Акихиро, когда он увидел, как юноша использует свои ограниченные силы. Он невольно сжал рукоять собственного меча, готовый вмешаться, если Танджиро оступится. Но тот справился. Поезд с оглушительным скрежетом сошел с рельсов, заваливаясь на бок.
Акихиро спрыгнул с крыши за мгновение до столкновения, приземлившись в густую траву неподалеку. Поезд лежал, извиваясь, словно умирающий зверь. Истребители были живы, но изранены.
И тут воздух похолодел. Не от мороза, а от концентрации убийственной воли. Из леса на поле вышла фигура, чье присутствие заставило бы содрогнуться даже самого опытного Столпа. Третья Высшая Луна. Аказа.
Акихиро замер в тени разбитого вагона. Его янтарные глаза сузились, превратившись в две раскаленные щели. Его мягкость к детям и раненым сейчас была заперта глубоко внутри, уступив место ледяному расчету воина.
«Высшая Луна... - Акихиро медленно, на дюйм, обнажил клинок. - Ренгоку не выстоит против него один. Не после такого боя».
Он видел, как Аказа бросился на Кёджуро, и как Столп Пламени, несмотря на усталость, встретил его своим багряным клинком. Столкновение их сил порождало ударные волны, разрывавшие землю.
Акихиро Цугикуни стоял на грани. Один шаг - и он выйдет из тени, раскрыв себя Музану, нарушив обет молчания. Но смотреть, как угасает праведное пламя Кёджуро на глазах у потрясенного Танджиро, он не мог.
- Дыши, - прошептал Акихиро, настраивая свои легкие на частоту истинного Солнца.
В этот момент, когда кулак Аказы был готов пробить защиту Ренгоку, в ночной тишине раздался звук, который не принадлежал этому сражению. Звук раскаленного металла, погружаемого в воду.
Двенадцатая глава подходила к своему кровавому пику. Вольный охотник больше не мог оставаться зрителем. Наследие Солнца требовало крови Высшей Луны.