Глава 6. Рядом
Уроки прошли почти незаметно.
Дарвин поймала себя на том, что почти не помнит, о чём говорили учителя. День тек ровно, без всплесков и конфликтов, будто школа решила дать ей передышку. Но всё же что-то изменилось.
Караг.
На первом уроке он сел рядом — спокойно, без слов, просто отодвинул стул и кивнул. Дарвин удивилась, но ничего не сказала. На втором уроке он снова оказался рядом. Потом — на третьем.
— Это случайно? — тихо спросила она на перемене.
Караг посмотрел на неё и слегка улыбнулся:
— Нет.
Он не был навязчивым. Не задавал лишних вопросов, не пытался привлечь внимание. Просто был рядом: передавал тетрадь, тихо подсказывал номер страницы, иногда бросал быстрый, внимательный взгляд — как будто проверял, всё ли в порядке.
Дарвин чувствовала это особенно ясно.
Не давление.
Не собственничество.
Присутствие.
Она заметила и другое.
Джефри.
Он сидел через ряд, иногда менялся местами с Бо, иногда демонстративно отворачивался. Подколки были редкими, ленивыми, будто сказанными по привычке.
— Удобно устроилась, волчица, — бросил он, не глядя на неё.
— Ага, — спокойно ответила Дарвин.
Караг никак не отреагировал. И именно это, казалось, раздражало Джефри сильнее всего.
После последнего урока Караг догнал Дарвин у выхода.
— Ты свободна? — спросил он.
— Да.
Он помедлил секунду:
— Тогда... хочешь потренироваться? А потом пройтись по лесу. В обличиях.
Дарвин замерла.
— Просто прогулка, — добавил Караг. — Без соревнований. Почувствовать лес.
Волчица внутри неё откликнулась сразу — тихо и уверенно.
— Хочу, — сказала Дарвин.
Они ушли за территорию школы, туда, где деревья стояли плотнее, а воздух был холоднее и чище. Лес будто закрывал их от остального мира.
— Я первым, — сказал Караг.
Он отошёл в сторону — и через несколько мгновений на его месте стояла пума.
Гибкая, сильная, с мягкими, почти бесшумными движениями. Жёлтые глаза внимательно посмотрели на Дарвин — не оценивающе, а спокойно.
Дарвин сделала глубокий вдох.
Превращение далось легче, чем раньше. Волчица вышла наружу плавно, без рывков. Песок под лапами, запахи, далёкие звуки — всё встало на свои места.
Они пошли рядом.
Пума двигалась мягко, уверенно, держась на расстоянии — не впереди и не сзади. Дарвин подстраивалась под ритм. Иногда Караг останавливался, прислушивался. Иногда Дарвин поднимала морду, улавливая новые запахи.
Они не говорили.
И в этом не было необходимости.
Это была не тренировка.
И не проверка.
Это было доверие.
Когда они вернулись, небо уже темнело.
— Спасибо, — сказала Дарвин, снова став человеком.
Караг кивнул:
— Тебе нужно было пространство.
— Да, — честно ответила она.
У входа в школу Дарвин заметила знакомую фигуру.
Джефри стоял, скрестив руки, и смотрел в их сторону. Лицо было нечитаемым.
Караг проследил её взгляд:
— Если что...
— Я знаю, — перебила Дарвин. — Я справлюсь.
Он слегка улыбнулся — без ожиданий, без условий.
Дарвин пошла к школе одна. Волчица внутри была спокойна.
Но она понимала:
чем тише становятся дни, тем ближе момент, когда придётся сделать выбор.
⸻
Джефри дождался её у входа в корпус.
— Значит, прогулки, — сказал он, не глядя прямо на неё. — В обличиях.
Дарвин остановилась:
— Это проблема?
Он усмехнулся:
— Для тебя — нет. Для Карага — тоже.
Пауза.
— Для меня — возможно.
— Ты не имеешь права решать, с кем мне быть, — резко ответила Дарвин.
Джефри наконец посмотрел на неё. Взгляд был тёмный, напряжённый.
— Я и не решаю.
— Тогда почему ты ведёшь себя так, будто я что-то нарушила?
Он шагнул ближе:
— Потому что ты не видишь всей картины.
— Тогда объясни, — бросила она. — Или не лезь.
Джефри сжал челюсть.
— Караг не так прост, как кажется.
— А ты? — Дарвин подняла бровь. — Ты, конечно, само воплощение честности.
Он хмыкнул:
— Я хотя бы не притворяюсь.
— Ты притворяешься, что тебе всё равно, — выпалила она. — И это бесит больше всего.
На секунду между ними стало слишком тихо.
— Осторожнее, волчица, — сказал Джефри тихо. — Ты заходишь туда, откуда сложно выйти.
— Не указывай мне, куда заходить, — ответила Дарвин. — Я не часть твоей территории.
Он отступил на шаг, снова надел привычную маску усмешки:
— Как скажешь.
Дарвин развернулась и ушла, не оборачиваясь. Сердце билось слишком быстро, волчица внутри рвалась наружу, требуя движения, рыка, разрядки.
Она почти влетела в комнату, с грохотом захлопнув дверь.
— Да что с ним не так?! — выкрикнула она, швыряя куртку на стул.
Холли подпрыгнула на кровати:
— ОГО. Так. Стоп. Дыши. Что случилось?!
— Он! — Дарвин начала ходить по комнате. — Он ведёт себя так, будто я ему что-то должна! Будто я не имею права ни с кем говорить, ни с кем тренироваться!
— Это был Джефри, да? — уточнила Холли, уже зная ответ.
— Конечно это был Джефри! — Дарвин взмахнула руками. — Караг просто предложил погулять! Просто! А он смотрел так, будто я предала целую стаю!
Холли скрестила руки и прищурилась:
— Ага. Значит, всё-таки ревнует.
— Я не вещь! — почти прорычала Дарвин. — Я не его и не Карага!
— СТОП, — Холли подняла ладони. — Сядь. Сейчас же.
Дарвин плюхнулась на кровать, тяжело дыша.
— Ладно, — Холли села напротив. — По порядку. Что он сказал. Точно.
Дарвин закрыла лицо руками:
— Он сказал, что Караг «не так прост». Что я «не вижу всей картины». И что я «захожу туда, откуда сложно выйти».
Холли фыркнула:
— Классика. Загадочные предупреждения вместо нормального разговора.
— Я просто устала, — тихо сказала Дарвин. — От Миллинга, от стаи, от этих взглядов... Я хочу сама решать.
Холли смягчилась, подсела ближе и положила руку ей на плечо:
— И ты решишь. Просто... — она улыбнулась. — У тебя вокруг слишком много хищников, которым ты не безразлична.
Дарвин хмыкнула:
— Отлично. Мне только этого не хватало.
— Эй, — Холли толкнула её локтем. — Зато ты не одна. И если что — я на твоей стороне.
Дарвин наконец выдохнула.
Волчица внутри постепенно успокаивалась.
Но где-то глубоко она знала:
этот разговор был только началом.
После разговора с Холли Дарвин больше не могла сидеть на месте.
Слишком тесно.
Слишком шумно.
Слишком много внутри.
Она тихо вышла из корпуса и почти сразу свернула к лесу. Воздух там был холоднее, резче — именно то, что нужно. Дарвин остановилась, закрыла глаза и позволила волчице выйти наружу.
Превращение было резким.
Лапы коснулись земли, мышцы натянулись, дыхание стало быстрым. Она рванула вперёд — не думая о направлении, не считая шагов. Просто бежала. Ветер рвал шерсть, ветки хлестали по бокам, сердце грохотало в груди.
Гнев искал выход.
И тогда она почувствовала опасность.
Запах был чужим. Острым. Не из школы.
Человек.
Дарвин замедлилась, прижалась к земле, прислушалась. Между деревьями мелькнул силуэт — охотник. Он двигался осторожно, напряжённо, явно не ожидая встречи.
Первой реакцией был страх.
Второй — что-то тёмное, горячее.
Шанс.
Мысль была короткой, почти звериной: бежать за ним. Не ради нападения — ради выплеска. Ради того, чтобы наконец выдохнуть этот гнев.
Она сорвалась с места.
Охотник заметил движение и побежал. Дарвин гналась, не разбирая дороги, чувствуя, как ярость подталкивает вперёд. Запах усиливался, шаги путались, лес мелькал пятнами.
Но злость — плохой союзник.
Силы начали уходить слишком быстро. Дыхание сбилось, лапы налились тяжестью. Дарвин резко свернула за толстое дерево и прижалась к стволу, пытаясь отдышаться.
Сердце колотилось. В ушах шумело.
Она не услышала, как он подошёл.
Тень упала рядом. Запах стал слишком близким. Дарвин подняла голову — и встретилась с расширенными, безумными глазами. Охотник закричал что-то, голос сорвался, слова превратились в хаос.
Она зарычала — громко, низко, не контролируя себя. Это был не расчёт. Не угроза. Это было всё сразу.
Человек упал, спотыкался, кричал снова. Дарвин не понимала, что делает. Мир сузился до звуков, движений, резких вспышек страха.
Потом — резкая крик и боль в голове.
Сильные руки.
Чужой голос.
И темнота.
⸻
Дарвин открыла глаза медленно.
Перед ней был белый потолок. Слишком ровный. Слишком яркий. Голова гудела, тело казалось тяжёлым, чужим.
— Тише.
Знакомый голос.
Дарвин повернула голову.
Рядом сидел Джефри.
Он выглядел усталым. Настояще усталым — без усмешки, без привычной резкости. Его взгляд был сосредоточенным, напряжённым.
— Ты в безопасности, — сказал он тихо. — Не двигайся.
Дарвин попыталась что-то сказать, но горло пересохло.
— Что... случилось?
Джефри выдохнул и отвёл взгляд на секунду.
— Мы поговорим. Потом.
Он посмотрел на неё снова — внимательно, почти бережно:
— Главное, что ты жива.
И в этот момент Дарвин поняла:
что бы ни произошло в лесу —
она зашла дальше, чем собиралась.