Глава 7. Отдалился.
Дарвин чувствовала себя странно с самого утра.
После случившегося в лесу всё будто стало тише — не вокруг, а внутри неё. Тело уже не болело, но в голове всё ещё всплывали обрывки: белый потолок, серьёзный взгляд Джефри, его голос. Он ничего не расспрашивал, но перед уходом сказал чётко и жёстко:
— Если к тебе выйдет Миллинг — не торопись. Подумай, во что ввязываешься.
Она думала.
Весь день.
Уроки прошли словно в тумане. Караг пару раз ловил её взгляд, Холли явно что-то чувствовала, но не лезла с вопросами. Даже подколки Джефри звучали как-то слабее, будто он намеренно держал дистанцию.
А вечером Миллинг сам нашёл её.
Он вышел из тени деревьев легко, почти лениво, словно был здесь хозяином. Его взгляд скользнул по Дарвин — оценивающий, спокойный.
— Ты выглядишь лучше, — заметил он. — Значит, пришла в себя.
Дарвин напряглась, но не отступила.
— Ты пришёл за ответом.
Миллинг усмехнулся.
— Я знал, что ты поймёшь, зачем я здесь.
В голове снова всплыл голос Джефри. Предупреждение. Настороженность. Всё, что должно было её остановить.
Но вместе с этим было и другое: злость, чувство несправедливости, желание что-то изменить, а не просто наблюдать.
Дарвин глубоко вдохнула.
— Я согласна.
Миллинг внимательно посмотрел на неё, словно проверяя, не передумает ли она в следующую секунду.
— Хорошо. Я не сомневался.
— Но, — она подняла взгляд, — я не хочу прямого контакта. Пока.
Его улыбка стала шире.
— Умно. Поэтому всё будет аккуратно.
Миллинг сделал шаг назад.
— Когда появится задание, ты узнаешь о нём не от меня.
Дарвин напряглась.
— От кого?
— От Джефри, — спокойно сказал он. — Он будет связующим. Не волнуйся, он в курсе ровно настолько, насколько нужно.
Это прозвучало странно. Слишком странно.
— Он не согласится, — тихо сказала Дарвин.
— Он уже согласился на большее, чем думает, — ответил Миллинг и отвернулся. — До встречи, Дарвин.
Он исчез так же внезапно, как и появился.
Дарвин осталась одна среди деревьев, чувствуя, как внутри всё сжимается. Решение было принято — и назад дороги уже не было.
Она не знала, что именно её ждёт.
Не знала, какую цену придётся заплатить.
Но одно было ясно точно:
спокойная жизнь закончилась.
⸻
После визита Миллинга весь день прошёл как будто легко.
Уроки, тренировки, даже обеды — всё шло хорошо. Дарвин чувствовала, как внутри постепенно уходит напряжение, как будто она наконец немного отпустила прошлое.
Но Холли заметила кое-что тревожное.
Джефри отдалялся.
Он меньше шутил, реже встречался взглядом, всё чаще задерживался в стороне. Холли взглянула на Дарвин с настороженной улыбкой:
— Эй, посмотри, что с твоим «любимым хищником». Он что-то скрывает.
Дарвин ощутила тревогу. В голове возникло предположение: а что если он видел то, что случилось с охотником? То, как она потеряла контроль в лесу... То, как тот человек стал психом под её гневом?
Мысль сжала сердце.
Когда Холли собралась вечером девочек в комнате, Дарвин, наконец, рассказала всю историю. Голос был тихим, ровным, но слова шли тяжело:
— Я жила в маленьком городке с родной семьёй, — начала она. — Всё было обычно... однажды я пошла гулять, и меня там жутко разозлили. Да, я была вспыльчивой, даже слишком. Но та ситуация изменила не только мою судьбу... тот оборотень, который был там со мной, стал психом. Сейчас он находится в психиатрической больнице, а моя семья отправила меня сюда, чтобы я научилась быть стабильнее и спокойнее.
В комнате повисла тишина. Девочки не сразу осмелились говорить, а когда осознали всё, лица у всех побледнели.
— Это... ужасно, — выдохнула Лу.
— Боже, Дарвин... — прошептала Тикаани.
— И ты справилась... — тихо сказала Тень, так же молча наблюдая, но её глаза говорили больше любых слов.
Дарвин вздохнула:
— Я стараюсь. Иногда кажется, что гнев внутри меня может вырваться в любой момент. Но я учусь контролировать его.
Холли подошла ближе и положила руку на плечо Дарвин:
— И ты реально справляешься. Серьёзно. Держишь себя в руках, даже когда всё вокруг давит.
— А Джефри... — тихо начала Дарвин. — Он отдаляется. Я думаю... может, он видел то, что случилось с охотником.
Холли нахмурилась, внимательно посмотрела на неё:
— Вот оно что. Ну, теперь понятно, почему он ведёт себя странно.
— И что мне делать? — спросила Дарвин.
— Сначала просто будь собой, — ответила Холли с улыбкой. — И наблюдай. Мы разберёмся, девочки, вместе.
Дарвин кивнула. Волчица внутри слегка успокоилась.
— Спасибо, — тихо сказала она. — Я чувствую себя... чуть спокойнее.
— Это только начало, — улыбнулась Холли. — А завтра мы решим, как работать с Джефри, чтобы он не свёл тебя с ума.
И в комнате снова воцарилась тишина — но теперь она была безопасной. Волчица внутри Дарвин наконец перестала скулить от напряжения.
⸻
Дарвин спешила по коридору после уроков, глубоко погружённая в свои мысли. Лес за окнами школы тихо шумел, и каждый звук в коридоре казался громче, чем обычно. Она несла подмышкой несколько тетрадей, которые только что собиралась пронести в комнату, и не заметила, как зашла слишком быстро за угол.
— Осторожно! — вскрикнул кто-то с другой стороны.
Стук металла о пол, мягкий шорох бумаги, и Дарвин поняла, что врезалась в кого-то.
— Ой! — выдохнула она, и взгляд упал на фигуру перед собой.
Джефри стоял, наклонившись над рассыпавшимися тетрадями. Он собрал их в аккуратную стопку, но, как всегда, не поднял взгляд на неё. Его волосы слегка растрёпаны, а взгляд был направлен куда-то в пол, будто он думал о чём-то другом.
— Сегодня... пойдем на тренировку? — спросила Дарвин осторожно, пытаясь разрядить момент. Сердце стучало быстрее, но она старалась говорить спокойно.
— Нет. — Слово прозвучало резко, как удар. Голос короткий, без намёка на объяснение, без эмоций.
Дарвин замерла. Он даже не поднял на неё глаза, когда протягивал ей тетради. Она стояла, чувствуя, как дыхание сбилось, а ладони начали потеть.
— Ты... — начала она, но слова застряли в горле.
Джефри, не отвечая, шагнул в сторону и исчез за следующим углом, оставив Дарвин стоять с кучкой тетрадей в руках и пустотой, куда он только что ушёл.
Она тяжело вздохнула и оперлась спиной о стену. Сердце всё ещё бешено стучало, а внутри что-то шипело — смесь разочарования и злости. Почему он так? Почему он всегда так?
В этот момент Дарвин почувствовала движение рядом. Караг.
Он шёл чуть позади, но теперь оказался рядом, словно материализовавшись в нужный момент. Его глаза, тёплые и внимательные, встретились с её взглядом.
— Всё в порядке? — спросил он мягко, едва улыбаясь.
Дарвин кивнула, хотя внутренняя буря не утихала.
— Да, просто... Джефри.
Караг кивнул, понимая без слов. Он не стал давить, не стал задавать лишние вопросы. Просто шагнул ближе, и Дарвин почувствовала удивительное спокойствие рядом с ним.
— Хочешь, я помогу донести? — предложил он, указывая на её тетради.
— Нет, я справлюсь, — ответила Дарвин, но внутренне ей хотелось согласиться. Его присутствие было безопасным, в отличие от постоянно напряжённого взгляда Джефри.
Они шли рядом, почти молча. Караг не пытался говорить лишнего, но каждый его жест, каждая лёгкая улыбка, взгляд, случайно брошенный на неё — всё это напоминало Дарвин, что есть рядом кто-то, кто действительно понимает, кто рядом, когда мир слишком давит.
Дарвин ловила себя на мысли, что Караг стал ей опорой быстрее, чем кто-либо здесь. Он не требовал внимания, не пытался контролировать её, как Джефри, не смотрел на неё с оценкой. Просто был рядом. И это было достаточно.
— Мне странно, — призналась она тихо, почти себе, — что кто-то может быть таким спокойным рядом со мной.
Караг слегка улыбнулся:
— Ну, кто-то же должен. Ты слишком много думаешь, Дарвин. Иногда нужно просто идти с теми, кто рядом, а не пытаться справиться со всем сама.
Она посмотрела на него, и впервые за долгое время почувствовала лёгкость. Лёгкость, которую невозможно объяснить словами, — словно волчица внутри на мгновение успокоилась, позволяя быть самой собой.
— А Джефри? — тихо спросила она. — Он... странный.
Караг покачал головой:
— Он всегда такой. Но ты увидишь — иногда, когда кажется, что он отдалился, он на самом деле просто оценивает ситуацию. Или себя. Но это не значит, что он не заботится.
Дарвин кивнула, но мысли снова вернулись к утреннему эпизоду: его резкое «нет», его уход. Сердце сжалось, но рядом с Карагом это сжатие стало легче переносить.
— Хочешь потренироваться? — спросил он вдруг, как бы сменяя тему. — В животном обличии. Просто побегаем.
Дарвин улыбнулась и согласилась. Они вышли на открытую площадку у леса. Песок мягко скрипел под лапами, ветер играл с шерстью. Караг двигался рядом, но не подсказывал, не наставлял. Он позволял ей идти в своём ритме, смеяться над собственными ошибками, наслаждаться скоростью.
Дарвин чувствовала, как злость, оставшаяся после встречи с Джефри, постепенно растворяется в движении. Она позволила себе быть волчицей, позволила себе гнев и радость одновременно. Караг был рядом, словно якорь, и Дарвин впервые за долгое время поняла: дружба может быть такой — без давления, без ожиданий, без проверки границ. Просто доверие и понимание.
Когда они закончили, Дарвин села на песок, запыхавшись, а Караг присел рядом.
— Спасибо, — сказала она тихо.
— За что? — улыбнулся он.
— За то, что ты просто рядом.
Он посмотрел на неё, потом к лесу:
— Иногда это лучшее, что можно сделать. И я думаю, тебе это нужно.
Дарвин улыбнулась, впервые чувствуя настоящую опору. И хотя Джефри всё ещё оставался загадкой, теперь у неё был кто-то рядом, кто точно понимал её, кто мог стать настоящим другом — и, возможно, больше, чем другом, в будущем.