«Царство моего ада»

Я стояла между ними, и мне казалось, что я нахожусь в эпицентре шторма. В ушах звенело от собственного пульса. Справа — Ян, его рука крепко, почти больно сжимает мой локоть, пальцы холодные и властные. Слева — Дамир, он тяжело дышит, его рубашка на плече снова потемнела от свежей крови, а левая рука протянута ко мне в немом, отчаянном жесте.

— Лиза, — снова позвал Дамир. Его голос больше не гремел. Он был тихим, севшим, и в этой хрипоте я услышала то, чего никогда не ожидала от него. Просьбу. — Не делай этого. Не верь ему.

— Ты смеешь говорить о доверии? — Ян дернул меня на себя, заставляя сделать шаг в сторону черного выхода. — После того, как она увидела твою подпись под её ценой? Ты купил её как вещь, Касаев! Как партию щебня для своего порта!
Дамир проигнорировал Яна. Он смотрел только мне в глаза, и в его взгляде была такая невыносимая честность, от которой становилось страшно.

— Да, я купил этот долг, — Дамир сделал еще один медленный, мучительный шаг ко мне. Лео за его спиной напрягся, готовый к любому рывку. — Но я сделал это не для того, чтобы владеть тобой. А для того, чтобы эта бумажка не оказалась в руках тех, кто пустил бы тебя по кругу в ту же ночь. Твой отец... он был в агонии, Лиза. Он искал, кому подороже продать свою последнюю ставку.

— Ложь! — выкрикнул Ян. — Ты сам его к этому подтолкнул!
Я посмотрела на Яна. Его лицо, всегда такое спокойное и аристократичное, сейчас было искажено какой-то жадной лихорадкой. Он слишком сильно сжимал мою руку.
— Ян, отпусти, — прошептала я. — Мне больно.

Он не сразу услышал. Его пальцы впились в мою кожу еще сильнее.

— Лиза, мы уходим. Сейчас. Машина ждет. С этим чудовищем покончено.
Я снова перевела взгляд на Дамира. Он стоял неподвижно. Его правое плечо заметно дрожало, повязка под рубашкой взмокла, и я видела, как капля пота скатилась по его виску. Он не пытался вырвать меня силой. Он просто стоял и ждал. Как будто мой уход был для него смертным приговором, который он готов принять с прямой спиной.

— Дамир, — я сглотнула слезы. — Та расписка... там правда его почерк. Он действительно... заложил меня?
Дамир медленно кивнул.

— Да. В закрытом клубе «Олимп». Месяц назад. Белов был там свидетелем, Лиза. Он видел, как твой отец ставил подпись. И он не остановил его. Он ждал, когда плод созреет, чтобы сорвать его моими руками, а потом «спасти» тебя, выставив меня дьяволом.
Я замерла. Холодная волна осознания накрыла меня. Я посмотрела на Яна.

— Ты... ты был там? Ты видел, как он это делал?

Ян на мгновение отвел взгляд, и этой секунды мне хватило. Его идеальная маска дала трещину.

— Я пытался его отговорить, Лиза... Но он был невменяем...

— Ты не пытался, — Дамир сделал еще шаг. Теперь между нами было не больше метра. — Ты подначивал его. Ты хотел, чтобы я стал тем, кто заберет её силой, чтобы потом предстать перед ней героем. Весь этот спектакль с папкой — твой последний ход в игре за активы моего порта. Тебе не нужна Лиза. Тебе нужно, чтобы она возненавидела меня и подписала отказ от доли отца в мою пользу, который ты потом оспоришь.
Я почувствовала, как пальцы Яна разжались. Его ладонь соскользнула с моего локтя. В комнате повисла тяжелая, удушливая тишина.
Я посмотрела на Дамира. На его окровавленную рубашку. На шрамы, которые я видела в вагончике. На его одиночество, которое он нес как крест.

— Лиза, — тихо сказал Ян, пытаясь вернуть мой взгляд. — Он манипулирует тобой. Посмотри на него. Он ранен, он слаб, он пытается вызвать жалость...

— Жалость? — Дамир горько усмехнулся. — Я не знаю, что это такое, Белов. Но я знаю, что такое правда.

Дамир протянул мне руку. Ладонь вверх. Открыто.

— Идем домой, Лиза. Если захочешь уйти завтра — я сам соберу твои вещи. Но не уходи с ним. Не давай ему победить так дешево.

Я посмотрела на черную дверь позади Яна — там была «свобода», которая пахла ложью и чужими интригами. И посмотрела на Дамира. Он был монстром. Он был жестоким, властным и сломленным. Но он был единственным, кто в этом фальшивом мире не пытался казаться святым.

Я сделала шаг. К Дамиру.
Его пальцы мгновенно сомкнулись на моей руке. Не больно. Но так крепко, словно он никогда больше не собирался меня отпускать.

— Лео, — Дамир даже не обернулся к помощнику. — Выведи господина Белова. И позаботься, чтобы его «документы» остались здесь.
Ян стоял неподвижно, его лицо стало мертвенно-бледным. Он проиграл. И он это знал.

— Ты еще пожалеешь, Лиза, — бросил он, поправляя пальто. — Ты выбрала свою клетку. Не плачь, когда прутья начнут сжиматься.

Он развернулся и вышел. Мы остались одни в полумраке ресторанного зала. Дамир медленно выдохнул, и я почувствовала, как он всем телом навалился на мою руку. Его силы закончились.

— Пойдем... — прошептала я, подхватывая его под локоть. — Тебе нужно в больницу. Слышишь? Сейчас же.

— Домой, — упрямо ответил он, закрывая глаза. — Просто отвези меня домой, котенок.

Дорога обратно в поместье была тихой, но эта тишина не была мирной. Дамир сидел на заднем сиденье, откинувшись на подголовник. Его глаза были закрыты, а лицо в свете мелькающих уличных фонарей казалось восковой маской. Он больше не сжимал мою руку, но я чувствовала его присутствие каждой клеткой своего тела.