Наследница Блэквуда

Глава 7: Танцы на битом стекле
Парк встретил их мертвой тишиной. Только редкие фонари моргали, словно в предсмертной агонии, отбрасывая рваные тени на пустые аллеи.
И он стоял там.
Kawasaki. Чёрный, как сама ночь. Холодный металл блеснул в свете фар. Рони вышла из машины Адриана, даже не дождавшись полной остановки. Её пальцы коснулись руля — пыль, холод и едва уловимая вибрация, которая, казалось, жила внутри байка.
— Ты серьёзно? — выдохнул Адриан, хлопая дверью машины. —Ты едва на ногах стоишь, Рони! Ты бледная как смерть!
Она не смотрела на него. Она смотрела на дорогу.
—Это единственное, что у меня сейчас под контролем, Адриан. Единственное, что не лжёт.
Щелчок шлема. Глухой звук, отрезающий её от мира. Внутри шлема —только её дыхание и запах собственной ярости.
—Езжай за мной, если так хочешь быть моим «рыцарем»,— бросила она, и в следующую секунду двигатель взревел.
Это был не звук — это был крик. Живой, дикий. Рони сорвалась с места, превращаясь в чёрную вспышку. Адриан выругался, вгрызаясь в руль своего авто, и бросился следом.

Когда ворота особняка тяжело сомкнулись за их спинами, Рони заглушила мотор. Тишина после рёва байка показалась оглушительной. Она сняла шлем, и пепельные волосы рассыпались по плечам.
В холле её ждали.
Мэри. На её лице были слезы. Не те привычные капли для манипуляций, а настоящие, размазавшие дорогую тушь.
— Вероника... где ты была?! — голос Мэри дрожал.
Рони прошла мимо, обдавая её холодом.
—Гуляла.
Но мозг уже работал как сканер. «Игра. Слишком много эмоций» Она подняла взгляд и столкнулась с Домиником. Он стоял в тени за спиной Мэри. Спокойный. Идеально выглаженный. Но его взгляд, холодный, почти хирургический анализ. Он оценивал.
—ГУЛЯЛА?!—Мэри сорвалась на крик, сокращая дистанцию.—Весь дом на ушах! Адриан мечется по городу! Я... я просто устала, Вероника. С первого дня здесь—только кровь, скандалы... Я больше не могу.
На секунду Рони стало неловко, но это чувство испарилось, когда в холл ворвалась Кассандра.
—Да конечно, ей плевать!—Касси буквально горела ненавистью.—Наша королева проблем! Из-за тебя в этом доме дышать нечем! Ты позоришь нас!
—Кассандра,—голос Доминика прозвучал тише, но металл в нём заставил всех замолчать.
Он перевёл взгляд на Рони.
—Ты в порядке?
Вопрос-шаблон.Рони кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от всей этой фальши.
—Я к себе.
Очищение
В ванной Рони стояла под ледяными струями воды, упираясь ладонями в кафель. Она смывала с себя всё: запах пороха из парка, запах кожанки Ника, липкий страх нападения.
Итан. Незнакомец-наемник. Отец, который молчит. Доминик, который начал смотреть на неё как на врага.
Она вышла, натянула привычное худи и джинсы. На экране телефона, лежащего на зарядке, вспыхнуло уведомление.
Отец.

«У нас всё в порядке. Не беспокойся. Никуда не влезай. Это приказ».

Рони замерла, глядя на текст.
—Лжёшь...—прошептала она.
Отец никогда не писал так «правильно». Когда у него всё в порядке, он шлёт дурацкие смайлики или просто пишет: «Жив». Он под прицелом. Или уже за чертой.
Она схватила куртку.
—Пора.
Трасса в никуда
—Ты снова уезжаешь,—Адриан ждал её в коридоре. Он выглядел так, будто не спал неделю.
—Домой. В свой настоящий дом.
Он не стал спорить. Просто взял ключи от машины.
—Я за тобой.
—Адриан, Нет я еду одна!
—Рони это не обсуждается, я с тобой.
—Это опасно.
—Я еду и точка!
Рони выдохнула.
— Бери куртку. И щенка.
Адриан нахмурился.
— Что?
— Он не останется здесь.

Рёв мотора Kawasaki разорвал ночную мглу. Рони неслась по трассе, чувствуя, как ветер бьет в грудь. Адриан держался в паре метров позади.
Но они были не одни.
В тени, за пределами света их фар, скользил тенью другой байк. Ник. Он не включал свет. Он двигался идеально, сливаясь с темнотой. Его взгляд не отрывался от пепельной косы Рони, выбивающейся из-под шлема.
—Упрямая...—одними губами произнёс он, чувствуя, как адреналин жжет изнутри.—Куда же ты лезешь, мелкая?

В это же время в центре города Итан стоял у панорамного окна.
—Она уехала,—сказал он в трубку. Голос был лишён эмоций.—Да. Я разберусь.
Он отключился и посмотрел на отражение своего лица в стекле. Оно было красивым и совершенно мертвым.
—Ты делаешь всё только сложнее, Рони... Но так даже интереснее.

Гард, крошечный черный щенок на заднем сиденье машины, зарычал, низко и глубоко, его испуганный скул тонул в звуках движения.
Первый выстрел прозвучал раньше, чем Рони успела даже подумать, разрезав воздух, словно огненная игла, и ударил в ее правое предплечье. Кровь хлынула, пропитывая рукав кожаной куртки, мгновенно делая его липким и багровым. Жгучая, невыносимая боль пронзила конечность, перекрывая рев Кавасаки. Мир вокруг на мгновение покачнулся.
— Чёрт... — сквозь сжатые от боли зубы.
Пуля разорвала кожу и мышцы, словно огненный кнут. Рони мгновенно ушла в сторону, выкручивая руль, игнорируя жгучую боль, которая теперь пульсировала в ее руке, сведя мышцы. Позади взревел двигатель внедорожника — Адриан ускорился, его машина, словно черный танк, прикрывала ее сзади.
Из темноты вынырнула чёрная машина. Без номеров. Их движения были уверены, без лишних действий, словно команда спецназа.
Ещё одна.
И ещё.
— Серьёзно?.. — сквозь сжатые от боли зубы, стараясь сохранить контроль над байком.
Это были не уличные шавки. Это были люди, которые знают, как убивать. Люди, которые были готовы к этому.
Рони наклонилась к баку, уменьшая силу ветра, игнорируя боль, и резко свернула в узкий проезд между складами. Один из внедорожников пошёл за ней, его фары разрезали темноту проезда.
Выстрел.
Искры.
Боль.
Пуля задела руку, но на этот раз — лишь касательно, оставляя поверхностную царапину. Рони резко затормозила, байк завизжал, развернувшись боком, оставляя черную полосу на асфальте. Когда первая машина вылетела за ней в проезд — Рони уже была на ногах. Она уже двигалась, игнорируя жгучую боль в руке.
Нож — в правой руке, лезвие блеснуло в свете фар. Первый нападавший рванул к ней, его движения были четкими, но он не ожидал этого.
Ошибка.
Дернув правой рукой, игнорируя жгучую боль, которая теперь пульсировала в ее раненой руке, Рони ушла под руку первого нападавшего, лезвие скользнуло по сухожилию. Крик. Кровь.
Второй — быстрее. Он почти попал. Почти. Его пуля чиркнула по ее куртке, но не задела.
Третий.
Четвёртый.
Слишком много. Слишком быстро.
«Они не на запугивание. Они на захват».
Щелчок. Пистолет. Вспышки выстрелов разрезали темноту, звуки эхом разносились между складами. Тишина взорвалась эхом, словно разорвавшийся в воздухе артиллерийский снаряд. Три выстрела. Первый — в ногу. Второй — в плечо. Третий — без предупреждения. Нападавшие рухнули на землю.
С другой стороны — удар. Адриан. Он двигался чётко. Жёстко. Без лишнего. Его движения были выверены, без лишних движений, словно он был рожден для этого. Рони поймала себя на мысли: «Ты умеешь... слишком хорошо». Но—
Тень. Снова. Один из нападавших рухнул без звука, словно подкошенный невидимой рукой. Тень. Снова. Рони резко обернулась. Пусто. Только ветер. «Он здесь». Ник. Следит. Помогает. Но не выходит.
Рони отступила, разворачиваясь, ударила в бок одного из нападавших, дыхание тяжелое. Кровь на ее руках, смешанная из чужой и ее собственной, пропитывала все вокруг, превращаясь в липкую, смертельную жидкость. Жгучая боль в ее правой руке теперь была лишь фоном, постоянным напоминанием о том, что она еще жива. Порох в воздухе. Звуки выстрелов и крики смешивались в хаотичную, смертельную симфонию.
Когда они подъехали к дому— Рони уже знала. Что-то не так. Слишком тихо. Слишком... мертво. Особняк Уитморов, который обычно был полон жизни, теперь стоял в полной тишине, словно заброшенный склеп.
Дверь открылась с глухим скрипом, обнажая внутреннее пространство дома. Разгром. Осколки. Следы борьбы. Кровь, багровыми пятнами пропитывала ковер, осколки хрустели под ногами. Рони рванула в кабинет, игнорируя жгучую боль в руке. Мамы нет. Пустые комнаты. Отчаяние.
— Мама... — тихо. Тишина. Никого. Гард зарычал, низко и глубоко, его скул был пронизан страхом и отчаянием. Он прижался к ее ноге, ища защиты. Рони опустилась и провела рукой по его голове, стараясь сохранить спокойствие.
— Тихо... я здесь... — но внутри уже не было спокойствия. Только холод. Смертельный, пронизывающий холод.
Она подошла к ноутбуку. Её код. Её система. Её защита. Использована против неё. Её шифрование по протоколу AES-256 было взломано, а система многофакторной аутентификации обойдена.
— Нет... — пальцы задрожали, на экране был открыт удалённый доступ. Логи. И— код. Тот самый, который она писала месяц назад. Для защиты. Для закрытого канала. Её система... была использована, чтобы вырубить защиту дома.
И тут она увидела. Файл. Скрытый. Переписка. Короткая. Чёткая. Без имён. Но... одна деталь. Стиль. Фразы. И— подпись. «М.» Рони сжала челюсть. «Мэри...» И всё встало на свои места. Слёзы. Давление. Ненависть.
«Ты хотела избавиться от нас...И для этого ты продала нас...»
— Что ты нашла? — голос Адриана стал глухим, в нем звучала тревога.
— Крысу, — холодно. Смертельно холодно. Трещина в ее глазах, трещина, которая больше не могла быть скрыта.
— Кто?
Рони посмотрела на него. — Не важно.
Гард заскулил. Прижался к её ноге. Рони опустилась и провела рукой по его голове.
— Тихо... я здесь... — но внутри уже не было спокойствия. Только холод. Смертельный, пронизывающий холод.
— Рони?.. — голос Адриана стал еще тише, в нем звучала тревога и непонимание.
— Это я... — тихо сказала она.
— Что?
Она подняла на него глаза.
—Это моя система. Моё шифрование. Мой доступ. Кто бы это ни сделал... он использовал меня.
—Или...—её голос стал ещё тише.— Я сама открыла им дверь.
Тяжёлые, быстрые шаги. Доминик вошёл в кабинет. Осмотрел всё. Сжал челюсть.
—Я не успел...— Это была точечная атака, сказал он. — Они знали систему.
Рони медленно подняла взгляд. — Да. Знали. Слишком хорошо.
Он посмотрел на неё. — Мы найдём их.
Телефон в её кармане завибрировал. Новое сообщение. Не от отца. Незнакомый номер.
«Ты уже поняла? Ты сама открыла дверь. Следующий ход за тобой».
Рони медленно подняла взгляд. Где-то далеко, за пределами дома— в темноте— кто-то наблюдал. И ждал. И она знала, что этот кто-то — ее следующий враг. Враг, которого она должна найти и уничтожить. Враг, который использовал ее против нее самой. И ждал ее следующего хода.
А где-то в темноте, далеко от дома— Ник наблюдал. Молча. И не вмешивался.Он был тенью в ночи, таинственной силой, которая ждала своего момента.

Дом Картеров затаился. Тишина больше не была уютной — она пахла озоном, порохом и липким страхом, который въелся в стены вместе с запахом чужой крови.
Рони сидела на краю кровати. Каждое движение правой руки отзывалось в теле вспышкой белого шума. Пуля лишь лизнула кожу, но ощущение раскаленного клейма не проходило.
Адриан. Он работал молча. В комнате пахло антисептиком и чем-то еще — его парфюмом, тяжелым и спокойным. Его пальцы, привыкшие к рулю и, как оказалось, к оружию, касались ее предплечья с пугающей нежностью.
— Не дергайся, — его голос был как глубокий бархат, но в нем проскальзывали стальные нотки.
— Я не ребёнок, Адриан. Переживу, — огрызнулась она, хотя внутри всё сжалось, когда он затянул бинт.
Он поднял взгляд. В этом столкновении глаз было слишком много несказанного. Его ладонь на секунду задержалась на её руке — лишнее мгновение, лишнее тепло.
— Ты слишком много берешь на себя, Рони, — тихо произнес он.
— А ты слишком много думаешь обо мне. Это вредно для здоровья.
Он не улыбнулся. Медленно отпустил её руку, и Рони внезапно почувствовала холод там, где только что была его кожа.
Ложь во спасение
У двери Адриан замер, поправляя пиджак.
— Я уезжаю. Дела семьи, которые не терпят отлагательств.
— Отлично. Скатертью дорожка.
Он прищурился, изучая её лицо, словно сложный программный код.
— Ты что-то задумала. Рони... не лезь туда одна.
Она посмотрела ему прямо в глаза — честно, открыто, по-королевски.
— Не буду.
Ложь была идеальной. Она скользнула с её губ так легко, что Адриан, поколебавшись, кивнул. Но перед самым уходом он сделал то, от чего у Рони перехватило дыхание. Он шагнул к ней и обнял. Крепко. До хруста в ребрах.
— Просто... будь осторожна, — выдохнул он ей в волосы.
Щелчок замка. Шаги стихли.
— Проблема номер один ушла, — прошептала Рони, игнорируя странную пустоту в груди.
Код предательства
Экран ноутбука осветил её лицо мертвенно-голубым светом. Пальцы левой руки летали по клавишам, правая — ныла, напоминая о цене ошибок.
— Посмотрим, какая ты на самом деле, Мэри...
Файлы открывались один за другим. Скрытые логи, зашифрованные транзакции. Рони видела структуру — четкую, выверенную. Мэри не была просто капризной мачехой. Она была узлом. Связующим звеном.
— Офис... Маршрут... Ты встречаешься с теми, кого отец приказал стереть из памяти, — Рони сжала челюсть.
Гард, мирно дремавший на подушке, вдруг вскинул голову. Его уши локаторами повернулись к окну. Он не зарычал. Вместо этого он вильнул хвостом и спрыгнул на пол.
Гость из пустоты
Тень отделилась от окна без единого звука. Черный оверслайз, кожа, маска. Ник Найт. Он стоял посреди комнаты, словно сам был частью темноты.
Рони среагировала мгновенно: левая рука — в карман к ножу, правая — к кобуре на поясе.
— Ты кто? У тебя хобби лазить по окнам? — её голос не дрогнул, несмотря на бешеный ритм сердца.
— А у тебя хобби умирать? — отозвался он. Голос за маской звучал низко, с едва уловимой усмешкой. — Я Ник. Ник Найт.
Гард, этот предатель с хвостом, радостно ткнулся носом в ладонь Ника.
— Ты серьезно?! — Рони вскинула брови.
— Он умнее некоторых людей в этом доме, — Ник даже не посмотрел на щенка, но его пальцы машинально почесали Гарда за ухом.
— Спасибо за комплимент.
— Это был не комплимент.
Он сократил расстояние за секунду. Рони дернулась к оружию, но Ник был быстрее. Его движение было смазанным, профессиональным. Пальцы сомкнулись на её запястье — точно, уверенно, но без лишней боли. Он просто... забрал у неё пистолет.
Между вдохом и выдохом
В следующую секунду он прижал её к стене. Спина встретилась с холодными обоями, а перед глазами оказались его — темные, бездонные, опасно близкие.
—Собралась стрелять раненой рукой?
Воздуха в комнате вдруг стало катастрофически мало.
— Ты вообще кто такой? — прошептала она, чувствуя его дыхание на своей коже.
— Проблема, которую тебе лучше не решать, Рони.
— Поздно. Я уже в игре.
Он чуть наклонился. Маска скрывала лицо, но взгляд прожигал насквозь.
— Ты всегда такая упрямая, или это только со мной у тебя включается режим камикадзе?
Тишина в комнате стала густой, как патока. Гард довольно устроился на кровати, наблюдая за ними, как за скучным вечерним шоу. Ник медленно отложил её пистолет на стол, но не отстранился.
— Ты идешь к Мэри, — это был не вопрос. Утверждение.
— Это не твое дело.
— Уже мое. Если ты пойдешь туда сейчас — тебя будут ждать. Там засада, хакерша.
Рони прищурилась, пытаясь разглядеть правду за его словами.
— А ты откуда знаешь?
Пауза затянулась. Секунда, две...
— Потому что я уже видел, чем это заканчивается, — в его голосе впервые прорезалась настоящая, неприкрытая горечь.
В этот момент воздух между ними изменился. Он больше не был просто опасным. Он стал живым.

Эта глава должна пахнуть гарью, железом и разбитыми надеждами. Мы сделаем её максимально кинематографичной, чтобы читатель чувствовал каждый удар вместе с Рони.

Ник ушел так же, как и появился — растворился в тенях, оставив после себя лишь шлейф опасности и невысказанное предупреждение. Рони не слушала. Внутри неё пульсировал код ярости. Она не просто хотела ответов — ей нужно было выжечь эту ложь до основания.
Дом Мэри светился, как рождественская витрина. Слишком ярко. Слишком стерильно. Дверь была приглашающе приоткрыта.
*«Либо она дура, либо это сцена для моей казни»,* — пронеслось в голове.
Рони вошла, сжимая пистолет здоровой рукой. Шаг. Второй. Тишина давила на перепонки. И вдруг — **щелчок.**
Мир погрузился в абсолютную, липкую тьму.

Первый удар пришел из ниоткуда — тяжелый, профессиональный. Рони увернулась на инстинктах, чувствуя, как рана на плече взорвалась новой порцией боли. Нож скользнул в её руку сам собой.
**Хруст.** Лезвие нашло сухожилие первого нападавшего. В темноте вспыхнули выстрелы — её пистолет выплевывал свинец, освещая лица врагов на доли секунды.
Их было не двое и не трое. Целый отряд. Профессионалы в тактическом снаряжении. Рони сражалась как раненый зверь. Она использовала стены, мебель. Удар локтем в челюсть, выстрел в колено, разворот. Но её тело предавало её. Кровь из раны на руке уже пропитала худи, делая одежду тяжелой и липкой.
— Чёрт... — выдохнула она, когда её приложили головой о мраморную колонну. Вспышка перед глазами. Вкус металла во рту.

— ХВАТИТ!
Свет включился так же внезапно, слепя и дезориентируя. Рони стояла на коленях, тяжело дыша, окруженная пятью стволами.
Из тени вышел он.
Его шаги были небрежными, он медленно хлопал в ладоши. Но в его глазах больше не было той мягкости, которой он так ловко манипулировал. Там был только холодный расчет.
— Впечатляет, Рони. Правда. Ты продержалась дольше, чем говорили аналитики.
— Так это ты... — Рони сплюнула кровь на чистый пол. — Всё это время...
— Не льсти себе. Ты — лишь переменная в уравнении. Ты должна была быть проще. Послушнее.
Итан кивнул одному из наемников. Тяжелый ботинок врезался Рони в живот. Она согнулась, хватая ртом воздух, который превратился в стекло. Её схватили за волосы, заставляя смотреть на экран планшета. Фото
Вивьен. Её мать. Связанная, бледная, в каком-то подвале. Живая. Пока что.
— Нет... — этот хрип едва напоминал её голос.
— Это твоя вина, — Итан наклонился почти к самому её уху, его голос был сухим, как песок. — Ты слишком много возомнила о себе. Я — всего лишь инструмент. А ты — цель, которую пора списать.
Внутри Рони что-то окончательно рухнуло. Не страх. Не боль. Это была тишина. Мертвая зона, где больше не было места чувствам.
— Убейте её, — бросил Итан, разворачиваясь к выходу.
В тот момент, когда палец наемника начал давить на спуск, дом содрогнулся.
Входная дверь не просто открылась — она взорвалась щепками. Тьма ворвалась внутрь.
Он не дрался. Он аннигилировал. Это было жуткое, выверенное зрелище. Ник двигался быстрее человеческого глаза. Выстрел — труп. Удар — сломанная шея. Он не издавал ни звука, работая с хирургической точностью и яростью шторма. Кровь брызгала на стены, смешиваясь с дорогими обоями Мэри.
Когда последний наемник рухнул, Ник замер перед Рони. Его одежда была в багровых пятнах, глаза за маской сверкали безумием.
—Вставай,—коротко, как приказ.
Она не пошевелилась. Она смотрела на свои руки.
—Вставай!—он схватил её за плечи и буквально выдернул с пола, встряхнув так, что зубы клацнули.
Рони подняла на него взгляд. В её глазах не было благодарности. Там была пустая, черная бездна.
— Я... не успела...—её голос надломился. Впервые.
В этот момент в холл влетел Адриан. Он увидел разгром, увидел Ника, держащего Рони, и замер, выставив пистолет.
— РОНИ! Что они с тобой сделали?!
Но Рони даже не повернулась к нему. Она смотрела сквозь Ника, сквозь Адриана, в ту точку, где только что стоял Итан.
—Я их убью,—прошептала она.
Это не было угрозой. Это была констатация факта. Спокойная, ледяная, окончательная.
—Всех. До одного.
Адриан содрогнулся. Он знал Рони, но эту женщину, стоящую перед ним в луже крови, он видел впервые. Это была не хакерша и не его кузина.
Это была смерть, обретшая плоть.