Аукцион

- Виктор! Министр Грубов схватил его за плечо. Он был все таким же высоким, как она помнила, одет в длинную кроваво-красную мантию. Он оставил бороду, которую отрастил к моменту их последней встречи. Адреналин хлынул по ее венам, когда она увидела его. Сердце забилось так часто, что начала кружиться голова. — Ты знаком с Люциусом Малфоем? — Нет. Не имел такого удовольствия, — Виктор протянул руку, и Гермиона увидела пронзительный взгляд мистера Малфоя, скользнувший по ее бывшему бойфренду. — Мистер Крам, — другая рука Люциуса скользнула по ребрам девушки, прижав ее к себе. — Жаль, что соревнования по квиддичу отменили. Мне и моей семье нравилось наблюдать за вашими успехами. — Да, мне тоже жаль. Однако я думаю, что сейчас самое подходящее время, чтобы посвятить себя политике, не так ли? — он мягко усмехнулся. — А здесь довольно мило, — произнес он, когда к ним подошла Шарлотта. Гермиона с кривой ухмылкой наблюдала, как он пожирает ее глазами. Крам снова повернулся к Люциусу, минуя Гермиону, словно ее и вовсе там не было. По этой причине она не могла пропустить сегодняшнюю вечеринку. Так должно было быть. — С каждой девушкой можно провести время наедине бесплатно? — Только с теми, на которых серебряное колье, — ответил министр Грубов. — Золотое колье — предмет переговоров. Верно, Люциус? — В большинстве своем, — сказал Люциус, слегка сжав запястье гриффиндорки. Гермиона обратила внимание, что Виктор наконец посмотрел на нее. Она ждала, ее дыхание было поверхностным, а голова кружилась от ожидания. — Это девчонка Грейнджер? Слышал, что ее поймали, но не знал, кому она досталась. Девчонка Грейнджер.Сердце Гермионы неистово колотилось в груди. — Да, — Люциус лениво покачивал бокал в руке. — Она — собственность моего сына. Полагаю, вы познакомились с ней во время Турнира? Виктор мягко улыбнулся. — Она сопровождала меня на Святочном балу. Выглядела неплохо, но всю ночь наступала мне на ноги, — он скользнул по ней взглядом. — Я не видел ее четыре года, но она определенно стала более привлекательной. С момента их последней встречи прошло не четыре года. Прошел всего год… Они виделись на свадьбе Билла и Флер. Они разговаривали. Они танцевали. До этого они поддерживали связь. Гермиона вспомнила его длинные письма, приглашение провести лето в Болгарии, которое она отклонила из-за С.О.В. Виктор намеренно нивелировал их отношения. — На самом деле, мне бы очень хотелось договориться о встрече с ней. Сегодня вечером, — его глаза рассредоточенно рассматривали ее тело. — Она была — как это сказать? — хорошей девочкой раньше. Не позволяла мне ее трогать. Люциус молчал, и Гермиона, затаив дыхание, ждала его ответа. — Боюсь, на нее целая очередь, мистер Крам. Придется подождать, — министр Грубов рассмеялся, и Люциус присоединился к нему. Мистер Малфой обернулся на деревянную дверь, и Гермиона, проследив за его взглядом, увидела, как какой-то Пожиратель привел к Шарлотте худенькую брюнетку. Девушка дрожала, пока Шарлотта вела ее к министру Сирилло, чьи губы растянулись в широкой улыбке. Анна. — Как бы то ни было, — легко произнес Люциус. — Она принадлежит моему сыну. Вам придется обсудить этот момент с ним, — он резко повернулся к Грубову. — Министр, я слышал, что вот-вот начнется процесс регистрации магглорожденных. Это правда? Гермиона пыталась следить за политической дискуссией, не отрывая взгляда от Виктора. В тот единственный раз, когда он посмотрел в ее сторону, он лишь обвел взглядом ее тело. Спустя десять минут разговора Люциус извинился и подошел вместе с ней к японскому министру, который использовал чары перевода, чтобы поговорить с Мальсибером. Гермиона коротко взглянула на Чжоу, которая также избегала зрительного контакта с ней. В дальнем углу комнаты министр Сирилло болтала с Яксли, одной рукой держа бокал, а второй — задницу Анны. Гермиона пыталась следить за разговором с японским чиновником, но была слишком отвлечена, наблюдая за тем, как девушка, доставленная из Швейцарии, дрожит всем телом. А ведь это могла быть она. Люциус бросил эту девушку в лапы Сирилло, тем самым защитив ее. Живот Гермионы сжался от чувства вины и облегчения, когда Сирилло, наконец, закончив разговор, взяла Анну за локоть и повела к боковой двери. Едва она успела прийти в себя, как Люциус, попрощавшись, повел ее дальше. Гермиона смотрела в пол, пока он тащил ее к выходу. Однако предприняла попытку обернуться прямо перед тем, как дверь закрылась, — он стоял спиной к ней. Они шагали по коридору, Гермиона волочилась за Люциусом на своих каблуках. Она подождала, пока они отошли на безопасное расстояние от охранника, и прошептала: — Зачем вы привели меня туда? — Вами интересовались, мисс Грейнджер, — пробормотал он уголком рта. — Я отделался от Элени, как только смог, — они почти достигли конца коридора, когда Люциус подошел ближе к ней. — Вы поддерживали связь с Виктором Крамом после Хогвартса? Она почувствовала дрожь во всем теле, дышать стало труднее. У нее было всего полсекунды, чтобы решить… — Нет. Мы не общались с четвертого курса. Губы Люциуса сжались в тонкую линию, он явно был недоволен. Они снова вошли в комнату отдыха, миновали игровые столы и быстро приблизились к диванам, на которых сидели парни. Взгляд Драко тут же нашел ее, однако он не сделал ни малейшего движения, чтобы поприветствовать их или вернуть ее себе. Люциус толкнул ее, и Гермиона приземлилась прямо Драко на колени. Она была уже готова к падению, но Драко сумел ее поймать. — Твоя шлюха слишком много болтает, — выплюнул Люциус. — Отведи ее домой и накажи как следует. Или это сделаю я. Он поправил мантию и многозначительно выгнул бровь. — Да, отец. Бросив на нее последний надменный взгляд, Люциус развернулся и удалился из комнаты отдыха. Драко быстро попытался встать, но Гермиона обняла его за плечи и уткнулась лицом в его шею. Гермиона целовала его снова и снова, пока не почувствовала, как напряженное тело Драко расслабилось. Ее сердце неистово колотилось, когда она прижалась к нему ближе, пробираясь к мочке уха. — Пожалуйста, — прошептала Гермиона, — вспомни записку. У нее ушел целый день, чтобы рассказать ему о записке. Она боялась, что, если узнает, он будет слишком переживать, чтобы отвезти ее в Эдинбург. Наконец, решившись прийти к нему, Гермиона мгновенно лишилась записки, потому что Драко просто выхватил ее из рук гриффиндорки и, нахмурившись, отбросил несколько ее безумных теорий. Возможно, он все еще злится из-за этого. Может, поэтому он стал таким жестким и напряженным. После нескольких болезненных моментов Драко, наконец, пошевелился. Он обнял ее за талию и, отстранившись, схватил за подбородок. — Ты будешь хорошо себя вести? — спросил он достаточно громко, чтобы это услышали остальные. — Больше никаких шалостей? Гермиона нетерпеливо кивнула и наклонилась, чтобы поцеловать его. Драко поймал ее подбородок и выгнул бровь. — Не слышу? Она опустила глаза и демонстративно облизнула губы. — Да, сэр. Со всех сторон послышалось хихиканье, и Драко приблизил ее губы к своим. Она заерзала на его коленях, впившись поцелуем. Голова начала кружиться, когда его рука коснулась ее бедра. Ей необходимо найти способ вернуться к Виктору. Возможно, она может попросить Драко… — Ах! Знакомые лица! Драко внезапно замер, его язык, исследовавший до этой секунды ее рот, остановился. Она сжала его плечи и, обернувшись, увидела, что Виктор стоит, склонив голову, перед слизеринцами. Пьюси тут же вскочил, широко улыбнувшись, чтобы пожать его руку. Монтегю и Флинт последовали его примеру. Гермиона помнила, насколько дружелюбны слизеринцы были по отношению к дурмстрангцам. Поэтому такие теплые приветствия выглядели вполне логично. Рука, лежащая на талии Гермионы, сжалась. Драко даже не пытался встать. — Крам! Черт побери, ты приехал в Эдинбург! — воскликнул Флинт, хлопнув его по плечу. — Где, черт возьми, ты пропадал? Виктор хмуро взглянул на руку Флинта, и тот быстро ее убрал. — Я подался в политику. Заместитель министра Грубова. — И как? Доволен? Крам пожал плечами. — Неплохо, хотя грязнокровки доставляют немало хлопот. Очевидно, им не по вкусу наши новые законы. Флинт и Пьюси усмехнулись, Виктор улыбнулся. Гермиона чувствовала медленное и ровное дыхание Драко у своего уха, его ребра неторопливо расширялись и сжимались, он контролировал каждое свое движение. Повернув голову, гриффиндорка увидела, что Блейз и Джулиана внимательно наблюдают за ними. — Кстати о грязнокровках! — Пьюси радостно хлопнул в ладоши. — Видел, что твоя бывшая здесь? — он указал пальцем на Гермиону и сел обратно на диван, притянув к себе Мортенсен. Виктор сел рядом с Пьюси и, наконец, посмотрел на них. — Видел. Она повзрослела. — Похорошела, я бы сказал, — Пьюси злобно уставился на нее, проведя рукой по бедру Мортенсен. — М-м-м, — Виктор тут же сделал глоток, схватив бокал с подноса мимо проходящей Кэрроу-девочки. — Малфой, — кивнул он. — Ты доволен ею? Научилась ли она чему-нибудь со школьных времен? — Определенно, — пробубнел Флинт себе под нос, отчего Монтегю рассмеялся. — Крам, — резко произнес Драко. — Что привело тебя в Британию? — У меня назначена встреча с вашим министром Толстоватым. И я очень рад, что сумел посетить Эдинбург, — Виктор хлопнул себя по ноге. — Где я могу взять девушку? Парни рассмеялись, а Пьюси подозвал официантку, чтобы она нашла кого-нибудь для Виктора Крама. Драко молча играл с кольцом на большом пальце. Гермиона замерла, обдумывая все возможные варианты. Возможно, она могла бы… — Малфой, — взгляд Виктора был напряженным, когда он подался вперед. Сосредоточен, как и во время игры в квиддич. — Слышал, ты выложил за нее целое состояние. Гермиона сглотнула и услышала, как Драко хмыкнул. — Так и есть. — И? Она стоила этих денег? — он усмехнулся, откидываясь на спинку дивана. Вопрос повис в воздухе, когда Драко наклонился вперед, чтобы взять два бокала. — Каждого галлеона, — кивнул он. — Хорошо, хорошо, — Виктор прочистил горло. — Ну, четыре года назад она ничем не выделялась. Хотелось бы убедиться, что она изменилась. Комната погрузилась в напряженную тишину. Гермиона слышала только отдаленно играющую музыку. — Это исключено, — протянул Драко. Гермиона ущипнула его за шею. Ей необходимо поговорить с Виктором. Он даже не вздрогнул. — О, кажется, я повел себя невежливо, — Виктору удалось нервно улыбнуться. — Конечно, давай обсудим цену… Пьюси наклонился к уху Виктора и громко прошептал: — Он не делится, Крам, — Флинт фыркнул, после чего быстро уставился в свой бокал. — Ты позволил Тео использовать ее в качестве грелки для колен, — вставил Монтегю. — Само собой, Виктор Крам… — Я проиграл ее в пари. Честно и справедливо, — взгляд Драко был жестким. — Я был бы рад довольствоваться малым. Мне бы очень хотелось, — произнес он, едва взглянув на Гермиону, — заиметь Гермиону в качестве грелки для колен. Кровь Гермионы гудела в буквальном смысле. Вот оно. Его послал Орден, и ему необходимо переговорить с ней. Во рту внезапно пересохло, когда она запустила пальцы в волосы Драко, нежно, но настойчиво потянув… — Я не собираюсь делиться ею. Тебе придется провести вечер с одной из девочек Кэрроу. Гермиона резко вздохнула. Драко отказался смотреть в ее глаза, его взгляд был сосредоточен на Викторе. К ним, вероятно, чувствуя неладное, подошел Блейз. — Ах, — глаза Виктора сузились, когда она повернулась к нему, ее пульс ускорился до предела. — Я забыл, что Малфой — единственный ребенок в семье, не так ли? Он не позволяет другим играть его игрушками, — парни рассмеялись, и Гермиона снова обратилась к Драко. — Несомненно, такой известный игрок в квиддич, как ты, мог бы заполучить любую девушку в этой комнате, — Драко поднес бокал к губам. — Некоторые из этих шлюх будут умолять Кэрроу дать им шанс оказаться в постели самого Виктора Крама. Слизеринцы молчали, наблюдая за словесным поединком. Виктор улыбнулся Драко, обнажив идеальные зубы. — Да, возможно, мне не нужно платить деньги, чтобы провести вечер с девушкой. То же самое я мог бы сказать о тебе. Быть может, Гермионе стоит самой сделать выбор… — Прошу нас простить, — Драко быстро встал на ноги, подняв Гермиону за собой. — Но от твоего акцента у меня разболелась голова. Он схватил ее за локоть, потащив за собой. — Ну же, Драко! Останься! — крикнул ему вслед Пьюси. Драко тащил ее через всю комнату, и лишь мгновением позже Гермиона осознала, что они направляются к каминам. — Подожди! — прошипела она. Челюсти Драко были плотно сжаты, он крепко держал ее за руку. — Драко… Он грубо прижал ее к себе и наклонился, чтобы прошептать на ухо: — Если ты будешь сопротивляться публично, мне придется тебя наказать. Тоже публично. — Но мне нужно… Он зарычал и толкнул ее в зеленое пламя камина. Оказавшись в его спальне, Гермиона в шоке уставилась на него. — Невероятно. Надо было послушать отца… — Мы должны вернуться, — она повернулась к Драко. — Виктор был тем человеком, с которым я должна была сегодня встретиться. Записка… — Ты, должно быть, перегрелась, Грейнджер. Краму нужно от тебя только одно, — он прошел по комнате, расстегнув верхние пуговицы. Гермиона стояла, раскрыв рот. Они теряют время. — Он пришел в Эдинбург, чтобы поговорить со мной! Он с Орденом! Драко остановился и бросил на нее испепеляющий взгляд. — Ты считаешь, что Виктору Крамуудалось проникнуть в замок Пожирателей Смерти? Ее мозг отчаянно соображал. — Вероятно, у него есть помощники… Может быть, в этом как-то замешан министр Грубов… — Радомир Грубов был одним из первых министров, подчинивших свое правительство Великому Ордену, — категорично произнес Драко. — Не веди себя как идиотка только потому, что увидела своего бывшего. Она моргнула, пытаясь сформулировать слова в предложение. — Моего… Моего бывшего? — гнев поселился в ее груди, затуманив здравый рассудок. — Драко, если твоя ревность стоила мне возможности пообщаться с Орденом… — Он не из Ордена, — прорычал он. — Он, звезда квиддича, просто хотел хорошо провести время в пятницу вечером. — Тебя не было в Бургундской комнате, — она сделала глубокий вдох в попытке сохранить самообладание. — Он подавал мне сигналы. Драко усмехнулся и закатил глаза. — Сигналы… — Да. Он намеренно упустил несколько деталей. — Слишком много бладжеров в голову, Грейнджер. Ее ноздри раздулись от гнева. — Он сказал, что в последний раз видел меня четыре года назад, но мы виделись только в прошлом году на свадьбе Билла и Флер Уизли… — Билл и Флер Уизли — враги Великого Ордена. Конечно, он не признается, что присутствовал на их свадьбе. Гермиона сжала ладони в кулаки, эмоции переполняли ее. — Тебе следовало позволить мне поговорить с ним наедине! Всего несколько минут… — Ты с ума сошла? — он подошел к ней вплотную. — Ты хотела, чтобы я отправил тебя в приватную комнату с этим горным троллем? Ты хотя бы видела, как он на тебя смотрел?! — Виктор не такой! Драко сузил глаза. — Да ладно? — Нет! Он… Он очень милый и относится ко мне с уважением. Ты ничего о нем не знаешь… — Я знаю, что он преследовал тебя, как гончая. — Ты не прав! — Гермиона уже искрилась от магии, ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы не топнуть ногой. — Все было очень невинно. В основном он наблюдал, как я занимаюсь в библиотеке! — Драко отвернулся от нее, пробормотав что-то себе под нос, подозрительно похожее на «чертовы сахарные перья». — Мы только целовались, и он никогда не склонял меня к… Он повернулся. — Он хотел трахнуть тебя тогда и хочет трахнуть тебя сейчас. Ненавижу спорить с тобой, Грейнджер, но это правда! Ее глаза сузились, а губы скривились. — Ты не знаешь, о чем говоришь. — Я знаю мужчин, — он почти рычал от гнева. — Знаю, каково это — видеть тебя в таких платьях. Гермиона скрестила руки на груди. — Не будь таким грубым. Виктор — не сторонник Волдеморта. Я знаю это, потому что знаю его. — Ты так уверена в себе? — он язвительно усмехнулся, запустив пальцы в волосы. — Мир изменился. Могла ли ты пять лет назад подумать, что увидишь, как твои однокурсники станут теми, кем они есть сейчас? Люди меняются… Она всплеснула руками. — Нет, Драко, люди не меняются. Внутри они остаются все теми же! Ее грудь тяжело вздымалась, когда она пристально смотрела на него, ожидая какой-то реакции. Однако он не пошевелился. — Ясно, — наконец произнес Драко, хрустнув шеей, после чего исчез за дверью ванной комнаты. По пути в свою спальню Гермиона кипела от гнева, думая о том, что Виктор мог ей рассказать, если бы Драко не саботировал их встречу. Возможно, что-то о Джинни. Или Роне. Быть может, он поведал бы ей план по их спасению. Только оказавшись в ванной, смывая с себя отвратительную атмосферу Бургундской комнаты, она задумалась над брошенным ему в лицо обвинением в том, что люди не меняются, и вздрогнула от того, что сказала. Никто. Даже он.
***
Следующим утром Гермиона отправилась в библиотеку, чтобы продолжить исследование с того места, где остановилась в последний раз. Как вдруг дверь резко распахнулась. Она увидела Драко, после чего поставила чашку с кофе на стол и открыла новый дневник. Ее кровь кипела от злости, ей пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоиться. Вчера вечером, глядя на свой балдахин, она пришла к выводу, что Драко имел в виду, когда сказал, что не доверяет Виктору. После всего, что он увидел, у него была веская причина ему не доверять. Но, тем не менее, она доверяла Виктору, и этого должно было быть достаточно для него. Это была серьезная ссора, но она готова была выслушать извинения. Драко остановился с другой стороны стола. Взглянув на него, Гермиона поняла, что он выстроил стены вокруг своего сознания и смотрел на нее абсолютно пустыми глазами. — Расскажи мне свой план относительно татуировок. Она моргнула. — Мой план? — Да. Мы переводим эти дневники. Выясняем, как были созданы эти татуировки. Как только ты получишь ответы, каков будет твой следующий шаг? — Я… Я хочу узнать, как разрушить магию татуировок. — И как только ты узнаешь это, что тогда? Его лицо не выражало никаких эмоций. Его руки были сжаты в замок за спиной, как часто делал его отец. Гермиона вздернула подбородок. — Если они были созданы с помощью заклинания, то я создам контр-заклинание. Если с помощью зелья, создам противоядие. Думаю, это будет непросто. — И что ты будешь делать с противоядием? — он быстро наклонил голову. — Потому что ты, конечно, знаешь, что мы не можем просто освободить тебя. Его слова повергли Гермиону в шок, словно она оступилась на лестнице, пропустив ступеньку. Сглотнув, она нервно облизнула губы. — Какой был смысл работать со мной, если ты не собираешься мне помогать? — Ты попросила меня об этом, — его глаза на мгновение блеснули. Гермиона тяжело вздохнула. — Ты ведь знал, что я планировала передать свои записи на этот счет Ордену. — Через твою шпионскую связь. — Я бы не назвала ее своей, но да. — И потом ты сбежишь? — медленно произнес он. — Планируешь сделать это посреди ночи, не сказав нам ни слова? Или станешь просить мою палочку прежде, чем сбежать? Она почувствовала, как по коже бегут мурашки. — Драко… — Конечно, если магию татуировок снимет контр-заклинание, тебе понадобится палочка, чтобы применить его. Таким образом, рано или поздно ты заговоришь об этом, я полагаю. Его голос звучал холодно и расчетливо. Бесчувственно. Гермиона встала, чувствуя необходимость находиться с ним на одном уровне. — С чего ты вообще это взял? — Полагаю, я просто хочу знать, чем для меня могут обернуться часы, проведенные здесь. Каков твой план, Грейнджер? С ее губ сорвался презрительный смешок. — Моих друзей держат в плену, насилуют и пытают. И ты хочешь знать, почему они нуждаются в помощи? — Я не собирался помогать им. Я помогал тебе, — его лицо все еще оставалось холодным и невозмутимым. — Каков твой план относительно себя? Собираешься найти Орден после побега, где бы они ни находились? Как ты собираешься сбежать из мира, полного Пожирателей Смерти? — Я… Я не знаю! Если ты так беспокоишься, что меня поймают и накажут твою семью, тебе не следовало уничтожать ту таблетку! — она в отчаянии захлопнула книгу. — Я думаю о том, как помочь сотням людей, которые сейчас находятся в ужасных, просто немыслимых условиях! Я не думаю о себе. И это, кажется, главное различие между нами! Его пустые глаза смотрели куда-то вдаль. — Полагаю, ты права, — произнес он. — Меня не волнуют остальные. И никогда не волновали. Его слова пронзили грудь Гермионы. Это не правда. Она знала, что это не правда. Она уже открыла рот, чтобы возразить, но он ее опередил. — Я больше не буду помогать тебе. Не буду до тех пор, пока ты не подумаешь и не решишь, чего хочешь именно ты. Гермиона ошеломленно моргнула. — Чего хочу я? Слова застряли у нее в горле, словно камень. Драко молча кивнул и унесся прочь из библиотеки. Двери за ним захлопнулись, и она откинулась на спинку кресла, уставившись на книги, пока слезы не полились из глаз, а рыдание не разнеслось эхом по замку.
***
Драко не возвращался в библиотеку в течение следующих шести дней. Она не искала его, будучи слишком сердитой, расстроенной и, прежде всего, смущенной. Днем она с головой окуналась в работу над переводом. А по ночам крутилась в постели, проигрывая в голове их последний разговор. Интересно,