Гости разных миров

Наутро г-н Шадис вонял будь здоров как страшно. Неудивительно. Кому понравится пробуждение в три часа ночи,тем более такое, какое ему было устроено? Вот и я о том же.

На то же самое утро у нас с девками был запланирован концерт. Как выяснилось, Эля неплохой барабанщик, Настя бас-гитаристка, Лиля классно поет, я могу играть на любой шестиструнной гитаре. Казалось, все бы ничего, но одна проблема.

Нихера из этого у нас нету!

Поэтому я, сильно хромая и зубами выковыривая занозы из рук, думала, где бы надыбать хоть что-нибудь из нужных предметов. Хоть граммофон, блин, дайте кто-нибудь!

В столовой после так называемого построения я пригнездилась рядом с Марко и Джо, и тут мне на глаза попалась жратва. Это, оказывается, была манка. Без понятия, откуда здесь быть манной крупе, но есть, и это факт. Я не стала ее пробовать, ибо она очень походила своим внешним видом на прикормку для рыбалки. Да и ткнув в нее ложкой, я убедилась, что кушать это лучше не надо. Поэтому я хлебнула из граненого(!) стакана и по вкусу с трудом узнала в ЭТОМ чай. Фу, какачка.

- Это я не ем, я не козел, - сказала я, отодвигая тарелку и стакан.

- При чем тут козел? - удивился Джозеф, подняв одну шикарную темную густую бровь. Знаете, на Ирвина чем-то похож стал.

- При том, что это, - я кивнула на свою порцайку. - в подметки не годится тому, чем кормят в разведке!

- А ты что, знаешь, чем кормят в легионе? - удивился Джо.

- Естественно, - ответила я, - а помимо меня еще он, - я указала на Марко. - они, - обвела пальцем девчонок, сидящих за соседним столом.

- А еще Шадис знает! - громко сказала нам Эля.

- Откуда такие сведения? - спросила я.

- Он же служивый! - вставила свою лепту Настя, - Командором был!

- Вот это поворот, - сказала я и заправила темно-русую прядь волос под косынку.

- Тц, - цокнула языком Лиля, разведя руками и пожав плечами.

- Ладно, некогда сейчас об овсянке легионерской разглагольствовать, - сказал молчавший доселе Марко. - Сейчас нам на теоретические, насколько мне известно.

- Марко прав, - сказал, вставая Джозеф.

- Ну пошли, - сказала я, отправила Анастасии тарелку с кашей и пошла вслед за парнями. Очень болели ноги, руки и живот. А все этот Шадис, чтоб ему пусто было.

Мы пришли в какую-то аудитоию, очень знакомую мне. Но я тут впервые, начнем с этого. Че-то стремненько. Ай, хрен с ним.

В аудитории кроме кадетов был только один седой старче. Вот его я точно где-то видела.

- Здравствуйте, - поправив очки, поздоровался старче, когда все пришли и уселись. - Я - генерал Дариус Заклай.

- А?! - громко как-то вышло. Я в это время качалась на стуле, и, тыкая в препода пальцем, поставила-таки стул ровно. - Вы же, кажется, судья, нет?

- Да, - ровно ответил Заклай, чем-то щелкая. На четки похоже. На этого похож... На Харлампия Диогеновича, во! - Но вообще-то, я гегерал и веду у таких как вы, - генерал обвел взглядом кадетов. - теорию по борьбе с титанами. Я рассказываю все, что известно о титанах на данный момент.

- Ханджи все равно больше знает, - глухо сказала я, поставив локоть на стол и подперев щеку рукой.

- Рядовой Карадрас, - мягко обратился Заклай и замолчал, чего-то выжидая.

- Я, - шепнул мне Марко, сидящий справа от меня.

- Я, - вяло повторила я шепотом.

- Хорошо, только ты ему это скажи, - сказал слева Джозеф.

- Господин генерал, - сказала я, и Дариус поднял глаза за очками, - Я.

- Подойдите сюда, - сказал препод.

- Вы проиграли, - с широченной улыбкой сказала я. Хо-хо, не знала, что людям под силу так высоко поднять брови.

- В каком смысле? - спросил Заклай.

- Вы должны сказать "я". Кто засмеялся первый, тот проиграл, и компания придумывает, кто он, и он вместо "я" говорит, например, "я ламинат", только вместо ламината говорите то, как вас назвала компания, - не прекращая улыбаться, пояснила я.

Взвод заржал. Все поняли, куда я клоню, и мало-помалу тихие смешки переросли в сильный гомон. Я улыбалась преподавателю, он нихрена не понимал, спереди спины, дергаюшиеся от смеха, сбоку ржущие люди, сзади ухахатывающиеся голоса.

Ох и досталось мне потом от Шадиса! Чего он только непонаобещал, пока орал, надрывая связки.

- Сегодня вечером пишу в разведкорпус, и ты уезжаешь отсюда вместе с этими мартышками и Боттом.

- Не надо, Кис, - мягко сказал сзади Шадиса генерал, - Не надо. Давай я тебе сейчас все объясню.

И они удалились по коридору. Я показала в сторону удалившейся лысой башки не самый приличный жест из одного длинного среднего пальчика. Напишет он, как же! Черта-с два!

С этими мыслями я по памяти отправилась в хоромы Шадиса. Ну, держись у меня, дорогой инструктор!

Найдя нужный кабинет, я прошла к письменному столу и уставилась на пузырек с чернилами. Крышка была плотно закрыта, и мне стоило немалых усилий ее отвинтить. Но дело того стоило, и все чернила тотчас были вылиты в окно. Вот и славненько.

Вдруг мои глаза увидели портсигар. Странно, я думала, Шадис его в кармане носит. Но так как Шадиса тут, к счастью, нет, я открыла портсигар. Там одиноко лежала одна-единственная сигара. Толстая, новая. От нее пахло табаком, - логично, да? - и чем-то еще. Чем вот только, не знаю.

В голове сначало всплыло два варианта использования портсигара. Во-первых, можно просто стырить его, скурить сигарету, пепел развеять по ветру и коробочку утопить. Во-вторых, запульнуть ее под шкаф. Но я выбрала третий вариант плана. Он заключался в том, что надо положить коробку под дверью, чтоб Шадис либо сам ее отхлобучил под койку, либо раздавил ее. Так я и поступила. Потом, заслышав шаги, вылезла из окна, поставила ногу в щель между бревнами и повисла руками на карнизе. Горький опыт с сосной должен был отучить меня от подтягиваний, но увы.

С горем пополам я взабралась на крышу здания и тихо пошла к люку, выходящему на лестницу, которая, в свою очередь, вела к главной лестнице, по которой поднимались в аудиторию.

Оглядев свою одежду, я плюнула. Она вся была перемазана красными чернилами. Почему я вылила их именно в окно? Почему не на подушку? Как теперь отстирывать белые штаны и белую рубашку, которую я впервые увидела?

Ля, Шадис меня убьет. Причем быстро и безболезненно. Надеюсь.

Спускаясь по лестнице, я задумалась, пытаясь вспомнить хоть отрывок из жизни до этого. Пока думала, зацепилась ногой об вторую ногу и покатилась вниз с ужасающей скоростью. Затормозила у ног Заклая.

- Бл#ть... - это было единственное слово, которое я смогла из себя выдавить, после чего провалилась в бессознательное состояние.

* * *

- Идиот, куда ты прешь?! Не видишь, что ли, что красный горит? Что ты за абориген?

* * *

- Аллохомора! Не, это не работает. Извиняюсь, технические неполадки. Сизам - откройся!

* * *

Открыв глаза, я обнаружила вверху деревянный потолок. Очень болела голова и тело, в глазах плыло и двоилось, конечности не слушались. Это все последствия падения с немалой высоты. Два этажа отпахать рылом по лестнице, шутка ли.

Ко мне подошла здешняя медсестра по имени Ребекка. Премилая рыжая девчушка с янтарными, словно светящимися изнутри добротой, глазами.

- Как себя чувствуешь? - забеспокоилась Ребекка, протягивая мне стакан воды, который я с благодарностью приняла и залпом выпила все, что там было.

- Великолепно, - ответила я, потирая задницу, на которой, похоже, синяков понасажено столько же, сколько и дури. - А как я тут оказалась?

- Тебя принесли сюда Джозеф Рингест и Марко Ботт. Они сказали, что ты - их подруга и попросили дать знать, когда ты придешь в себя, - ответила Бекки.

- О, мило с их стороны. Интересно, я смогу идти или на#бнусь? - спросила я у себя и с помощью Ребекки встала на ноги. - Мать моя женщина, собери меня назад в целого человека! - крикнула я, ибо едва не грохнулась кушалем вперед. Бекки, которая была не намного меня ниже, придержала меня и помогла устоять на ногах. - Спасибо, Ребекка. Не удивляйся, откуда я знаю твое имя, просто слышала на первом построении. Я Николь, помнишь? Та, которая индюка изображала?

- Тебя забудешь, как же, - улыбнулась девушка, помогая мне сесть на койке.

- Интересно, на что я сейчас похожа? - спросила я, - Наверняка фонари по всему рыльнику...

- Да уж, упала ты здорово, - с сочувствием сказала Ребекка. - Я не понимаю, как ты в живых осталась...

- Я много раз так падала, - сказала я, - Но ничего не помню. Абсолютно. Одно звонкое ничего.

Ребекка сочувственно улыбнулась.

- Ты полежишь или пойдешь на обед? - спросила она.

- А что дают? - вопросом на вопрос ответила я.

- Голубцы, - поморщилась рыжая. Я задумчиво почесала подбородок.

- Типа "Солдаты едят капусту, прапорщики - рис, начальство - мясо, а все вместе едят голубцы?" - усмехнулась я и подняла задницу с кровати. - Пойду я, а то если Шадис узнает, что я что-то сдула, все будет болеть еще больше.

Я попрощалась с Ребеккой и, хромая, двинулась в сторону столовой, где опять приземлилась рядом с Марко, сидящим напротив Джозефа и еще каких-то ребят.

- П#здец, - выдохнула я, положив голову на плечо Марко.

- Ты как? - поинтересовался Джо, отпивая чай из стакана.

- Хреново, но жить можно, - ответила я, - А где моя хавка?

- На, ешь, я это терпеть не могу, - сказал Джозеф и подвинул мне свою порцию, к которой даже не притронулся.

- Благодарю, - сказала я и посмотрела на тарелку, где обычно лежал хлеб. Оного, к несчастью, не оказалось. Марко, проследив за моим грустным взгоядом, отдал свой кусок от общей доли.

- Спасибо! - улыбнулась я.

- Не за что, - ответил Ботт.

Из столовой мы отправились на продолжение теоритических учений. Борьба с титанами начала меня интересовать.

"Интересно", - подумала я, - "А почему этих событий нет в истории Европы, других континентов?". К сожалению, на эти вопросы мне не ответили.

продолжение следует