Part 2
По тёмной квартире разносится шум, пьяный парень практически вваливается в помещение, запинаясь о собственные ноги. Тихий еле разборчивый мат слышится у двери, пока мужчина пытается найти выключатель. Крис пытается удержаться за стену, покачиваясь на одном месте, в глазах двоится от выпитого, но он не бросает попыток включить блядский свет. Через пару минут у него наконец-то это получается, но вместе со светом приходит и жгучая боль. Он щурится и мычит, закрывая лицо руками и жалея о содеянном. Дверь небрежно захлопывается с громким звуком, глаза постепенно привыкают к свету. Мужчина бредет по привычному маршруту в спальню, спотыкаясь на ровном месте и придерживаясь то за одну стену, то за другую. Свет зажигается теперь и в спальне, взгляд Криса цепляется за фотографию в рамке и в нетрезвом сознании что-то ломается, ярость вырывается наружу, овладевая безвольным телом. Парень хватает рамку и швыряет её в стену, всё ещё сжигаемый огненным цветком злости, что распускался в сердце. Озверевшие глаза носятся по комнате в поисках новой жертвы и находят её в ноутбуке, мирно лежавшем на столе у окна. Техника летит на пол, за ней остальные вещи со стола, неугодным становится и стул, который разлетается на детали после встречи со стеной. Пьяная ярость изливается на каждый предмет в спальне, превращая аккуратную комнату в сердце хаоса.
Кристиан стоит посреди бардака, запыхаясь от злости и усталости, он озирается по сторонам и его взгляд снова цепляется за фотографию, присыпанную битым стеклом. Крис ломается. Его руки зарываюся в тёмные волосы, сжимая их до боли, что ощущается отдалённым покалыванием из-за алкоголя. Мужчина садится на пол, начиная истерично рыдать от обиды на весь мир.
В голове не укладывались, как эта шлюха могла с ним так поступить. Он столько сделал для неё, столько вложил, но ни черта не получил. А этот наглец... Руки чесались стереть его гадкую ухмылку с самодовольной рожи. Этот ублюдок ещё поплатится за то, что забрал её...
Хейл скулит от боли, сидя на полу, бросаясь от ненависти к лживой твари до неистовой любви к этой же твари. Поиск ответов заводит парня всё глубже в чертоги разума, но было пусто... Неужели дело было в нём?.. Нет... Точно нет...
Признавать свои ошибки было подобно смерти, к которой близилось его человеческое начало. Одна мысль противоречит следующей и так будто вечность. Хейл пытается найти виноватых в его горе, ведь он то виноватым быть не мог.
Ненависть змеёй обвивает ослабевший разум, нашептывая и подстрекая к мести обидчикам. Они все поплатятся за его боль, будут молить о прощении, но никогда его не получат. Он разрушит их, как они разрушили его... Рой в голове стих, слившись в сознании в одно имя...
- Ребекка? - Том чуть наклоняется вперёд, заглядывая ей в глаза. - Ты как?
Блондинка поворачивает голову от окна к Каулитцу, как только он ее окликает. Внутри сплетаются непонятные эмоции, которые сложно описать словами. Сомнения не оставляли блондинку с момента, как машина двинулась с места.
- Уже лучше... Спасибо... - тихо ответила девушка, не определившись даже для себя за что она его благодарит. Лёгкая улыбка завершает её ответ в надежде на убеждение спросившего.
Чёрная машина движется по трассе, отдаляясь от городского центра с каждой секундой. Пейзаж за окном быстро сменяется, удерживая на себе внимание девушки. Её уставший взгляд не сходит с окна, пока парень рядом звонит кому-то. Обрывки фраз доносятся до отстранённого сознания блондинки, не улавливая суть.
Автомобиль сворачивает с трассы, въезжая в частный сектор, и движется между домами очевидно не бедных людей. Доезжая почти до конца, водитель поворачивает руль и подъезжает к воротам двухэтажного дома.
Пара выходит из машины, как только автомобиль останавливается у гаража. Прохладный вечерний воздух приятно обжигает лицо и забирается под одежду. Ребекка оборачивается в поисках Тома, пока тот обходил авто. Парень ухмыляется и зовёт её за собой в дом.
- Хочешь чего-нибудь? - скидывая с плеч куртку, спрашивает Каулитц.
- Водки. - Резко отвечает Майклсон, стоя рядом с ним. Ответ блондинки вызывает у парня смех.
- Ты же не хотела пить... - вспоминает он её старый ответ, проходя на кухню вместе с девушкой.
- Я передумала. - Ребекка садится на высокий стул, пока Каулитц рыщет в подобии бара.
- Водки у меня нет, надеюсь виски станут для нас хорошей альтернативой. - на стол опускается бутылка двенадцатилетнего Macallan и два рокса для виски с прямыми стенками, без каких-то резных узоров на стекле. Ребекка быстро улыбается одним уголком рта, оценивая алкоголь, пока Том наполняет их стаканы. Тонкие женские пальцы обливают стекло и поднимают его над столом, будто собирается сказать тост.
- За хороший виски. - Том поддерживает её, отзеркалив жест девушки, после оба отпивают янтарную жидкость, что обжигает всего на секунду, после распускаясь на языке сливочно-медовым вкусом с нотами апельсина и корицы.
Ребекка чуть поджимает губы от крепости, опуская стакан на стол. Том даже не дернулся, будто в стакане была вода. Реакция девушки его позабавила.
- Часто пьёшь? - вопрос сам собой сорвался с языка гитариста.
- Нет, но сегодня можно... - будто попыталась оправдать себя Ребекка, поднимая глаза на Каулитца.
Парень берёт бутылку за горлышко и забирает со стола, держа второй рукой стакан.
- Пошли на задний двор, заодно покурим. - предлагает гитарист, уже разворачиваясь к выходу. Ребекка спрыгивает со своего места, забирая рокс с собой, и идёт за хозяином дома на улицу. Пара располагается в племенных креслах на веранде, бутылка отправляется на низкий столик рядом. Блондинка поджимает под себя ноги, накидывая на плечи плед, что лежал на спинке кресла, Каулитц устраивается в соседнем, усаживаясь как можно удобнее. Неприятный осадок вечера растворился в каждом последующем стакане алкоголя, бесследно исчезнув к четвёртому. Первой темой естественно всплыла карьера. Кто, как и насколько долго. Они рассказывали всё без тени страха, будто знали друг друга всю жизнь. Разговор медленно перетек в тему прошлого. Двадцатилетний Том вспоминал как это было - стать звездой в подростковом возрасте. Казалось, что это было только вчера, но на деле прошло уже не малых пять лет. Ребекка внимала каждому его слову, с искренним интересом. Том растянулся в улыбке от очередной шутки, девушка отзеркалила его действие, опуская голову, смех заполнил собой трассу. Довольный кот растянулся на подоконнике души, греясь атмосферой уютного вечера.
- Мама заставляла ходить меня на танцы пока мне не стукнуло четырнадцать. - наконец разговор добрался и до детства, о котором сейчас рассказывала блондинка.
- Почему перестала? - Каулитц держал стакан у своих губ, смотря на актрису.
- Её внимание перешло на моего младшего брата Хенрика, поэтому я наконец могла не ходить туда. - Ребекка за раз опустошила рокс и поставила его на столик. - Ничего кроме вальса я оттуда и не запомнила... А ты?
- Ты про танцы? Нет, это точно не моё. - начал отпираться юноша, улыбаясь от неловкости.
- Да ладно тебе, один раз. - блондинка уже стояла перед гитаристом, протягивая ему руку. Том пытался отнекиваться, но её рука так предательски манила его. - Не бойся, я не кусаюсь. - добила его девушка и Каулитц сдался.
- Но только один раз. - потребовал с блондинки обещание юноша, делать было нечего и Ребекка согласилась.
Девушка опустила голову, контролируя движения, параллельно объясняя ничего не понимающему в этом пьяному Тому, что и как нужно делать. Они сделали шаг, ещё один, а за ним ещё, пока всё не дошло до автоматизма. Модель подняла глаза, улыбаясь, по коже прошлись мурашки от тепла его руки, что сжимала её ладонь в мягком жесте. Внутри всё заныло от сладкого ощущения близости, бывшей интимнее секса.
- У тебя хорошо получается. - не разрывая зрительного контакта, похвалила парня блондинка. Том смущенно улыбнулся. Алкоголь до конца оборвал цепи сдержанности, обнажая мягкое нутро души молодого человека.
- У меня хороший учитель. - очевидной фразой ответил Каулитц, но даже это не снизило приятности комплимента, что вогнал его партнёршу по танцу в краску. Майклсон смущенно опустила голову на пару секунд, улыбаясь и шумно выдыхая сквозь зубы. Она подняла голову обратно, чуть прикусывая свою нижнюю губу. Рука Каулитца чуть сильнее впилась в её спину от сей картины.
Границы давно были стёрты и голова гитариста начала опускаться ниже. Он почти достиг цели, когда Ребекка вернула его с небес на землю простым вопросом.
- Что ты делаешь? - она остановила его за секунду до, надеясь, что поступает правильно. Теперь уже лицо Тома залилось краской. Он пытался оправдаться, но получалось так себе. Столь простой вопрос вызвал у юноши ступор, как реагировать на который он был без понятия.