Молли
Ветви больно били по лицу, оставляя красные полосы на щеках. Пропитанный зимним морозом воздух обжигал легкие, и ледяные пальцы холода сковали ноги, мешая двигаться. Сапоги утопали в сугробах, а Молли все бежала, со страхом оглядываясь по сторонам. Ночное небо светилось россыпью звезд, и снег под ногами блестел и искрился.
Молли выдохлась. Последние несколько километров она умоляла тело не останавливаться, но девушка не могла обманывать себя вечно. Больничная рубашка под длинным украденным пальто промокла и противно липла к коже, постепенно покрываясь ледяной корочкой. Окоченевшими пальцами Молли сжимала ткань, пытаясь укутаться как можно теплее, но руки не слушались. Стоило девушке оступиться, как она рухнула в сугроб.
– Ну же, вставай, – подбадривала она себя. – Тебя найдут и вновь запихнут в сырую камеру.
Они называли это легкой тревогой, которая вскоре пройдет, но Молли знала – Им нельзя верить. Их фальшивые улыбки, когда те протягивали ей поднос с таблетками и стаканом воды, Их внимательные взгляды, следящие, чтобы она непременно их проглотила. Но Молли не хотела пить их, не хотела снова становиться картонной, как и все вокруг. Они превращали всех в кукол – Молли Их раскусила сразу же, как только увидела.
Девушка попыталась подняться, но ноги не слушались. После очередной попытки она выдохлась и оперлась спиной о дерево. Она может позволить себе пару минут. Всего несколько мгновений, и она вновь побежит, превозмогая холод, забравшийся под кожу. Им не вернуть ее в камеру, не испортить, вешая ярлык «Тревога» на ее знание.
– Всего пара минуточек, – пробормотала Молли, прикрыв глаза.
С неба сыпался воздушный снег, припорашивая оставленные девушкой следы. Раскрасневшаяся кожа медленно остывала. Мокрые волосы липли к лицу, но Молли больше не мерзла. Ей стало как-то слишком жарко для январской ночи. И она решила больше не бежать.
Улыбка, на мгновение скользнувшая на губах, так и застыла там, пока посиневшее от холода тело заметало снегом, скрывая от глаз преследователей.