Глава 1
Прошёл год после инцидента с Миллингом. Раны затянулись, но шрамы никуда не ушли. Каждый раз, когда Караг смотрелся в зеркало, он видел эти шрамы, и жестокие воспоминания сами всплывали у него в голове. Он понимал, что сразил Миллинга наповал, но всё же опасался, что тот вернётся отомстить ему. К тому же каждую ночь ему снился один и тот же сон: в этом сне он опять оказывался в пугающем до мурашек тёмном лесу, стоя в облике пумы перед Миллингом. И каждый раз они опять сражались в ужасно кровавом поединке.
К сожалению, Миллингу не было равных: он был гораздо сильнее и в разы крупнее молодого Карага. Его цель была — убить обнаглевшего мальчика-пуму, чтобы тот больше никогда не смог помешать его планам. Но он не учёл одного факта: Караг, в силу того что он молод, более вынослив. Он просто-напросто не давал Миллингу подойти к нему ближе чем на метр. Но в один момент Караг замешкался, и Миллинг не упустил этот момент: он набросился на него с невероятной мощностью. К сожалению, Караг не успел вовремя среагировать, и клыки Миллинга впились ему глубоко в ребро. Караг взвыл от боли, он почувствовал, как его тёплая кровь стекает по его светлой шёрстке. Ещё чуть-чуть, и Миллинг бы проломил ему ребро. Караг боковым зрением увидел с правой стороны от себя достаточно большую глыбу из камней. Ему ничего не оставалось, кроме как воспользоваться этим, ведь больше вариантов особо не было, а укус Миллинга становился всё сильнее и сильнее. Караг резким движением тела повалился на левый бок, тем самым бросая Миллинга через себя. Тот отлетел прямо на камни, как и задумывалось Карагом.
Миллинг, ударившись макушкой об острый камень, упал на холодный снег. Он попытался встать, но не смог: он почувствовал, как с него капает красно-лиловая кровь, а голова начинает жутко кружиться. В этот момент к нему как резаный подлетает Караг и резким движением ставит ему лапу на толстую шею.
— Игра окончена, Миллинг, ты проиграл, — сказал Караг, оскаливая клыки.
— Твоя жизнь будет разрушена, запомни мои слова, Караг: ты ещё не выиграл, это только начало, — сказал Миллинг.
Карага не пугали слова Миллинга, но всё же из-за этих повседневных снов он не мог нормально высыпаться.
Все уже достаточно подросли, всем уже по шестнадцать-семнадцать лет — возраст, когда боль уходит и уступает место надежде. Караг, мальчик, которого всё время гнобили на протяжении всего времени, пока он учился в школе «Кристалл», неожиданно расцвёл. Его подростковая неуклюжесть и смазливость всего за несколько месяцев сменилась изящной силой, а в его изумрудных глазах появилась какая-то таинственно завораживающая загадка. Каждый пытался её разгадать, но этого так ни у кого не получилось. Он стал магнитом, к которому тянулась вся школа. Девочки сохли по нему, а мальчики так и настаивали, чтобы подружиться с ним. Но Караг не собирался расширять свой круг общения: ему хватало и своей компании, с которой он был с самого первого дня в этой школе. И из-за этого к нему ещё больше подходили с просьбой пообщаться или познакомиться.