Туманность
Отделенная от всех, она была закрыта на несколько замков. Стальные двери, которые сложно сломать даже специальной технике, поставили сюда специально для него, одержимого парня.
– О, стражи порядка пожаловали, – с ядовитым тоном произнес Конор.
– Я не издеваться пришла.
– Все копы одинаковые, – он, сидя в наручниках, закатил глаза и отвернулся.
– Во-первых, я не...
– А мне неинтересно.
– Роточек на замочек и слушай сюда. Я не коп - это первое. Второе: я хочу просто поговорить, а не обмениваться любезностями.
– Валяй, – выплюнул это, сидя также спиной ко мне.
– Как проходит каждый твой приступ? Чем сопровождается, что ты видишь и какие ощущения при этом?
– Приступы? О-о-о, тебе такие райские ощущения и не снились.
– Язвить будешь или следствию помогать, мы тебя способны отпустить, если посодействуешь.
– Мне уже не помочь, я тут помру.
– Кто тебе это сказал? Копы?
– Та нет, девушка мелкая.
– С зелёными глазами, я полагаю?
– В последний раз они были жёлтые, а до этого да, зелёные. – он повернулся ко мне и уже был чуть более заинтересован в диалоге.
– А что она говорила?
– Она молчала, говорило что-то другое.
– Во второй раз что было?
– Если б тебе хоть раз доводилось понять те ощущения, которые испытал я.... Ух, когда в твое тело вбивают гвозди, ощущения эти потрясающие...
– Ты, может, прекратишь язвить? Или у тебя токсикоз?
– Тц, сказала что-то про симметрию квадрата. Бред какой-то.
– Это было в последний раз?
– Нет, во второй.
– Опять твой сарказм?
– Серьезно говорю. А вот в третий раз было число π.
– И она прям полностью его сказала?)
Что это за геометрия? Убийца намекает, что нам без математики не прожить? А про природоведение она тоже расскажет?
– Ты... Можешь вспомнить, как она выглядела?
– Я могу ошибиться, но выбирать вам не приходится. Невысокого роста девушка, на вид лет 13. Круглое лицо и милые черты лица, но очень худая. А ещё... Волосы русые по плечи, – не знаю таких девочек... Стоит обратиться к специалистам, чтобы они составили фоторобота.
– Я слышала, что с каждым приступом вам всем становится хуже. Действительно ли это так?
– В первый раз голову сдавливало, во второй раз к этому прибавилось ощущение выкрученных конечностей, а в третий уже гвозди. Чем дальше, тем больше удовольствия.
– Ты уже смирился со своим концом? Потому не хочешь бороться?
– Я не выйду отсюда уже н...., – в коридоре послышались душераздирающие крики и звуки трескающегося металла, – У-у-у, кто-то ещё кайф ловит.
– Черт... – нельзя теряться... Но что делать сейчас? Мне опасно туда выходить... Пульсация по всему телу пробивала меня до дрожи, словно сотни слабых разрядов поражали насквозь, а сердце ушло в пятки...
Я подбежала к двери камеры Майкла и закрыла ее, подперев стулом. Сейчас это вообще ненадёжно, но такой метод - просто крайний случай, если что-то пойдет ещё хуже, и заключённый выберется...
– О, малявка, а не боишься? С одержимым запереться?
– Ты сейчас безобидный, так что нет.
– Ну как сказать..., – он встал и подошёл ко мне. Через решетку показал на наручники какой-то новой модели, которые я ещё не видела, – они бьют током при попытке избавиться от них.
– И много ты раз пытался?
– Пока кровь не стала капать из-под них.
Зверское отношение, которое считается обоснованным. Мы действительно не можем перечить указаниям свыше, потому что это обоснованная мера для безопасности других людей... Но... Даже так мне их жаль. Пусть они в чем-то и виноваты, но никому не нужны чужие проблемы, потому с ними никто не разбирается.
Я достала рацию и связалась с Манджерси.
– Капитан, что у вас там?
– Мелкая, ты вообще где?! Черти тебя на этот раз куда занесли?!
– Я с Майклом Конором, причин для волнения нет.
–....Козявка, ты хоть поняла, что сказала? Находиться с самым опасным задержанным и говорить, что волноваться не о чем. С головой все в порядке?
– Кто на этот раз крушит? Акрат?, – я пропустила его слова мимо ушей, так как все вопросы сочла риторическими.
– Похоже на то, это третий его приступ?
– Я... – повернулась к Конору и вопросительным взглядом кивнула на рацию
– Второй, – уточнил Майкл.
– Второй, с третьим был только первый одержимый. Как обстановка?
– Буянит, вызвали врачей.
– Для галочки?
– И крестика, да. Они бесполезны.
– Они и в правду бесполезны, – вмешался Майкл, – ничего не меняется с этим успокоительным в крови. Мозг засыпает, но я-то им не управляю, так что это лишь бессмысленная трата препаратов.
– Поняла вас, – я убрала рацию обратно в сумку и посмотрела на Конора. Тело покрыто гематомами, которые не были похожи на те, что обычно остаются после сопротивления ораганам. Они... Другого, неизвестного мне происхождения, – Бесполезны, говоришь... То есть ты действительно забываешь себя, как только девушка появляется?
– А просыпаюсь вновь в этой камере с ощущением, что по мне электричка пару раз ламбаду станцевала.
Мы сидели молча, я вновь думала, уставившись в потолок.
– Хей, давай хоть в слова сыграем, – предложил мне мой оппонент.
– Ого, скучно стало?
– Ага, развлеки, раз уж ты тут.
– Клоуном не нанималась, – фыркнула я, а в сумке затрещала рация.
– Приём, мелкая. Возвращаться сегодня вообще планируешь?! У тебя дела ещё.
– Уже иду, – я встала и направилась к выходу, который ранее подперла, – потолок, тебе на "к", – улыбнулась и ушла дальше расследовать это дело.
По пути я все же заглянула в камеру нового одержимого. Он уже человек, пусть и не полностью понимает, что происходит.
Я изыму видео с сегодняшней записи и узнаю, что тут было... Но это позже, сегодня я должна перенести на бумагу диалог с Конором.