Послание сквозь века
На следующий день после находки старых записей Кагая созвал внеочередное собрание столпов.
В большом зале собрались все.
Даже те, кто обычно не любил подобные мероприятия.
Слишком важной оказалась найденная информация.
Свитки лежали перед Кагаей.
Рядом сидели Шинобу, Тамаё и Юширо.
Несколько документов были разложены отдельно.
Именно они вызывали больше всего вопросов.
- Всю ночь мы изучали найденные записи, - спокойно начал Кагая.
- И пришли к выводу, что вчера поняли их не до конца.
Столпы переглянулись.
Ада сидела рядом с Обанаем и молча слушала.
Кагая осторожно взял один из свитков.
- Мы решили перевести текст более точно.
- И оказалось, что речь идёт не совсем о носителе Дыхания Чувств.
Шинобу кивнула.
- Вернее, не только о нём.
Она развернула старую страницу.
Чернила местами почти исчезли.
Некоторые строки удалось восстановить лишь частично.
Но теперь смысл был понятен.
- Здесь написано:
"Тот, кто услышит сердца других и сохранит своё собственное среди боли, станет клинком конца."
В комнате повисла тишина.
Шинобу продолжила:
- А дальше идёт уточнение.
"Когда придёт дитя чувств, утраченное во тьме и возвращённое светом..."
Гию нахмурился.
Муичиро медленно повернул голову к Аде.
Мицури прикрыла рот рукой.
А Обанай уже прекрасно понимал, к чему всё идёт.
- Утраченное во тьме, - повторил Кагая.
- Девочка, потерявшая память.
- Пережившая обращение в демона.
- Вернувшаяся обратно человеком.
- И сохранившая своё сердце.
Тишина стала ещё глубже.
Ада почувствовала неприятное ощущение внутри.
Словно все взгляды внезапно оказались направлены только на неё.
Она не любила такое.
Никогда не любила.
- Подождите, - внезапно произнёс Санеми.
- Хотите сказать, что эти люди двести лет назад предсказали именно её?
- Не обязательно именно её, - ответил Кагая.
- Но кого-то похожего.
Тамаё задумчиво посмотрела на документы.
- Возможно, авторы этих записей знали о существовании Дыхания Чувств гораздо больше, чем мы.
Кагая перевернул ещё одну страницу.
И тогда произошло самое интересное.
Потому что на обратной стороне оказался рисунок.
Очень старый.
Почти стёршийся.
Но различимый.
На нём была изображена девушка с катаной.
Вокруг неё клубился туман.
Муичиро резко выпрямился.
- Туман.
Все посмотрели на него.
Он редко вмешивался в разговоры.
Но сейчас его взгляд был необычайно серьёзным.
- В последние месяцы я наблюдал за Адой.
- Иногда туман действительно реагирует на неё.
В комнате стало совсем тихо.
- Что ты имеешь в виду? - спросил Тенген.
- Он движется иначе.
- Словно следует за ней.
Муичиро немного помолчал.
- Я думал, что мне показалось.
- Но это происходило слишком часто.
Ада почувствовала, как по спине пробежал холод.
Потому что она вспомнила собственный вопрос.
Тот самый вопрос, который недавно задала Кагае.
"Может ли умерший человек помогать живому?"
Кагая посмотрел на неё удивительно мягко.
Словно понял её мысли.
- Ада.
Она подняла взгляд.
- Помнишь, что ты спрашивала меня недавно?
Девушка медленно кивнула.
- Я не знаю, могут ли умершие направлять нас буквально.
- Но я знаю другое.
Он улыбнулся.
- Любовь не исчезает после смерти.
Тишина.
- Иногда люди уходят.
- Но всё равно продолжают менять наши жизни.
Перед глазами Ады неожиданно всплыл образ Златы.
Светлые волосы.
Тёплая улыбка.
Смех.
И тот сон.
"Сблизься с Обанаем."
"Победи Мудзана."
В груди что-то болезненно дрогнуло.
Совсем немного.
Но впервые за долгое время это была не пустота.
- Значит, - тихо сказала Мицури, - это послание всё это время было не про силу?
Кагая покачал головой.
- Нет.
- Оно было про человека.
Он посмотрел прямо на Аду.
- Потому что победить Мудзана сможет не тот, кто сильнее остальных.
- А тот, кто несмотря на боль сумел сохранить своё сердце.
И впервые за всё собрание Ада не отвела взгляд.
Потому что где-то глубоко внутри ей показалось, что Злата сейчас улыбается.