Глава 1
– Да иду я, иду, – после третьего гудка клаксона протянул Гарри. – Придурки, – с улыбкой прибавил он, когда непокорные кудри наконец были приглажены.
– Пока, мам, буду поздно, не жди, – громко топая, Гарри сбежал по лестнице. Энн болтала по телефону с подругой и, прикрыв телефон ладонью, прошептала с улыбкой: «Оторвитесь там как следует! И передай Найлу, что наш холодильник всегда открыт для него».
Гарри побежал на кухню и достал сэндвич (не хотелось позориться, выдавая все секреты после лёгкого коктейльчика), запихнул в рот половину и запил соком прямо из пакета. Стайлс не смог пройти мимо нового чайника, который открывал крышку после нажатия кнопки – по матовому пластику скатывались капельки, и Гарри всегда пытался угадать, какая упадёт первой. В этот раз он снова промазал – крайняя справа обогнала среднюю. Поставив сок на место, Стайлс пошёл к прихожей. Раздался четвёртый гудок – парни на улице уже заждались друга.
Отчим клевал носом перед телевизором, и Гарри не удержался от того, чтобы не щёлкнуть пультом. Экран погас даже медленнее, чем Робин разлепил веки. «Маленький проказник», – с улыбкой покачал головой он, прижимая парня к себе и взъерошивая кудри под глухое бурчание: «Полчаса укладывал».
– Джем, точно не хочешь со мной? – крикнул Стайлс, освободившись из объятий. Робин вновь включил телевизор и, кажется, уже задремал.
– Я что, липкая?!
– О'кей, Джемма Энн Стайлс, мы в клуб, не хочешь с нами? – Гарри уже стоял перед дверью и раздумывал, захватить ли ветровку. Последний луч солнца щекотал лицо, и на щеках сами собой появлялись ямочки улыбки.
Пятый гудок. «Нетерпеливые».
– Ну, как хочешь, Джем, – несколько ехидно улыбнулся Гарри. – К ужину не ждите!
Энн, продолжавшая что-то рассказывать очередной подруге, показала сыну большой палец и послала быстрый воздушный поцелуй. Гарри ответил ей тем же и вышел за дверь, постаравшись ей не хлопнуть. Удалось – и кудрявый выбросил вверх кулак.
Глаза его друзей закатились, когда Гарри с широкой улыбкой вышел-таки из дома. Джош затушил почти докуренную сигарету и, хлопнув Стайлса по плечу, сел за руль. Погода радовала – типичное бабье лето. Вечерний ветерок уносил дым сигареты Ника, разжигая тлеющий конец. Найл подвинулся, освобождая место на заднем сидении, и компания тронулась.
Добраться до клуба от дома Гарри можно было и пешком, но Джош любил покрасоваться в родительском ретро-кабриолете, и никто, в сущности, не был против.
Любимый клуб подвёл – группа равнодушно перебирала струны, пока солист отчаянно давился высокими нотами, а бармен крутил коктейли без привычного тщеславного бахвальства - и наблюдать за летающими бокалами оказалось до смерти скучно. Стайлс слегка позавидовал интуиции сестры – куда бы она ни пошла, там собиралась самая весёлая тусовка – и в который раз пообещал себе прислушиваться к Джемме.
Оглядывая зал в поисках весёлой компании, Гарри зацепился взглядом за парня у стойки. Но, видя, как тот обнимает шатенку с длинными волнистыми волосами, парень понял, что придётся незнакомцу не по вкусу. Большинство лиц Стайлс помнил по колледжу, но не знал имён – он начал учиться там всего пару недель назад. Это, правда, не помешало ему получить с полтора десятка приветственных тычков под рёбра.
Он подошёл к группе младшекурсников, из которых знал всего пару ребят – вместе над преподавательницей права смеялись – и постарался вникнуть в диалог. Музыка мешалась, била по ушам и, отдаваясь в виски, отвлекала от слов, так что минут через десять (невиданное для него терпение) он окончательно осознал тщетность попытки, хотя и успел узнать, что парней, между которыми он стоял, звали Сэнди и Дэн.
Хлопнув по плечу Джоша и ещё пару знакомых, Гарри направился к выходу. У дверей одиноко топталась компания малолеток – остальные уже знали, что сегодня ловить нечего.
Стайлс не видел, как вслед за ним из клуба вышел парень одного с ним роста с аккуратно уложенными каштановыми волосами. Воровато осмотревшись, он последовал за Стайлсом, прижимая к телу сумку.
Гарри вспомнил о куртке и поморщился – хотя погода была тёплой, ветер с речушки неподалёку пробирал до костей. Парню показалось, что за ним шёл кто-то ещё, но он лишь усмехнулся своей паранойе – конечно, в оживлённом спальном районе живёт не он один!
Плеер остался дома, так что окунуться в успокаивающие аккорды Эда Ширана не получилось, и Гарри стал тихо напевать одну из песен.
Шаги приближались, и Стайлс вздрогнул и перестал петь. "От холода. Конечно, от холода", – убеждал он сам себя, пока по спине бежали мурашки. "Надо было захватить ветровку..."
Гарри свернул в узкий просвет между домами и без проблем вписался в дырку в ограде (не вписывался туда много кто, в том числе Найл, поэтому, когда они возвращались домой вместе, срезать не получалось).
Луи, следовавший за ним, тоже пролез, а это удавалось не всем знакомым Гарри девчонкам. Стайлс почувствовал его прерывистое дыхание, и по спине пробежал ток, который парень уже не мог списывать на холод. Он обернулся – в бледные глаза словно затягивало. Голова опустела, и Гарри просто стоял и смотрел на незнакомца. Его прозрачно-голубые глаза словно горели, притягивая Стайлса. Мыслей в голове не было. Вообще.
Луи подошёл ещё на шаг. Гарри уловил запах его парфюма, всё ещё не в силах оторвать взгляд от его глаз. Было в них что-то безумное, огненным вихрем рвавшееся наружу из-за ледяной голубизны.
Вдруг он рывком толкнул Гарри в плечо. Зрительный контакт порвался, и глухой звук удара раздался будто со стороны. Голова запоздало взорвалась болью, как только Луи поднял Стайлса, оседавшего на асфальт, и кинул в стену ещё раз, схватив за плечи. Гарри выставил руку – слишком поздно – и услышал хруст, как от разломанного печенья. Перед глазами Стайлса всё пульсировало, ноги тряслись и подгибались. Он попытался уцепиться за стену, но она выскальзывала, до крови царапая подушечки пальцев.
Пока Гарри оседал на асфальт, оставляя на кирпичах кровавый след, Луи достал верёвку и бросил сумку на землю. Отпихнул её ногой и вернулся к Гарри, дрожащими руками медленно ощупывавшему голову, но боявшемуся даже приблизить пальцы к размозжённой коже. Вновь поднял задохнувшегося от нового взрыва в голове Гарри и, прижимая его грудь к стене, другой рукой надавил на его шею. Гарри инстинктивно попытался вдохнуть и начал вырываться, но тело не слушалось. Он чувствовал себя слабым и беззащитным ребёнком, беспомощность пугала сильнее безумия в глазах Луи.