Я позову тебя во снах [ЗАВЕРШЁН]

 Чанбин раскинувшись сидит на большом диване в гостиной, ожидая, когда вернётся Ликс. За окном уже занимается красно-оранжевый закат, который заполняет своим таинственным светом просторную комнату через большие окна. Со лениво листает новостную ленту и ухмыляется очередной статье, которая гласит: «Участника всем известного рэп-трио 3racha SpearB опять заметили в компании молодого танцора Феликса Ли. Фанаты предполагают, что между парнями могут быть не просто дружеские отношения. Напомним, что впервые поклонники узнали о Ли, когда тот героически закрыл Со Чанбина от пули снайпера. Так же J.One попал в объективы камер вместе с другим танцором из той же студии — Ли Минхо.»

 «Чан нам с мелким голову открутит» — со смешком подмечает Бин и откидывает телефон в сторону, разминая затёкшую шею. Если так подумать, почему артисты не заслуживают простого человеческого счастья с тем, с кем действительно хотят быть. Чанбин благодарен каждому своему фанату за их поддержку, но он хочет сам любить и быть любимым, не беспокоясь за то, что фанбаза может навредить его второй половинке.

Поток мыслей Со прерывает звук открывающегося замка. Бин быстро поднимается с дивана и большими шагами идёт к входной двери.

— Ликси, солнце, ты долго. Я уже начал волноваться, — с улыбкой говорит Чанбин, закрывая за Ли дверь.

— Я искал твой любимый пирог. Его не было в двух пекарнях, поэтому и долго, — слегка возмущается Ликс, дуя свои пухлые губки.

— Сегодня я мог просто насладиться своим любимым Феликсом Ли, но он купил ещё и мой любимый пирог, — Бин притягивает ближе к себе уже пунцового от таких слов Ликса, обхватывая его за тонкую талию, скрытую под белой безразмерной толстовкой, и забирая из его ручек тот самый пирог.

— Х-хён, ты чего? — растеряно шепчет Феликс, оказываясь в нескольких миллиметрах от губ старшего.

— Могу я немного посмущать своего парня? — ухмыляется Со. — Тем боле у нас с тобой сегодня полгода. Ты ведь поэтому по всему городу искал пирог? У меня тоже есть для тебя небольшой сюрприз. — Бин хитро улыбается, видя, как Ликс ещё больше заливается краской, а затем чмокает его в нос и, беря за руку, выводит из квартиры. Феликс молча следует за старшим, поднимаясь куда-то вверх по лестнице и пытаясь скрыть своё любопытство.

— Ликси, любимый, закрой глаза, пожалуйста, — внезапно оборачиваясь, произносит Чанбин.

 Со обходит Ликса и, вставая сзади, аккуратно прикрывает ладошкой глаза. Феликс плотно смыкает веки, стараясь не испортить сюрприз. Ли осторожно двигается вперёд, опираясь на свободную руку Чанбина, пока его не обдувает прохладным ветром. Ликс глубоко втягивает свежий воздух, наполняя им лёгкие и, слыша ласковое «можешь открывать», резко выдыхает, наконец распахивая глаза.

 Перед ним расстилается прекрасный вид на почти ушедшее за горизонт солнце и множество домов, уже горящих огнями квартир. Феликс стоит на крыше, пытаясь охватить взглядом весь необъятный океан светящихся многоэтажек, как это делает оранжевый ореол ускользающего от этого города заката.

— Солнце моё, может присядешь со мной? — Чанбин, который уже разместился чуть поодаль на большом светлом пледе с кучей подушек, окликает засмотревшегося Ликса и указывает на место рядом с собой, поднимая вверх два бокала с шампанским. Ликс ярко улыбается и преодолевает расстояние между ними, слегка припрыгивая, на что Бин не удерживается и выпускает несколько смешков сквозь сжатые губы. Феликс резко и немножко нелепо плюхается возле Со и забирает бокал с шампанским из его рук. — За нас? — Чанбин нежно улыбается и протягивает свой бокал ближе к Ликсу.

— За нас! — чуть ли не провизгивает Феликс и ударяет своим бокалом о бокал Бина, растягивая уголки губ как можно шире от переполняющей его тело радости. Он делает маленький глоток и начинает с интересом разглядывать маленькие пузырьки. Со не может насмотреться на такого Ликса. Ему хочется делать всё возможное, чтобы видеть его таким всегда. — Хён, а почему именно здесь?

— Я же обещал показать тебе звёзды, Ликси Ли. Я думаю именно так их будет видно лучше всего, — Чанбин выжидающе смотрит. — Солнце, ты чего?

— Мне нечего дать тебе взамен, — грустно отвечает Ликс.

— Ликси, ты сейчас серьёзно? — Бин убирает бокалы в сторону и, обнимая Феликса за талию, двигает ближе к себе. — Ты подарил мне мою жизнь. Даже целых два раза, — Со усмехается. — Ты скрасил её своим присутствием и улыбкой. Получается, ты даришь мне себя, — Чанбин зарывается носом в светлые волосы и вдыхает уже такой родной и любимый запах яблочного шампуня Ли.

— Тогда, я хочу полностью отдать себя тебе, — шепчет Феликс куда-то в шею старшего, перед этим шумно выдохнув, опаляя чужую кожу горячим воздухом, пуская стайку мурашек.

 Ликс дарит пару маленьких поцелуев в шею, поднимаясь по ней ближе к уху, целует в уголок скулы и, заглянув в непонимающие глаза Чанбина, резко впивается в пухлые губы хёна, перекидывая одну ногу через колени Со и оказываясь перед его лицом. Феликс, не разрывая поцелуя, ведёт маленькими ладошками вверх, очерчивая пресс Бина, а затем сминает на плечах ткань футболки, сжимая кулачки. Ему хочется показать Чанбину, что он полностью, от макушки до пяток, принадлежит ему. Что хочет быть только с ним и готов отдать за него всё, что угодно. Ликс льнёт к старшему всем телом, пытаясь отдать ему всё своё тепло.

 Чанбин плавится как восковая свечка под прикосновениями Феликса. Ему хочется мягко обволакивать его всего, чтобы не пропускать ни одного вздоха и движения младшего, хочется закрыть собой от всех проблем, спрятать от опасностей. Бин углубляет поцелуй и запускает слегка холодные руки под толстовку Ликса, проводя ими по разгорячённой коже. Это заставляет Феликса вздрогнуть и выгнутся, выдыхая имя старшего прямо ему в губы. Чанбин аккуратно укладывает Ликса на подушки, нависая сверху. Он боится, что такой хрупкий Феликс может разбиться и рассыпаться на маленькие осколки. Со не должен этого допустить. Он нежно покрывает невесомыми поцелуями лицо младшего, заполняя ими каждый миллиметр кожи Ли.

— Хён, мы можем... — начинает Ликс, борясь со сбитым напрочь дыханием. — Мы можем сделать это сейчас? — Чанбин отстраняется, заглядывая младшему в глаза.

— Это действительно то, чего ты хочешь сейчас? — медленно говорит Со, поглаживая большим пальцем щеку Феликса.

— Да! — на выдохе почти простанывает Ликс — Я действительно хочу. Хочу стереть эти рамки, хочу стать твоим. Хочу полностью подарить себя тебе. Я тебя сделать только моим.

— Солнце, я и так только твой, — шепчет на ухо Бин сквозь улыбку, пуская по телу Феликса электрические разряды.

 Чанбин подхватывает край толстовки Феликса и тянет вверх, обнажая худенькое тело младшего. Без этой большой толстовки Ликс кажется таким маленьким и хрупким, будто каждое прикосновение способно навредить ему. Со видит большие грубые и неровные шрамы на нежной коже Феликса, которых он совершенно не заслуживает. Они не должны быть на нём. Ликс — самое светлое и доброе, что когда-либо было в жизни Чанбина, почему же в жизни самого Феликса столько несправедливой боли? Бин хочет забрать её себе, всю без остатка.

 Ликс, видя взгляд старшего, скользящий по безобразным шрамам, и его тяжёлый выдох, старается сжаться в комок, закрыть их, чтобы их больше никто и никогда не видел. Это слишком больно. Каждый из этих шрамов отпечатался рубцами на его сердце.

— Феликс, ты очень красивый, не прячься от меня, — глаза Чанбина блестят, а сам он с нежностью убирает непослушные светлые пряди с лица младшего.

 Ликс шумно выдыхает и медленно убирает руки, уступая Бину. Он доверяет ему, целиком и полностью. Со с трепетом проходится кончиками пальцев по каждому шраму, кожа Феликса откликается сотнями мурашек. Чанбин покрывает нежными поцелуями всё тело младшего и, когда одежда уже не мешает им касаться друг друга, заботливо накрывает их тёплым пледом, а сам пытается отдать Ликсу всё тепло своего тела, опаляя тонкую шею горячим воздухом. Феликс морщится от неприятных ощущений, заглушённых от нежных поцелуев старшего, а затем стонет, испытывая столько любви к человеку напротив. Он хочет полностью раствориться уже в таком родном ему отзывчивом и надёжном теле. Отдаться без остатка.

— Х-хён... Я люблю тебя, — тихий шёпот срывается с губ Ликса, заставляя Чанбина широко улыбнуться.

— Я тоже люблю тебя, моё солнце, — произносит Со, целуя младшего в лоб.

— Хён, смотри! Там звёзды! — Феликс распахнутыми глазами смотрит в небо, разглядывая тысячи сверкающих точек. Но Чанбин видит свою вселенную в глазах напротив, в веснушках на маленьком личике, в изгибах тела любимого.

 Эти двое уже навсегда связали свои судьбы и тела воедино, наслаждаясь каждым вздохом любимого. Им неведомы никакие преграды, они полностью открыты друг другу. Даже если кто-то из них совершит ошибку их хватит на искреннее «прости». Им уже всё равно, что связывало их до этого, главное, что связывает их сейчас.

От автора: Ребята, к сожалению, нам пора прощаться с этой работой. Спасибо, что уделили время на мою писанину. Я была очень рада поделиться ей с вами. Всех люблю и целую в носик. Может быть мы с вами ещё встретимся уже с другими персонажами)