Я позову тебя во снах [ЗАВЕРШЁН]

 Стопы Феликса неуверенно перемещаются по полу в такт ритмичной музыке, взгляд напряженный и внимательный. Он зорко следит за каждым своим движением через зеркало. Старшие отражаются в нем рядом с Феликсом и готовы поддержать если что-то случится, но Ликс сам борется с желанием закричать от давящей на него атмосферы прошлой беззаботной жизни, которую он не в силах ни вернуть, ни отпустить. Все трое напряжены, но стараются не показывать этого. Этот зал хранит слишком много воспоминаний. Они давят на виски и въедаются под кожу мелкой назойливой дрожью. Раз-два, правое плечо плавно уходит вниз. Мама аккуратно заходит в студию и тихонько наблюдает за ним, затаив дыхание. Три-четыре, плечо резко возвращается наверх вместе с корпусом. Он задержался с хёнами в студии и заботливо пишет смс: «мам, я немного опоздаю, не волнуйся, ребята меня проводят» и получает в ответ нежное: «хорошо, только будьте аккуратнее». Пять-шесть, Феликс меняет опорную ногу и делает разворот, выгибаясь всем телом. Его первый концерт, маленькая сестра с гордостью несёт к сцене тяжёлый букет, который купила на свои честно собранные деньги. Больно. Больно. Больно. Боль окутывает каждый уголок подсознания и затуманивает взгляд. Перед глазами начинают расплываться ритмично движущиеся отражения, становясь расплывчатыми силуэтами. Боль становится невозможной. Каждый шаг впивается в стопы сотнями острых осколков. Семь-восемь, Ликс не удерживается на ногах и падает, прерывая пока ещё не очень синхронные движения тройки танцоров.

 Старших как будто прошибает током из-за неожиданного падения их хрупкого и такого уязвимого сейчас друга. Они в момент оказываются рядом, понимая, что Ли не просто оступился. Они всё понимают. Понимают какую душевную боль причиняют младшему стены танцевальной студии. Понимают, как трудно было ему вернуться сюда. Но он вернулся.

 Ли Минхо, лидер их маленькой танцевальной группы, чувствовал пустоту, выступая на сцене без Феликса. Он часто бывал в гостях у ребят, но никогда не заикался о своих переживаниях при Ли, потому что Ликсу было намного тяжелее. Хёнджин рассказал ему о кошмарах, которые мучали Феликса почти каждую ночь. Он знал, как его трясёт по ночам, как он кричит и задыхается, из рассказов Хвана. Минхо сначала настаивал на том, что младшего надо отвести хотя бы к психологу, но Хёнджин категорически отказывался, считая, что это не только сломает Ликса ещё сильнее, но и подорвёт его доверие к ним двоим. Вскоре Минхо отказался от этой затеи и просто старался «не давить на больные места» при разговоре с младшим. Приносил вкусности, смотрел с ними фильмы, шутил и старался вести себя обычно. Иногда ему даже удавалось вызвать мимолётную искреннюю улыбку у Феликса, а не ту, которую он обычно натягивал, чтобы старшие не волновались. От неё Минхо волновался ещё сильнее. Старший чувствовал, что Ликс всё больше утопает в том, что морально калечит его, но сделать он ничего не мог. Он не был силён в психологии, да и вообще, в отличие от друзей, немного скуп на чувства и слова.

 Каково было удивление Минхо, когда он увидел в студии Феликса, боязливо преодолевающего дверной проём вслед за Хваном. Он иногда даже думал, что младший вообще не вернётся к танцам, и не сердился бы на него за это. Ли бы принял его решение. Но он здесь. Да, ему сложно бороться с воспоминаниями, но он усердно повторяет движения за старшими. Да, тело его отвыкло и не слушается, но он раз за разом борется с каждым движением, а может и со своим худым и таким слабым отражением в зеркале. Он здесь. И это делает его сильнее, чем Хёнджин и Минхо вместе взятые. Но всё не может идти так гладко...

 Михно слышит прерывистое дыхание младшего, который подобрал под себя ноги и уткнулся лбом в холодный пол танцевального зала. Слышит сдавленный писк, который так хотел стать громким и пронзительным криком. Поэтому подходит к Ликсу, присаживаясь рядом на колени, и кладет руку на дрожащее маленькое плечико.

--Ликси, я думаю на сегодня следует закончить, ты очень много сделал для первого раза после долгого перерыва. Тебе надо отдохнуть, пошли в душ и собираться? — старший пытается держать свой голос как можно мягче и спокойнее, понимая, что лишнее внимание сделает только хуже. Похлопав пытающегося унять дрожь в своём теле Феликса по спине, Минхо, не дождавшись ответа, молча встаёт и, небрежно закидывая сумку на одно плечо, направляется к раздевалке, закрывая за собой дверь студии.

Хёнджин, запрокидывая голову назад и проводя по влажным от пота волосам, шумно втягивает воздух, собираясь с силами, чтобы хоть что-то сказать младшему. Руки трясутся, Хвану кажется, что Ликс ещё не был готов. Зря он это всё затеял.

— Прости меня, я не должен был...

— Нет, хён. Спасибо.

 Феликсу надоело. Надоело быть слабым и прятаться от жизни дома у хёна. Надо переступить через себя и потом будет легче. В этом он уверен, но не уверен получится ли у него сделать этот шаг сейчас...

--Что? — До Хёнджина не доходит весь смысл слов младшего, ведь он готовился услышать совершенно другое. Крик, плач, обвинения, но никак не тихое «спасибо».

— Спасибо, — Ликс выпрямляется, садясь на колени и смотря на Хвана. — Я хочу танцевать. Я бы никогда не пришёл сюда сам. Мне тяжело, но я хочу вернуть в свою жизнь хотя бы танцы.

 Феликс смотрит красными от слёз глазами на своего друга, не отводя полный доверия взгляд. А Хвану кажется, что внутри него что-то ломается. Хёнджин садится рядом с Феликсом, нежно, но крепко прижимая младшего к себе. Ликс всегда знал, что он не один, что Хван будет рядом, но сейчас это чувство осязаемо. Он чувствует лучшего друга рядом и может показать то, что творилось у него в душе последнее время. Показать, как ему было тяжело. Показать сколько всего он пытался удержать внутри себя. Ли не стесняясь плачет, а потом, успокаиваясь, затихает в руках Хвана. Ему больше не так тяжело.

 Первым объятья разрывает Феликс, вспоминая, что в раздевалке их ждет Минхо и, наверное, места себе не находит из-за того, что Ликс его напугал. Волнуясь за хёна, он быстро подхватывает сумку с вещами и бежит в раздевалку.

***

 Горячая вода стекает по худому телу Феликса, а тот, не отрывая взгляд, смотрит на себя в зеркало. Его правая рука аккуратно скользит снизу-вверх по кривому шраму на животе, за тем по шраму на левом боку и прерывистому шраму на левой руке. Это клеймо той страшной трагедии, которое останется с ним навсегда. Но ещё — это память о двух самых дорогих ему людях и о том, что они были когда-то в его жизни. Он пронесёт воспоминания о них через всю свою жизнь. Он сделает всё, чтобы показать им, что выжил не зря, он больше не будет слабым.

 Перекрывая кран с горячей водой и беря полотенце, Феликс думает от том, что было бы неплохо, если бы вся его неуверенность и страх ушли вместе с этой водой в водосток. Одевшись, он ещё раз бросает взгляд в зеркало и улыбается сам себе. Это был первый и трудный шаг, но Ликс считает его пройденным. Впереди ещё длинный путь из таких же тяжёлых и болезненных шагов, но он пойдёт по нему. Пора домой. Феликс надеется, что сегодня сны откроются ему с другой стороны. Засыпая, он будет просить рассказать ему больше.