15 часть
После того разговора в кафетерии прошло две недели.
Две недели новой реальности, в которой Ландо перестал быть моим мучителем и стал... кем? Другом? Союзником? Чем-то большим, что мы оба боялись назвать?
Я не знала. И, кажется, он тоже не знал.
Мы работали. Чёрт возьми, как мы работали! Тесты, симуляторы, бесконечные брифинги. Ландо был собран, профессионален и... другим. Он перестал срываться на механиков, перестал устраивать истерики, перестал смотреть на меня голодными глазами. Он просто был рядом. Надёжно. Твёрдо. Как скала.
И это сводило меня с ума.
Потому что, когда он перестал охотиться, я вдруг поняла, что сама хочу быть пойманной.
Кими писал каждый день. Мы виделись два раза — он прилетал в Лондон на несколько часов между гонками. Это были тёплые, нежные встречи, после которых на душе становилось светло и спокойно. Он не давил, не требовал, не спешил. Он просто любил меня той тихой, глубокой любовью, о которой пишут в книгах.
Но книги — это книги. А жизнь... жизнь была сложнее.
Потому что каждый день я проводила с Ландо. Видела, как он улыбается механику, пошутившему удачно. Как хмурится над графиками. Как вытирает пот после тяжёлого заезда. Как смотрит на меня, когда думает, что я не вижу.
В этих взглядах не было прежней одержимости. В них было что-то новое. Нежность? Тоска? Сожаление? Я не знала. Но каждым таким взглядом он вырезал на моём сердце новую зарубку.
---
Очередная гонка была в Сингапуре.
Ночное Гран-при, жара, влажность, безумный график. Мы прилетели за три дня, чтобы акклиматизироваться. Ландо ходил зелёным — он плохо переносил такую погоду.
— Ты как? — спросила я, застав его в моторхоуме с пакетом льда на голове.
— Умираю, — простонал он. — Но это нормально.
— Давай помогу.
Я села рядом, забрала пакет и сама приложила к его лбу. Он закрыл глаза и выдохнул.
— У тебя руки холодные, — сказал он тихо.
— Всегда такие.
— Приятно.
Мы сидели так минуту, другую. Я чувствовала, как бьётся его пульс под моими пальцами. Как медленно выравнивается дыхание.
— Лэс, — позвал он, не открывая глаз.
— М?
— Спасибо, что ты есть.
Я не ответила. Просто продолжала держать лёд у его виска.
---
Квалификацию Ландо выиграл.
Первый поул в сезоне. Он выпрыгнул из болида, заорал от радости и рванул ко мне. Я думала, он просто даст пять, но он схватил меня в охапку и закружил.
— Мы сделали это! — кричал он. — Мы, Лэс! Ты и я!
Механики улюлюкали, инженеры хлопали, камеры снимали. А я висела в его руках и чувствовала, как сердце выпрыгивает из груди. Его близость, его запах, его счастье — всё это ударило в голову сильнее любого шампанского.
Он поставил меня на землю, но не отпустил. Посмотрел в глаза. Близко. Слишком близко.
— Лэс... — начал он.
— Поздравляю, — перебила я, выскальзывая из его рук. — Теперь на пресс-конференцию. Бегом.
Он усмехнулся, но послушался. А я осталась стоять посреди бокса, пытаясь отдышаться.
---
Вечером я сидела в номере и смотрела на телефон. Кими прислал сообщение:
«Видел квалификацию. Ты молодец. Горжусь».
«Спасибо, — ответила я. — Как ты?»
«Скучаю. Приедешь после гонки?»
Я замерла. После гонки. После гонки будет поздно, потому что после гонки я не смогу думать ни о ком, кроме Ландо. Я это знала. Чувствовала кожей.
«Кими, — написала я осторожно. — Мне нужно время. Не на пару дней. Настоящее время. Чтобы понять себя».
Он прочитал. Долго не отвечал. А потом:
«Я говорил, что буду ждать. Сколько нужно. Это правда».
Я выдохнула. И впервые за долгое время почувствовала себя честной.
---
Гонка была безумной.
Ландо стартовал с поула, но на первом же круге его подрезал соперник. Он откатился на пятое место. Я сидела за пультом, впиваясь пальцами в клавиатуру, и переводила цифры в слова.
— Резина убита, — рычал он в эфир. — Мне нужно другое окно.
— Держись, — отвечала я. — Через три круга появится трафик. Используй.
— Понял.
Он пилотировал как зверь. Обгон за обгоном, риск на грани фола. К середине гонки он был вторым. К концу — первым.
Когда он пересёк финишную черту, я заорала. Впервые за всё время работы сорвала голосовые связки, заорала так, что механики рядом подпрыгнули.
— Ты чемпион! — кричала я в микрофон. — Ты, мать его, чемпион!
— Это мы чемпионы, Лэс. — Его голос в наушниках звучал хрипло и счастливо. — Мы.
Я сняла наушники и выбежала из бокса. Ландо уже вылез из машины, стянул шлем и искал меня глазами. Увидел — и рванул навстречу.
Мы столкнулись в центре пит-лейн. Он схватил меня, поднял, прижал к себе. Я обвила его ногами, вцепилась в волосы, зарылась лицом в шею.
— Спасибо, — шептал он. — Спасибо, спасибо, спасибо.
— Ты сам, — отвечала я. — Ты всё сам.
— Нет. Без тебя я бы сдох. Честно.
Он опустил меня на землю, но не отпустил. Смотрел в глаза. Опять близко. Опять слишком.
— Лэс, — сказал он тихо, чтобы слышала только я. — Я знаю, что обещал не лезть. Знаю, что ты с ним. Но сейчас... сейчас мне плевать. Я хочу тебя поцеловать.
— Ландо...
— Я знаю. — Он усмехнулся. — Я всё знаю. Но если я не скажу это сейчас, то лопну. Я люблю тебя. Не как инженера. Не как друга. По-настоящему. С тех самых пор, как ты обняла меня после той истерики в Сильверстоуне. И я готов ждать. Готов делить. Готов на всё. Просто... знай.
У меня перехватило дыхание. Вокруг шумела толпа, сверкали камеры, а мы стояли посреди этого безумия и смотрели друг на друга.
— Я не знаю, — сказала я честно. — Я запуталась. Ты и он... это два разных мира. И мне нужно время.
— Сколько угодно. — Он улыбнулся. — Я умею ждать. Научился.
Он отпустил меня и пошёл на подиум. А я стояла и смотрела ему вслед, чувствуя, как по щекам текут слёзы.
---
Вечером я сидела на балконе своего номера. Сингапур сиял огнями, где-то внизу гудел город, а я думала о том, что жизнь окончательно запуталась.
Кими. Тихий, надёжный, тёплый. Моя пристань.
Ландо. Бешеный, импульсивный, живой. Мой ураган.
Я открыла ноутбук. Подписчиков было уже четыреста тысяч. Я написала:
«Сегодня я выиграла гонку. Нет, не я — мой пилот. Но я чувствую эту победу каждой клеткой тела.
А ещё сегодня мне сказали, что любят. Двое. Два абсолютно разных человека сказали одни и те же слова.
И я не знаю, что делать.
Потому что сердцу не прикажешь. Оно бьётся быстрее, когда один смотрит. И замирает, когда другой пишет.
Как выбрать между тишиной и ураганом? Между покоем и страстью? Между "никогда не предаст" и "умрёт за тебя, но сначала сведёт с ума"?
Я не знаю.
Но знаю одно: я больше не боюсь. Не боюсь чувствовать. Не боюсь признаваться себе в том, что запуталась.
Потому что запутанность — это тоже жизнь. Настоящая.
Ваша Лэс».
Я отложила телефон и посмотрела на небо. Звёзд не было видно за огнями города, но я знала, что они там. Где-то далеко. Как моя любовь — где-то там, впереди.
И мне оставалось только ждать, когда она проявится.
«Иногда сердце знает ответ, но слишком боится его озвучить».
— Джейн Остин, «Гордость и предубеждение»