Глава 14
Руководитель Lapis'R нависал грозной тучей позади очередного "свободного творца", который пытался переделать эскиз под его указку. Однако...
- Нет. Не так.
- Вы сказали, что вам нужна кононическая юбка-солнце... - напомнил мастер.
- А еще я сказал, что нужна ассиметрия, но у тебя шлейф.
- Не вижу разницы.
- Шлейф - это шлейф, а ассиметрия - это ассиметрия. Как сейчас учат дизайнеров одежды? Все так плохо?
Хоть голос руководителя и был спокоен, но то была тясячная придирка и этот мастер не выдержал - мужчина отшвырнул карандаш в сторону, резко встал из-за стола и с нервным тиком на правом глазу, прорычал: - Если что-то не нравится, делайте сами!
Грозно ворча себе под нос, приглашенный маэстро покинул кабинет, не забыв напоследок громко хлопнуть дверью.
Сразу после этого дверь кабинета приоткрыдась и в образовавшуюся щель заглянула девушка, заместитель Дерека.
- Босс, - робко обратилась она, наблюдая с безопасного расстояния за тем, как Дей устало рухнул на стул и двумя пальцами ущипнул переносицу. Он все тер это место и тер, словно пытался избавиться от головной боли. - Нас покинул третий дизайнер одежды. Если так продолжится, то мы не успеем со сметой.
Голос гостьи был тих, будто она говорила со спящим, однако, раздраженному Крису, чья голова длительное время разрывалась от мигрени, он показался рахдражающе звонким. И дабы избежать срыва на несчастную, руководитель сделал жест рукой, как бы говоря: "пошла вон".
Помощница тут же поняла начальство и закрыв за собой дверь, испарилась. Плевать на смету! Она хочет проработать здесь дольше.
Спустя час, Кристиан наконец-то понял, что работать над чужими эскизами гораздо сложнее, чем собственными и это угнетало. Вроде, как ему казалось, он доступным языком выражал свои желания приглашенным дизайнерам, но почему-то они его не понимали.
"Я говорю на другом языке? Почему так сложно? - мысленно ругался он. - Чертова голова!"
Осознав, что от мыслительного процесса его головная боль усилилась, Кристиан взвыл и несколько раз приложился головой об стол. Он вслух проклинал незнакомца, который спас ему жизнь.
- Зачем ты пошел в этот гребаный парк?! Зачем меня заметил?! Зачем вызвал скорую?! Лучше бы добил!
Только во время мигрени Кристиан был излишне эмоциональным.
Не глядя, он опустил дрожащую руку к ящику стола и резко открыл. На ощупь Крис нашел искомое и положил на стол.
Старый потертый блистер с парой таблеток смотрел на поверженного болью владельца и, по мнению мужчины, насмехался над ним.
- Смейся, смейся, - тихо проворчал человек.
Хотел бы он просто взять и выпить одну из таблеток, но было одно "но" - в состав данного препарата входил кодеин - наркотический анальгетик, который можно преобрести лишь по рецепту лечащего врача. А так, как поход к терапевту или неврологу не был в его планах на ближайшее будущее, такое лекарство нужно поберечь. Однако...
Плюнув на все Кристиан проглотил одну таблетку, медленно встал из-за стола и подойдя к дивану, просто рухнул на него.
Примерно через пол часа мигрень отступила, а мысли прояснились. Но и это не все: еще одним бонусом стало полное отсутствие боли в костях.
С задумчивым видом Дей поднял правую руку и вытянул ее. Он будто пытался достать висящую над диваном лампу. Под пристальным взглядом мужчины пальцы руки сжались в кулак, а потом медленно разжались - боли не было, как и дрожи.
Пользуясь случаем, руководитель Lapis'R резко встал с дивана и подлетел к эскизам. У него не было времени на рассуждения, хотя и помнил, что раньше препарат так не влиял на тело. Максимальным эффектом всегда было лишь временное купирование болевого синдрома в голове.
Однако радость руководителя не была долгой и длилась около тридцати или сорока минут. А потом его руку снова сковал холод, появилась боль и легкая дрожь.
Мужчина спокойно отложил карандаш и с видом глубокой задумчивости развернул кресло к окну. Так он провел несколько часов, прежде, чем решился на звонок женщине-критику.
Виктория, которая ответила на вызов с номера полюбившегося ей Дерека, слегка опешила. Голос не принадлежал владельцу телефона и вызвал в ней лишь непонятное чувство паники, она начала переживать за здравие помощника. Казалось, что без видимых на то причин, ее голос дрогнул, обнажая звонившему тревогу, кою тот поспешил развеять.
В обмен на информацию о местоположении Дерека, Виктория с радостью отправила номер телефона Рен-Рея через sms.
***
- Рен, может ответишь? - спросила Анна, - Тебе трезвонят с самого утра. Почему игнорируешь?
Рей не мог объяснить свои чувства. Обычно, он отвечал на любые звонки, даже с незнакомых номеров, но сейчас все было иначе...
Мужчина несколько раз сдвинул, а потом раздвинул слайд старого мобильного. В данный момент он пытался понять откуда в нем это неприятное предчувствие, но так и не смог найти ответов.
- Мария, поешь, - ласково пропела мать, которая уже давно сменила гнев на милость. Она великодушно подтолкнула к дочери полную тарелку куриного супа и села напротив, дабы проследить за трапезой.
- Я не хочу.
Мария так устала наматывать круги вокруг поселка, что теперь и вид еды вызывал в ней не самые теплые чувства. Она постаралась подавить приступ тошноты и громко сглотнула.
Рен-Рей снова отложил звонящий телефон, как делал это весь день. Сейчас дела семьи важней, а перезвонить он сможет потом...
- Мам, не насядай, - он решил вмешаться в насильную кормежку. - Пусть Мария примет душ, отдохнет, а потом... может и аппетит появится.
Анна вздохнула и молча кивнула, понимая, что сын возможно прав.
Мария же, кинув на мужчину благодарный взгляд, шаркающей походкой поплелась в ванну.
- Я поговорю с отцом, - уведомил Рен, подняв взгляд к потолку. - А потом с радостью съем ее порцию.
И как только мать повеселела, Рен накинул пальто и отправился на поиски грозного родителя.
Отец был найден подле клумбы, в которой заботливо рыхлил землю, подготавливая ее к зиме.
Этот человек был намного крупней своего сына и гораздо добрей, чем казался. Никто бы не поверил, что грузный мужчина под два метра ростом, широкими плечами и грозным взглядом просто обожает цветы. Особенно тюльпаны.
- Отец, - Рен остановился напротив родителя, ожидая, когда тот обратит внимание.
Пока мужчина копался в черной богатой перегноем земле, Рей от скуки закурил и начал осматривать участок. Ухоженная живая изгородь вокруг дома, ровные симметричные клумбы и большое кленовое дерево. Казалось, что он никогда не покидал отчего дома. Все осталось на своих местах, все было аккуратно и прибрано.
В сердце он восхищался педантичностью отца, которая проявлялась во всем. Даже заглянув в его гараж, можно увидеть, как гаечные ключи ровным рядом висят на стене и отсортированы по номерам. На полках старого стеллажа расположились одного вида однотонные контейнеры, где точно в таком же порядке находятся гвозди, шурупы, гайки и прочие крепежные инструменты. Что уж говорить о машине, которую отец любил и старательно начищал многие годы. Иронично, но он был предан старому автомобилю так же сильно, как собственной жене.
«Потрясающий человек, - мысленно вздохнул критик.»
Молодой мужчина не раз предлагал отцу заменить автомобиль на более комфортный и автоматизированный, но над ним лишь смеялись.
«Как я могу заменить свою малышку? Это же предательство. Для меня это тоже самое, что развестись и найти новую жену. Да, она не так молода, как когда-то. Да, она не современна и уступает новым моделям. Да, она нуждается в большем уходе и часто приходится ремонтировать. Но она моя! Запомни, мальчик, если мужчина не проявляет постоянства в мелочах, он никогда не будет постоянен в своих чувствах.»
Рен-Рею казалось, что отец говорил вовсе не о машине, но даже так... Вкусы людей, как и их мировоззрение, взгляды на вещи и симпатии могут меняться. В мире нет ничего постоянного, что уж говорить о чувствах? Сегодня ты любишь кофе, а завтра пристрастился к чаю. Что в этом криминального? Значит ли это, что ты изменяешь самому себе? Разве купить новую машину это тоже самое, что и развестись?
Мысли старшего были непостижимы. Однако, Рен-Рей был счастлив, когда понимал, что даже спустя долгие годы брака его родители сохранили друг к другу столь сильные чувства. Он был рад... И завидовал.
- Что ты хотел? - наконец-то родитель выпрямился, стянул слегка влажное полотенце с плеча и вытер от земли руки.
- Больше не гоняй ее.
- Это еще почему?
- Здесь не казармы и не участок, - критик достал из кармана пальто переносную пепельницу и затушил окурок. - Мария нуждается в отдыхе, а не сильных физических нагрузках.
- Разве нагрузка была сильной? - спросил мужчина, снова закинув полотенце на плечо.
- Для ее здоровья, да. Пусть отдохнет здесь психологически, пусть почувствует вашу заботу и любовь, а не вот это вот...
- Разве она не знает, что мы ее любим? Что делаем это из-за заботы?
- Она с детства не умеет читать между строк. С ней нужно иначе...
Возростной мужчина нахмурился пуще прежнего и в растерянности почесал затылок.
- Наверное, ты прав... Мария женщина, а потому с ней нужно быть мягче.
- Я же не о половой принадлежности...
- Кто-то любит свою сестренку! - мужчина в один шаг подлетел к сыну, приобнял одной рукой за плечо, а свободной начал мять его щеку и щипать. - Крысеныш, долг настоящего мужчины заботится о членах семьи! Ты так вырос!
На очередном стереотипе критик закатил глаза, но спорить не стал.
***
В палату влетела растрепанная женщина.
- Дерек! - крикнула Виктория.
К сожалению ей никто не ответил. Единственный, кто ее встретил это пациент с полностью перебинтованным лицом, большим гипсом на руке и ноге. Он лежал неподвижно и что-то мычал.
Виктория поняла это по-своему и тут же подлетев к койке, бросила на тумбу рядом корзину с фруктами и начала ощупывать пострадавшего.
- Какой ужас! Кто это сделал?! Твой босс сказал, что травма не значительная! Бедный!
Женщина-критик была так увлечена заботой, что совсем не заметила застывшего ужаса в глазах больного и стоны полные боли.
- Кхм, Виктория? - послышался голос со стороны входной двери, который был сперва проигнорирован обеспокоенной женщиной, однако, что-то в ее голове наконец-то щелкнуло и она медленно обернулась.
Ее удивленный взгляд столкнулся с не менее удивленным взглядом Дерека.
- Почему ты сразу не сказал?! - Виктория прокричала на больного подле себя и сильно сжала его лицо ладонями. Послышался очередной болезненный стон.
- Эй, перестань! - Дерек поспешил на помощь своему соседу по палате, оттащил критика. - Хочешь его смерти?!
- А почему он молчал?!
Видя вселенскую обиду на лице гостьи, Дерек не мог не смягчиться.
- У него все лицо в бинтах, если ты не заметила. Что он скажет? У парня серьёзный перелом челюсти, руки и ноги, травма позвоночника, а ты не помогаешь, а делаешь хуже.
- Простите, - критик неуклюже извинилась, осторожно подошла к незнакомцу и поправила его подушку. - Я очень виновата!
Дерек вздохнул. Эта женщина ворвалась в палату, подобно урагану и завалила всех своим неоправданным беспокойством. То, что критик так сильно переживала за его самочувствие привело к появлению непонятных чувств. И они ему нравились! Дерек запоздало понял, что ощутил трепет и радость при виде паникующей госпожи-критика. Она думала о нем и переживала!
Мужчина сел на свою кровать и с удивлением наблюдал, как в попытке загладить вину, та нежничает с другим мужчиной.
«Откуда она здесь? - разумный вопрос задал мозг, когда опомнился.»
Виктория поцеловала незнакомца в перебинтованный лоб, а потом взяв корзину с подарками, села рядом с помощником руководителя Lapis'R.
Мужчина все ждал, когда та заговорит, но вместо этого, она довольно грубо поставила на его колени корзинку с фруктами и фыркнула.
Дерек: ...
Может, ему показалось, что Виктория к нему не равнодушна? Косо взглянув на женщину он заметил то, что заставило его испытать новый шок - гостья смущенно краснела смотря на носки своих черных туфель.
- М-может, - сглотнув, Дерек решил сделать первый шаг, но его безжалостно перебили.
- Давай встречаться! - как-то яростно прокричала Виктория.
Дерек умолчал, что хотел предложить прогулку, но не это!
***
Едва солнце встало, его задорные блики настойчиво просачились сквозь густой туман и пасмурное небо.
Верхушки небоскребов озарились ярким светом, а окна заблестели.
Туман медленно отступал.
Кристиан Дей стоял напротив окна в своем офисе, с задумчивым видом смотрел на красивый пейзаж и думал.
Для него природа всегда была самым лучшим источником вдохновения и он с грустью вспоминал, как гонимый музой мчался к рабочему столу и начинал творить. Разумеется, руководитель Lapis'R никогда не считал себя лучше других модельеров или художников, но у него была страсть к любимому делу, о которой многие мечтают. Но не все в его сфере были одержимыми творцами и многих постигло профессиональное выгорание - не каждый сможет стерпеть долгие годы бедности начинающего творца, изобилие негативной критики, конкуренцию, а потому их руки опускались.
Но были и те, кто был упрям в своих идеях, достигли высот и продались... Такие люди согласны творить лишь за огромный гонорар и постепенно их талант приходит в негодность, а все потому что вдохновение не приходит лишь тогда, когда заблестели монеты и зашуршали банкноты.
- В погонях за славой и деньгами, мы теряем то, что было дано свыше - самих себя.
Рассуждая о вечном, мужчина не заметил, как пустые улицы заполонили спешащие на работу люди. И стар, и млад суетились под окнами его офиса, чтоб успеть к часу Х.
- Напоминает зомби-апокалипсис...
Бросив недовольный взгляд на толпу людей, он задвинул плотные шторы и разместился в кресле. Так он и уснул, точнее задремал, обдумывая дальнейшие действия.
***
- Шах и мат, Крысеныш!
Довольно воскликнув, мужчина поднял обе руки вверх, всем показывая свою победу. Мария, которая сидела рядом с родственниками, в скуке водрузила голову на подлокотник кресла и пустым взглядом уставилась на шахматную доску.
Рен-Рей поправил очки, блестнул их стеклами и пожал плечами.
- Я никогда не был силен в шахматах.
- Ах, как сладка победа, - все не унимался взрослый мужчина, который вел себя словно ребенок.
- Молодец, съешь первый пирожок, - громко смеясь, крикнула Анна.
Женщина стояла на кухне и жарила пирожки, о которых ее никто не просил, особенно следящие за здоровьем дети. Накануне Мария прочла о необходимой диете при алкогольной печени, а Рен-Рей просто... Решил поддержать диету сестры, но мать это мало волновало. Ее родительская забота говорила, что детей надо откормить, чтоб никуда не ушли. С возрастом становишься сентиментальным и все больше тянешься к родным, особенно детям, которые давно выпорхнули из гнезда и строили свою жизнь. В один прекрасный день женщина проснулась и поняла, что слишком мало проводила времени с детьми; вспомнила, что не все наставления были сказаны.
- Отец, - критик снял очки и положил на стол, - Я, конечно, уже предлагал, но...
Предчувствуя серьёзный разговор, старший забыл о победе, опустил руки и уперся локтями в колени. На его лице снова появилась хмурость, что говорило о готовности слушать.
- Как на счет того, чтоб перебраться в город? Вы не молодеете, а за домом ухаживать сложно.
Лицо Марии вытянулось от удивления. Она и представить боялась, как изменится ее жизнь, если под боком появятся суетливые родственники, но кто бы ее спрашивал.
- Я никогда не поселюсь в ваших муравейниках, - категорично заявил отец, - Что там делать?! Я на пенсии по выслуге лет и мне скучно сидеть в четырех стенах. Здесь я свободно передвигаюсь по округе, здесь мирные и хорошие соседи, я могу сходить к пруду и порыбачить, а могу заняться садом. Я против и не проси!
В защитном жесте мужчина скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла. Он никогда не поймет тяги молодых к большим городам.
- Ладно. Ладно, - сдался Рен. - Я просто решил, что вам тоскливо. Особенно маме.
- Анне?! Она только вчера весь вечер просидела у соседки. Ей делали ноготочки, - капризно выдал муж, раскрывая все карты своей жены. - Она вообще редко бывает дома и порхает от одной соседки к другой. А если она дома, то отчитывает меня. Когда ей скучать?
Рен-Рей слегка удивился, ибо не помнил за своей матерью такого поведения. И это показалось тревожным звоночком.
Трое молчали.
- Почему такие хмурые? - весело спросила хозяйка дома, неся к столику в гостинной большую тарелку с горячими пирожками.
Мария тут же подсуетилась и убрала шахматы с доской под столик.
На этот раз Рен-Рей решил поговорить и с женщиной, спросить ее мнение, ибо видел, как она нервничает.
- Мам, хочешь погостить у меня?
Казалось, что Анна на миг зависла и растерялась, но то была лишь короткая заминка.
- Погостить? С чего такое предложение?
Жена села рядом с мужем, сложила руки на коленях и нервно смяла пальцами подол платья. Она знала, что ее избранник ненавидит города, а потому не могла просто взять и согласиться. Вдруг он обидется? Вдруг решит, что его бросили?
- Ой, мам, - беззаботно отмахнулась Мария, - Тебе стоит съездить. - Женщина схватила горячий пирожок и надкусила. Чувство невероятного восторга отразилось на ее лице, а потом сменилось блаженством. - Рен займется твоим досугом. Сходишь в spa, в салон красоты, пройдешься по магазинам. Вообщем почувствуешь себя женщиной!
- Ты же собираешься на лечение, - Анна не хотела напрягать сына ненужными ему заботами, а вот от досуга с дочерью бы не отказалась. Однако, та должна лечь в профилакторий для прохождения лечения и когда оно закончится никто не знал. - Я не хочу бродить по городу одна, а Рен... Он же не женщина, чтоб мотаться со мной по всяким салонам.
Мария, которая жадно поедала пирожки, весело хрюкнула. Уж, она то знала, что даже если и пойдет с матерью в spa, то только за счет брата.
Рен-Рей впервые нахмурился.
"Один всегда доминирует, - мысленно сказал он, смотря на недовольного отца, что утратил аппетит. - Когда ты стал таким собственником? "
Думая о прошлом, Рен не мог вспомнить ни одного случая проявления ревности в их семье. Отец всегда спокойно относился к жене, которая на самом деле любила общаться с другими людьми, но...
До него только сейчас дошло, что круг общения матери всегда ограничивался домом и лишь тогда, когда они с Марией съехали, она начала свои походы по соседям. Женщине одиноко. Именно поэтому она так настойчиво просит детей о приезде; именно потому постоянно названивает, напоминая о себе. Пока дети жили с ней, Анна часто посещала школу и беседовала с другими родителями, выслушивала учителей, была самым активным участником в родительском комитете, а что потом... Рен мог лишь предположить, что уровень общения матери близок к нолю и строго ограничен. Она много лет не встречала новых людей; в ее жизни не было ярких впечатлений, чего-то нового и неизведанного...
- День сурка, - вслух сказал он, все еще смотря на отца.
Рен-Рей вполне понимал мужчину напротив, который жаждет покоя и уеденения. Но он так же понимал и Анну, что тянулась к людям и жаждала столкнуться с чем-то новым, неизвестным, волнующим.
- Не смотри на меня так, Крысеныш, - фыркнув, мужчина взял один из пирожков и надкусив, бросил взгляд на скромно сидящую рядом женщину.
- Давай так, - со странной улыбкой Рен-Рей обратился к Анне, - Когда Мария закончит с лечением, ты приедешь погостить. А отец... Пусть и дальше сидит дома в обнимку с кустами и снастями.
Получив камень в свой огород, мужчина закашлял. Суетливая жена тут же принесла с кухни стакан с водой.
Мария, которая не понимала откуда взялось это напряжение, лишь пожала плечами и совсем позабыв о диете, продолжила поглощать вкусности.
***
Проведя пол дня с Викторией, Дерек понял, что...
"Мы совсем не подходим друг другу!"
Молодой мужчина потрогал синяк под правим глазом, который расползся от сине-зеленого носа и вздохнул. Женщина давно уехала, оставив ему кучу намеков на продолжение их "общения". Но вот Дерек совсем не хотел этого, а его даже не спросили.
- Послушай, - он обратился к своему многострадальному соседу, которого через трубочку кормила медсестра. - Как отшить женщину, чтоб не обидеть? Я все подсчитал. У Виктории слишком буйный нрав, она не пунктуальна, не педантична, не умеет экономить и довольно негативна. Нет. Я приветствую реалистов, которые видят мир таким, какой он есть, но ее компас смещен к негативу. Я так же вижу, что она проявляет ко мне заботу и внимание, однако, не без выгоды для себя...
Медсестра нервно повела бровью, когда подчивающий пациент что-то замычал, а потом закашлял.
- Слушайте! - женщина резко развернулась, бросила злой взгляд на говорившего. - Хватит мешать больному! Если хотите с кем-то поговорить, то найдите друга, который в состоянии ответить!!!
Дерек: ...
"Но у меня нет друзей..."
Вздохнув, помощник руководителя Lapis'R лег на кровать.
***
Сидя на просторном диване, в окружении кромешной темноты, трое человек с неподдельным интересом смотрели телевизор, где транслировался ужастик.
Мария постоянно ахала и на особо щекотливых моментах начинала активно есть поп-корн, а Анна спокойно сидела подле мужа, который пил чай и гипнотизировал очередную жертву маньяка. Рен сидел рядом с отцом и казалось, что был внимательным зрителем, но он думал о чем-то своем.
В голове мужчины было слишком много забот, но существование одной из них беспокоило его больше всего - Кристиан Дей.
Рен-Рей не знал почему его грызла совесть.
Этот мужчина одинокой тенью появился на пороге его дома, попросил помощи и ушел даже не оспорив отказ.
"Мог бы предложить огромные деньги, - проснулся внутренний Скрудж мужчины. - Я бы, конечно, отказался, но почему он не поторговался? Из уважения?"
Вздохнув в очередной раз, Рен-Рей бросил взгляд на Марию и Анну. Женщины тихо перешептывались, обсуждая происходящее на экране, а потом синхронно ахнули на страшном моменте.
"Им нужно проводить больше времени вместе, - мысленно улыбнулся мужчина и отложил телефон в сторону."
***
Утром следуйщего дня, когда сонные дети сидели за столом и нехотя ели кашу, отец всем показал свою обиду - собрал снасти, удочки и ушел на рыбалку.
Анна, как и всегда, только проигнорировала этот детский поступок и наслаждаясь покоем, медленно потягивала чай.
Внезапную тишину разрушил недовольный бубнеж критика, который с ложкой в зубах извлек из кармана брюк вибрирующий мобильный. На этот раз, Рен был зол, а потому ответил на звонок.
- Ну, что?! Что?! Что?!
Анна: ...
Мария: ...
Кристиан по ту сторону телефона: ...
Отойдя от замешательства, Дей подал признаки жизни и поздоровался.
- Чего ты хочешь от меня? Откуда мой номер? Я уже отказал!
Настала минута молчания. Женщины с интересом наблюдали за закипающим мужчиной, но не смели мешать. В их доме не приветствовались разговоры по мобильному за обеденным столом, но так как главы семьи не было, всем было наплевать на правила.
- Эскиз номер семнадцать. Из какого материала ты планировал сделать юбку?
- Семнадцать? Материал? Ты думаешь, что я помню такие вещи?! - бровь критика нервно подпрыгнула, а глаз задергался.
- Кононическая юбка-солнце, - попытался напомнить Дей.
- Мне это ни о чем не говорит.
Придя в норму, Рен-Рей попросил у матери прощения и встал из-за стола.
- Поможешь с редактированием эскизов?
- Я не в городе и уже говорил, что не хочу этим заниматься.
Критик закрылся в комнате и рухнул на кровать. Дома, с родителями, конечно, было тепло, сыто и уютно, но он не любил вставать в такую рань, а потому чувствовал себя уставшим. Укрывшись одеялом, мужчина закрыл глаза.
- У твоих моделей нет обуви.
Может то была усталость или тихий спокойный голос собеседника, но на миг, Рен задремал с телефонной трубкой под ухом.
- Рен-Рей.
- Что? - сквозь сон пробурчал критик.
- Ты уснул?
- Я не дизайнер обуви, отстань.
Несколько раз сдвинув слайдом, Рен окончательно погрузился в теплые объятья Морфея.
Дей же с интересом посмотрел на смартфон помощника в своей дрожащей руке и решил, что он еще перезвонит, но не утром.
***
Что удивило Кристиана, а он уже давно не испытывал этого чувства, что вечером на смартфон пришла sms-визитка от критика с довольно известным в их кругах именем. И только он хотел попытаться написать вопрос, как послышался звонок.
- Да?
- В sms номер не плохого обувного дизайнера. Он пока свободен и согласился помочь. Естественно, что не бесплатно. Я спать!
Руководитель Lapis'R с минуту слушал гудки.
Он с видом великой растерянности вытирая волосы полотенцем и смотрел в одну точку.
- Беато не плохой дизайнер обуви? Это тот Беато, чья обувь в топе по продажам? Тот, кто получил четырнадцать наград за лучшие коллекции? Тот, кто нарасхват у домов моды и коллекционеров?
Крис не знал как жить в мире, где великолепного творца называют "неплохим".
Разумеется, он благодарен за помощь, но какой смысл нанимать этого человека, когда коллекция не отредактирована под современные реалии. Нет. У него в голове были довольно красочные образы, но увы, с его руками карандаш не работает, а нанятые мастера не понимают требований.
***
- Приятного аппетита, - сухо пожелал Дей, когда услышал хлюпанье по ту сторону телефонной трубки.
На этот раз критик не взорвался от гнева, а просто угукнул.
- Мам, чай с травами бесподобен!
Отец вернулся из своего похода немного печальным, но к счастью, сейчас его развлекала дочь, которая с радостью рубилась с ним в приставку. Анна же читала роман, не забывая иногда подливать чай себе и сыну. Женщина славилась своей наблюдательностью, а потому решила, что им обоим не помешает убойная доза успокаивающих трав.
- Чего надобно? Связался с Беато? Как там помощник?
- Нет смысла связываться с дизайнером обуви, когда коллекция не соответствует времени. Дерека выписали, завтра выйдет на работу.
- Твоя правда, но почему просто не отредактируешь?
- Мои руки не в состоянии прочертить биссектрису, о каком редактировании ты говоришь?
- Позови дизайнера.
- Они не понимают моих желаний.
- А с чего ты взял, что я пойму? Да и... - критик немного смутился от внимательного взгляда матери и отведя взгляд, потер кончик носа. - Купи уже графический планшет. Программы для творчества способны убрать огрехи ввиде неровных или ненужных линий.
- Что купить?
Рен-Рей: ...
- Ты про те эллектронки, которые везде таскают художники?
- Ну, наверное. Я с ними не вижусь.
- Предпочту бумагу и карандаш.
Критик, он же бывший модельер, мысленно вздохнул, считая Дея не прогрессивным пенсионером, ибо только дизайнеры старой школы считали, что лишь на бумажном эскизе есть душа. Они напрочь игнорировали современные технологии, которые заметно бы облегчили их труд. Тем не менее, мужчина промолчал, считая, что у каждого свои тараканы, а у Кристиана их больше всех.
Но если бы он знал, что Крис просто забавляется...
"Сволочь! Ты намерен изводить меня ежедневными звонками, но ни слова не скажешь о оплате труда?!"
- У меня нет времени изучать графические редакторы, - честно признался Дей.
Услышав это, Рен вновь ощутил укол вины и это ему не понравилось.
- Ну, на нет и суда нет. Я спать!
Кристиан: ...
- Кто тебе названивает? - полюбопытствовала Анна.
Рен лишь отмахнулся, обозвал Дея коллегой и, как обещал, ушел спать. Он не знал почему, но беседы с шефом его сильно утомляли.
***
- Я уже не хочу даже здороваться, - нервно хихикнул Рен, бросая диким уткам у пруда семена отцовской рассады.
- Рен, - тут же вмешалась Анна, которая была соучастником преступления, - Семена календулы тоже взял?!
- Взял все, что нашел. Хоть и не был уверен, что утки едят их...
Кристиан: ...
- Что на этот раз?
На удивление, но шеф молчал. До уха критика доносилось лишь медленное щелканье компьютерной мышки.
- Дей! Если ты думаешь, что я буду тратить деньги на игру в глухой телефон, то ты ошибаешься!
- Прости, я засмотрелся на статью со своим любимым критиком.
- О, кто же этот "счастливчик"? Редко, когда у глав домов моды есть любимые критики.
Рен-Рей устал медленно кормить птиц, а потому, под удивленным взглядом матери, высыпал из пакета все семена. Затем оба с отвисшей челюстью наблюдали за дракой уток у горки с припасами.
- Маман, - тихо шепнул мужчина, - Сдается мне, что и нам прилетит, если не свалим.
Люди поспешили прочь от возможной угрозы.
- Да. Это ты. Кстати, ты еще не передумал?
Услышав неожиданный ответ, Рен запнулся о собственную ногу и чуть не упал. Долго молча, он взирал на землю под ногами, ощущая жар, который накрыл его с головой. Давно он не слышал, что кому-то нравится.
- Рей, - Анна приблизилась к покрасневшему от смущения сыну и легонько щелкнула по носу. - Чего застыл?
Избавляясь от наваждения, критик несколько раз мотнул головой и молча передал телефон Анне.
Сперва женщина непонимающе смотрела на аппарат в своей руке, потом посмотрела на отдаляющуюся фигуру сына, потом снова на телефон.
- Рен-Рей?
Она бы и повесила трубку, но ее хорошо воспитывали, а человек по ту сторону ждал ответа...
- Алло, я Анна, мама Рена. Мне очень жаль, но сейчас он не может говорить...
Кристиан: ...
***
- Ой, правда? - весело щебетала женщина в телефонную трубку. - Я не знала, что так можно!
Сперва никто не заметил, что Анна хорошо проводит время, однако потом, когда муж проголодался, то заметил отсутствие еды на кухонном столе и сидящую в кресле женщину, которя с кем-то общалась по телефону.
- Анна, я голоден, - вмешался в милую беседу Питер, думая, что та общается с очередной соседкой.
- Ешь то, что в холодильнике. Там полно еды, - жена отмахнулась от мужа и вернулась к беседе. - Я не знаю.
Недовольно ворча, муж поплелся к холодильнику. Как раз в это время из спальни вышла Мария, которая сладко зевала и потирала глаза. Дочь тоже проголодалась, а потому игнорируя зависающего отца подле агрегата для охлождения пищи, извлекла оттуда пару контейнеров.
- Отец, стыдно в твоем возрасте быть не самостоятельным, - поддела она, размещая контейнеры с едой в микроволновке.
- Что? Я просто не знал, что выбрать!
В злости Питер захлопнул дверь холодильника, да так, что это услышала и бережливая хозяйка дома.
- Хлопай так дверью своей колымаги!
Мария весело хрюкнула уже поедая заранее приготовленную еду, которую с любовью разогрела микроволновая печь. Отец же с мрачным выражением на лице сел трапезничать из другого контейнера.
На шум из комнаты вышел немного помятый Рен, который с приездом в отчий дом только и делал, что спал.
В отличии от сестры с отцом, критик не чувствовал голод, а потому сел за обеденный стол с горячим чаем.
- Что случилось? - полюбопытствовал критик, прячущий ладони в рукава худи. - Тоже замерзли?
Отец лишь фыркнул и кивнул в сторону гостинной откуда доносился голос матери.
- Он бесится, что его с ложечки не покормили, - съязвила Мария. - А потом спрашивает, почему я сбегаю от мужей. Вы же, в большинстве, бытовые инвалиды! Обслужи, накорми, напои, постирай, убери, встреть с тапочками в зубах и в койку прыгай, когда ему надо. Хоть и работают оба, почему-то мужья считают, что устают больше жен, а быт - женское дело и их не касается! Сели на шею бесплатной обслуги и радуются. А потом еще и детей требуют!
Рен-Рей хлюпнул чаем, загадочно зыркая на Питера, который скрипнул зубами и сжал ладони в кулаки. Пока он терпел, но если сестра продолжит, то будет скандал.
Критик, незаметно для отца, пнул сестру по ноге так, что та аж заскулила.
- Что? - шепотом спросила она у брата, а тот лишь кивком головы указал на взвинченного родителя.
Оба ребенка синхронно поняли, что им пора бы уже и сваливать из дома. Они уже взрослые и имеют свое мнение в различных областях этой жизни, а потому не готовы сидеть как мышата и молчать. В конце концов родители были слишком консервативны, по крайней мере отец. И именно он считал, что женская обязанность, - это быт, а мужчина должен зарабатывать, строить, оберегать семью, чинить или доламывать - тут как повезет.
К сожалению, Питер не хотел понимать, что мир давно изменился и женщины, хотят они того или нет, но тоже вынуждены работать. В теперешней экономической обстановке тяжело прожить на заработную плату одного члена семьи, что уж говорить о затратах на содержание ребенка.
Мария была бы рада не работать, но увы и ах... И, пожалуй, она единственный член семьи, кто поддерживал мнение отца. Какая бы женщина не хотела просто сидеть дома, заниматься спокойным бытом, растить детей и уделять время своим хобби? Но откуда взять уверенность в завтрешнем дне? В один прекрасный день, когда серая мышка будет сидеть дома с детьми, муж вполне может найти себе новую любовь и выставит жену ни с чем за порог, еще и с приданым в виде детей.
Как тогда прожить матери-одиночке без профессии и без опыта работы? Хорошо, если среди знакомых найдется юрист, который заставит мужа заплатить за непостоянство, но не всем везет так, как ей.
Да, благодаря отцовскому воспитанию, в юности она поспешила и выбежала замуж. Тогда Мария была полна надежд, что все мужчины в этом мире придерживаются позиции отца, однако... Реальность оказалось суровой.
Женщина, как и должно хорошей жене следила за всем бытом - убирала, мыла, стирала вещи, выглаживала костюмы мужа. Она не забывала следить и за тем, чтоб холодильник был полон домашней еды и муж никогда не оставался голодным. Свободное же время она проводила с подругами.
Ее муж, Боб, был безумно доволен ей и говорил, что счастлив... Но в один прекрасный день начались "придирки". Сперва муж выказывал свое недовольство относительно ее домашней, свободной одежды; потом пришли претензии к отсутствию макияжа, а после он опустился до того, что начал считать каждую копейку и обвинять жену в расточительности.
Тогда Мария решила, что возможно, у Боба были проблемы с работой и старательно помогала ему экономить, но тому все не так.
Лишь позже выяснилось, что оный начал встречаться с коллегой, которая была более кокетлива, всегда красива и, что греха таить, не отупела в быту.
Именно на нее Боб и тратил свои деньги, а жена сильно мешала развитию их отношений. Однако, он не спешил разводиться, ибо понял, что из Марии отличная обслуга, а вот его новая любовь родилась не для того, чтоб искусственные ноготки мочить при мытье посуды.
Ничего не подозревая, Мария прожила в экономии и придирках несколько лет, а правда открылась ей лишь тогда, когда она предложила Бобу завести детей.
Женщина плохо помнит, что было потом, ибо очнулась она стоя с чемоданами под окнами элитной многоэтажки, где и поселился ее брат.
В тот день она возненавидела отца, который старательно воспитывал ее, как обслугу для мужчин, а потому в ней не возникло желания метнуться за помощью в отчий дом. Да, там была мама, она бы поняла, утешила, но...
Мария осознавала, что теперь ей надо учиться жить самостоятельно - устроиться на работу, снять квартиру, самой платить за коммунальные платежи и налоги. Но родители этому не обучат, а лишь продолжат настаивать на том, что она женщина и не должна думать о таких вещах. А то, что с мужем не повезло, ну, бывает, найдешь другого. Такого, как твой отец!
"Вот только таких сейчас не делают, - мысленно иронизировала Мария, которая уже с улыбкой на устах вспоминала прошлое."
В тот дождливый вечер она не решалась позвонить Рену и долго стояла на улице, пустым взглядом смотря на исходящий от окон свет. Так бы она и стояла, если бы охранник не вышел покурить. Каким-то чудесным образом, он почувствовал боль, растерянность и печаль женщины, а потому предложил помощь.
Незнакомец замотал промокшую до нитки женщину в клетчатое покрывало, заварил для нее кофе и даже приготовил лапшу на газовой горелке. Постепенно тело женщины согрелось, а сознание протрезвело. Она запоздало поняла, что сейчас столкнулась с добротой совершенно постороннего ей человека и сердце, которое превратилось в лед, оттаяло.
Несколько часов двое просидели на посту, разговаривая ни о чем, да обо всем.
- Мария?!
То был Рен-Рей, который только вернулся домой и подошел к охраннику за ключами от квартиры.
Услышав знакомый голос, она вспомнила о своем горе и тут же метнулась к брату. Мария долго рассказывала обо всем, что на ее сердце. Конечно, брат ерничал, наставлял, но вместе с этим и оказывал ей невероятную поддержку. Лишь благодаря ему Мария научилась жить свободно, поняла свою ценность, развеяла мечты о принце на белом коне и с радостью отсудила у мужа половину состояния.
Как оказалось, оный до последнего момента не верил, что Мария решится на развод, ведь думал, что она абсолютно несамостоятельная мямля. Он даже думал, что она вернется к нему...
"Козел, - она привыкла называть вещи своими именами. "
Она и не заметила, как уже сидит на работе и мысленно подсчитывает деньги, которые удалось урвать после развода.
Адвокат Рена оказалася мастером своего дела. Прекрасная, словно цветок женщина оказалась жестокой, как голодная акула. Она ненавидела измены, а потому с радостью согласилась оспорить права Марии на имущество.
Мария впервые встретила такую сильную независимую женщину и не могла не восхититься ей. Можно сказать, что за год судебных разбирательств, она стала фанаткой адвоката Ланы.
К сожалению, она еще не приблизилась ни на шаг к своему идеалу, а все из-за промытого родителями мозга. В глубине души Мария надеялась, что у нее еще получится роль "настоящей жены" и матери. Женщина мечтала о любимой семье; в красках представляла, как будет с улыбкой и объятьями встречать мужа с работы и, если повезет, то и дочь...
"Думаю, это единственное, что я умею, потому и цепляюсь за эту фантазию, - трезво взглянула на вещи сестра критика. - У меня нет любимой работы, да и учиться чему-то новому лень. Я не имею хобби... Мне ничего не интересно... Хотя, я и не пробовала ничего другого кроме работы, дискотек и мужчин. "
Мысленно женщина вздохнула. Она знала, что прожгла жизнь в пустую и ничего не достигла.
Грусть захлестнула ее с головой и Мария посмотрела на растрепанного брата, который был прекрасным примером в ее глазах. Ведь несмотря на отсутствие поддержки и сильное сопротивление отца, Рен упрямо настаивал на своем, шел к цели и в конце концов достиг. Молодой мужчина еще в детстве понял, что его страсть - творчество и самостоятельно развивался, открыто посылая Питера с его желанием засунуть сына в мужскую профессию.
В прошлом, когда Мария наблюдала за очередным конфликтом отца с сыном, она радовалась, однако теперь жалеет, что не настаивала на своем и постепенно прогибалась под гнетом стереотипного мышления родных.
Однажды, после окончания школы, когда произошел очередной скандал из-за предпочтений Рена, Мария ожидала чего угодно, но не того, что произошло.
Ничего не подозревающая девушка, вышла из спальни и, как обычно, отправилась завтракать, но если раньше на кухне с радостной улыбкой суетилась мать, то теперь она сидела за столом в одиночестве и рыдала.
Женщина дрожала, как осиновый лист на ветру, часто всхлипывала и стучала кулаком по груди - ее материнское сердце разрывалось от боли. Как оказалось, после ссоры, когда Рен-Рей не встретил поддержки даже от матери, он молча сложил вещи в спортивную сумку и ушел в неизвестность.
Упрямый семнадцатилетний юноша пропал на пять лет и никто из родственников ничего о нем не слышал.
К тому времени Мария бросила колледж, вышла замуж и ее мало волновали заботы родителей, но она точно знала, что злость отца сменилась печалью, а мать продолжала чувствовать вину. Но однажды раздался звонок, Анна, которая давно не радовалась жизни, казалось щебечет, словно птица возрадовшаяся весне.
Рен-Рей вернулся, он их простил и приехал чтоб помириться, провести с ними время.
Брат навестил и ее.
Тогда Мария в шоковом состоянии выслушивала историю брата и не могла найти слов. Рен покинул дом без гроша в кармане, а потому добирался до крупного города либо пешком, либо на попутках. Его целью был художественный институт, который он давно приглядел и он достиг его. К сожалению, юноша опоздал с подачей документов и его не приняли. Но Рен не сдался, устроился на пол ставки в кафе, а вечером рисовал портреты на площади, естественно за скромную оплату.
К счастью, творец не жил на улице, ибо добрый владелец кафе разрешил пожить в подсобном помещении. А потом Рен переехал в общежитие, которое не назовешь райским местом, но он был счастлив, что обрел свой уголок.
Лишь спустя год ему удалось поступить в институт на факультет дизайна одежды. Вопрос о прохождении воинской службы не стоял... Ну, как не стоял, он возник в определенное время, однако Рен оказался болен.
"Чем он болен, что даже в армию не взяли? - спросила себя Мария, вспоминая, что брат не называл диагноз, а просто отмахнулся."
- Мама! Отдай!
Возня в гостинной вырвала женщину из раздумий. Она тут же посмотрела на происходящее. Взрослый мужчина бегал вокруг матери, словно щенок и пытался забрать свой телефон, а когда у него это получилось, то накричал на звонившего и повесил трубку.
- Почему ты такой злой? - Анна обиженно надула губы и хлопнула сына по плечу.
- Потому что ты общаешься с этим человеком... Он тебе никто, он никто даже мне. Так зачем тратить на него ресурсы?!
- Ай, какой вредный ребенок, - Анна снова хлопнула мужчину по плечу, - Говорит одно, а на уме другое. Мы просто беседовали о жизни. Что в этом плохого? Почему ты отказался работать с ним?
- Не сошлись характерами, - холодно ответил сын и тут же капитулировал в комнату.
- Ты клоп что-ли? - крикнула в догонку мать. - Только и делаешь, что матрац топчишь!
***
- Босс! - радостно отсалютовал Дерек сверкая парой бледно-зеленых фингалов.
Крис поднял усталый взгляд на помощника, подпер голову ладонью и продолжил молчать.
"Ни здрасти, ни до свидания, - мысленно оскорбился бывший пациент травмотологии."
- Сейчас девять часов вечера. Что ты забыл здесь в такое время?
Дерек с искренней растерянностью взглянул на наручные часы, а потом перевел взгляд на окно позади шефа и потерял дар речи. Он так соскучился по работе, что спутал время суток! А все потому, что лечащий врач пришел к нему несколько часов назад и сказал, что выписывает! От радости помощник потерял счет времени и дождавшись документов, переоделся и тут же явился на ковер. Его даже не смутили пустые коридоры, по которым обычно мельтешили сотрудники.
- Я... Э... Простите.
Кристиан лишь отмахнулся от вида смущенного Дерека и отвернулся к окну. Руководитель скрестил руки на груди, закрыл глаза и устроился поудобней. Нет, он не собирался спать, просто так легче думать.
- Раз уж ты так рвешься в бой, то можешь приступать к работе. С тебя поиск свободного модельера для редактирования коллекции Рен-Рея.
- Там все так плохо? Если ее нужно редактировать, то не лучше ли просто нанять дизайнера на полную ставку?
- Не плохо. Я бы сказал, что не смотря на поправки, этот дизайн хорош, - Дею пришлось вместе с креслом развернуться к любопытному помощнику. Кто бы мог подумать, что это тот человек, который когда-то хотел уволиться, потому что не питает симпатии к модельному бизнесу? Когда он стал таким любопытным? - Он свеж даже для нашего времени.
- Тогда в чем проблема? Скажите, может, смогу чем-то помочь, - воодушевленный помощник с небывалым рвением ринулся в бой. Он быстро достал из внутреннего кармана пиджака блокнот с ручкой, раскрыл и приготовился записывать.
Дей не знал, что и сказать. Он, конечно, мог нагрузить секретаря ненужной работой, особенно, когда тот так просит, однако...
- Возьми отчеты из отделов за последний квартал, проанализируй, составь подробный общий отчет. Ну, а потом займись бизнес-планом.
- Но я не могу, - разочарованно вздохнув, Дерек вложил ручку в блокнот, захлопнул его и на шаг приблизился к столу с местным Дракулой. - Дизайнер не запрашивал определенные ткани, фурнитуру, обувь. На прошлые коллекции не было рекламы и мы не арендовали специальный зал. В этот раз будет так же? Если нет, то в бизнес-план должны входить и затраты на маркетинг, на фуршет. И я уже молчу, что вы не одобрили коллекцию. Можно сказать, что мне не из чего создавать бизнес-план... Конечно, если постараться, то можно подогнать примерные затраты и прибыль, но погрешность будет слишком большой.
- Да уж, - Крис подпер подбородок раскрытой ладонью. - Тогда включи свет. И мы все обсудим.
Кристиан не был настроен на работу в столь поздний час, но он хорошо знал Дерека и был уверен, что большую часть работы помощник сделает самостоятельно. Просто его стоит направить...
***
В гримерной из стороны в сторону носились сотрудники одного из главных телеканалов страны. Кто-то поправлял модели макияж, кто-то консультировал по "сценарию" вопросов от ведущей, а кто-то занимался прической.
Кайл Ур безразлично взглянул на страницу "сценария". Он, как и положенно, ознакомился с перечнем вопросов и ответов еще неделю назад, однако, почему-то этот сценарий показался ему больше изначального.
- Менеджер, - он обратился к хрупкой девушке, стоящей позади. - Были ли изменения?
- Мне о них не сообщали, - она быстро приблизилась к парню, поправила большие круглые очки и забрала сценарий.
Беглым взглядом она изучала страницу за страницей, но не добралась даже до середины, ибо их прервал режиссер.
- Через две минуты начинаем!
Ур нахмурился. Ему совсем не нравилась эта суматоха и полное отсутствие графика. Ранее ему было сказано, что шоу начинается в четыре вечера, но сейчас лишь четверть четвертого.
Будучи проженной супер-звездой, модель почувствовал неладное, но скандалить не стал.
- Проверь наш контракт с телестудией, - коротко сказал он, прежде, чем покинул гримерную.
Сразу после ухода топ-модели все затихло и менеджер осталась в одиночестве. Она тоже должна присутствовать во время интервью, но за кулисами, однако, ее неуверенность в себе, не позволила бездумно побежать за Уром.
Быстрым шагом приблизившись к туалетному столику с зеркалом, девушка начала поправлять прическу. Хоть это и мало спасало ее внешний вид.
В модельном агенстве, где все построено на красоте, она была бельмом на глазу, ибо не соответствовала "стандартам". И хоть с фигурой ей повезло, но вот со всем остальным...
Грустно выдохнув, менеджер пригладила блестящий от кожного сала пробор на голове. Чтоб она не делала и к каким бы средствам не прибегала ее волосы выглядили "грязными", причем сразу после мытья. В такой ситуации девушка могла винить лишь генетику, ибо с гормонами все было в порядке.
Но ее смущало не только это. На лице, где основную часть занимали большие очки, виднелся с десяток прыщей, которые она не могла победить средствами ухода или замазать косметикой. И все упирается не только в нехватку навыков или времени, но и отсутствие финансов. О чем и говорил ее старый костюм, где ткань местами поблескивала от износа.
Погрустив немного, она собрала черные волосы в высокий хвост и покинула гримерку.
Менеджер тихо, словно мышка, разместилась в тени и наблюдала за роскошным молодым человеком, который мог улыбаться только перед камерами и исключительно из-за любви к деньгам.
Из мыслей ее вырвал вибрирующий телефон. Увидев на дисплее позывной непосредственного руководителя, она отбежала подальше от съемочной группы и ответила на звонок.
- Нас подставили! - кричал начальник. - Они запустили прямую трансляцию! Ур прочел сценарий?! Они наверняка изменили его!
- Ч-что? - в панике девушка начала заикаться. - Н-нет! Мы не успел-ли п-прочесть! Кайла п-позвали на сорок пять минут раньше!
- Не паникуй. Раз все началось, то нам остается надеяться, что Кайл выкрутится.
- Т-тогда зачем позвонили?
Менеджер была оскорблена. Раз ничего нельзя сделать, то зачем навел паники?
- Как это зачем? - весело отозвался мужчина, - Что бы напугать заранее! В любом случае, они нарушают условия контракта. Я все изучил. После съемок сразу в офис!
Когда шеф повесил трубку, девушка услышала довольно тревожный вопрос от теле-ведущей.
- Кайл, вы зависимы?
У менеджера чуть не случился инфарк, а вот Ур, напротив, был спокоен и улыбчив. Вот только эта улыбка, адресованая роскошной брюнетке не была доброй.
- Я зависим, - парень улыбнулся шире, посмотрел в камеру и направил воздушный поцелуй, - Только от своих поклонников. Я люблю вас, ребята!
Ведущая опешила.
- Конечно, - сказала она, после того как прочистила горло. - Все звезды зависимы от своих фанатов, но я о другом...
- Вот как? - с видом детской наивности модель вновь обратил взгляд на женщину и даже поддался корпусом в ее сторону. - А о чем вы?
- Многие модели рассказывали, что из-за особенностей профессии вынуждены жить на наркотиках, алкоголе и сигаретах.
- Ой, я такое осуждаю! Конечно, я не знаю всей ситуации, но Вам не кажется, что не стоит по паре моделей мерить весь наш бизнес? Лично я, - Ур положил раскрытую ладонь на грудь, - Зависим лишь от двух вещей: пицца и мои любимые поклонники! Вы же любите меня?!
Модель подмигнул в камеру и показал сложенные в форме сердца ладони.
- Я вас люблю!
Ведущая не нашла, что возразить, а менеджер судорожно выдохнула и повисла на ближайшей стене. Еще немного и она могла бы потерять сознание от волнения, но, к счастью, Кайл умнее ее и перепрыгнул через подлянку ведущей.
В этот день трансляция разрывалась от посланных в адрес Кайла сердечек и гневных сообщений в адрес теле-шоу.