Вечный сон

— Он негативный персонаж ваших снов? — спрашивала женщина в очках с толстой черной оправой, постоянно что-то записывая в строгий блокнот.

— Скорее да, чем нет. Все вокруг негативное.

— С какого момента это началось? Может, что-то потрясло вас, испугало?

— Эти сны начались буквально два месяца назад и мне сложно что-то сказать, но ничего серьезного не происходило, — с печалью вспоминаю моменты, когда все было на своих местах.

— А что насчёт панических атак? — психолог продолжала упорно записывать что-то.

— Я научилась справляться с этим, уже намного лучше.

— Хорошо. Сейчас мне нужно обсудить с вашей мамой рецепт и прием таблеток, — наконец-то оторвалась от своего блокнота дама и легонько мне улыбнулась.

Я поспешно вышла из кабинета, выдыхая тяжёлый воздух, который даже вскружил мне голову. Женщина низкого роста со снежными локонами окинула меня взглядом, подходя на встречу. Она всегда эффектно и молодо выглядит для своих лет, ярко красится и листает сайты знакомств.

— Что там, Каролин? — спросила она, и расплылась в алой улыбке.

— Просили подойти, — накидывая красную куртку сказала я, стараясь не выглядеть слишком напряжённо. — Я подожду тебя на улице, ладно?

Осенний ветер ласково обцеловал моё лицо, игриво подкидывает пряди волос и насвистывает какую-то незнакомую мне мелодию. Вздыхаю с облегчением. Ненавижу контактировать с малознакомыми людьми, особенно когда приходится вспоминать всё самое ужасное. Я уселась на лавочку около поликлиники, предварительно скинув с неё оранжевую листву, которая плавно припала к рыхлому асфальту, создавая почти целый плед горящего цвета. Осень — мое любимое время года. Так сказочно спокойно на улицах, этот свежий запах и идеальная температура. Для меня это не депрессивная пора, я наоборот хочу бороться изо всех сил, стараться выкарабкаться из лесной ловушки, чего бы мне это не стоило. На этот раз ставки слишком велики.

— Тут парочка успокоительных, — объясняла мама, подойдя через время ко мне, — она ещё посоветовала перед сном принимать ванны и не активничать.

— Больше ничего не говорила?

— Сказала, что у многих сейчас беспокойный сон, тут нет ничего смертельного, — женщина-алые-губы опять выдавила уставшую улыбку и мы направились в ближайшую аптеку.

Дома нас уже ждала бабушка, которая готовила ароматный обед. Только кушать совсем не хотелось. После выпитой таблетки хотелось сильно спать, все было такое туманное и я не помнила, что происходило буквально пять минут назад. Надеюсь, хоть с таблетками мои сновидения не будут ужасом, потому что последнее время я сплю не больше трёх часов, а потом хожу с полузакрытыми глазами, засыпая на уроках.

Мягкое одеяло как будто ждало моего прихода, так что я шумно завалилась в кровать и накрылась с головой. Темнота поглотила моё тело, превращая в невидимку. Какой-то странный шум начал приближаться к моему скомканому телу, всё ближе и ближе, громче и громче. Я стиснула веки ещё сильнее. Все опять стихло, будто ничего и не происходило. Но теперь эта тишина давила на виски, неприятно утяжеляла грудную клетку до тошноты.

Мягкое касание моей щеки вывело меня из транса. Я всё ещё крепко сжимаю веки, но чувствую его прикосновения. Плавные,  бархатистые и одновременно властные. Знакомый запах парфюма, очень взрослый и уверенный, запах лидера и победителя. Голова идёт кругом, создаётся впечатление, что я постоянно проваливаюсь сквозь кровать, но на самом деле я даже не знаю, где нахожусь.

— Зачем тебе эти таблетки? — говорит парень и я наконец открываю глаза.

Его лицо прям напротив моего. Волосы цвета горелой карамели падают ему слегка на лицо, а между бровей заметная недовольная морщина. Черная ветровка идеально сидит на нем, подчёркивая его слегка широкие плечи. Я стою около стены, растерянно глядя ему в глаза, а затем замечаю пластнки недавно купленных таблеток, которые дивным образом уже очутились у него в руках. 

— Я не хочу, чтобы ты снился, — тихо отвечаю я.

— Уже нет выбора, — на ухо шепчет парень, выкидывая в сторону мои спасательные пилюли.

— Я выиграю. Ты пропадешь из моих снов. Ты только в моей голове.

— Я больше не исчезну, Кэролин, никогда.

Его пальцы касаются моей влажной от слез щеки, медленно спускаясь к подбородку. Он как змея, которая изысканна в своих плавных движениях, такая быстрая и опасная. Сложно понять, какую роль играю я, но сейчас я чувствую себя маленькой мышью, желанным лакомством. Его тело так близко к моему, я могу ощутить текстуру его кожи, бархатистость щек,на которых удачно расположились веснушки, но мне страшно, дико страшно ощутить его, понять, что он правда тут и он не просто мой вымысел.

— Тебя нет, тебя нет, — вновь закрываю глаза и шепчу сама себе,как спасательную молитву.

— Я тут, я перед тобой, — отвечает на мой протест парень, — не глуши меня таблетками, Кэролин, не получится.

Открываю глаза. Моя комната с обоями в фиолетовую полоску, лёгкий теплый свет от ночника и синее небо, которое выглядывает сквозь жалюзи. Переваливаю тело на спину, тяжело вздыхая и потирая лицо. Слезы засохли на щеках, образуя стягивающую корочку, так что я поспешила умываться.

На часах шесть утра, понедельник. Скидываю учебники в рюкзак и крашу глаза, стараясь замазать синяки от недосыпания. В этот раз я поспала дольше, но даже это лишь благодаря таблеткам. Навожу стрелки, сонно смотря на себя, так долго и медленно, будто я вот-вот усну.

Заливаю в себя крепкий кофе, чуть не вывернув всё наружу. Закидываю пару таблеток и быстро глотаю, надеясь, что мелькающее лицо парня наконец исчезнет.

"Я больше не исчезну" — крутилось у меня на повторе, заставляя мотать головой, чтобы выбросить эти слова и не вспоминать его прикосновений, но они как ожог остались на моей коже, будто его руки это злая крапива. Его зелёный взгляд мелькал каждый раз, когда я закрывала глаза, либо же окуналась в бушующее море мыслей.

В школе же меня попросту не существовало. Я не общалась с одноклассниками, не была активной на уроке, а уж тем более любимчиком учителей. Я просто приходила и уходила, старалась запоминать как можно больше, чтобы сделать экзамены и улететь куда-нибудь, сменить обстановку и избавиться от этой жизни раз и навсегда. Это так странно, когда ощущаешь себя отрезанной от мира, на одинокой парте, где всегда пустует второе место.

Пары летели как в ускоренной съёмке, стрелка часов циклично кружилась над цифрами. Под конец начало клонить в сон, чего я совершенно не хотела. Я всегда боялась кричать во сне, биться ногами и руками, а с моими кошмарами это вероятно. Странно лишь было то, что сегодня он был ближе ко мне чем в остальные разы.

"Нельзя засыпать в школе!" — пыталось разбудить меня подсознание. Мне пришлось опять выпить таблетки в надежде на то, что я окончательно проснусь. А ещё нужна новая порция кофе. Все вокруг не имеет для меня значение, я будто все ещё сплю, полу живая, слышу его голос, чувствую мерзкий запах крови и его аккуратные прикосновения, которые дивным образом ещё остались на моем теле. Все краски начали сгущаться, я плавала по школьным коридорам совсем одна, слушая в болтающихся наушниках музыку.

— Привет, —  открывает мама дверь в квартиру и мило улыбается, а я чувствую приятный запах еды, которой так не хватало. 

— Спасибо, — сажусь за стол, наслаждаясь ароматом плова.

— Как самочувствие? Выспалась?

— Уже лучше, таблетки действительно помогают, — я улыбнулась обеспокоенной маме, лицо которой даже сейчас украшает яркая помада.
Я не знала, помогают ли мне препараты, но я прекрасно знаю,что мне нужно сейчас выпить очень крепкий кофе, иначе я усну,а может просто потеряю сознание.

Заливаю кипятком пару ложек кофе и три ложки сахара, чуть не уронив чайник с бурлящей жидкостью. Сразу же кладу замёрзшие ладони на кружку и бегу в свою комнату под одеяло. Отопления ещё нет, сырость чувствуется даже дома, обои цветут черной плесенью около мутных окон. Делаю два добрых глотка и тяжело вздыхаю, открывая электронную книгу про панические атаки, ведь теперь эта темя касается меня напрямую, а психология всегда была мне интересна.

Руки трусит и мне сложно понять, от холода ли это, либо же мне страшно даже моргать. Сон тянет меня, как рыболов удочку с удачным уловом, так настырно и уверенно, но я не собираюсь закрывать глаза, и если понадобится, то я выпью хоть десять таких горьких напитков.

Встаю, делаю круг по маленькой комнате, активную зарядку и слегка хлопаю себя по лицу, стараясь привести в чувства организм, а затем опять в кровать.

Щелчок.

Мои веки тяжело открываются, как будто я под водой.

Щелчок.

Чувствую, как не могу двигать руками и ногами.

Ещё щелчок.

Осознаю, что сижу на стуле, а мои конечности плотно сковали строительные стяжки, плотно впиваясь в кожу, как печатка в сургуч. В воздухе витает яркий аромат сырости, прям как в подвале. Поднимаю окаменевшую голову и замираю, как игрушечная кукла.

— Я же говорил, что не исчезну.