Вечный сон

Борьба проигравшей

Его зелёные глаза устремились прямо в мои, как два прицела. Он не сводит с меня взгляд, стоит в конце длинной комнаты, противоположно от меня. Его кудри как всегда идеально лежат, черные кроссовки и толстовка неплохо смотрятся с голубыми джинсами, всё сдержанно и аккуратно, лишь его взгляд полыхает огнем, испепеляя меня с ног до головы. Я не знаю сколько ему лет и даже его имени. Черты его лица не напоминают мне ни единого моего знакомого, даже прохожего. Я не знаю, как он появился и зачем приходит в мои сны, не знаю что ему нужно и чего он хочет, но мне страшно. Во сне я понимаю - он не может мне навредить, но его дикий взгляд заставляет мои руки дрожать как праздничное желе.

- Что тебе нужно? - мой голос дрожит, но паника ещё не овладела моим телом.

- Я просил не пить таблетки, - из конца туманной комнаты донёсся голос, эхом отбиваясь от старых стен.

- Что тебе нужно? - повторила я сквозь плотно сжатые зубы, чувствуя как к горлу поступает ком.

- Чтобы ты перестала сопротивляться, - его шаги становятся слышнее.

- Я схожу с ума! Ты, черт возьми, просто последствия моей тревожности! - Срываюсь на крик, слезы вмиг катятся по полыхающим щекам, будто бы в тот же миг испаряясь.

Слезы продолжали валиться, как крупный белоснежный град на крыши одиноких зданий. Собственный крик душит, а каждый вдох отдает болью в лёгких, будто воздух отравлен опасным ядом. Он подходит очень близко, смотря в мои глаза с явным равнодушием. Я слишком устала изо дня в день просыпаться со слезами и бешено бьющимся сердцем.

Толчок. Моё тело вмиг летит вниз, как подстреленная птица в бирюзовом небе, шумно падая на усеянный пылью бетон. Боль сразу же пронзает моё бедро, затем локоть и щеку. Запястья горят от вдавленной пластмассы в руки, под которой точно образовались кровоподтёки.
Но я чувствую, как он опять касается моей щеки, плавно гладит меня, будто жалея. Его фантомные бархатные руки действительно ощущаются как утешение, но я ни за что не протяну свои, не соприкоснусь с другой стороной жизни. 

Открываю глаза уже на своей мягкой кровати, лёжа в том же положении, как и в том ледяном помещении. Даже сейчас я ощущаю, как его ладонь тает на моем лице, постепенно пропадая. За окном солнце уже растворялось в седом тумане, который пытался смягчить бурные огненные лучи. Руки сами тянутся к лицу, потирая его, как мутное зеркальце в ванной. Сегодня мне опять нужно на прием к психологу, проконсультироваться насчёт препаратов. 

Одеяло легко освобождает мои голые ноги, плавно скользя вниз, как капля по плачущему стеклу. Все тело ломит, будто я и вовсе не спала, но боль отчётливее всего чувствуется в бедре. Босые ноги идут по остывшему паркету к зеркалу, сонно пошатываясь в разные стороны. На зеркале видны мои старые отпечатки, разводы и изящная гравировка бабочек, вечно летящих на одном месте. Иногда мне кажется, что у нас с ними много общего.

Я смотрю на себя, как на совершенно чужого человека,с потрёпанными косами и синяками, бледными губами и щеками. Но меня привлекает совершенно не мое лицо,а моя нога, на которой красуется багровый синяк, как густой букет сирени.

Вокруг все резко плывет, а ноги становятся чужими. По телу проходит волна жара, от кончиков пальцев до затылка, а на горло будто кто-то наступил, не давая и глотка воздуха сделать.

- Каролина,- мама с шумом влетела в комнату, заставляя меня дрогнуть и оттянуть футболку вниз, - через час уже выходить, ты чего стоишь?

- Да, я собираюсь, - я растерянно взяла расчёску со стола и начала приводить волосы в порядок.

- Ну что, как спалось?

- Ну, - я сделала заметную паузу, пыталась начать хоть что-то соображать, - уже лучше.

- Замечательно, сходишь сегодня одна,мне нужно по делам. Ладно? - она взглянула на себя в зеркало, поправляя шикарные локоны.

- Ладно.

Комната продолжает кружиться как юла, создавая глубокую воронку, которая тянула меня и кружила вокруг себя. Шумно хватая воздух, я начала шуршать в ящиках, перебирая таблетки в поисках успокоительного, но слезы предательски размывали акварельный рисунок перед моими глазами.

- Ну что, Каролина,как ваше самочувствие? - говорила уже мой психолог, опять что-то записывая в блокнот.

- Я не знаю, мне трудно что-то вам сказать пока что, - я нервно мяла в руке пластиковый стакан с минеральной водой.

- А что насчёт снов?

- Сегодня произошло кое-что... Необычное? - спросила я сама у себя, даже не смотря на своего доктора, пока в голове всплывали картинки моей ноги.

- Расскажите, вы должны быть открыты ко мне. Я не враг, мне нужно вам как-то помочь, - женщина сверкнула на меня своими прозрачными линзами в черной оправе, заинтересовано поднимая бровь вверх.

- Во сне я упала на свое бедро, это было в каком-то темном подвале и тогда я почувствовала, как будто бетон подо мной настоящий, а затем я открыла глаза уже на кровати, - я перевела дух, сделав глоток колючей воды, - а пару часов назад я нашла синяк именно на том месте, которым ударилась во сне. Я не помню,  чтобы я где-то так сильно ещё ударялась. Понимаете? Я как будто схожу с ума...

- О, нет, - психолог одарила меня ласковой улыбкой, что разозлило меня,ведь я не нахожу в этом ничего смешного, - вы могли упасть на пол,подняться в сонном состоянии и совершенно забыть об этом.

Она смотрела на меня своими голубыми глазами, а из-за очков казалось, что они ещё больше. Стало страшно,ведь я действительно мыслю как больной человек и даже не задумалась, что я могла действительно свалиться из-за беспокойного сна.

- Я даже как-то не подумала. Видимо, я действительно сильно напряжена из-за этого.

- Я пропишу вам успокоительное. Что насчёт Дерека? - задала очередной вопрос женщина, очевидно вспомнив наши предыдущие сеансы.

- Его нет уже целый месяц и меня это радует. Для меня это уже пройденный этап.

- Я рада за вас, Каролина. Вижу определенный прогресс! Встретимся тогда на следующей неделе, - женщина улыбнулась и закрыла черный блокнот.

- Спасибо, до встречи.

Голова все ещё ходила кругом, но не сильно, незаметно водя меня со стороны в сторону. Я быстро доехала домой, слушая Моцарта в наушниках, музыка которого вводила меня в волшебный транс. Бабушка на кухне как всегда готовила что-то ароматное, а мама все ещё не вернулась домой. Я захватила кусочек колбасы и умчалась в свою комнату, пархая над холодным полом. Настроение было не такое ужасное впервые за целый месяц, я одушевлённо принялась рисовать и смотреть незамысловатый сериал, забывая обо всём, растворяясь во времени и пространстве.

Холод постепенно стал морозить мое тело, начиная с голых ног. За столом уже не так удобно и уютно, шея затекла, а глаза устали от экрана ноутбука. Нужно надеть носки и ложиться в постель, согревая остывшее тело. Поправив пижамные штаны,я заметила полосу, которая начиналась как раз на уровне носка. Лампа еле-еле освещала комнату,так что мне пришлось включить свет.

Тонкая синяя полоса расположилась вокруг моих ног с заметным кровоподтёком, шириной где-то в пять миллиметров. Они будто скрепляли мои ноги, прямо как в сегодняшнем сне пластиковые стяжки. Моё внутреннее спокойствие сменилось бушующим морем,просто наводнением с ураганом,которые все сметают на своем пути, в том числе выливаясь из моих глаз.

- Нет-нет-нет, быть не может, - шепчу в пустоту, в сотый раз стараясь стереть багровые полосы.

Если синяк на бедре может быть просто совпадением, то синяки от стяжек точно не могли появиться от удара об пол. Все внутри смешалось, как рассвет и закат, выдавая полный эмоциональный взрыв.

- Я больше не усну, чего бы мне это не стоило, - говорю я, смотря на свое отражение, которое со страхом в глазах смотрит в ответ, собирая рукавом катящийся град.

Кофе. Ещё кружка. Новая симфония. Моцарт, затем Бетховен. Тревожная мелодия грустной виолончели, которая стонет на фоне духовых тяжёлый инструментов, красиво перекликаясь и сливаясь воедино с моими мыслями, но они не так сказочно тянулись и звенели.

Пять утра. Голова гудит, но я встаю на ранний завтрак, ведь создаётся ощущение, что меня сейчас вырвет минералкой вперемешку с желчью. Нужно собираться на учёбу, стараясь не уснуть на полпути. Я неуклюже бьюсь об дверные косяки, путаю учебники,ноги сплетаются в прочный жгут, голова совершенно не соображает. Я чувствую себя только проснувшейся мухой,которая не может лететь, но пытается, бьётся крыльями, падает и вновь взлетает. Путь к школе смутный как и горизонт, который поглотил густой туман, красиво окутывая многоэтажные дома вдали, они сейчас кажутся прозрачными. Наверное для остальных я тоже кажусь сейчас прозрачной,но я то знаю, что это не так.

В школе неприятно шумно. Каждый стук меня раздражает, а крик учительницы, который достает аж до моей последней парты,вызывает только головную боль и отвращение. Громкий смех, шелест школьной тетради, сонные взгляды, куча неуверенных в себе подростков, в том числе и я.

Один урок, второй, ругань учителей, вновь играющий Бетховен в наушниках. Я схожу с ума наяву. Тело совершенно не мое, будто я смотрю на себя сквозь цветастый экран телевизора. В голове даже не отложилось, как я пришла домой.

Сделав очередной крепкий кофе, я уселась за стол, пытаясь расслабиться и порисовать. Все тело дрожит, как звонящий телефон на столе. Кажется, будто каждая часть моего тела в сумасшедшем напряжении. Мамы дома опять нет, бабушка спит сладким сном, создавая в доме мертвую тишину.

Тело быстро размякло, как хлеб в горячем молоке. Я, облокотившись на свою руку, прикрыла глаза, слушая очередную сонату для фортепиано.

— Каролина! — Знакомый голос звал меня из темноты вместе с седьмой симфонией ля мажор, дополняя и устрашая её одновременно. — Ты сошла с ума!

— Я знаю, — отвечала я с закрытыми глазами, даже не понимая, где я нахожусь в этот раз.

— Ты не спала почти двое суток, какого черта ты творишь? — возмущался незнакомец, а его голос уже был более реальный и приближенный.

— Мне очень тяжело, — шепчу я, чувствуя мелкую дрожь по телу.

— Если ты откроешь глаза, то сможешь в любой момент сказать "стоп" и проснуться. Все банально и просто, Каролина, — он уже справа от меня, говорит чуть ли не на ухо.

Медленно я приоткрыла веки, видя над собой бесконечное темно оранжевое полотно, на котором приклеена уйма звёзд, что аж дух захватывает. Медленно ворочаясь и смотря под ноги, я поняла, что мы лежим на капоте, а под моими носками толстенный слой снега, который искрит ночными бликами. Воздух тут такой свежий, совсем не колючий, будто родной.

Вокруг нас лишь густое поле, вдали которого виднеются размашистые кроны деревьев, будто нарисованные черной гуашью на фоне ясного неба. Сейчас явно ночь, это зимнее небо я не смогу спутать с чем-то другим.

— Держи чай, — сказал парень, отчего я немного дрогнула,отвлекаясь от манящего пейзажа. Вот бы нарисовать это небо.

— Что там? — я взяла чашку от термоса, где был налит ароматный напиток.

— Мята, календула, щепотка спокойствия, имбирь и мед.

Сделав глоток, я удивилась прекрасному выбору. Чай и вправду очень вкусный. Тепло разлилось по всему телу, создавая ощущение того, будто я сейчас под теплым вязаным одеялом.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась я, любуясь волшебными звёздами. Было страшно смотреть на него, ведь даже ощущение его присутствия заставляло мои лёгкие сжиматься до навязчивой боли.

— Руд, — легко ответил он, делая глоток чая. 

 Я вновь уловила знакомый аромат, который преследует меня каждый мой сон. Я лежу,  облокотившись на лобовое стекло, вдыхая смесь из его парфюма и зимней ночи. 

— Это все сон, — вновь шепчу сама себе, стараясь успокоится. 

— Все хорошо. Закрой глаза, а когда откроешь - все будет нормально, — таким же шепотом сказал Руд.

Закрываю глаза, чувствуя приятное тепло. Этот сон не похож на все предыдущие. Все очень спокойно, тихо, загадочно. Наконец я не чувствую тревоги, не плачу во сне. Тело само таяло, как пломбир в черном кофе, а не могла ему сопротивляться.