ONE MILLION BULLETS

Битва на Такодане продолжается. Только теперь у них в союзниках нет контрабандистов, которые могли бы прикрыть со спины. Земля подрывается прямо у них под ногами. Поддаваясь секундному порыву, Лира толкает Финна в лево; они падают на голую землю без единой травинки. И вовремя, потому как мощный заряд взорвался прямо в том месте, куда они хотели ступить долю секунды назад.

Лира буквально за шкирку поднимает ошеломленного Финна и тащит того к кораблю. Если они не уберутся отсюда как можно быстрее - им крышка. Выстрелы штурмовиков с визгом отскакивают от обшивки "Сокола" и разлетаются куда попало. Мышцы сводит и сковывает странная резь, но не время и не место сейчас думать о боли. Спасать свои шкуры от монстров из ночных кошмаров - вот одна единственная цель. Соло запустил двигатели. Еще пара секунд, дотянуть бы, еще немного, совсем чуть-чуть. Лира пытается ускориться, Финн же чувствует, что начинает отставать. Он слабеет с каждой долей секунды. А маленький дроид уже у трапа.

Холодный страх закрадывается Лире в душу. Это служит сигналом того, что монстр снова нагнал их. Нутром она ощущает его взгляд, прожигающий затылок, словно раскаленное лезвие. Новый удар и Лира падает, кувыркаясь по земле, песку и камням, оставляющих множество ушибов на теле. Это ничего, главное не сломать себе кости. В глазах темнеет, голова кружится. Словно сомнамбула, она пытается подняться, но мешает тупая боль в правой ноге. Если бы ее сознание было в порядке, она все равно не смогла бы подняться и долго удержаться на ногах, потому как из раны хлестала кровь, окрашивая серую землю в бардовый цвет.

Неужели это конец? За секунду в голове Финна проносится отрывок из одного фильма, который показывали в Академии. Но ему припомнились не жестокие сцены насильственных действий штурмовиков, на которых должно было равняться новое, подрастающее поколение, а те страшные мысли, блуждавшие в его голове и не покидавшие его после долгое время. Он молился, сидя за партой с выкрашенной белой краской металлической столешницей, в сером комбинезоне своего отряда. Совсем еще юнец, с детским блеском в глазах, такой невинный, не готовый к тому, для чего их наставляют. Он пытался переубедить себя, принудить принять политику Ордена, заставить сражаться за Правое дело, которому были подчинены все возрождатели новой Империи. Молился, чтобы он смог выдержать, смог сражаться, как мужчина, за основы, взятые Орденом, как свою собственную новую идеологию. Ведь по сути ничего не изменилось, прошло тридцать лет, а они продолжают биться за то, за что бились раньше те, другие, тот, кто был здесь до их прихода. Все это казалось ему бессмысленным, отравляющим. Финн считал себя дефективным, пытался найти альтернативу, только бы не участвовать в высадках, не открывать огонь по невинным, даже сквозь черное стекло шлема не видеть их мук, страданий, отчаяния. В конце концов он осознал одну лишь существующую и единственную истину, живущую глубоко в нем самом.

Тяжело дыша, пытаясь проморгаться и прослезиться , дабы избавиться от песка, попавшего в глаза, Финн лежал, распластавшись на земле. Горячие слезы текли по вискам, капая в уши. Находясь в какой-то прострации, Финн пытается очистить свое сознание, вполне понимая, что ему нужно подниматься и стремглав нестись к трапу "Сокола". Но любые отчаянные попытки эхом отдаются от стенок сознания, ни к чему не приводя. Он уже думает о том, как проститься со своей короткой жизнью. С сожалением о днях, прожитых под контролем. Днях, когда его оторвали от семьи, и днях своей истинной свободы, которых от силы было всего три. Все краски потерялись, звуки исчезли, в глазах лишь нарастающие черные тени, которые достигнув максимального размера, разрывались на части и из их осколков образовывались все новые и новые - и так по кругу. Время опять встало, удлиняясь, растягиваясь, как тягучая резина. Он меняется. Меняется изнутри, вырываясь из той оболочки, в которую его облачили много лет назад. Он прорвется, он должен вырваться из этого плена, пройти через все, стараясь не потерять свое внутреннее, настоящее "я".

За движущимися в бесконечном потоке мыслями он не успевает заметить, как монстр нависает над ним, едва выделяясь на фоне почти черной синевы неба. Снова в своей маске, покрытой черным капюшоном рваной накидки, некогда бывшей плащом. Зачем ты закрываешь этим всего себя? Зачем ограждаешь каждую частичку своего тела от внешнего воздействия? Боишься нас? Боишься, что наши мысли проникнут и в твое сознание, засядут там, как семена в хорошей, благодатной почве и разрастутся, давая жизнь росткам чего-то хорошего? Боишься показать свое истинное лицо, прячась за маской, монстр? Он знал, что Кайло Рен читает его мысли, - он ощущал чужое присутствие в своем мозгу.

Если бы он только мог подняться, сорваться с места, убежать куда подальше, на другую планету, если бы только это было возможно. Вот она, теперь Финн начинает понимать, о какой Силе шепотом говорили солдаты в казармах. Глупец. Нужно бороться, нельзя поддаваться этому, нельзя, нельзя... Крики и стоны, отражающиеся от металлических стен; следы борьбы; мертвые, которых уносят из отсека; его собственный страх, смешивающийся с беззвучными молитвами; мольбы схваченных жертв - все перемешалось в голове парня. Поочередно, перед его глазами проносились моменты его жизни: ничем не примечательное начало и весьма интригующее продолжение.

Нога Лиры начала неметь. Она уже не могла подняться. Будь у нее с собой ее трезубец, она бы хоть как-то смогла удержаться, опершись на него. Но свое драгоценное оружие она бросила где-то среди развалин дворца, ведь взамен ей дали другое, более эффективное. И где оно сейчас? Лира ощупала пояс, но кроме светового меча Скайуокера ничего не было. Ни бластера, ни какого-либо другого орудия. Зрение еще не прояснилось. Хорошо, однако, ее тряхнуло. Оперевшись руками она подтягивается и пытается хотя бы сесть. Она боится посмотреть на ногу, боится увидеть там страшный кровоточащий глубокий порез. Наверняка ей рассекло до самого мяса. Потеря крови уже давала о себе знать. Ни Хан, ни Чуи, ни Финн - никто не может помочь ей. Штурмовики больше не стреляют. Гудение от работающих двигателей все еще стоит в ушах, но где он? Ей кажется невозможным определить, с какой стороны идет звук. И тут только Лира оборачивается и находит глазами Финна. Сердце её замирает, а в горле застревает крик.

... Выстрелы огнеметов, словно песчаные змеи, оплетающие ни в чем не повинных людей... взрывы, истребители, разлетающиеся на куски... Невыносимая боль пронзает тело Финна, словно радиоволны или тысячи выстрелов бластеров. Только боль в тысячу раз сильнее. Однажды, на тренировках, его действительно шарахнуло по доспехам, так что по телу прокатилась электрическая волна. Но то было словно укус мелкого безобидного зверька по сравнению с тем, что он чувствовал в данный момент. Снова и снова монстр вызывал все его воспоминания, вгрызаясь в его мозг, как хищный зверь цепляется крепкой челюстью за шею мирного животного, пытаясь удушить жертву, не выпуская ее до самой последней, предсмертной судороги.

... Палящее солнце пустыни. Жгучее, горячее. И такая же земля. Золотой песок отражает этот белый свет и слепит глаза. Разве возможно выжить на этой раскаленной планете? Он мечтал о глотке воды, а лучше всего было бы искупаться в прохладном источнике. Он не помнил, как добрался до деревни. Только немного отдохнув снова задался целью. Скитаясь среди местных, он искал дроида...

Картинки листались, как в альбоме. Но монстр задержался на мысли об астромехе. Он должен был все выяснить. Узнать абсолютно все. Дальше эпизоды сменялись с быстротой молнии. Так, всего за один секунду, он мог бы просмотреть всю жизнь человека, начиная от момента его рождения и заканчивая сегодняшним днем. Внезапно картинки перестали прокручиваться. Боль в теле Финна дошла до такого исступления, что ему казалось она всегда была с ним или же стала частью его. На самом же деле Кайло Рен просто перестал так сильно воздействовать на него. Чем она так привлекла тебя? Он задавал вопросы, но чувствовал, как монстр глушит их, теперь уже медленно переходя от одного эпизода к другому.

... Рыжеволосая девушка стоит спиной к нему на фоне изумрудной гряды зелени. Длинные волосы свободно свисают, но ее белые руки поднимаются и она быстрыми, ловкими движениями заплетает их в толстую косу, а затем убирает их под капюшон. Она оборачивается и еще до того, как он успевает увидеть ее лицо, момент вылетает из его когтей, словно птица из клетки вырывается на свободу.

Если бы только Финн мог сопротивляться, но все тело его будто парализовало. Он все еще ощущал болезненные прикосновения Силы, но какие-то невнятные, непостоянные, возникающие в разных местах. Монстр явно потерял полный контроль. Финн видел как его трясло, а рука, протянутая к нему и с помощью которой он манипулировал им, дрожала, пальцы постоянно то сжимались, то разжимались. Он пытался выхватить ту нужную ему частицу, необходимую, дотронуться до нее, коснуться ее, но с каждым резким шагом с его стороны она ускользала от него в испуге. Тогда в нем закипала настоящая ярость. Словно он был охотником, а воспоминания о рыжеволосой девушке - ланью, на которую он открыл охоту. Она скрывалась от него, пряталась за деревьями. Все никак он не мог разглядеть ее лица. Но он должен был...

... Серые глаза, словно расплавленное серебро. Чистые, без лишних вкраплений, сияющие и блестящие на солнце. Ему бы удалось разглядеть ее лицо полностью, если бы не холщовый платок и накидка, - такие обычные атрибуты в одеянии жителей пустыни. Только ему удалось захватить еще один образ, как в его сознание врезался чей-то голос.

- Финн! - истошно кричит девушка.

Финн держался из последних сил, но не мог вынести той боли, с какой ситх вырывал у него из мозга его воспоминания. Она услышала его рваные, отчаянные вопли. Застрявший в ее горле крик наконец прорвался. И снова, как у развороченного дворца Маз Канаты, голова монстра метнулась в ее сторону. Финн все еще лежал на земле, не в силах закрыться от монстра, не в силах бороться дальше. Кайло Рен с минуту снова смотрел на нее, а после двое штурмовиков двинулись в ее сторону. С дальнего расстояния она не могла расслышать их голосов. Финн отстал от нее, поэтому взрывная волна отнесла его на несколько ярдов назад, а ее - вперед. Видимо, он приказал им схватить ее. Ну уж нет. Ей хотелось, чтобы все это прекратилось, с них и так на сегодня хватит. Они ведь и сами устали от этой погони. Или решили погонять их как следует до тех пор, пока они не упадут от бессилия на землю, когда у них уже не останется и желания сопротивляться?

Пользуясь минутной оплошностью своего врага, превозмогая боль и страшную усталость, Финн ударом ноги валит одного штурмовика на землю и выбивает из его рук бластер. Эту игрушку он знает, как свои пять пальцев. Дыхание у него напряженное, прерывистое. Не теряя ни секунды жмет на спусковой крючок и опаляет косыми выстрелами Кайло Рена. Финн слышит из-под маски сдерживаемый вопль. Попал! Но монстр не дает парню опомниться и вот перед его лицом снова пылает яркий огонь алого пламени светового меча. Бластер, распиленный пополам, на котором еще светился расплавленный металл, лежал в стороне.

Лира пытается подняться, но, опираясь на раненую, онемевшую ногу, падает. Тогда она подскакивает на здоровой левой и, волоча за собой другую, пытается побежать. Если бы она могла четко и ясно мыслить, она ни за что не направилась бы туда, куда она идет сейчас. С каждым шагом ей все больше хочется упасть и больше не двигаться и пусть эти твари делают с ней все, что захотят. Как сильно ей хотелось и спать, и есть, и пить, но чертова жажда жизни не давала ей опуститься и сдаться в руки штурмовикам, неведомая сила влачила ее неизвестно куда. Она крепко сжала челюсти, дабы заглушить боль в ноге, переключиться на другое. Она могла опираться на раненую ногу, но лишь на долю секунды - боль была невыносимая. Двигаясь без промедления, выжимая из себя весь остаток сил. Она слышала тяжелые шаги позади себя.

Двигатели загудели еще сильнее. Сокол поднялся в воздух. Нет, Хан и Чуи вовсе не собираются их бросить. Хан разворачивает корабль так, чтобы ему было видно весь луг, на который он переместил корабль. "Сокол" завис совсем не высоко, всего в паре ярдов от земли; трап был все еще опущен, в надежде, что двое беглецов заберутся по нему и они наконец покинут треклятую планету. Теперь в обзоре видно было все происходящее. В глазах старого контрабандиста мелькнул непонятный огонек, губы чуть было не дернулись в удивлении, но по лицу пробежала судорога, как от случайного удара. Монстр с красным мечом стоял прямо над Финном. Пропащий мальчишка.

Чуи переключился на управление пушками "Сокола". Штурмовики стояли в ожидании, готовясь к громкому финалу. Не дожидаясь сигнала, руки опередили инстинкты и через всю местность засвистали выстрелы. Хан стрелял во всю мощь, на какую только был способен легендарный корабль. Он был сосредоточен, мышцы напряглись, рука твердо сжимала рукоять.

Она смело шагала вперед, хотя слезы, вызванные сильнейшей болью, застилали ей обзор. Тяжелые шаги отбивали четкий ритм позади нее. Она пыталась оглянуться назад, но мало что различала. То яркие огни, то полнейшая темнота. Ладонями она утирала слезы, но это мало помогало. Лицо горело, как в огне, челюсти так крепко сжаты, что мышцы начинало сводить. Вот бы лечь сейчас на землю и больше никогда, никогда не вставать. Но что-то не поддающееся объяснению толкало ее вперед. Вперед к неизвестному, вперед ко спасению. Еще один шаг, стоявший ей огромных усилий, и она пошла прямо в объятия неизвестного.

Финн увернулся от меча, перекатившись, поднялся на ноги и рванул было к "Соколу". Но в этот же момент что-то схватило его за ноги и он обухом повалился снова на землю. Оглядевшись, заметил, что никого нет и поблизости. Зато он увидел Кайло Рена, двигающегося прямо к нему. Дыхание последнего перехватило от ярости и отчаяния. Жар пылал, колебля воздух, смешиваясь с ночной прохладой. Сколько раз за сегодня он так подставлял их? Сколько еще будут продолжаться эти мучения? На долго ли останутся в его сознании шрамы от прикосновений силы монстра? Конец неизбежен.

Стало холодно, дыхание перехватило. Вместо воздуха, которым она привыкла дышать, в легкие хлынула вода. Лира даже вскрикнуть не успела, так неожиданно перед нею оказался этот каменистый берег и она упала прямо в воду. Это было еще одно озеро со стоячей водой. Берег был сплошь из одних лишь камней да гальки у самой кромки воды. Удушье сдавило ей горло, словно кто-то держал ее за шею. Нечто перевернуло ее лицом вверх и штурмовик схватил Лиру за горло. Руками она пыталась убрать это препятствие своему дыханию, но руки натолкнулись лишь на скользкий пластик доспех солдата. Крепкая хватка сжимала ей глотку; силы были неравны. Он потянул ее вверх, а затем, едва она успела сделать короткий вдох, снова опустил её голову под воду. Теперь над ней была лишь вода, такого чёрного цвета, будто в ней развели чернила. Вода попала ей и в уши, и в нос, и в лёгкие. Нет, не пытайся дышать, иначе захлебнешься, командовала Лира самой себе, это убьет тебя.

Только сейчас, с того момента, как она покинула Джакку, перед нею осознанно встал страх смерти. В пустынях он так часто ей являлся, пока она была еще маленькой, что она уже и забыла, каково это - глядеть смерти в глаза, когда она уже стоит совсем рядом и тянется к тебе своими руками. И как ее мираж, облаченный в черное марево, был схож с темным рыцарем ситхом. Для нее у него было всего одно лицо - это лицо смерти. Бесплотное, скрытое под маской, не имеющее за собой ничего, кроме пустоты.

Лира брыкалась и лягалась изо всех сил. Легкие болезненно сокращались, надеясь впустить в себя животворящего воздуха. Впервые она сталкивается с такой потребностью. Голод и жажда - ничто по сравнению с такой необходимостью, как кислород. Штурмовик мертвой хваткой удерживал ее горло, и как она ни старалась ей было не выбраться из этих оков. Пора поменять тактику. Так долго ей не продержаться, ей необходим воздух. Только бы это скорее закончилось. Все события, пережитые ею сегодня, надолго останутся в ее памяти и до конца жизни будут преследовать в кошмарах.

Финн подскочил и стал оглядываться в поисках оружия. Ничего подходящего. Тот бластер, что был потяжелее он уронил еще где-то в лесу. Другой был у Лиры, когда они убегали с поля у дворца. Где же Лира? Финн рванул к "Соколу", надеясь, что ей удалось убежать на корабль. Иначе и быть не могло. Он удивился, когда увидел, что корабль висит в воздухе, а из пушки идет пальба по джунглям. Земля вспыхивала желто-красными языками пламени, но огонь быстро угасал. Трап на корабле был все еще опущен. Финн направился прямо к нему. Отсюда он мог видеть Хана и Чуи в кабине. Он мог даже разглядеть капитана Соло, лицо которого было напряжено, пылало от ярости, но все же сосредоточено. Но девушки с ними не было. Хан внезапно перевез взгляд со штурмовиков на Финна. Почему он один, пронеслось у старика в голове. Что за привычка у этой девчонки вечно куда-то пропадать.

Внезапно вуки громко зарычал. Чуи схватил бластер и побежал прочь из кабины. Хан в совершенном недоумении уставился на приборную панель. Не стоит отвлекаться. Соло снова схватил штурвал, но теперь еще и тот, который удерживал Чуи, и принялся продолжать обороняться. Он думал, что вуки побежит на рожон прямо к штурмовикам. Но нет, он быстрыми широкими шагами направился вовсе в другую сторону. В темноте Хан разглядел черный кусок темной глади озера. Обзор был плоховат, поэтому ему пришлось немного развернуть корабль.

Финн добрался до трапа, висевшего в нескольких дюймах над землей, и попытался забраться на него, но тщетно - слишком неудобно и ухватится не за что. Тут на него упало нечто мохнатое. Чуи! Вуки что-то прорычал Финну, поднял последнего на руки и подбросил на трап. Финн ничего и сказать не успел, как вуки сразу же пропал из виду. Зацепившись руками за металлические крепления, которые были частью механизма, опускавшего и поднимавшего трап, Финн быстро подтянулся на них и запрыгнул на внутренний мостик корабля.

Только не стреляй, только не стреляй. Мысленно Хан пытался передать сигналы своему другу, надеясь, что в данный момент некая магическая сила телепатически донесет эту мысль до сознания вуки. Только не стреляй. Позади он услышал беспорядочный топот ног по металлическому полу.

Кайло Рен, оставив попытку поймать парня, избрал себе другую цель. Так сильно он теперь был ему не нужен. Карты он не видел, но, возможно, девчонка знает о ней и видела ее. Выстрелы были для него не помехой, алым мечом он отражал их, перенаправляя в своего врага. Не это сейчас его волновало. Но и глупый, трусливый мальчишка не давал покоя. Унижение, но не тревога или страх сейчас переполняли его нутро. Хотя обугленные края одежды еще были теплыми он недавних выстрелов. Дыхание человека под маской было прерывистым от сменяющих друг друга чувств. Глаза девчонки из воспоминаний парня так и маячили перед ним. У нее был взгляд, как у старого, затравленного зверя. Ничего не выражающий. Ни страха, ни унижения, ни отвращения перед лицом врага - абсолютно ничего. Она была зла, она была затравлена этими собаками, но она знала, что им с ней не справиться. Однажды он уже видел этот взгляд. Однажды увидев его, он понял, что ему никогда от него не избавиться. Являлся ли он во снах или видениях - он всегда пробивался наружу, напоминая о себе. Как бы его не тащило назад, как бы непостижимая сила не удерживала его своими путами и цепями, ему было не совладать с тем, что так его влекло.

Лира кашляла и задыхалась, сердце стучало в висках. Штурмовик уже с трудом удерживал ее, но он не мог отпустить, это было его заданием. Схватить, убить - не особо велика разница, потому как она при любом раскладе остается их врагом. Одной рукой он держался за камень, дабы не свалится в озеро, другой - держал ее шею. Шея девчонки была напряжена, но он продолжал сдавливать, не обращая внимания, на то, что рука и плечи затекли и болели так невыносимо, что он даже закусил губу до крови, лишь бы не заорать. Топить было не так просто. Долго ему еще удерживать ее под водой? Как просто застрелить из бластера, но девчонка выбила его из рук, и оружие утонуло.

По воде засвистали выстрелы. Напарника, - того, что отстал от него позади, отражая выстрелы с контрабандистского судна, - подстрелили. Целились определенно в него. Ну давай же. Штурмовик пригнулся почти к самой кромке воды, взметающейся волнами от брыкающейся жертвы. Странное, грозно рычащее животное отвлекло его от нее. Огромное, мечущееся из стороны в сторону, оно надвигалось на него. Внезапно он почувствовал, что девчонка перестала сопротивляться. Все? Наконец-то получилось? Шея ее обмякла в его хватке. Он немного разжал пальцы. Ничего не произошло. Тогда он отпустил ее. Пальцы так свело, он с трудом отпустил, скрепя зубы до ломоты. Другой рукой он поднял увесистый камень: в случае чего ударить им ее по голове. Тело всплыло к поверхности, но ничего не произошло. Шаги и грозный рык становился все более различим в общем шуме, доносившемся от эпицентра сражения. Никаких признаков жизни девчонка не подавала. Мелкие волны еще перекатывались вокруг нее, постепенно успокаиваясь.

Мертва наконец.

***

- Финн, ты здесь, отлично. Садись за штурвал, - Хан вернулся в нормальное положение на своём кресле. Финн ничего не ответил, но сделал то, что ему сказал Соло и взял управление пушкой на себя. Ему ещё не доводилось стрелять из неё, но чисто интуитивно он правильно выбрал положение и начал атаку.

Штурмовики прятались за деревьями. От влаги пожар быстро затухал, что было плюсом для штурмовиков. Они не спешили приблизиться к "Соколу". Хотя его щиты уже давно были пробиты, он все ещё держался. Красные лазерные выстрелы барабанили по обшивке, как капли дождя, отскакивая, орошали землю вокруг, фонтанами поднимая комья вверх. Кайло Рен не спешил. Он не стал атаковать вуки, но и стоять в стороне он не собирался. Ситх поспешил быстро ретироваться с открытого места. Только он слился с чернотой в тени деревьев, как перед "Соколом" взметнулась огромная белая волна. Корабль сильно тряхнуло, из-за взрыва его отнесло назад. Кабину трясло, среди общего шума слышно треск стволов и веток деревьев. Судно покачнулось и плашмя грохнулось на землю.

Стекло треснуло и внутрь просочился едкий черный дым. Система оповещения пищала, красные огни то вспыхивали, то угасали, то снова появлялись, то исчезали и погружали все во мрак. Весь запас энергии растрачен. Зря или нет, пока неизвестно. В ушах звенело, а глаза щипало. Финн хотел позвать Соло, но не мог понять издал ли он хоть звук. Своего голоса он не слышал. В руке он по-прежнему держал рычаг управления, но двигался он странно, не так, как обычно, будь он прикреплен к панели управления. Во время удара, пытаясь избежать удара об спинку кресла, Финн изо всех сил вцепился в штурвал и случайно выдернул его с корнем, когда их тряхнуло. Отбросив теперь уже не нужную железку в сторону, он, нащупав замок, отстегнул ремень и попытался встать. Корабль сильно накренился вперед и Финн чуть не упал на разбитую приборную панель. Левее он услышал глухой стук тупого орудия по стеклу. Хан здесь и с ним вроде все в порядке. Оба они уже задыхались, а позади разгорелись языки пламени. Соло, притянув ворот рубахи и дыша через ткань, орудовал бластером, но не в том привычном понятии, как привык это делать Финн. Рукоятью Хан бил со всего маху по стеклу. Оно уже пошло мелкими трещинками, в том месте, где оно было пробито взрывом снаружи. Стекло трескалось, еще чуть-чуть. Транспаристил водопадом осыпался на приборную панель. Соло первым забрался на нее и вылез через отверстие, за ним - Финн. ВВ-8 не составило труда перебраться за ними следом.

Хан стоял, опираясь плечом на корабль. "Тысячелетний сокол" разбит. Соло было плевать на то, что к ним уже идет целая толпа штурмовиков. Он тяжело дышал, как и Финн, пытаясь наглотаться воздуха. Взгляд Соло был настолько тяжелым, что парню стало его жалко. Хан Соло был олицетворением этого подпольного мира контрабандиста, вобравшем в себя все самое лучшее. Он потерял последнее, что связывало его с тем далеким прошлым, когда ничего этого не было, когда он легко расправлялся на пару с Чуи с отрядом штурмовиков и также легко угонял от них на своем корабле.

Соло отвернулся от корабля, но ему по-прежнему было все равно на надвигающихся штурмовиков. Он смотрел прямо них, но ничего не видел. Финн понял, что больше им некуда бежать. Он так устал за сегодняшнюю ночь. Уже близится рассвет: небо светлеет. Сегодня чистое, безоблачное небо. Как жаль, что им не придется насладиться им. Сейчас подойдут штурмовики, схватят их, а Кайло Рен будет пытать на базе Первого Ордена. Воспоминание о боли, причиненной ему ситхом, отозвалась дрожью во всем теле. Ему предстоит это испытать снова. Надеюсь, в следующий раз он действительно меня прикончит, подумал Финн. Только хотя бы сейчас не стоит показывать, будто ты боишься их. Сохраняй гордый вид, Финн. Все скоро кончится.

Штурмовики выстроились в шеренгу, как и во время наступления на дворец Маз. Финн усмехнулся. Они наступают, осталось не более, чем двадцать метров. Кайло Рен во главе, как всегда. Бластеры солдат наготове. Лишь однажды он был в строю. Но даже сейчас Финн не жалел, что оказался по эту сторону баррикад, хоть и не так долго, как хотелось бы. Он и не думал бросать сейчас тех, кто принял его в свою команду. До последнего он будет на их стороне.

Уже десять метров. Дышать становится все труднее, слезы застыли в глазах. Нет, нельзя показывать им свой страх. Запрячь его куда подальше. Пусть этот монстр ничего не учует. Ни страха, ни напряжения во всем теле, ни боли, ничего, абсолютное равнодушие.

Штурмовики остановились. Ну, чего же ждете? Вы так этого хотели, вот они мы, стоим и не сопротивляемся. Ни Финн, ни Хан Соло не шевелились. ВВ-8, как маленькая собачонка, прижался к ноге парня. Несколько солдат вышло из шеренги. Кайло Рен остался позади них, но Финн знал, что он наблюдает за их реакцией, готовый в любую секунду применить свои способности по отношению к ним, причинить им невыносимую боль. Он сжал кулаки, но больше ни один мускул не дрогнул. Наверное, со стороны им кажется, будто он сумасшедший, раз не показывает никаких действий. Не пытается бежать, а просто сидит и наблюдает с каменным выражением лица.

Знакомый свист в воздухе и несколько солдат падает. Это ошарашивает всех, не только Финна, но даже Кайло Рена. Над озером летят истребители и сразу с воздуха стреляют по солдатам в белых доспехах. Сегодня определенно неудачный день для ситха. В воздухе снова взметается алое пламя светового меча. Финн и Соло, не обмолвившись ни словом и пользуясь создавшейся ситуацией, не теряясь бьют по подошедшим к ним солдатам и выбивают из рук бластеры. Они спешат укрыться за "Соколом", пока штурмовики не сообразили, в чем дело и не начали обстрел.

Эскадрилья Сопротивления здесь. Сегодня они все спасены...