7. Письма три и четыре
Заварив себе кофе, Ричард уселся с письмами на кровать. Тихо играла классическая музыка, за окном было солнечно – чем не атмосфера? С неким нетерпением парень развернул третье письмо.
Привет, Ричард. У меня все "хорошо", как обычно. На улице у нас метель жуткая. Шла сегодня из школы по колено в снегу, с трудом переставляла ноги. Холодные, мокрые снежинки слипались в комки, били в лицо, ухудшали и без того плохую видимость, оседали на капюшоне, шапке, сумке, волосах. Ну почему я живу близко со школой и должна из-за этого таскаться пешком? Нормальные люди в машинах ездят или на автобусе хотя бы. Кстати, поразительно, как быстро меняется погода: еще вчера светило солнце, а сегодня – натуральная Аляска.
Он помнил ту зиму, о которой писала Лаура. В том году был необычный по количеству снега февраль. "Если судить по дате на письмах, тогда она была в выпускном классе, а сейчас должна быть на втором курсе. Младше на год-два, не так уж и много. Так, минуту, что за чушь я несу, при чем тут разница возрастов?".
Одиночество все больше гнетет меня, и рассказать об этом я не могу никому. Точно знаю, ты сейчас качаешь головой, не одобряя мое поведение, но мне гораздо проще писать об этом, чем говорить. Накопившиеся эмоции могу выплескивать только на бумагу и немного, занимаясь рисованием. Знаю, знаю, сама в шоке.
– Наверное, она не любит рисовать, а ее заставляют. Или не может отказать. Может, спрошу у нее, когда и если увижу.
Мое состояние показывает, что мне необходимо выплакаться, поделиться с кем-то этим грузом, но за это время запирать эмоции и слезы внутри вошло в привычку. Теперь мне очень сложно плакать, не сдерживаясь. Да и рассказать некому, кроме тебя. Только с тобой я могу быть собой, не притворяться. Как же мне повезло, что у меня есть такой друг, как ты! А ты рад нашему знакомству? И я рада, что Судьба свела тебя со мной.
Батлер улыбнулся. Читать такие слова было куда приятнее ее тоски. Почему-то он проникся к девушке сочувствием, хоть и осуждал ее поведение. Ну нельзя же молчать о проблемах со здоровьем, психологическим или физическим! И уж тем более запирать эмоции в себе.
– Интересно, каким это образом я помогаю ей? Да и понять ее пока не совсем удается. Хм... какое странное предложение: "судьба свела тебя со мной". Как-то мистически звучит. Черт, это все влияние Катарины, из-за нее мне теперь мерещится чепуха! – Рассмеялся парень.
Меня беспокоит вопрос об отношениях. Почему у меня до сих пор нет парня, половинки? Все вокруг уже не по разу встречались с кем-то, расставались, чем я хуже остальных? Мне даже в симпатии никогда не признавались. Ну да, я немного странная, другая, но разве за этим сложно разглядеть хорошие части меня? Ведь я вроде веселая, не такая и тупая. Уж не знаю, что и думать, так обидно, когда все вокруг делают вид, что отношения – та вещь, без которой и человек не человек, а изгой, лишняя запчасть в механизме общества. Но на этом пока все. До следующего письма, навеки твоя подруга
Лаура
25.02.2017
Ричарду Батлеру
Пораженно Ричард перечитывал последние строки раз за разом. Размышления девушки были чертовски похожи на его собственные, такие тревоги были и ему понятны, его девушки тоже надолго не задерживались. Искренность Лауры завораживала, и это так же было странно. Он начал следующее письмо, надеясь, что девушка не рассердится на него за чтение писем. Хоть его имя и стоит в конце каждого письма, но не могла же она адресовать их именно ему.
Дорогой Ричард. Сегодня метели нет, но снегу намело кучу. Кое-где он начал таять, хоть солнце скрылось и не показывается. По погоде не скажешь, что скоро весна. Сейчас смотрим фильм о вреде курения. Это ужасно! Почему-то я видела такие фильмы сто раз, но этот зацепил так сильно. Я никогда не буду курить, не хочу, чтобы мои дети дышали этим. Ну и волосы берегу, конечно. Чувствую, что ты одобряешь меня. Я рада, что не подвержена вредным привычкам, но папа курит, и это вредит всем нам. Он никак не может отказаться от этого.
– Она, как и я, негативно относится к курению, это хорошо.
Парень удивленно вскинул брови на свое же высказывание, прозвучавшее, словно он уже составляет их в пару, но решил разобраться с беспорядком в мыслях позже.
Все остальное без изменений, так, как и писала вчера. Уже хочу поскорее сдать экзамены, заняться поступлением и уехать в лагерь хоть ненадолго, это моя последняя поездка. Кстати, могу на полном основании заявить, что мои одноклассники безумные и безбашенные. Вот сейчас они швыряются самолетиками, уронили Лану на пол, мы с Анитой сражались у доски: она рисовала мелом на доске, а я судорожно стирала это все тряпкой. Наша классная зашла в кабинет и, посмеиваясь, поспешно удалилась. Мы словно сошли с ума, такие вот взрослые. И это выпускной класс!
Батлер улыбался, читая эти строки. В каком же мире живет эта девушка, как можно так относиться к жизни? "Интересно, как же она выглядит?".
А насчет противоречий во мне, я запуталась. В школе я веселая, озорная, жизнерадостная, словно вошедшая в роль актриса. А на улице все тщательно спрятанные эмоции прорываются наружу. Я чувствую боль, обиду на что-то, непонятную злость и растерянность. Словно, устав за день притворяться, я снимаю маску. Вчера я чуть не заплакала – слезы сами катились по щекам, и я не могла это остановить, контролировать. Почему это происходит? Я будто схожу с ума, не знаю, как это перебороть. Лишь у дома я вытерла слезы, взяла себя в руки и сделала вид, что все хорошо. Никто не должен знать, тем более родители. Они и так за меня волнуются, зачем добавлять им проблем? Знаешь, меня часто посещают мысли вроде этой: "А зачем я живу? Зачем мучаюсь? Не легче ли все закончить?", – но потом я себе отвечаю: " Не легче". Я хочу жить, и не позволю каким-то там проблемам забрать у меня жизнь. Но ты не беспокойся, я же сильная, справлюсь. На этой обнадеживающей ноте заканчиваю письмо. До встречи, твоя верная
Лаура
26.02.2017
Ричарду Батлеру
В комнате воцарилось молчание, нарушаемое лишь едва слышной моцартовской сонатой. Ричард не мог ничего сказать, подумать, просто вновь и вновь прокручивая слова писем в голове.