Адская тренировка
Глава 17
И вот первая тренировка. Муичиро встретил меня всё так же холодно и отстранённо. Он устроил бой, чтобы проверить мои навыки.
Муичиро:
— Слабовато. Впрочем, я и не ждал ничего иного.
Он указывал на каждую мою ошибку. Я старалась глотать гнев, но для такого эмоционального человека, как я, это было испытанием. Дни перерастали в недели: я уходила рано, возвращалась поздно, и лишь ночью ребята слышали, как я тихо всхлипывала. Они понимали — если подойдут, я только оттолкну. Поэтому выбрали иной путь: наблюдать со стороны.
Каждый день Муичиро давал мне невыполнимые задания, будто нарочно испытывал моё терпение. Иногда казалось, что он хочет, чтобы я разозлилась и ушла. Так для него я стала бы «минус одной проблемой».
Он сидел, скучая, разглядывая облака, даже не удосужившись на меня взглянуть, пока я уже битый час махала катаной. Нежные руки были в мозолях и в крови.
Инуи:
— Извините... мне кажется, у меня уже получается.
Не посмотрев, он ответил:
Муичиро:
— Нет, не получается.
Инуи:
— Но вы даже не посмотрели!
Он наконец устало перевёл на меня взгляд.
Муичиро:
— Всё-таки ты очень слабая. Даже против высшей луны не выстоишь.
Инуи (вспыхивая):
— ВЫСТОЮ! Я всех демонов перерублю!
Муичиро:
— Ты не Мицури и не Шинобу. Эти женщины куда сильнее тебя — и физически, и морально.
Слова хлестнули больнее удара. Внутри всё вскипело. Я быстрым шагом подошла и отвесила ему звонкую пощёчину. Его пустой взгляд впервые за всё время наполнился удивлением — будто никто и никогда такого с ним не делал.
А меня уже несло. Испугавшись собственной вспышки, я не заметила, как по щекам потекли слёзы.
Инуи:
— Я стараюсь! Правда стараюсь... Но тебе всё равно. Каждый день ты смотришь на меня, как на мусор. Твои тренировки — не ради пользы. Ты будто проверяешь, сколько я выдержу, прежде чем сломаюсь!
Мои слова дрожали, руки были сжаты в кулаки так сильно, что ногти впились в кожу.
Муичиро (тихо, но твёрдо):
— Расслабь руку. Больно же...
Он поднялся и посмотрел на меня сверху вниз.
Муичиро:
— Никогда не давай волю эмоциям. На поле боя они убивают. Я научу тебя всему, что знаю сам.
Он едва заметно улыбнулся и развернулся.
Муичиро:
— Сегодня отдыхай. Завтра продолжим.
Его слова эхом отозвались в груди. Я устало рухнула на траву, не веря, что он впервые заговорил со мной иначе.
А вдалеке мои друзья наблюдали за всей сценой...
Зеницу (возмущённо, но с дрожью):
— Эй! Он что, только что заставил её плакать?! Я его прирежу! Как он смеет так холодно с ней обращаться?!
Иноске (фыркая):
— Да ладно тебе, молчи! Ты слышал звон который она дала ему?! Она хищница а значит моя подчиненная
Зеницу:
— Подчинённая?! Ты совсем с ума сошёл?! Она прекрасный цветок, а не твой «подчинённый»!
Иноске:
— Цветок? Она хищница, понял?! Её место рядом со мной, зверем!
(Зеницу уже начинает нервно трясти.)
Танджиро (пытаясь успокоить обоих):
— Ребята, тише! Вы её только спугнёте. Она же и правда устала... И если честно... — (тихо, с тревогой) — я никогда не видел её такой разбитой.
Иноске (подозрительно):
— Ты чего так говоришь? Ты тоже, что ли, глаз на неё положил?
Танджиро (краснеет, машет руками):
— Н-нет! Я просто переживаю за неё, как друг!
Зеницу (подозрительно прищурившись):
— Ага-ага... Так мы и поверили.
В итоге троица продолжала «сталкерить», каждый со своими мыслями: Зеницу — в ярости и ревности, Иноске — готовый броситься в бой с «облачным» парнем, а Танджиро — с сердцем, сжатым тревогой, и лёгкой тенью страха, но сегодня они выдохнули и лишь радовались за подругу.