Эффект бабочки

С самого утра его день шел наперекосяк. На тренировке клинок обломался о макет двенадцатиметрового титана.

Никогда такое не происходило с ним. На завтраке какой-то криворукий новобранец облил чаем. Его любимым чаем. И апогей "везения": Смит любезно попросил парня ассистировать Ханджи с опытами над двумя пойманными накануне титанами.

Несколько месяцев они пытались захватить гиганта живьём, однако каждый раз их люди погибали в ходе операции, а сам титан со своей фирменной улыбочкой удалялся в закат. В итоге Эрвин подключил к делу своего сильнейшего бойца.

Вдобавок с раннего утра Леви приходится ходить за Зоэ и выслушивать, какие эксперименты она хочет поставить сегодня, а какие она уже запланировала на следующую партию подопытных.

Глаза безудержно закатывались от такой самонадеянности, эта женщина точно ненормальная. Они ещё даже не вышли за стены, а она уже уверена в успехе. А больше всего удивляло другое, она нисколько не сомневается, в том что Разведкорпус будет существовать до этой самой следующей партии.

Солнце слепило глаза, а зелёная трава хрустела под тяжестью армейских сапог. Снаряжение уже было закреплено, а лошади накормлены и напоены. Они с Ханджи шли по главной дорожке, ведущей из казарм к загонам с лошадьми. Девушка шла рядом, ее рот быстро шевелился.

«Наверно, что-то говорит», - он перевел свой безразличный взгляд от болтливой напарницы.

Странным образом Зоэ напомнила ему о другой собеседнице. Правда, от той он не мог вытащить и слова. Прошла ровно неделя, как Леви распрощался с той брюнеткой. Та ночь прошла, словно одно мгновение. Нет, нихрена. Ту ночь он будто проживал целый год. Организм тогда так истощился, что по пришествии в корпус сон сморил разведчика мгновенно.

- А ты знаешь, что у них нет органов пищеварения! - воскликнула девушка громче обычного.

Камень, лежащий на душе, будто уменьшился в размерах после разговора с куртизанкой. Давно следовало поделиться с кем-то наболевшим.

Странно, что местная проститутка стала этим "кем-то". С другой стороны, а с кем ему откровенничать? Эрвин? - этот сукин сын, конечно, умён, но доверия умом не заработаешь. Зоэ? - Святая Сина! Леви пытается свести их общение к минимуму. А делиться с ней чем-то сокровенным может быть небезопасно для его итак неуравновешенной психики.
Несильный толчок прилетел в левое плечо. Бросив грозный взгляд в сторону коллеги, Леви цокнул.

- Лишние конечности завелись?

- Ох! Как мне страшно, - карие глаза закатились. "Маленькие животные всегда пытаются казаться более грозными, чем они есть на самом деле". - Ну? - требовательно протянула девушка.

Мужчина сжал переносицу пальцами. Назойливость Зоэ скоро доконает беднягу.

- Что ну?

- Ты будешь участвовать в эксперименте?

- Я не лягу под нож, неугомонное ты существо, - с усталостью проговорил он. "Сколько можно спрашивать одно и то же?"

- Да я не про это! - рука взлетела в безразличном жесте. - Ты поможешь нам надеть на титана оковы?

- Нет, - разумеется, Аккерман обязан ассистировать Ханджи в ходе опыта, но набить цену никогда не бывает лишним.

- Ну Леви! Ты же разведчик! А значит, ты должен делать все на благо человечества! - сказала шатенка, набрав в лёгкие побольше воздуха.

«Должен!» - это вполне обычное для других слово, сейчас стало последней каплей в его рюмке терпения.

Рисковать своей жизнью до конца дней. "Какое счастье, что я выбрался из подземелья!" Променять смерть в грязных катакомбах на смерть в желудке тупого людоеда. Не то чтобы Леви боялся умереть, вовсе нет.

Просто мужчина нежелание подчиняться кому-либо и рисковать жизнью ради безмозглых свиней, живущих в стенах было сильнее. Они даже не ценят то, что разведчики регулярно подвергают себя опасности.

Да, они ничего не добиваются в ходе вылазок. Но это ведь не повод опускать руки в конце концов. "Черт! Я уже оправдываю этих смертников!"

- Должен? - он проницательно смотрел на Зоэ. - Я никому ничего не должен, поняла? - не дожидаясь ответа от собеседницы, Леви ускорился в сторону загона.

Девушка, ошеломленная реакцией брюнета на такую безобидную фразу, стояла как вкопанная. Когда ступор сошел с женского тела, шатенка беспечно крикнула.

- Леви! Ты что обиделся? - быстрым шагом она бросилась к мрачному напарнику.

Мужчина не обращал внимание на мельтешащую сбоку Ханджи.

- Брось! Мы же друзья, а на друзей не сердятся, - рука потянулась к плечу для беззаботного похлопывания, но Леви резко посмотрел в ее сторону.

Не борись она с кровожадными чудовищами уже два года, то давно бы уже затряслась от этого фирменного взгляда.

- Друзья? - ухмыльнувшись, брюнет проскрежетал. - Даже не думай! Мой лимит дружелюбия исчерпался две недели назад. Больше я в это дерьмо ни ногой.

Взобравшись на скакуна, Леви, сломя голову, понесся в сторону выхода из стен. Женщина в недоумении вспоминала, что такого случилось две недели назад.

«Точно вылазка!» - радостно воскликнула она про себя.

- Оууууу, - радость быстро сменилась осознанием. "Первая экспедиция Леви и соответственно смерть тех двоих ребят."
Неловко потрепав себя по макушке, Ханджи также залезла на лошадь и поскакала в том же направлении, что и парень.

***

Холодная мазь легла на воспалённую кожу вокруг запястий. Лицо сморщилось от неприятного чувства, пронзившего тонкое тельце, но девушка продолжила втирать лекарство.

Вчера Винсент пришел к ней спустя несколько дней затишья. Она вдохнула поглубже божественный запах шалфея и душицы. Клиент чуть не проломил древко ногой, бедная дверь покрылась трещинами от мужского пинка.

От Винса так и веяло злостью. Правая рука была заключена в шину, в то время как другая с ожесточением сжимала связку ключей от комнаты.

- Ну что, шлюха, понравилось? - ноги медленно двигались к ней.
Девушка в недоумении отходила назад. Страх ударил в голову, а безвыходность душила грудную клетку.

- Чего молчишь? Нечего сказать? - глаза сверкали при виде загнанной в тупик брюнетки. Ему нравилось наблюдать за животным ужасом в серых глазах.

Он внезапно вспомнил, что радужки того самодовольного недомерка были такого же оттенка. Это в конец вывело из себя.

Что-то твердое столкнулось со спиной. Тонкая ночнушка не спасла мягкую кожу от жуткого холода стены. Винсент тем временем не терял время, мгновенно сократив дистанцию. Крепкие пальцы с силой сжали девичьи запястья. Микаса поджала губы до посинения, лишь бы не вскрикнуть при изверге. Она не доставит ему такого удовольствия.

Она сильнее, чем ему кажется. Тощее лицо покраснело сильнее, тонкие губы скривились от количества усилий, которые он прилагал.

Хотелось причинить неимоверную боль этой проститутке. Он хотел, чтобы Микаса вопила настолько громко, что жители Шиганшины подумали бы о вторжении гигантов. Упрямая девка все ещё молчала.

Винсент, наконец, отпустил ее ладони. Не успев даже вздохнуть в успокоении, Микаса почувствовала, как затылок пронзила тупая боль. Это было так неожиданно, что уязвленный вскрик все же вырвался из искусанных губ.

Бледные пальцы потянулись к задней поверхности черепа. Нащупав что-то липкое, она нахмурилась, боль стала ощутимей от ее воздействия. Звяканье чего-то железного послышалось со стороны мужчины.

Переведя испуганный взгляд от окровавленных фаланг вперёд, она нервно сглотнула. Ремень выскользнул из пояса штанов, а те в свою очередь слегка сползли вниз, открывая вид на тазовые кости. Она с трудом сдержала отвращение во взгляде.

- Ложись, - бескомпромиссность в тоне ударяла по ушам. - Быстро.
Микаса, выпучив глаза, остолбенела.

Информация, будто не хотела усваиваться. Дыхание участилось при виде полуголого Винсента, движущегося в ее направлении. Она мигом прыгнула на кровать, лишь бы снова не ощущать его руки на себе.

«Пусть это быстрее закончится» - зажмурившись, повторяла она про себя. Одеяло скомкалось под ней.

Голова упиралась в железную спинку кровати. Затылок пронзила новая порция мучений, от этого веки сильнее напряглись.

- На живот, - Винсент стоял у изножья постели, его сверкающий взгляд не отрывался от женского силуэта.

Резко распахнув очи, Микаса с недоумением посмотрела на него. Конечно клиенты частенько били ее и довольно сильно, но никогда никто не порол. Сложив ремень вдвое, он схватил его обеими руками.

- Ну? - левая бровь подпрыгнула в ожидании повиновения.
Девушка, разомкнув губы, сказала.

- Что ты хочешь от меня? - чётче сформулировать мысли было невозможно.

- Я уже сказал! Или ты оглохла за те дни отдыха? Или, может, тот коротышка так хорошо оттрахал тебя, что ты растеряла последние крохи мозгов? - он ударил кожаным ремнем по ржавому железу мебели.

Микаса едва заметно подпрыгнула от громогласного хлопка. "Что делать?" Взгляд стал метаться по комнате в поиске путей отступления. Ничего.

Единственный выход - окно. Второй этаж. Максимум, что ждет - это вывих или растяжение. В крайнем случае перелом, но и это не так пугало, как псих, стоящий прямо перед ней. "Нет! Нельзя!" - быстро отдернула она себя.

Звук шагов заставил оторваться от созерцания холодного металла оконной рукояти.

- Мне перевернуть самому? - ноздри широко расширялись и сужались от недовольства.

Нервно сглотнув, брюнетка перевернулась на живот. Нос уткнулся в ткань постельного белья. Удар. Винсент даже забыл задрать подол ночной рубашки. Он всегда был нетерпелив. На самую малость, но все же пижама смягчала боль от битья.

Видимо, русоволосый догадался об этом преимуществе, поэтому немедля оголил ее по пояс.

Один за другим шлепки сыпались на нежную кожу бедер. Ни один писк не вырвался из горла. Подтянув подушку к себе, она прикусила ее уголок. Слезы текли из глаз, а лицо горело, будто нескончаемо прибывало в адском пламени. Кожа на ногах краснела и ныла. Острая боль снова и снова пронзала ягодицы. Зрачки закатились, а сознание укрылось в дымку от агонии, будто в мягкое покрывало.

«Крылья свободы» развевались пред глазами. Она огляделась по сторонам. Кромешная тьма окружала деву, только два крыла продолжали порхать как ни в чем не бывало.

Внезапно картинка стала расширяться и в поле зрения попала чья-то широкая спина. «Эрен?» - с сомнением пролепетала она. Микаса знала истинного владельца куртки с гербом Разведкорпуса, но признаваться себе отчаянно не хотела. Сердце забилось, словно какая-то адская машина, когда брюнет повернулся к ней.

Что-то холодное полилось на лицо. Но все отошло на второй план, когда Микаса заметила с каким выражением разведчик смотрел на ее лик. Отвращение плескалось в серо-голубых глазах. Ком встал поперек горла, хотелось хорошенько прокашляться, лишь бы чувство обиды покинуло грудь.

Осуждающе покачав головой, солдат снова открыл вид на два крыла. Ручейки солёной жидкости потекли по щекам. Силуэт мужчины стал отдаляться.

- Нет! - ладонь самопроизвольно потянулась к юноше. «Нужно остановить!» Микаса бежала за ним, но ноги не двигались с места. Будто ее подвесили за канаты в воздухе.

Словно марионетка. Обречено болтая конечностями, она с сумашествием пыталась преодолеть невидимую преграду. Все было тщетно, тьма уже поглощала герб на его спине. - Стой! Вернись ко мне!

Она чувствовала что мягкое под собой. Пальцы не сильно сжали предмет под собой. Белье смялось в ладонях. Пытаясь приоткрыть глаза, Микаса свела бровки к переносице. На веках, будто лежали сто киллограмовые гири.

- Давай, давай! Кончай притворяться, спящая красавица, - противный сиплый голос донесся сбоку. Призыв никак не помог ей очнуться от кошмара. - Может, мне поцеловать тебя, чтобы ты проснулась?

Паника снова поселилась внутри. Серебристые глаза мигом раскрылись от угрозы. Мужчина расхохотался.

- Всегда срабатывает, - самодовольная улыбочка легла на губы. Он встал со стула возле кровати и направился к двери, на ходу бросая.

- Мазь на столе, помажься, а то последних посетителей спугнем с твоимто видом.

Морщинка пролегла на лбу. "А что с моим видом?" Привстав с матраса, Микаса схватилась за виски. Голова разразилась ноющей болью. Собрав волю в кулак, Микаса смогла подняться и подойти к окну. Лишь в отражении стекла, она, наконец, разглядела себя. Нижняя губа исчерчена уродливым шрамом.

Гнездо на голове, словно так и приглашало к себе на проживание различные виды птиц. Длинные пальцы погрузились в запутанные локоны. Пряди, долгое время прибывая в крови, спутались и засохли в таком положении. Сил проливать слезы не осталось, два года она жалеет себя и кричит от собственного угнетения, но сегодня что-то очень важное сломалось внутри. Последний винтик слетел из адской машины боли. Пустота поселилась внутри хрупкого тела.

Пора покончить с сопротивлением, возможно, если дать им то, чего они хотят, то и никакой боли не будет? Она потухшим взором наблюдала за розоватой водой, стекающей в слив.

***

Пряные травы чая утихомирили раздражение, завладевшее им. И кто только дёрнул его за язык? Сказать такое Зоэ. Весь оставшийся день эта сумасшедшая преследовала его со своими идиотскими вопросами. "А сколько вы были знакомы? А как вы познакомились? А у тебя был роман с Изабель? А с Фарланом?" При последней фразе парень наплевал на наказ Смита и ушел с полигона.

Леви знал, что Зоэ не станет жаловаться Эрвину, потому спокойно продолжил попивать напиток у себя в кабинете. Душок, исходящий от чашечки, навевал дежавю. Правда, солдат никак не мог вспомнить, что конкретно напоминал ему аромат трав.

Брови подскочили вверх, отложив фарфоровую чашку с горячим напитком на стол, Леви задышал глубже. Сладковатый и ненавязчивый, с едва уловимым оттенком мускуса. Та девушка пахла точно также.

«Странно»

Почему всякая ерунда, любой пустяк напоминает ему о той брюнетке. Разумеется, никогда развязанные особы не вызывали в нем интереса.

Наоборот Леви всегда пытался избегать всевозможных встреч с этими дамами. Но она не была похожа на тех легкомысленных девиц. Нет, брюнетка напоминала ему мать.

Неприязнь начала отбивать чечотку внутри. Почему какой-то Эрлих должен жить своей беззаботной жизнью, в то время как она продает себя всяким грязными извращенцам?

«О! Он же вроде тоже в разведке» - Леви уже предвкушал этот интеллигентный разговор. Ухмылка замелькала на кончиках губ. Не медля, он бросился на поиски солдата.

Идя по коридору, Леви облазил все архивы и поднял на уши всех двух своих подчиненных. Оруо, кажется, и Эрд. Эрвин выделил их ему как благодарность за содействие в отлавливании титанов. Ни в одном документе не числился солдат по имени Эрлих Йергер. Ни в данных Разведотряда, ни в данных кадетского корпуса.

«Может, она обманула меня?» - он быстро отмел подозрение, так как не видел поводов у девушки лгать ему.

Уже десять минут он сидел на крыше здания. Подумать только, ведь недавно он болтал здесь с Фарланом и Изабель. А теперь один. Звёзды ярко мерцали среди темно-синего полотна неба. Голос друзей зазвучал в ушах.

- А правда, что звёзды крутятся по небу? - сказала рыжеволосая чуть-чуть писклявым голосом.

- Наверное, правда, - тут же отозвался Фарлан. Будучи самым рациональным в их трио, он никогда не оставлял вопросы без ответа.

- Леви, а где красивее, здесь или там, откуда ты пришел? - весёло спросила Изабель.

- Не знаю, - он услышал свой задумчивый ответ, словно сквозь толщу воды. - Давненько я не смотрел наверх, - Леви устремил свой взгляд к небесам синхронно с собой из воспоминаний и встал с теплого места. - Фарлан, я все решил. Не буду пока его убивать. Я верю тебе.

Улыбчивое лицо друга перед ним казалось таким реалистичным, что он потянулся в левую сторону от себя. Нога соскользнула с каменного выступа крыши. Половина тела уже нависала над обрывом. Слегка качнувшись вниз навстречу земле, Леви резко бросился назад. Задняя поверхность черепа разбилась о холодный камень строения. Перед глазами возник женский силуэт.

«Мама!»

Затуманенный взор бегал по хрупкой женской фигуре. Рука потянулась к утонченному лицу, но вместо кудрявых локонов, он уловил мягкие прямые пряди. Образ стал проясняться блестящие серебристые глаза, пухловатые губы и та самая улыбка, которую он не может забыть уже неделю.

Да, не может. Сколько парень не пытался себя убедить в безразличии по отношению к азиатке, все было бесполезно. Изящное лицо и стройный стан. Леви всегда считал, что недолюбливает высоких людей, но все предрассудки ретировались из головы при виде нее.

- Леви! Ты что пьян? - "Блять! Снова этот голос!" - Вроде запаха нет.

- Ну, конечно, нет! - головная боль удерживала его от крика. - Потому что я не пил, идиотка, - беззлобно проговорил брюнет.

Тяжело вздохнув, Ханджи помогла парню подняться.

- Так ты простил меня? - неуверенно спросила девушка.

- Пока не знаю, - хмуро сказал он. - Пока что чаши весов находятся в равновесии. - двумя руками он продемонстрировал Зоэ ее хрупкое положение.

- А что, если я скажу, что у меня есть письмо из розыскного департамента на твое имя? - растянув губы в неком подобии ухмылки, Зоэ надела самое хитрое выражение лица из всех имеющихся.

- Тогда я подумаю над твоим прощением более благосклонно, - глаз едва не задергался от безвыходного положения.

- Не, не уговорил, - девушка задумчиво сцепила руки за спиной.

- Ладно, прощаю, блять, - он еле сдерживался от грубых высказываний в сторону коллеги.

- Так без мата мне тут! Ты не в подземном городе, запомни! - полностью довольная собой шатенка протянула бежевый конверт с красным штемпелем.

Леви мигом выхватил документ и бросился к себе в комнату, лишь бы не лицезреть победоносную улыбочку Зоэ.

Пытаясь отдышаться, Леви захлопнул дверь и закрыл ее в два оборота. Письмо зашуршало под пиджаком. Он сунул руку во внутренний карман и с нетерпением развернул конверт.

Закатив глаза от герба военной полиции, изображённой на штампе, Леви разорвал бумагу.

Серые бусинки быстро бегали по тексту. Несколько минут он не мог оторваться от четко выведенных букв.

Смысл документа никак не хотел укладываться в голове. Аккуратно сложив бумагу, он повернулся к двери. Кто-то слонялся возле его комнаты. Достав из выдвижного ящика нож, он подошёл и открыл дверь. Щелчок замка послышался снизу. Он резко дёрнул ручку на себя.

Глаза Эрда едва не полопались от смеси удивления и страха, вспыхнувших при виде начальника.

- Эм, старший лейтенант, простите за беспокойство! Я принес донесение от местного предпринимателя на Ваше имя, - обеспокоенно сглотнув, блондин протянул листок.

Леви кивнул в знак благодарности и захлопнул дверь. Цокнув от недовольства, он скомкал пергамент и выбросил в корзину.

«И как только эта свинья узнала мое имя? Я же не упоминал его!»

В своем послании некий Мартин Штольц жаловался на безответственность солдата разведки и угрожал, что если тот не возместит ему материальный ущерб или хотя бы не починит бедную стойку, то он подаст жалобу в самую высшую инстанцию. Уголки губ приподнялись, когда Леви представил лицо Эрвина, если тот узнает о посещении им борделя и драке, устроенной им.

Естественно, брюнет не собирался поддаваться этим глупым угрозам. Но вспомнив об ответе из департамента, юноша рассудил, что лишним посещение того злачного места не будет, тем более, что ему следует серьезно поговорить с одним человеком.

***

Всю ночь она не могла заснуть. Любое движение причиняло невиданную муку. По этой причине с двух часов ночи Микаса бодровствовала, бесцельно стоя у окна. Ни сидеть, ни лежать, ни даже опереться о стену она не могла.

Безразличный взгляд бегал по прохожим на улице. Одни размеренно гуляли вдоль улочек, другие торопились на работу, а дети просто играли возле городского фонтана.

Прыгая друг через друга, они периодически падали. Их задорный смех долетал и до ее комнаты.

Аккерман вспомнила как когда-то играла с Эреном. На тот момент родители были живы, а они были неразлучными друзьями. "Хорошие были дни." - лёгкая улыбка слетела с лица, когда она вспомнила последние слова сказанные им. "- Лучше бы тебя никогда не было в нашей жизни!" Злость в тоне заставила мурашки пробежать по коже.

Сегодня на удивление была солнечная погода. Лёгкий ветер обдувал лицо. Благодаря варварскому обращению Винса никто из посетителей не арендовал ее уже два дня. Вся опухшая и в шрамах девушка не вызывала в них и намека на возбуждение. По большей части она была готова каждую неделю терпеть избиения, если это гарантирует спокойную жизнь. Приложив холодную влажную тряпку к щеке, Микаса подошла к подоконнику поближе.

Звуки детского смеха успокаивали. Прикрыв глаза, она представляла себя маленькой девочкой, копошащейся в саду с матерью. Каждый день она сидела возле цветов и слушала мелодичный материнский голос, наставляющий ее. Сколько следует промыть те или иные растения, когда можно срывать плоды, а когда не стоит. Отец всегда возвращался с охоты с мертвой дичью в руках.

Будучи профессионалом в сфере охоты и рыболовства, он тоже учил Микасу основам нахождения в лесу и правилам поведения рядом с дикими животными. Вечером родители вместе готовили ужин, а девочка, сидя за обеденным столом, вышивала.

- Мам, смотри. У меня получилось, - улыбка не сходила с детского лица.

- Ты хорошо вышиваешь, Микаса, - девочка приосанилась, глазки ярко заблестели от гордости за свою работу.

- Эта вышивка передается из поколения в поколение в нашей семье, когда у тебя будет ребенок научи его этому.

- Ребенок? - уголки губ опустились, Аккерман недоумевала. А откуда дети вообще берутся? Где ей их достать, чтобы научить рукоделию?

Мимолётная улыбка застыла на лице. Микаса вспомнила краснеющего отца, смех матери и стук в дверь. Стук повторился. Нахмурившись, Микаса открыла глаза и повернулась к двери.

Обычно здесь никто не стучится в гости. Посетители просто вламываются вовнутрь. Она не сдвинулась с места. "Кто это может быть?" Паника скрутилась внизу живота в виде тугого узла.

Щелчок от замка заставил дыхание участиться. "А что если Винсент вернулся?" Она отшатнулась и пробежала взглядом по комнате в поисках оружия. Будто оно могло материализоваться из воздуха.

Шокированная личностью своего нежданного посетителя Микаса открыла рот и растерянно заморгала, пытаясь отогнать глупую иллюзию. Как он посмел прийти сюда? После того безразличного вида, который он принял, когда шел к выходу. А сейчас как ни в чем не бывало разведчик стоял перед ней и просто смотрел.

Просто молча наблюдал за штормом в ее радужках. Сжав ладонь в кулак, она двинулась к онемевшему солдату. Широкими шагами она сокращала и без того короткую дистанцию. Леви не шевелился, предоставляя девушке полную свободу действий. Прикрыв глаза, он напряг пресс и сдвинул ноги.

Он, конечно виноват, но не настолько, чтобы остаться бездетным до конца дней. Юноша глубоко дышал, чувствуя ее присутствие рядом. Ребра сдавила невиданная сила, сделать вдох было невозможно. Что-то щекотало его скулы. Становилось страшно, неужели она задушит его? Он приоткрыл глаза и увидел, что зарыт в копну черных волос. Сладкий запах шалфея забился в нос. Объятия стиснулись сильнее, казалось, ещё чуть-чуть и ребра треснут под таким давлением. Он сжал ее худенькие плечи и слегка отстранил от себя.

Микаса, подумав что сделала что-то не так, хотела уже отойти на несколько шагов. "С чего я вообще решила, что нравлюсь ему? Лезу к нему, теперь он никогда больше не придет!"
Леви мигом подхватил женскую кисть и притянул поближе. Аккерман растерянно сдвинула брови. Вид смущенной девушки беспощадно топил ледники, залегшие в груди.

- Зачем ты пришел? - голос не дрогнул, она непреклонно ожидала ответа. "Сколько можно издеваться?"
Приподняв девушку за подбородок, Леви приобнял Микасу за талию и придвинул к своему лицу.

Его удивлённо глаза скосились от такой близости. Скулы налились румянцем, а губы приоткрылись в ожидании его дальнейших действий. Леви усмехнулся такой реакции и нежно поцеловал девушку. Ощущение ее сухих губ на себе сводило с ума.

Ладонь скользнула на бледную лебединую шею, язык скользнул по ее нижней губе и что-то металлическое отпечаталось на кончике. Желая посмотреть на причину этого своеобразного привкуса, Леви отодвинулся. Небольшой шрам красовался на устах.

Взгляд заскользил по лицу девушки и только сейчас он смог заметить болезненную бледность и алые кровоподтеки на ее левой щеке. Не нужно быть детективом, чтобы догадаться откуда взялись ушибы.

- Тот долговязый? - девушка разорвала зрительный контакт. Леви, поймав ее за подбородок, повернул к себе. - Отвечай!

Микаса не могла смотреть на юноше. Ее взор был направлен на стену за его спиной. Ничто не заставит девушку взглянуть ему в глаза.

- Значит он. Почему ты терпишь это? - вертя головой, Леви пытался встретиться с ее серыми блюдцами. Будто издеваясь над ним, девушка опустила голову. Он не собирается довольствоваться ее немногословностью. - Может тебе нравится твоя работёнка?

Аккерман резко взглянула на него, будто смачная пощёчина прилетела в и без того раненную скулу. "Как он смеет?" Острые женские костяшки прошлись по его подбородку. Именно такого ответа он и ждал. Нужно растормошить девчонку.

- Неужели это не так? - ехидно протянул он, сплевывая слюну с примесью крови.

Поджав губы, Микаса замахнулась в очередной раз. Удары посыпались на его лицо, словно капли дождя. Один за одним. После того как "хрупкий" кулачок столкнулся с нижней челюстью, Леви не выдержал и упал на пол. Присев на дощатый пол, он вправил височно-нижнечелюстной сустав.

Устремив взор на виновницу, Леви заметил ее широко распахнутые очи. Нижняя губа задрожала. Ему казалось ещё немного и девушка расплачется. Не этого ему хотелось. Необходимо было разбудить в ней бунтарский дух, но никак не довести до слез.

Поднявшись с сырого дерева, он достал свой складной нож. С детства он не разлучался с этим оружием. Кенни подарил его, когда Леви было около шести лет. Ну как подарил? Просто вставил в руку и стал учить самозащите. Но ведь это можно назвать презентом?

- Держи, - вложив в руку Микасы орудие, он отошёл подальше ко входу.

- Тебе решать, что с ним делать. Выкинуть в окно или использовать.

Остаться в этой вонючей яме или выбраться на поверхность. Борись за свою свободу. Борись за свою жизнь. Борись за себя. Только ты можешь позаботиться о себе.

Пальцы сомкнулись вокруг деревянной рукояти оружия.

- Оставить любимого человека умирать? Кто позаботиться о Карле? Может ты? - она ткнула острие в его сторону. Глаза заволокла ярость и обида. "Неужели он забыл, о том что я рассказала?"

- Да, - склонив голову набок, он прищурился. - Потому что мне плевать на эту Карлу. А на тебя нет. Хочешь и дальше прогинаться под жирными толстосумами? Пожалуйста! Но не нужно прикрываться благородием. Не думаю, что эта женщина хотела, чтобы ты прозябала здесь до конца дней. Причем по ее же вине.
Дрожь охватила ее тело. Плечи сотрясались от неравномерного дыхания, но ни одна слезинка не сорвалась с темных ресниц.

- Может, дело вовсе не в ней? - хитрый прищур образовывал морщинки возле глаз. Он видел ее насквозь. - Дело в Эрене Йгере, верно?

Микаса молчала, то что он говорил. Даже она не могла сказать, истина это или нет. Что-то внутри подсказывало, что каждое слово разведчика верное. Но она не хотела смотреть правде в лицо.

- Я прав, - сложив руки на груди, Леви взирал на нее сверху вниз. - Тогда тебе будет интересно, что я узнал о твоём ненаглядном, - мгновенно подняв лицо, она увидела кривую ухмылку на его лице. - Любишь его?

- Нет! - не раздумывая, ответила Микаса. - Тебе не понять!

- Когда мы целовались, я не казался тебе таким глупым. И когда сидели на этом самом месте и откровеничали, я и тогда не казался тебе тупым. - рука взлетела, указывая на то самое место у кровати. - Так что изменилось теперь?

- Его отец умер из-за меня, - ладони массировали распухшее и покрасневшее лицо. - Я виновата во всем.

- То есть ты сама наказываешь себя? Довольно занимательно. Не знал о твоих сомнительных наклонностях.

- Перестань!

- Не нравится слушать правду?

- Да не нравится! Уходи, - она не заметила как слова полились из нее.

- Хорошо! - сделав пару шагом навстречу Микасе, он достал пергамент из кармана и вручил его ей. - Прочитай на досуге. Может, до тебя всё-таки дойдет, что я хотел сказать.

Как только пальцы сомкнулись на сложенном вдвое листе, Леви скрылся за дверью.

Присев на матрас, Микаса принялась массировать виски. Силы покинули ее за время разговора. Столько диаметрально противоположных чувств она никогда не испытывала.

Хотелось обнять его, поцеловать, ударить и в конце концов убить.
Письмо притягивало внимание. Раскрыв бумагу, она погрузилась в чтение. "Он подал запрос на поиски Эрена?" Глаза быстро переходили от слова к слову. Она с голодом поглощала информацию, изложенную в послании. Дочитав конца, Микаса скомкала листок и запустила его в окно.

«Не может быть!»

Слезы неконтролируемо вырывались из глаз. Губы дрожали синхронно со всем телом. Снова присев на край кровати, Аккерман прикрыла мокрое лицо руками.

"850 год. Свидетель Борис Фойльнер.
Во ходе битвы за Каранес военная полиция и гарнизон были вынуждены запросить помощь у юных членов кадетского корпуса.

Лучших бойцов отправили в арьергард, остальные же кадеты поступили под наше командование. Проиграв битву, мы отступили за стену Роза.

Список павших в бою кадетов:

Томас Вагнер
Ханна Диамант
Франц Кефка
Самуэль Линк-Джексон
Накк Тиас
Эрен Йегер
Армин Арлерт
Милиус Зельмски
Мина Каролина
Даз Кляйн

Остальные числятся либо среди пропавших без вести, либо среди лиц, не поддающихся опознанию.

Сведения предоставил младший лейтенант Борис Фойльнер"
Все эти годы она думала, что Эрен счастлив, путешествуя за пределами стен, а теперь оказывается, что парень был жестоко съеден титанами.

Сердце закололо от несправедливости. Она помнила каким смелым он был. Как храбро защищал ее, когда они гуляли вечером в лесу.
Его слова всплыли в сознании.

- Ты сама не знаешь чего хочешь, - его серьезный не не по годам взгляд вызывал табун мурашек. - Ты что так и будешь всю жизнь бояться ? И ни разу в лес не зайдешь? Так и не узнаешь, что там в самой чаще?

- А это плохо? - тонкий голосок задрожал под таким натиском.

- Не то чтобы плохо, просто ты живёшь как курица, - махая перед лицом палкой, Эрен представлял, что это клинок для убийства титанов. - Проживёшь всю жизнь в своем закутке. И когда-нибудь тебя убьют. А ты и понять ничего не успеешь.

В тот день мальчишка довел ее до слез. Потом весь вечер он пытался успокоить подругу. Тогда она не знала, что смерть не самое страшное, что ждало ее.

- Соскучилась? - насмешливый голос раздался слева.
Приоткрыв от неожиданности рот, Микаса быстро засунула нож под подушку.

- Зачем пришел? - спросила она, пытаясь его отвлечь.

- Как грубо. Ты заставила меня хорошенько раскошелиться, детка. Так что сегодня неудовлетворённым я не уйду.

Нервно сглотнув, Микаса поднялась на ноги.

- Да что ты говоришь? Неужели мое уродливое лицо не смущает тебя?

- Да, жутковато выглядишь. Но ничего, я на лицо смотреть не буду. Главное хорошо работай ротиком.

Брезгливо скривив губы, Аккерман отвернулась от него и проверила наличие оружия.
Что-то тяжёлое упало на нее сзади.

- Что ты творишь, идиот! - девушка ворочалась, пытаясь скинуть тушу с себя.

- Отрабатывай свои деньги, шлюха, - он вдавил ее лицо в матрас.

Дышать стало невыносимо. Повернув голову вбок Микаса смогла сделать, наконец, глубокий вдох. Треск от разрывающейся на тряпки ночнушки разбудил в ней панический ужас.

Тело зашлось в судорогах. Аккерман металась по двухместной кровати. Накрутив угольные локоны на кулак, Винсент рыкнул ее на ухо.

- Если не угомонишься, я изобью тебя, а потом заставлю взять в рот, ясно? - кожа на шее натянулась, позвонки захрустели под большим углом.

"Он сильнее."

Девушка обмякла в его руках. Он стянул с нее трусики.

- Умница, - он резко вошёл в нее.

Хриплые стоны стали вырываться из горла. Микаса, стиснув зубы, ждала, когда он получит свою порцию эйфории и покинет комнату.

Интенсивные точки причиняли боль. Будто низ живота нескончаемо протыкали острым клинком. Оглушающий крик вырвался из горла.

Пот выступил на лбу от бесполезных попыток увернуться. Девичье тело горело под ним. Приближаясь в своей кульминации, он протиснулся глубже в нее. Гортанно прорычав, Винсент вытер солёную жидкость с лица и лег на другую половину постели.

Микаса никак не могла оторваться от ткани белья. Чувствуя теплую жидкость на внутренней поверхности бедер, она вскочила и с ожесточением стала вытирать ноги одеялом. Кожа покраснела под таким напором.

Вытерев ноги насухо, Аккерман все равно не могла избавиться от ощущения его внутри себя. Ногти стали усиленно сдирать чешуйки кожицы. Капельки крови выступили на поверхности. Ладони покрылись неунимаемой дрожью.

Унижение перемешалось с омерзением к самой себе. Но больше всего Микаса испытывала ненависть к рядом лежащему телу. Повернувшись к Винсенту, она протянула дрожащие кисти к подушке и достала стальной нож.

Ощущение холода от металла вселяло уверенность. Картинки изнасилований и избиений вспыхнули перед глазами. Все тело ломило от недомогания.

Синяки усыпали ее бедра и плечи.
Перекинув одну ногу через мужчину, Микаса села на его живот. Его похотливые глаза недоуменно распахнулись.

- Что добавки хочешь? Давай попозже, - Винсент уже хотел перевернуться на другой бок, когда что солёное покапало на него сверху.

- Что за хуйня? - Он провел рукой по лицу, тем самым убирая жидкость с себя.

Микаса обхватила рукоять обеими ладонями и замахнулась.

«Борись за свою свободу!»

Клинок воткнулся прямо в сердце мужчины. Захаркав кровью, Винсент потянулся к ее шее. Не давая ему ни малейшего шанса на спасение, Аккерман ещё раз засадила нож в грудь по самую рукоять. Бесстыдные глаза посетителя закатились.

Красная жидкость срывалась с кончика губ на в прошлом белую ткань. В нее будто вселился кровожадный демон. Колотые раны продолжали сыпаться на худощавый труп.

Она ощущала, что теперь мужчина не сможет навредить ей. Но тело, будто жило отдельно от мозга. Капельки крови падали на бледное лицо. Измазав руки в вязкой жиже, Микаса прошлась ими по своей ночной рубашке, ни на секунду не выпуская сталь.

Сознание, кажется, стало проясняться, когда она очистила кожу. Глаза в сумашествии забегали по мёртвому лицу, ища признаки жизни.

«Я убила человека?»

Голова запрокинулась назад, оглушающе крича, Микаса не отрывалась от вида потолка. Желтоватые пятна виднелись на всем его периметре.

Горло саднило, однако истошный вопль и не думал прекращаться. Молчание причиняло боль. Микаса боялась, что внутренний голос станет пожирать изнутри.

Рев сменился тихим хрипом, она стремительно отпрянула от трупа. Соскользнув с кровати, Аккерман забилась к стене у окна. Коленки подтянулись к груди, а подбородок раз за разом ударялся о коленные чашечки.

Сердце болезненно барабанило по рёбрам. Дышать становилось все труднее. Перед глазами стало темнеть от переизбытка кислорода. Испарина выступила по всему телу. Куски ткани неприятно липли к коже.

Все лицо было влажным от жуткой смеси жидкостей. Слюна, кровь и перемешались между собой. Скрип половиц заставил раскрыть глаза шире.

Она не верила своим глазам. Разведчик снова стоял в дверях. Его зрачки бегали по темной комнате. Знак вопроса все чётче читался в них. Взгляд остановился на темном силуэте, свернувшемся в клубочек в углу комнаты. Мигом подскочив к девушке, он осмотрел ее.

Мазнув большим пальцем по щеке, он стер кровавое пятно. Она затаила дыхание. Последняя надежда на встречу была растоптана ею пару часов назад, когда Микаса лично прогнала его. Не веря своему счастью, брюнетка провела липкой ладонью по щетинистой щеке.

- Давай без сентиментов, - заключив ее руки в свои, он вытащил грязный клинок и убрал его подальше. Потянув брюнетку на себя, Леви понял девушку на ноги.

- Я убила его, - голос дрожал, а глаза повлажнели, - Я убила человека.

- Довольно громкое заявление, - ухмыльнувшись, Леви попытался приободрить ее. - Максимум жестокое обращение с животными.
Девушку это не рассмешило. Лицо, словно окаменело.

- Слушай, ты ведь так и не сказала мне свое имя, - обхватив ее лицо руками, парень попытался сменить тему.

- Микаса, - отблеск осознания мимолётно блеснул в грозового цвета радужках. - Микаса Аккерман.

- Красивое имя, - перекинув руку через плечо, он приобнял Микасу за талию. - Нам надо сматываться отсюда. И поскорее.

- Почему? - оперевшись на его крепкое тело, Аккерман почувствовала, как спокойствие приходит на смену беспокойству.

- Ну, я скажем так переборщил немного, - размеренным тоном он продолжил объяснение. - Когда пришел за тобой. Меня не хотели пускать.

Что теплое разливалось в груди, пока Аккерман слушала мужчину.

- Почему? - хриплый голос ласкал уши, поэтому она не хотела, чтобы он молчал.

- Видишь ли я потратил все свои деньги ещё в прошлый раз. Пришлось как-то выкручиваться. Не думала же ты, что я способен потратить такую сумму в борделе несколько раз за месяц?

Уголки губ неосознанно растянулись. Она и не заметила, как парень ловко вывел ее из разгромленного им первого этажа. Леви специально отвлекал Микасу, не желая ещё больше травмировать психику видом мертвых тел вышибал.

Смит отмажет его. Тем более, что разведчик сработал чисто и не оставил никаких улик, ведущих к нему. Они в обнимку шли по ночному Тросту. Вид звёздного неба открывался над их головами. Микаса откинула голову назад, любуясь видом. Вдохнув свежий воздух поглубже, Аккерман улыбнулась.

Ощущение независимости придавало жизненные силы, которых ей так не хватало уже два года.

- Я хочу поступить в разведку, - не отрывая взора от звёзд, сказала Микаса. - Хочу бороться за свободу человечества.

Его, будто ударили здоровенным кирпичом. Неужели история повторится снова? Нет, не за что. Он не допустит этого.

- Нет, - он даже не изменился в лице.

- Что? - резко посмотрев на Леви, брюнетка отхлестала его прядями.

- Что слышала, - подойдя к небольшому домику на окраине города, Леви отстранил Микасу и достал ключи.

- Ты не смеешь указывать мне! Я уже решила это, - скрестив руки на груди, Аккерман наблюдала за тщетными попытками Леви вставить ключ в замочную скважину. Каждый раз металл ударялся мимо.

- Помолчи хоть секунду, пожалуйста, - с усилием выдавил он из себя.

- Ладно! Потом обсудим, - сказала Аккерман стальным голосом.

- Блять! - воскликнул солдат, когда ключ стукнулся мимо замка.

«Эта девчонка загонит меня в псих-больницу!»

Поджав губы, Микаса безмолвно стояла рядом. Наконец-то попав в цель, Леви вздохнул и отворил дверь.

- Заходи, - одним движением он зажег свечи и осветил мрачную комнатушку.

Квартирка умещала в себе небольшую кухню, один стол, видимо, для работы, и ещё одну комнату, скорей всего ванную. Глаза бегали по неизведанному месту. Пара канделябров для освещения вечером, занавески какого-то темного оттенка и одна двухместная постель. Стоп! Одна?

Щеки заалели при виде мягкой кровати.

«Он что будет спать со мной?»

Увидев ее вопросительный взгляд и проследив за направлением, Леви уверил ее.

- Ты будешь спать одна. Я не могу покидать казармы, поэтому жить ты будешь здесь она, - повернувшись к Микасе лицом, Леви аккуратно вложил ключи от дома ей в ладони.
Выпучив глаза, Микаса не могла связать и слово.

- Но? Как? А ты?
Правая бровь подскочила наверх.

- Хочешь, чтобы я остался?

- Нет! Да! - мигом выпалила она. Осознав оплошность, девушка договорила. - То есть я имела ввиду, - неуверенно кусая губы, Микаса пыталась как можно правильнее сформулировать мысль. - Ты снял ее для меня?

Следя за тем, как девушка мучает губу, Леви незамедлительно ответил.

- Да.

Сердце отбивало чечотку, дыхание стало безумно неравномерным. Незнание, что сказать, сводило с ума.

Приподняв левый уголоу губ, Леви осознал, что может бесконечно наблюдать за душевными распрями девушки. Взглянув на часы, солдат вспомнил о своем служебном долге.

- Мне пора. Надеюсь, ты не сведешь себя с ума тут.

Движение в сторону выхода было оставлено. Сцепив тонкие пальцы вокруг мужской кисти, Микаса непреклонно проговорила.

- Обещай, что вернёшься ко мне, - видимо, его самодовольное выражение на лице было чересчур заметным. Скулы и длинная шея девушки покраснела в смущении.
На ум мгновенно пришла последняя фраза Изабель, адресованная ему.

- Вернись! Обязательно вернись, - радостное лицо девушки было устремлено на него. Кто знал, что это были ее предсмертные слова?
Картинка окровавленной головы Микасы всплыла в сознании.

«Это больше не повториться»

Он потерял мать, из-за своей слабости, он потерял друзей, из-за своей глупости, но теперь все изменилось. Леви добьется своей цели и больше не потеряет никого.

- Обещаю.