Доугой исход.
////////////////
—К-Коля?.. — процесс захватывающей игры был внезапно приостоновлен.
Сигма был весьма сентиментальным парнем и чувствительным даже к лëгким прикосновениям, хотя с таким другом, как Гоголь, к любым прикосновениям можно было бы уже давно привыкнуть.
—Если ты не понимаешь намëка, то я могу сказать тебе всë прямым текстом... — голос белобрысика прозвучал не как-то по-задрски или вызывающие, тон был даже не какой-то озлобленный. Его голос был таким бархатным, таким маняще-сладким, что Сигме каплю стало не по себе. В очередной раз вздрогнув, в двухцветной макушке проявился интерес к ситуации, скорее выходит даже, что не в макушке а в самом сердце.
—Я-яя! — глубокий вздох — Согласен...
И после Сигма уже зажмуривает со всей силы свои глазки, не представляя и представляя, что может произойти в следующую секунду: Коля полезет дальше или он резко оборвëртся и начнëт кричать, что это всë шутка, или что-то ещë. В общем и в целом было абсолютно неизвестно чего именно ожидать.
—Я так рад это слышать) — и в следующую секунду, столь ожидаемой Сигмой, он слышит эти слова около своего уже совсем раскрасневшего уха. Эти слова явно не то, что можно было бы ожидать и не то, что можно было бы представить вообще!
Здесь какой-либо диалог обрывается и Николай начинает действовать.
Для начала он посильнее прижимает своего друга в объятиях, чтобы достаточно детально прочувствовать его тепло и его, казалось бы хрупкую спинку, сквозь футболку. От этих столь особенных объятий Сигма внутренне приходит в восторг, ведь его, даже мама в младенчестве не обнимала так, как сейчас сделал его самый лучший и близкий друг.
Одними объятиями конечно ничто не заканчивается и далее в ход пускаются более эффективные действия рук Гоголя. Из объятий они переходят на плечи, попутно начиная их разминать. С каждым движением рук этого клоуна, Сигма расслаблялся всë больше и больше, позабыв, что такое поведение у его друга впервые и то, что именно такое поведение очень на него не похоже. Но как ни крути, когда с каждым разом мышцы всë больше приходили в некоторое спокойствие, тем больше с этого релаксировал Сигма. В один момент он неожиданно сам для себя облегчëнно и протяжно вздохнул, решив не обращать на это внимание он продолжал наслаждаться моментом, а вот массажист отметил, что вздох был очень даже возбуждающим.
Спустя ещë несколько необычно-сладких вздохов, Сигма замечает, что чужие руки стали замедляться. И вот когда, уже стало потихоньку нарастать желанием возразить, мол, почему ты остановился и прочее, тогда эти ручки, всë так же держа медленный темп, ласково и плавно перешли на лопатки, а затем, недолго пробыв на лопатках, руки спустились раслабить чужую миловидную талию. Каждое движение, будто было заучено заранее или же предписано самой судьбой, но как же они чувствовали каждую клетку тела Сигмы. Он, к слову, приходил сейчас в полнейшем замешательстве. Тело ликовало с каждым мельчайшим прикосновением и было готово устроить бунт, если сейчас кто-то посмеет прекратить эти невероятные минуты наслаждения полного расслабления. Головой Сигма в это время понимал, что что-то явно не то и нет конкретно в этой ситуации, мозг не понимал что, кто, где и когда, и особенно было не ясно: почему так хорошо?
Дальше — интереснее. Коля для удобства становится на колени, дабы его волшебные и драгоценные ручки теперь могли бесстыдно залесть под чужую ненужную футболку, а после уже совсем от неë избавиться. Теперь же площадь для пдотских утех стала больше и чужие пальчики были готовы позларадствовать над всем чем можно было и нельзя. Начав с талии, Гоголь пошëл уже не с верху вниз, а наоборот. И всласть натрогавшись чужой талии, всë те же чужие руки резко взмываются вверх к груди Сигмы, а точнее к соскам. Бедолага ещë не успел понять произошедшего, как тут же сильные этегатные пальцы занялись одной из эрогенных частей тела парня. От некоторой ожиданности он даже чуть ли не взвыл, на своë удивление, от удовольствия, ведь прежде всë было столь раслабляюще, было так тихо, приятно, хорошо, но тут в один миг раз! И сразу туда где изначально по идеи было бы страшнее всего.
В светловолосой голове воцарил тотальный хаос. Рассудок говорил: "нет, так нельзя, ведь вы же оба парни", но тело кричало и кипело сильнее желая м каждым-прикаждым прикосновением большего. Действия нужны были более страстные, поэтому всë так в действительности не происходило, но как ни крути здесь накал страстей поднимал не один Коля, но и соответственно Сигма: от каждого перехода ему становилось как-то по особенному неестественно жарче, а дыхание потихоньку сбивалось и становилось чаще.
И вот как-то уже совсем незаметно для Сигмы, он остаëтся без штанов. Где они? Он уже и не думал, он не думал о том к чему сейчас это могло бы привести, он не думал правильно, не правильно сейчас всë происходит, главным было сейчас одно: нарастающий экстаз. На данный момент сейчас Николай своими ручëнками потирал чужие белоснежные ляшки, при этом нарочно неаккуратным образом касаясь полового органа.
Сигма не мог уже как-либо разумно мысли, да и сдерживаться как-нибудь он тоже уже перестал и потому тихие постанывания разносились по комнате. Несомненно у него, и не только, встал, но закончить великое дело не мог никто. Коля нарочно медлил, растягивая чужое удовольствие, хотя при этом страдал ещë больше, поэтому случайным образом начинал ускоряться.
—Сигма-кун, а ты так хорош... — хоть Гоголь и планировал не проронить ни слова, он не смог воздержаться от похвалы для друга, хотя тому сейчас было не до неë как-то.
—Коля! Ахм~... Прошу п-пожалуйста...! — Сигме было не важно, что именно его особенный друг там сейчас сказал, в голове кружилось лишь одно желание, но в любом случае, если бы не данная обстановка парнишка ответио бы что-нибудь в плане "это мои слова!" и после осыпать Николая неосознанной похвалой.
Обстановка конечно же невероятно уже сильно накалилась, ведь Сигма уже как несколько минут сидел с приспущенными трусами и попросту простанывал имя друга с мольбами о том, как же ему хочется поскорее кончить. Точка кипения, экстаза, остановки, называйте как хотите, но в момент всë невероятно приятно закончилось. Окончивший ещë остаëтся в сидячем положении, а вот его друг быстро сматывается в чужую ванную комнату. Всë-таки как никак, не одному Сигме радоваться чему-то столь фееричному.
...
Прошло минут семь. Уже пришедший в себя Сигма стоял около двери в ванную и не торопясь стучал. И вот двери открылись. И вот эти двое стоят лицом к лицу и неизвестным образом спокойно смотрят друг другу в глаза. Они явно не знают, что и скзаать теперь друг другу, но всë же Коля, как главнейший инициатор начинает диалог первым, но...
—Сигма я...
Но его тут же оборвали нежнейшим поцелуем в губы.
—————
С днëм Валентина и Андрюхи Чикатило!)