14 часть
Глаза, казалось, смотрящие в пустоту. Парень, что был а объятиях Аарона казалось не видел ничего перед собой. Не моргал. Не шевелился. Если бы не дыхание, что подвало признаки о жизни, его можно было бы спутать с куклой. Слезы перестали течь, мокрые щеки начали высыхать, будто скукоживается места где были щеки. Было неприятно…
Слегка сморщив лицо, облокотившись на раковину Тсуками смог подняться, Аарон придерживал его. Колени тряслись, как бы говоря о слабости в ногах. Казалось они пробыли здесь вечность, но на самом деле, не прошло и десяти минут с ухода Аарона. Тяжелый вдох, а затем и выдох, руки тоже трясло. Тсуками всячески избегал взгляда, уже от пустившего его Аарона. Видимо поняв, что Тсуками ничего говорить не будет, тот зашел в одну из кабинок. Тсуками же направился к выходу.
Команда уже проходила медосмотр у Эбби. Нила нигде не было, поэтому Тсуками решил, что тот ждет его на улице. Оно и было к лучшему, никто не увидел его распухших и покрасневших от слез глаз. Он оказался прав, как оказалось он вышел ровно в тот момент, когда Рене догнала Нила.
— Увы, из-за этой новости Эндрю не сможет отвезти тебя в общежитие, — сказала она. — Сейчас он нужен Кевину, и это важнее всего. Если ты не против немного подождать, мы с радостью подбросим тебя и Тсуками. В машине у Мэтта полно места. — видимо, она решила начать с Нила из — за отсутсвия Тсуками, не пойдет же она в мужской туалет уговаривать его. Сейчас самым лучшим вариантом было и в правду доехать до общежития. Но, честно говоря Тсуками нравилась эта легкая боль в ногах, нравилось чувствовать как ноги трясуться. Он чувствовал себя настоящим. Он чувствовал себя человеком.
Нил собирался сказать, что против, но у него сам собой вырвался вопрос:
— Почему Кевин так доверяет Эндрю?
— Потому что знает, что на Эндрю можно положиться, — улыбнулась Рене.
— Но ведь Кевин в опасности! — не унимался Нил, точно она не вполне понимала ситуацию. Хотя, может, она и впрямь не понимала. Может, ей не приходило в голову, что́ грозит Кевину, если Эндрю облажается. Она ведь не такая, как остальные члены команды, она нормальная — по крайней мере настолько, насколько вообще может быть нормальным один из Лисов. Бандитов и кровавые разборки Рене наверняка видела только в кино.
Его злило, что она не способна оценить всю серьезность происходящего, но еще больше злило, что он сам все отлично понимал.
Рене протянула ему руку.
— Нил, — сказала она кротко, словно его и не слышала, — Нил, пожалуйста, поехали с нами.
Блондину стоящему неподалеку казалось надоело слушать все это, поэтому ступив вперед, он достал сигарету.
— нет. — Казалось Нил был рад его появлению, но увидив слегка покрасневшие глаза, напрягая. — спасибо Рене, мне приятно что ты беспокоишься о нас. Но у нас еще есть дела, мы лучше прогуляемся. — она тоже заметила опухшие глаза как тут не заметишь? Особенно, если макияжа, который они наносили, сечас почти отсутствовал.
Казалось, Рене не устроил такой ответ, но махнув головой она направилась в здание.
— пока, увидимся в общаге. — бросил на прощание Тсуками. Могло показаться, что сейчас она подойдет и положит руку на плечо одного из парней. Но этого не было. Она просто смотрела на них, пока не потеряла их из виду.
— в чем дело? — задал вопрос Нил, но получив лишь взгляд, пояснил. — что с лицом? Плакал? Из-за чего?
— все хорошо, минутная истерика. Не злись на Рене. — сказал Тсуками пытаясь то ли успокоить, то ли просто перевести тему разговора. Кулаки Нила сжались, он не мог не злиться, но следующие слова Тсуками казалось успокоили его, пусть и немного.
— она не просто так попала в команду. Лисов набирают не за красивое личико, Нил. Я узнаю этот взгляд из тысячи, потому что сам являюсь таким как Рене. Она пережила дерьма, не меньше чем другие. — Тсуками пристально смотрел на него. Он был прав. Неважно, какой была Рене сейчас, неважно какой она была раньше.
Ему нужно брать Тсуками и бежать. Зря они вообще соглашались, зря заселялись в общагу. Нил сейчас отвечает не только за себя, но и Тсуками. Он обещал пойти за Нилом, туда куда пойдет сам Нил. Но, казалось Тсуками этот вопрос не беспокоит. Он был слишком спокоен, слишком безэмоциональным, слишком... Казалось, для Нила сечас все было слишком..
Так он и не заметил, что он оказались к входа в квартиру Ваймака. Отперев дверь Тсуками спокойно прошел в комнату, где они спали, папки оказались под диваном.
– так вот куда ты спрятал... – приподняв брови сказал Нил, на что получил лишь кивок. Заговорил Тсуками лишь когда они оказались на улице.
– знаешь.. А вить, мне очень страшно... – Нил посмотрел на Тсуками. По нему и не скажешь, что тот чего-то боиться. Лишь ночью, когда тот бьеться в истерике, просит не бить его или просто не трогать. Только тогда, ему становиться страшно.
– но, желание жить свободно и решать за себя все самому, превышает этот страх. Я знаю, меня могут найти в любом момент, а могут и не найти до скончания моей жизни. Но даже если это случиться – воспоминания хлынули потоком, как назло, все самые ужасные воспоминания. – я сделаю все, чтобы умереть на месте.
На его лице расцвела улыбка.
– но к тебе это не относиться. Тебе не нужно умирать, у Кевина есть Эндрю. Да, он готов защищать его, ну а я... Я готов защищать тебя, ценой своей жизни, если то понадобиться. – тяжелый вздох по, лишался от Тсуками. – Скажешь, умереть за тебя? Хорошо я умру. Скажешь, убить? Убью. Просто, не оставляй меня одного. Мне страшно, я боюсь одиночества. – да, этот страх застрял в нем еще со смерти родителей. Тогда он почувствовал себя до жути одиноким и это одиночество, заполняло его с каждым разом все больше и больше, каждый раз когда он оставался в комнате один.
Когда Санзу впервые ввел ему наркоту, он забылся. Забыл, об одиночестве, забыл обо всем. Это спасало. Возможно, сейчас он тоже, принимал ее, чтобы приглушить то чувство одиночества что он испытывал. На лице Нила появилась улыбка, возможно он останеться Джостеном чуть чуть дольше.
– поэтому, давай проявим к Дэю сочувствие? Может, я делаю это из - за того, что понимаю какого ему. Пусть нам и угрожает опасность, умереть в любой день, во всяком случае, мы же люди. Для нас нормально сочувствовать, любить и разочаровываться. Тебе не обязательно делать какие-то заслуги, чтобы тебя любили. Нил, ты это ты и например я, хочу защищать тебя, только за твое существование. – Нил улыбнулся забрав папкт из рук Тсуками, сейчас, тот не опирался на него как жто бывает обычно.
Рука акуратно легла на плечо блондина, прижимая того ближе к себе. Голова упала на плечо темноволосого, было хорошо, пусть и немного не удобно. <i>было уютно и так хорошо. Что на минуту, они даже могли забыть, что их могут убить в любую минуту. Так, будто они обычные подростки, без смертей и убийств за их спинами. </i>
Такемичи побежал вперед.
– кто последний, тот ЛОХ! – выкрикнул он в шутку, он и не ожидал что Нил поведеться на это. Да что тут говорить? Нил и сам не ожидал, что поведеться, но детское желание побежать и обогнать его, все-таки взяло верх. Оба, взрослых парня бежали на перегонки в общагу. Выигравшим в этой тяжелой схватке, все таки был Нил. Хоть победу он и отобрал с огромным трудом.
– напомни мне, в будущем: никогда больше, не соревноваться с тобой в беге. – говорил подбежавший Тсуками, что сейчас пытался отдышаться. Внутри Нила, загорелась какая - то детская гордость. Удивительно, но до общаги они все-таки добрались раньше старшекурсников и монстров. Тсуками положил свою папку в комод, к остальным канцелярским принадлежностям, а Нил спрятал ее в вещах. Хотя, он все еще был достаточно обеспокоен тем фактом, что они не купили сейф.
Севастополь на подоконник Тсуками достал пачку сигарет прикурива одну. Глубокий вдох и легкие наполнились дымом. Было приятно.
– почему ты начал курить? – спросил Нил, он точно помнил, когда он познакомился с ним, тот курил крайне редко, сейчас же он это делал каждый день.
– ну, у меня была истерика и один знакомый успокаивал меня с сигаретой в руках. Я попросил одну, потом встретил тебя, у тебя постоянно были сигареты но ты не курил. Вот и потихоньку потихоньку, пристрастился. – ответил Тсуками, вспоминая первую встречу с Нилом. Эти рыжые волосы и приятные голубые глаза. И все же, его настоящая внешность невероятна.
Только Нил хотел что - то спросить, как до их ушей дошел звук хлопнувшей двери. Акураино затушив сигарету, Тсуками убрал ее в пачку. Тсуками выходить не особо хотел, а вот Нил встав вышел в коридор.
Сет, вошедший первым, сразу швырнул чемоданы на пол: он толкал какую-то возмущенную речь, и свободные руки требовались ему для сердитой жестикуляции. Мэтт с терпеливым выражением и третьим чемоданом в руке вошел следом. Пяткой захлопнув дверь, он передал чемодан Сету, который кинул его в общую кучу. Устав Тсуками все-таки встал у прохода в комнату.
Было непонятно, на кого Сет злится больше — на Эбби, Элисон или компанию Эндрю. Сет ругал всех подряд без какой-либо логики и остановился только после того, как исчерпал запас красноречия. В конце он раздраженно всплеснул руками и напустился на Нила и Тсуками:
— Мало мне всего этого дерьма, так еще на место инсайда и полузащитника взяли каких то гребаного лохов! – на этом Тсуками сильно нахмурился, Нил из прошлого или можно сказать, будущего? Рассказывал о нем, с немного печальным выражением лица но всеже. Из этого он сделал вывод что тот только и мог что делать, так жто болтать.
– я бы поспорил. – сказал Тсуками обращая внимание обоих парней на себя. – ты сначала на себя глянь, прежде чем, пиздеть, своим языком что-то про нас. Кевин говорил, что у нас есть шансы, а что же есть у тебя? Ни - ху - я. – по слогам произнес Тсуками, на что получил неодобрительный взгляд со стороны Бойда и копашение за спиной, он встал немного впереди Нила. Сет казалось, был готов ураснеться от злости и уже сечас кинуться на него, но Тсуками не закончил. – что ты такого зделал за эти четыре года прибывания в лисах? Дай ка я угадаю, жаловался на то какая же у тебя хуевая жизнь? Завидовал таким людям как Кевин? Только и мог делать что, так это ссориться с командой? – с каждым вопросом лицо Сета становилось все злее и злее, как бы намекая что Тсуками стоит остановиться.
– да ты совсем ахуел! – выкрикнул Сет видимо сдерживая себя из последних сил, эта ситуация позабавила Тсуками, но он не собирается останавливаться.
– уж точно, не меньше чем ты Сет Гордон. Только и можешь что, пиздеть, своим, ебаным, языком, какая же жизнь хуевая и сидеть на жопе смирно! Что? Что ты сделал чтобы изменить ее? Ты завидуешь Кевину? О, да, ты ему завидуешь. Но твоей ебучке это видно. Может уже хватит, говорить какие же мы хуевые, даже не посмотрев на нас в деле! Я думал, что мы пришли в команду сломаных подростков, а не обиженых "миром" людей, которые для изменения чего-то в жизни и пальцем не пошевелили. Ники же пошутил, что тебя грохнут первым? Я с ним согласен. Потому что ты ненужная фигуры Сэт. Ты сейчас ничего не стоишь, может если хоть чуточку изменишься, выложишься на полную, может быть, на тебя обратят внимание. Но сейчас, ту ни кто. И нечего тут пиздеть, какиеже мы лохи, когда не отличаешься от нас. – Тсуками стоял на расстоянии вытянутой руки. Видимо Сэт решил как "джентельмен" выслушать весь его словесный понос. Потому как, только Тсуками закончил Сэт замахнулся для удара, но Тсуками отступил назад, зайдя в комнату.
Глаза быстро забегали по комнате, в поисках того чем можно было ударить Сэта. К сожалению, ничего не нашлось. Разьярены Сэт забежал за Тсуками, в этот раз, он решил не терпеть как с Кевином, а сразу давать сдачи. Он вновь увернулся и Сэту прилетело с ноги по роже, удар был не таким уже и сильным, но чтобы Сэт ненадолго потерял бдительность. Этого хватило, чтобы сбить его с ног, ударом.
– Ах ты ж! – Сэт резко замолчал, удивительно, но Тсуками выглядел так, будто вышел из какого-то хоррор фильма. Выглядел так будто сейчас был готов убить свою жертву. Это не особо удивило Сэта, поэтому он поднявшись вновь рванул к Тсуками. Но тот, казалось сейчас ничего не видел, Сэт почти ударил его, но руку перехватил Бойд оттаскивая его от готового упасть с ног, Тсуками.
– Сэт, успокойся! Ты видишь, он не в себе! – казалось пытался достучаться до своего соседа по комнате Бойд. – Нил, уводи его.
Нил подхватив Тсуками под руку, начал уводить того с комнаты. Достав ключи от комнаты Тсуками он отворил дверь проходя внутрь. Блондин казалось пришел в себя, потому что подошел к своей кровати и лег на нее тяжело вздыхая.
– что это было? – тут же задал вопрос Нил, на что получил лишь взгляд.
– ну а что? Нефть нас лохами называть, сам ничего не добился зато на нас бочку гонит. – со стороны Нила послышался тяжелый вздох, он знал Тсуками умеет останавливаться когда это нужно. Умеет, в отличии от Нила. Но он не остановился, он знал что Сэт не будет терпеть, но продолжил. Но также, Нил знал, Тсуками был прав.
По крайней мере с первого впечатления, все что Сэт делал так это говорил какие же они все дерьмо. Но, из этого нельзя было делать вывод.
– Ты же собирал информацию на лисов, должен знать какой Сэт гавнюк. Он меня бесит. – изрек Тсуками, да это шло в разрезе с его настоящим характером. Возможно из - за наркотиков, вожможно из за нежелания вновь унижаться, терпеть побои и слушать какой он Плакса, он мог дать сдачи и он это делал.
Пусть в этот раз, отчасти на конфликт нарвался он сам, но все же. Почему он должен терпеть? Он терпел, чуть ли не 12 лет. Пусть это было и не каждый день, но терпел. Терпел когда Манджиро уезжал оставляя его с Санзу, что было ошибкой. Терпел, когда Манджиро начал отдаляться. Терпел, когда ограничили его свободу. Терпел, когда над ним изливались. Но сейчас он не был там, не был в том аду. Он имеет права давать здачи. Он будет давать здачи, не будет терпеть унтжений и оскорблений. Не будет терпеть, всего что ему было не по нраву.
От Нила послышался тяжелый вздох, поняв что его друг больше ничего не скажет он решил уйти.
– я если, что зайду вечером. – не дождавшись ответа, Нил вышел направляясь к себе.
В гостинной, уже на диване, сидел Мэтт. Увидев Нила он поднялся.
– как там Тсуками? Все хорошо? – он выглядел слегка обеспокоеным.
– с ним все в порядке. – спокойно ответил Нил, Сэт по звукам исходящим из спальни, находился там.
– Добро пожаловать в «Лисью нору», — сухо прибавил Мэтт. — Слушай, давай вечером поужинаем где-нибудь в центре? Расслабимся немного, пока не начался весь этот трэш. И вообще, я не хочу видеть Эндрю между дозами. Схожу-ка я к девчонкам. Надеюсь, вы с Сетом друг друга не поубиваете?
Они действительно продержались до возвращения Бойда, но лишь благодаря тому, что усиленно игнорировали друг друга. Сет разбирал вещи после переезда, и Нил был только рад не попадаться ему на глаза. Когда тот управился в спальне и перешел в гостиную, Нил навел порядок и у себя. Мэтт занял один из трех письменных столов своим ноутбуком и до встречи с остальными убивал время за играми. А Нил же отправился к Тсуками, убивая время за разговорами с ним или игрой в змейку на его же телефоне.
Центром» именовалась длинная улица со множеством магазинчиков, ответвлявшаяся от основной территории кампуса неподалеку от «Лисьей башни». Магазины здесь в основном торговали предметами первой необходимости, но была среди них и парочка книжных лавок, что кстати сразу же привлекли внимание Тсуками, и даже несколько пабов. Теперь, когда почти все разъехались на лето по домам, это место напоминало пустынный город-призрак. Таблички на многих дверях обещали открытие осенью, однако отдельные заведения все-таки продолжали работать в расчете на слушателей подготовительных курсов и спортсменов, которые постепенно возвращались на летнюю практику.
– Книги... Мне туда надо! – произнес Тсуками указывая на одну из открытых книжных лавок. Лисы явно удивились такой реакции, потому как все это время он молчал и больше половины пути он слушал, как же безрассудно поступил тем, что подрался с начала с Кевином, в потом и с Сэтом. Услышав про "бойню" Тсуками и Кевина, Сэт явно заинтересовался и остальную часть пути, уже слушали про драку. Но когда рассказ прервал голос Тсуками, это из удивило.
Поразмыслив они решили все-таки подождать, а Рене и Мэтт даже решили сходить с ним. Вышли из магазина они с тремя а то и четырмя книгами, по крайней мере в руках Тсуками. Одна из них была по корейскому языку, остальные четыре были про химию и биологию.
В конце концов компания осела в каком-то баре — пиццерии по совместительству. Г-образная кабинка более чем устраивала Нила: со своего места в углу он превосходно видел остальных. Парни ожидалт шумного дурдома, похожего на тот, что царил дома у Ваймака вечером его первого дня в Южной Каролине (тем более что новоприбывшие Сет и Элисон не слишком ладили с командой), но оказались приятно удивлены. Несмотря на все разногласия, за годы учебы старшекурсники все-таки притерлись друг к другу и почти весь вечер поддерживали общий разговор. Даже Сет и Элисон вставляли реплики, хотя Нил списал их дружелюбие на выпитое пиво. А вот Тсуками, видимо по лицу так не считал.
Эта атмосфера уюта ему нравилась, было приятно и очень хорошо. Никто не орал, не ругался, сейчас они были реально похожи на команду.
Если Нил молчал, то Тсуками же часто что-то говорил. А ближе к разгару ужина, на удивление Тсуками уже вовсю обсуждал что - то с Элисон и та охотно либо слушала, либо что-то говорила ему.
Собственно с Сэтом который достаточно часто бросал взгляд на Тсуками, будто ожидая каких либо действий, оба парня пытались избежать общения. За весь вечер к Нилу лишь пару раз обратился Тсуками, либо Дэн и Мэтт.
Однако в разгар ужина эта парочка смылась. Нил и Тсуками это заметили, но решили не заострять внимание. Но за исключением Элисон, многозначительно ткнувшей локтем Рене и улыбнувшейся Тсуками, так будто они были лучшими подружками что сейчас сплетничали. Никто на это не отреагировал. Кроме того, все старательно избегали упоминать новость о «Воронах», хотя, безусловно, только о них и думали. Других посетителей в закусочной практически не было, а потому в тишине зала голоса Лисов звучали особенно громко.
Наконец Дэн и Мэтт вернулись, оба слегка помятые. По пути к столу Даниэль взяла у бармена счет. Сет поднял кружку с остатками пива и чокнулся с Мэттом, хотя смотрел при этом на Элисон.
Назад в общежитие Дэн и Мэтт шли, держась за руки. Рене, Сет, Элисон и Такемичи шли в четвером и то только потому что Элисон не хотела выпускать локоть Тсуками общаясь с ним о чем-то своем. Нил же замыкал это шествие с улыбкой на губах, все-таки он был рад что к нему не лезут и также был рад, что Тсуками мог спокойно общаться с кем-то.
В коридоре на третьем этаже их дожидался Ники.
— Рене, ты не могла бы набрать Эндрю? — попросил он.
— Он не знает, где его телефон? — поинтересовалась Рене, вытаскивая из сумочки мобильный.
— Я не знаю, где его телефон. И где он сам. Эндрю не отвечает на звонки.
— Черт, Ники, — выругался Мэтт. — Тренер же велел тебе не спускать с него глаз.
— Я помню, — огрызнулся Хэммик. — Сам бы попробовал.
— Где Кевин? — строго спросила Дэн.
— После собрания лежит зубами к стенке, — ответил Ники. — Аарон за ним присматривает.
Рене вскинула ладонь, призывая остальных к тишине. Все моментально умолкли. Держа телефон возле уха, она некоторое время сосредоточенно вслушивалась в гудки. Потом улыбнулась, и парни догадались, что на другом конце сняли трубку, хотя как можно так тепло улыбаться, разговаривая с Эндрю, Тсуками убей бог не понимал.
— Разбудила? — вместо приветствия произнесла Рене. — Я думала, мы вечерком поболтаем, но Ники сказал, ты где-то гуляешь. А, вот как… Ладно, тогда завтра. Может, за ланчем? Хорошо. Доброй ночи. — Она нажала на кнопку отбоя и убрала телефон в сумочку. — Эндрю у тренера. Наверное, Ваймак хотел убедиться, что он принял таблетки. — Рене ободряюще стиснула плечо Ники. — Он в порядке. И Кевин тоже. Отдыхай. Сегодня нам остается только запереть двери и молиться.
— Спасибо, — поблагодарил ее Ники.
Вскоре все разошлись по комнатам и стали готовиться ко сну. Взобравшись по деревянной лесенке на свой второй ярус, Нил с наслаждением вытянулся на матрасе. Когда соседи по комнате погасили свет и затихли, Нил остался наедине с темнотой и собственными мыслями. Он еще долго лежал с открытыми глазами и думал о Кевине и о том что под боком ему не хватает Тсуками, а когда уснул, то увидел отца, который поджидал его в «Лисьей норе».
Тсуками же сидел в темноте, один. Достаточно большая комната сейчас, казалось, ему до безумия тесной. Она давила на него со всех сторон. Все давило, не давало дышать. Казалось, что вот вот здесь появиться Манджиро или кто - то из его подчиненных, он схватит его за волосы и поведет к машине... Где его будет ждать личны ад. Ад в виде лишения свободы и издевательств. Он не хотел, не хотел сидеть тут и прижимать к себе колени, не хотел вспоминать это все... Ничего не хотел. Он прикрыл глаза совсем ненадолго и пожалел об этом.
Его душили, душили и что-то шептали. Когда он смог раскрыть глаза, на нем сидел Санзу. Безумная улыбка обоаилядо его лицо, со шрамами в виде ромбов, у краев губ.
– почему? Почему... Почему, именно ты стоишь рядом с моим королём? МОИМ! Это я должен быть близко к нему, я должен успокаивать его. Я должен быть всегда рядом с ним. Я должен быть тем кому он доверяет больше всего! Почему на моем пути встал, такой жалкий ублюдок как ты? Почему? Ты же чертов ПЛАКСА! ты не заслуживаешь быть рядом с ним!
По щекам черноволосого парня, текли слезы. Он не мог ничего сделать, кроме как пытаться убрать, со сдавливающей его шею, руки. Это не помогало, воздуха категорически не хватало. Слезы лились все сильнее, забирая остатки воздуха. он так умрет? Вот так жалко? Не хочет... Он не очет умирать...
Глаза вновь распахиваются, он у себя в комнате, в общаге. Все в той же одежде, в которой он пришел и которую он не снял с себя. Щеки были мокрыми, а руки что пытались отбить те грубые руки Санзу, лежали на его шее, сдавливая ее. Он душил себя, душил себя сам во сне. Еле как отодвинув от себя руки, он пытался прийти в чувство. Будто не понимая, что это сейчас было? Он, чуть ли не умер, от собственных рук. Красные отпечатки так и остались на шее. В скором времени они превратятся в синяки, которые будет сложно скрыть.