Love is above all [Пелагея и Дима Билан]

Вспомнив однажды, вы никогда не сможете забыть.

- Тень (The Shadow Effect)

Наверное, в жизни каждого человека наступает такой переломный момент, когда понимаешь, что ты уже абсолютно ничего не хочешь от этой жизни и проще просто запереться дома в четырёх стенах, чтобы тебя никто не трогал и не беспокоил, позволяя с головой окунуться в депрессию. Тебе кажется, будто всё то, чем ты жил когда-то раньше, в один миг потеряло весь свой смысл. Всё вокруг, что в одно время тебя вдохновляло, теперь начинает превращаться в одну большую серую массу, которая с каждым днём вызывает всё больше и больше отвращения к себе. В такие моменты человек становится очень уязвимым, и как бы он не старался показывать, что хочет побыть в одиночестве, на самом деле он катастрофически нуждается, чтобы хоть кто-то из близких был рядом и протянул свою руку помощи. Самому очень сложно выбираться из этого болота отрешенности, затягивающего тебя с каждым разом всё сильнее и сильнее. И, к сожалению, люди, рядом с которыми не оказалось никого в этот сложный период, очень часто так и остаются в кошмарной трясине, обречающей их на медленную, но верную гибель.
Именно в таком состоянии я нахожусь уже около года. Да, в это очень сложно поверить, но это действительно так. Все люди вокруг думают, что теперь я наконец-то стала счастливой женой и матерью, которая с удовольствием тратит всё своё время на семью, при этом напрочь забыв о своей карьере из-за своих же глупых стереотипов. Но никто ведь не знает истинных причин, по которым я категорически отказалась от сцены, многих знакомых и даже некоторых друзей. В эти истинные причины были посвящены только самые близкие и родные люди, которые и без меня всё прекрасно понимали.
После непростого расставания с Димой моя жизнь постепенно стала превращаться в скучное и не имеющее никакого смысла существование. Я смотрела на окружающий меня мир и с каждым днём все сильнее понимала, что теперь я абсолютно по-другому смотрю на многие вещи, и это очень меня пугало. Моё душевное состояние на тот момент невозможно было охарактеризовать ни одним словом. И как же было горько осознавать, что абсолютно всё, что со мной происходит, было напрямую связано с человеком, которого я больше не хотела видеть в своей жизни.
Первые две недели после разрыва наших с Димой отношений были самым настоящим и, казалось, нескончаемым адом. Помню, за те дни я пережила столько боли, слёз и страданий, что даже выразить невозможно. Я не могла понять, как человек, который так громко говорил о своей любви ко мне, смог так никчёмно меня предать. Мне не помогали ни каждодневные советы подруг, ни развлечения, ни усердная работа, ни-че-го. Ну, практически ничего.
Ваня - человек, который в один момент так внезапно вторгся в мою жизнь и просто взял всё в свои мужские и крепкие руки, не спрашивая даже моего согласия или хотя бы мнения, заставляя меня полностью ему доверится. Наверное, именно это меня в нём и зацепило. Он с самых первых дней видел, как я убивалась из-за предательства Димы, и старался делать всё, чтобы только заставить меня вновь улыбаться. Это не могло не заставить меня обратить внимания на него и присмотреться к нему получше, а не просто поверхностно пройтись по нему взглядом, как я сделала в день нашей первой встречи. Мы познакомились с Ваней ещё очень давно, но близко особо никогда не общались. На то были веские причины. Ещё с первого дня знакомства Ваня проявлял ко мне нескромную симпатию, на что я, разумеется, взаимностью ответить не могла. И вскоре, посчитав наше общение бессмысленным, я просто оборвала с ним любую связь, тем самым давая понять, что надеяться ему не на что. Тогда я и подумать не могла, что когда-нибудь свяжу свою судьбу с этим человеком. Но сейчас, казалось, Ваня готов был отдать всё на этом белом свете, лишь бы только сделать меня хоть чуточку счастливее. Мне никогда не приходилось его о чём-то просить, потому что он делал это сам. Он постоянно заставлял меня подниматься, когда я падала, и именно это послужило тому, что на его предложение я в один день ответила твёрдое и решительное «да». Многие, конечно, были в огромном шоке. Куча грязных сплетен разлетались со скоростью света, а постоянные разговоры о том, что я якобы увела мужа из семьи, оставив расти новорожденного сына Вани без отца, никак не хотели утихать. То, что писала жёлтая пресса, очень сильно сказывалось на мне и моих нервах. Читать всю эту грязь и на каждом углу слушать какие-то слухи было крайне неприятно. Но я изо всех сил старалась не обращать внимания на всё это, убеждая себя каждый раз в том, что ради счастья можно и потерпеть. Да, тогда я действительно думала, что Ваня сможет сделать меня счастливой, и именно с ним я навсегда забуду о своей прошлой жизни. Знаете, я тогда очень сильно ошиблась.
Первые полгода, когда я ещё жила в Москве, мои дела обстояли не так уж и плохо. Мы поженились с Ваней, у нас была шикарная свадьба, и вскоре мы уже с нетерпением ждали пополнения в нашей маленькой семье. Я уже тогда отказалась от сцены и от большинства светских мероприятий, потому что на каждом из них я боялась встретить его. Почему боялась? Знала, что могу просто не сдержать своих эмоций, исход которых мог быть совершенно непредсказуемым.
В один момент мне надоело постоянно прятаться и оглядываться в людных местах в надежде, что где-то рядом со мной нет Димы, поэтому я решила сбежать ещё дальше от этого человека, который не оставлял бессмысленных попыток найти меня. Я переехала в Соединённые Штаты, убедив себя в том, что там моя жизнь обязательно наладится, и всё встанет на свои законные места. Но нет, там стало только хуже. Огромную роль сыграло то, что я переехала в Соединённые Штаты совершенно одна. Мама не могла бросить свои друзей и работу, поэтому осталась в Москве. А Ваня был постоянно в разъездах, что изредка очень меня огорчало, и в последнее время мы часто ссорились из-за этого. Конечно же, он приезжал ко мне и нашей дочери, которую я родила уже там, но эти приезды длились не дольше недели. Он мог приезжать через каждые две недели, а мог и вовсе месяц не появляться. Меня это не устраивало, но всё же я знала, на что шла, когда выходила за него замуж.

Вскоре мой образ жизни стал совершенно неузнаваемым. Из всегда ухоженной и жизнерадостной Поли я превратилась в унылую и депрессивную девушку, которую совершенно ничего больше не интересовало. На все звонки друзей и знакомых я даже не поднимала трубку, лишь изредка сама созваниваясь с Гагариной, Добряковой и Рудковской. Для остальных меня просто не существовало. Я не знаю, в какой конкретно момент всё стало настолько плохо, но я с каждым днём всё сильнее осознавала, что больше не живу, а попросту существую. Единственное, что придавало мне сил и вынуждало на каждом срыве не сдаваться - это моя маленькая доченька. Тасечка, сама того не понимая, каждый день заставляла меня улыбаться и создавать хоть какую-то иллюзию счастливой жизни. Я боюсь представить, как сложилась бы моя жизнь, если бы на свет не появился этот хрупкий ангелочек.
Моё возвращение в Москву было и не обдуманным, но и не спонтанным решением. Я уже последние несколько месяцев задумывалась о том, чтобы переехать обратно в Россию, но для чего и зачем мне это нужно, я разобраться не могла. Или попросту даже не хотела. Что-то внутри меня подсказывало, что, вернувшись в свою родную страну, я многое смогу изменить в своей жизни. И именно поэтому, когда Юрий Аксюта позвонил мне с предложением вернуться на шоу «Голос», я, даже не раздумывая, согласилась. Продюсер был удивлён не меньше меня, когда я моментально дала положительный ответ. На тот момент я даже не думала о том, как мы будем смотреть с Димой друг другу в глаза, а тем более вместе работать. Я просто доверилась своему сердцу, как делала когда-то раньше, при этом полностью отключив свою голову.
Пожалею ли я о своём решении вернуться? Не знаю, думаю, время покажет. Но я очень хочу вернуть ту жизнерадостную девчонку, которой я была когда-то раньше, и поэтому я сделаю всё возможное, чтобы снова заставить себя по-настоящему жить.

***

Мы довольно быстро дошли до гримёрки Юрия Аксюты, по дороге не сказав друг другу ни единого слова, отчего на душе даже как-то покалывало. Поля достаточно быстро неслась на своих каблучках где-то впереди меня, ясно давая мне понять, что идти рядом со мной у неё нет никакого желания. Я не стал реагировать на её столь некультурное поведение, потому что до конца вообще до сих пор не понимал, что она тут делает. Вернуться на шоу «Голос», осознавая, что здесь мы будем пересекаться на каждом углу и нам просто придётся общаться - это очень непонятный поступок с её стороны. Зачем сначала год избегать меня, прятаться, а потом самой же возвращаться, как ни в чём не бывало? Знаете, женщины действительно иногда ведут себя очень странно. Интересно, как же отреагировал её муж на её возвращение в шоу? Сомневаюсь, что он положительно к этому отнёсся.
Я знаю, что рано или поздно разговор с Пелагеей у нас так или иначе состоится, и я наконец узнаю ответы на все свои вопросы. Этого просто невозможно избежать. Но вот что говорить ей? Как вообще себя вести рядом с ней?

- Дмитрий Николаевич, сделайте лицо слегка попроще, а то создаётся впечатление, будто вас на смертную казнь привели, - сколько фальши и наигранности в этом голосе, вы бы слышали. Девочка моя, ну неужели весь этот год ты репетировала все наши возможные диалоги, дабы при настоящей встрече казаться стойкой и независимой девушкой? Почему в твоём голосе стало так много чего-то чужого?

Пелагея сверлила меня своим отрешенным взглядом, будто пытаясь тем самым меня уничтожить, а я даже не стал отвечать на её колкости, зная, что это лишь защитная реакция. Или всё-таки нет? А что, если она и вправду давным-давно всё забыла, и старые воспоминания её вовсе не тревожат?
Мы остановились возле двери в гримерку продюсера буквально в метре друг от друга и просто стояли, не осмелившись зайти внутрь. Ни я, ни Пелагея явно не знали причину, по которой Юрий Викторович позвал нас сразу обоих, и это очень настораживало.

- Дмитрий Николаевич, по поводу выражения вашего лица я говорила абсолютно серьезно, - зачем? Зачем ты произносишь такие слова, специально провоцируя меня на эмоции?

- Пелагея, заканчивай этот детский сад с официальным обращением, - я отвёл взгляд в строну, обрывая наш зрительный контакт. - И вот это я говорю «абсолютно серьезно», - передразнив Полю и тяжело вздохнув, я, не дожидаясь её ответа, постучал в дверь и открыл её, жестом пропуская даму вперёд.

Как только мы зашли в гримерку, то моментально поймали на себе заинтересованный взгляд Аксюты, который, едва заметно усмехнувшись, кивнул головой на белый диван, чтобы мы присели. Я видел замешательство Поли, которая до последнего не хотела отходить от двери и садиться, дабы всем своим видом показать, что она не настроена на долгий разговор.

- Юрий Викторович, я надеюсь, наша беседа не займёт много времени, - я первый опустился на аккуратный диванчик слева от двери и устало откинулся на его спинку. - А то, сами понимаете, дела, - я расплылся в улыбке, будто и не замечая надоедливого напряжения в комнате. Пелагея, видимо, всё же решила оставить все свои возражения и недовольства при себе, поэтому тоже послушано присела на диванчик в противоположный угол, держа при этом стройную осанку.

- Не волнуйтесь, разговор буквально на пару минут, - мужчина поставил стульчик прямо напротив нас с Пелагеей и присел на него, внимательно нас разглядывая. - Поля, помнишь, когда мы договаривались о твоём возвращении, я озвучил тебе одно своё условие, которое ты пообещала выполнить? - я устремил свой взгляд на девушку, и уловил, как она едва заметно положительно кивнула в ответ на вопрос Аксюты. По Пелагее было видно, что тема разговора ей уже не нравится. Она слегка поджала губу и опустила свой взгляд в пол. А вот это уже становится интересным. - Ребята, я ведь понимаю все эти ваши взаимоотношения между друг другом, но и вы меня постарайтесь понять, - Юрий Викторович развёл руками в сторону, делая виноватое выражение лица. - Возвращение вашей четвёрки наставников заставит взлететь рейтинги шоу в два-три раза, понимаете? - Аксюта серьёзным взглядом прожигал то меня, то Полю, дожидаясь хоть какого-то ответа на свой вопрос. Честно сказать, я вообще был в недоумении, до конца не соображая, к чему он так нудно клонит.

- Юрий Викторович, простите, но я вообще не понимаю, что вы хотите нам сказать, - я упёрся локтями в колени, переплетая между собой ладони. - Я думаю, мы здесь все не дураки и прекрасно понимаем, что благодаря такому неожиданному составу жюри рейтинги шоу просто взорвутся. Но в чём проблема? При чём тут наши взаимоотношения с Пелагеей? - я старался сделать свой тон совершенно безразличным, но не уверен, что у меня это получилось.

- Ваши так называемые «взаимоотношения», - зачем делать такой явный акцент на этом слове? - напрямую связаны с нашими рейтингами. Не хочу давить вам на больное, но мы здесь и вправду не дураки, а взрослые люди, которые всё понимаем, - я с интересом ждал следующих слов продюсера, уже наконец-то понимая, к чему вообще был затеян этот разговор. - Телезрители запомнили вас неразлучными друзьями, а кто-то даже смог разглядеть в вас счастливую пару. Вы можете представить, какого будет их отношение к шоу, если они увидят, что два самых любимых наставника теперь открыто ненавидят друг друга? - от боли от каждого нового слова Аксюты я всё сильнее сжимал челюсть, надеясь, что этого не было заметно со стороны. - Пелагея, мы с тобой уже об этом разговаривали, - «нормальный» поворот событий. - Я не заставляю вас становится лучшими друзьями, играть на камеру или ещё что-то подобное. Я лишь призываю вас относится друг к другу подружелюбнее, чтобы зритель даже не заметил конфликта между вами, - а разве это не одно и то же?

- Юрий Викторович, я услышала вашу просьбу ещё с первого раза, - тон Пелагеи прозвучал слегка грубо, но благодаря её лучезарной улыбке этот момент отходил на второй план. - Я не думаю, что у нас с Дмитрием Николаевичем будут какие-то проблемы, - чёрт, да ты даже не попыталась скрыть нотки сарказма в своём голосе.

- Поля, мы уже это обсуждали, - Аксюта пристально посмотрел на Пелагею с серьёзным выражением лица, что явно её смутило, отчего она невольно поёжилась. - Не Дмитрий Николаевич, а Дима. Вы тут работаете всё-таки, а не отношения свои выясняете. Понятно? - в ответ Поля лишь кивнула и отвела свой взгляд в сторону. Она всегда так делала, когда её что-то цепляло. Неужели до сих пор неприятно? - А ты чего молчишь, Дима? Если есть какие-то протесты и недовольства, прости, но они не принимаются. Ты сам должен всё понимать. Нам тут работать надо, а не следить за тем, как вы общаетесь, и постоянно вас подгонять, - да, видимо, в этом сезоне рейтинги шоу очень важны для Юрия Викторовича.

- Лично у меня никаких возражений нет, - шутливо подняв руки вверх, я кинул мимолетный взгляд на Полю, заметив какое-то непонимание в её взгляде. - Я придерживаюсь точно такого же мнения, как и вы, Юрий Викторович. Мы здесь собрались для того, чтобы хорошенько поработать, а лишние ссоры и выяснения давно забытых отношений нам ни к чему, - сам от себя того не ожидая, я довольно чётко и безразлично произнёс каждое слово, и привстал с дивана, давая понять, что для меня разговор уже закончен. Я сразу поймал на себе колкий взгляд Пелагеи, и что-то внутри подсказало, что эти слова её нехило задели. Но она сама начала эту игру, не обозначив мне даже правил. - Думаю, мы все друг друга поняли, поэтому, извините, но мне пора. До встречи, - крепко пожав Аксюте руку, я последний раз непринужденно взглянул на Полю и поспешил выйти из гримёрки.

Внутри, наверное, действительно был самый настоящий ураган эмоций. Мой мозг до сих пор просто отказывался понимать и принимать тот факт, что она вернулась. Причём вернулась непонятно даже для чего. У неё ведь ещё год назад началась новая счастливая жизнь, в планы которой я не входил. Так зачем же было возвращаться? Неужели снова захотелось популярности и денег? Да нет, на неё такое не похоже. Этот ангел не способен на махинации, поиски лишней славы и заработка на новых сплетнях. Но тогда зачем это спонтанное возвращение?
Окончательно осознав, что я хочу получить ответы на все свои вопросы прямо сейчас, я решил, что подожду Пелагею в одном из коридоров, где ей так и так придётся пройти, чтобы выйти на парковку, и постараюсь с ней спокойно поговорить. Я сомневаюсь, что у нас получится спокойный разговор, но попытаться всё же стоит. Я стоял, облокотившись на стенку, в самом конце коридора, и ждал, когда появится Поля. Этот коридор всегда был очень удачным для подобных разговоров или «выяснений отношений», потому что именно в этом коридоре было лишь две двери - одна, из которой вот-вот выйдет Пелагея, и вторая, ведущая на выход к парковке. Так что, даже если Поля не захочет разговаривать, то ей всё равно придётся это сделать, потому что бежать тут особо некуда.
К счастью, ждать Пелагею долго не пришлось. Спустя уже минут десять я услышал в другом конце коридора стук каблуков и был на сто процентов уверен, что это именно она. В этом коридоре, как и во многих других коридорах «Останкино», уже не было света, потому что большинство сотрудников уже разъехались по домам и сейчас беззаботно спят в своих постелях, поэтому она скорее всего издалека меня даже и не заметила. И только когда я услышал уже довольно близкий стук каблуков, я отстранился от слегка прохладной стены и посмотрел на приближающийся и знакомый мне силуэт. Как только Пелагея узнала меня в темноте, то тут же ускорила шаг, видимо, в надежде, что ей удасться просто пройти мимо. Она ошиблась, я не смогу её отпустить, не поговорив сейчас с ней.

- Пелагея, подожди, - когда она проходила мимо по левую сторону от меня, всем своим видом показывая, мол для неё меня не существует, я слегка схватил её за локоть, тем самым заставляя её остановиться, и развернулся к ней лицом. - Нам нужно поговорить, - Поля, даже не смотря на меня, начала пытаться вырвать свою хрупкую ручку, чем заставляла меня ещё сильнее её сжимать. Глупенькая. Сама ведь понимает, что я сильнее её.

- Билан, не забывайся, - и почему её грубый, но совсем не свойственный ей тон так больно режет слух? - Руку отпусти! - ещё одна напрасная попытка освободиться. Наивная. Неужели не понимает, что я её не отпущу? - Мне ещё раз повторить? Отпусти мою руку, говорю, - своей второй ручкой она легонько ударила меня по груди, но это ей совершенно не помогло. Поля до сих пор не смотрела на меня, а лишь отводила свои взгляды куда-то в сторону, что изрядно меня подбешивало. Я хотел видеть её глаза, потому что именно они всегда придавали мне уверенности в её словах. Раньше Пелагея избегала зрительного контакта только в том случае, если она врала и пыталась скрыть свои истинные эмоции. Я сомневаюсь, что эта её привычка за год исчезла, поэтому за считанные секунды я убрал свою руку с её локтя, при этом схватывая за запястье, и рванул её хрупкое тело на себя. Между нами была только её рука, которую я очень крепко держал где-то на уровне своей груди, всё же опасаясь, что она может вот-вот убежать. Этот жест её явно немного напугал, потому что она тревожено вздрогнула и слегка нахмурила брови.

- Прости, - я чуточку расслабил свою хватку, осознавая, что Поле больно от того, как сильно я её схватил. - Почему ты вернулась? - и почему ты снова вздрогнула, когда я задал такой простой вопрос?

- Что? - Пелагея наконец-то подняла на меня свои изумленные серо-зеленые глаза и издевательски усмехнулась. - Билан, а тебе не кажется, что я не обязана отчитываться перед тобой, нет? - неужели она не понимает, почему я задаю этот вопрос, причём делая это так эмоционально? Может быть, всё и вправду уже забыто? Иначе почему в её голосе столько безразличия?

- Пелагея, почему ты вернулась? - я проговорил каждое слово по слогам, продолжая серьезно смотреть Поле в глаза. - Пелагея, не молчи, ответь на мой вопрос, пожалуйста, - в ответ никакой реакции. Её молчание сводило меня с ума, заставляя все мои эмоции вырваться наружу. - Вот объясни мне, зачем тебе такой счастливой возвращаться на этот чёртов проект? Для чего? Ты ведь с самого начала знала, что я тоже буду в кресле наставника, но при этом всё же приняла предложение Аксюты. Почему? Ты полгода избегала меня по всей Москве, а потом и вовсе спокойно свалила в Соединённые Штаты. Я искал тебя везде, где только мог. Я землю готов был грызть, чтобы тебя найти. Понимаешь? А сейчас, когда всё более менее стало налаживаться, ты заявляешься и делаешь вид, будто между нами никогда ничего не было. Что заставило тебя вернуться, Пелагея? Снова захотелось славы? Популярности? Денег? - вот кто заставил меня говорить ей такие обидные и никчёмные слова, которых она даже не заслуживает? Какой же я всё-таки идиот. Спустя уже секунду после завершения своих слов я увидел, как в глазах Поли что-то блеснуло, а щёки тут же вспыхнули. Значит, помнит. Помнит всю ту боль, что я ей причинил когда-то. Моя бедная маленькая девочка.

- Подонок, - с силой замахнувшись, она ударила меня свободной рукой по щеке, оставляя заметный красный след. Вот тут-то я и увидел в её глазах эмоции, которые с трепетом ждал весь сегодняшний день. Знаете, лучше бы я никогда не видел эти эмоции. В её глазах было столько боли, что я даже не в силах этого описать. Как же ты всё это держала в себе, родная? - Мразь, - ещё один удар, и слезы из Полиных глаз хлынули с невероятной силой. Я не пытался отвернуться или схватить её вторую руку, а просто стоял и смотрел в глаза этой девочки, которая пережила столько горя из-за меня. Да, я определено заслужил такого отношения к себе, а после моих слов я вообще, наверное, в её глазах полное ничтожество. - Это ты меня предал, а не я тебя. Это ты в миг уничтожил всё то, что между нами было, наплевав на мои чувства к тебе. Это ты говорил мне свои никчёмные слова о любви, которые по сути-то ничего не стоили. Это ты разрушил всю мою оставшуюся жизнь своим предательством. И сейчас ты предъявляешь мне какие-то претензии и строишь из себя обиженного мальчишку? Какая же ты сволочь! Я ненавижу тебя, Билан! Слышишь? Ненавижу, - каждое её слово отдавалось колким звоном в ушах. Я почувствовал, как мои глаза начали слезиться, а дыхание с каждым разом становилось всё глубже и глубже.

- Поля, послушай, - мой голос предательским дрожал, и я просто не мог сказать чего-то больше, наблюдая за тем, как Пелагея уже обеими руками била меня по груди, не сдерживая своих слез. Даже на каблуках она всё равно казалась маленькой девочкой, которую я был выше на целую голову. Не в силах больше смотреть на её слезы, я убрал свою руку с её тонкого запястья и приобнял за хрупкую талию, слегка прижимая к себе, но она всё равно продолжала наносить мне удары по груди. Прижав Пелагею ещё ближе, чтобы у неё не было абсолютно никакой возможно меня ударить, я ощутил на своей шее её прерывистое дыхание и признаюсь честно, меня это медленно, но верно сводило с ума. - Поля, я такой дурак. Слышишь меня? Я полный кретин, который за одну ночь разбил в пух и прах всё то, что нам обоим было так дорого. Но всё можно попытаться восстановить. Дай мне всего один шанс, и я сумею доказать тебе всю свою любовь, вот увидишь, - я взял её аккуратное лицо в свои руки, вытирая большими пальцами её непрекращаемые слёзы, и заглянул в эти серо-зеленые глаза, надеясь найти в них хоть что-то родное. И я нашёл. Все её попытки показать всем, какая она «независимая и сильная», были пустой тратой времени, потому что, показав сейчас свои настоящие эмоции и искренние слёзы, она сама сдала себя с потрохами. - Всего один шанс, Поль, - Пелагея дёрнулась и начала пытаться высвободить своё лицо из моих рук, давая мне понять, что собирается уйти.

- Отпусти меня, - слишком сухо и неуверенно, значит, всё-таки не хочет уходить, а лишь снова создаёт иллюзию.

Я буквально за пару секунд перехватил обе руки Пелагеи и прижал её всем своим телом к каменной стене, при этом держа оба её запястья по обе стороны от её головы. Стоять с ней так близко было крайне непривычно. Ещё вчера я даже и подумать не мог, что когда-то вновь смогу находиться с ней так близко. Как же я скучал по моей родной девочке.
Я видел, как Поля в замешательстве нервно прикусывает свою губу и периодически спускает свой взгляд чуть ниже моих глаз, явно надеясь, что я этого не замечу.

- Мне больно, - слёз уже не было, но её голос слегка хрипел, и я заметил, как она тяжело сглотнула. Долго не раздумывая, я отпустил её запястья, будто зная, что она всё равно не убежит. И она действительно не стала убегать или отталкивать меня.

- Поля, я до сих пор люблю тебя, - я прошептал ей это над самым ухом и почувствовал, как она едва вздрогнула, а в глазах вновь сверкнули слезы. - Тише-тише, только не плачь, пожалуйста, - девочка моя, нет, не плачь, мне так тяжело смотреть на твои слёзы. - Дай мне один шанс всё исправить, - я провёл тыльной стороной ладони по её гладкой щеке, приближаясь с каждой секундой всё ближе и ближе. - Доверься мне.

- Один раз я уже доверилась тебе, Дима, - она медленно убрала мою руку со своей щеки, и новая партия слёз покатилась по её лицу. - Больше я такой ошибки не совершу, - прошептав эту фразу крайне неуверенно, она отстранилась от меня и без лишних слов кинулась к выходу.

•••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Вот и новая глава моего фанфика. Я очень надеюсь увидеть ваши звезды и отзывы, они правда очень важны❤