{ 3:20 am }
Приглушённый свет полумесяца незаметно прокрался в не самую большую, но очень уютную комнату Люка, игриво разбрасывая свои блики повсюду; не прошло и минуты, как они были на стенах, на книжных полках, на письменном столе с позабытыми учебниками, на аккуратно вывешенном наряде, в котором хозяин комнаты планировал отправиться в школу. Лунный свет, отличаясь от солнечного своим холодным оттенком, вскоре добрался и до постели Хеммингса, словно остановившись ненадолго, чтобы восхититься светлыми волосами парня, распроданными по нежно-голубой подушке, прикрытыми глазами и длинными ресницами, которые изредка вздрагивали, судя по всему, говоря о сновидениях, которые Люк видит по ночам. Ещё с детства имея привычку ложится спать как можно раньше, он оказался в кровати, стоило лишь ему закончить все свои дела и ежевечерний ритуал, состоявший из того, что они с Калумом обсуждали произошедшее за день (или, если быть честными, без конца сплетничали, обсуждая Эштона и, начиная с того вечера, Майкла). Однако, Люк даже подумать не мог о том, что отблески полумесяца на его щеках — далеко не единственные, кто решил понаблюдать за ним той ночью.
Услышав настойчивый стук в собственное окно, блондин резко открыл глаза, уже готовясь к самому худшему. Однако, стоило лишь ему принять сидячее положение и заметить за стеклом ярко-красную макушку, как от его желания позвать маму или, ещё лучше, позвонить в полицию, не осталось и следа.
—Ты так и будешь на меня смотреть или всё же впустишь меня? –буквально прокричал Майкл, осознавая, что Люк вряд ли его слышит, и он с каждой минутой всё сильнее рискует разбудить весь соседний квартал своим шумом.
—Чёрт возьми, как ты вообще сюда забрался, идиот? –совершенно позабыв о том, что все остальные обитатели дома спят, достаточно громко спросил Люк, наконец, додумавшись подняться с кровати, открыть окно и позволить своему Ромео оказаться в его комнате.
—Вот скажи мне, пожалуйста, неуместные приветствия в мой адрес – это твоя фишка, да? –с усмешкой поинтересовался Майкл, чья одежда совершенно не подходила для пижамной вечеринки или чего-то подобного. —Я раздобыл у самого беса на куличиках пожарную лестницу, чтобы попасть к тебе, а ты встречаешь меня вот так? –с каждым словом Майкла ситуация начинала казаться обоим куда более комичной, нежели романтичной, и, в конце концов, никто из них решил не сдерживать свой смех.
—Ладно, ладно, я очень рад тебе, однако, ты стоишь в своих грязных кедах на моем пушистом светлом ковре, который моя мама замучалась стирать ещё в тот день, когда мою собаку на него стошнило. –иронично прокомментировал Люк, жестом предлагая Майклу отойти назад и не ухудшать состояние вышеупомянутого ковра ещё сильнее.
—У тебя есть собака, и ты говоришь мне об этом только сейчас? –в голосе Майкла читалась наигранная обида.
—Я думал, ты предпочитаешь кошек и...
—Для начала, я не зоофил и предпочитаю людей, и мы можем сделать вид, что у меня прекрасное чувство юмора. –Люк в очередной раз хихикнул, снова окинув оценивающим взглядом не самый чистый ковёр и в красках представив мнение Лиз на этот счёт. —На самом деле, ты удивишься, но я пришёл сюда не для того, чтобы сказать, что у тебя классная пижама... Но у тебя классная пижама. –покраснев, Хеммингс поспешил обвязать на своей талии первую попавшуюся толстовку, чтобы хоть как-то прикрыть свои кружевные шорты, пестрившие обилием нарисованных на них клубничек.
—Заткнись, Майкл. –сквозь зубы процедил он, заметив, что теперь взгляд зеленоглазого был направлен на его футболку с точно таким же принтом.
—Вообще-то, я пришёл, чтобы пригласить тебя прогуляться.
—Пригласить меня куда? Я не ослышался? –кивнув в сторону часов спросил Люк, полагая, что это лишь очередная шутка.
—В одном из соседних дворов есть огромные качели. Теперь ты согласен? –закатив глаза, блондин повернулся к своему шкафу в поисках менее компрометирующей одежды и тёплой куртки. —И я очень советую тебе поторопиться, пока мы не разбудили своим смехом пожилую парочку из соседнего дома. Мисс Мэри уже пару раз наваляла мне клюкой за то, что я слушал музыку после полуночи и совершенно случайно собирал тюльпаны в её саду. –снова улыбаясь, поделился Клиффорд.
—Ты конченный отморозок, Майк.
—Я тоже люблю тебя, солнышко.
***
—Ты уверен, что это вообще легально? –взгляд Люка устремлен на тёмное ночное небо, усыпанное звёздами, больше напоминавшими крошечные сияющие точки. Качели, и правда больше походившие на достаточно длинную лавку, плавно раскачивались, то поднимаясь, то снова оказываясь ближе к земле, и только в этот момент блондин понял, как сильно скучал по этому ощущению невесомости.
—А даже если нелегально, то что? Люди убивают других людей просто из-за того, что их религиозные взгляды не совпадают, и они остаются безнаказанными. Мы же просто воспользовались качелями в соседнем дворе, пока никто не видит. –с какой-то грустной улыбкой замечает Майкл, в этот момент открывая для Люка совершенно другую свою сторону: он не просто несколько легкомысленный подросток-задира, который всё ещё пытается найти себя, но и вдумчивая формирующаяся личность со своими взглядами на всё, что происходит в мире. Это действительно потрясает и завораживает, будто заставляя каждую клетку и каждое нервное окончание внутри Хеммингса перевернуться и воспринять зеленоглазого с совершенно новой и по истине прекрасной точки зрения.
—Майкл Гордон Клиффорд, я хочу выйти за вас замуж. –тихо говорит Люк после минуты, проведённой в молчании и задумчивости.
—Хей, не торопись, я тот ещё отморозок. –совершенно пустая и безжизненная улица наполняется смехом двух счастливых и влюблённых подростков, которым предстоит ещё многое узнать друг о друге и о мире вокруг них.
—Может, это и так, но я точно не буду разочарован, если мне придётся провести всю свою жизнь с тобой, Майк.