5.
НЕ СМЕЙ ЭТОГО ДЕЛАТЬ, КАРТЕР ФОЙ!
Мой внутренний голос кричал и запрещал мне соглашаться на его одолжение, но голова предательски медленно кивнула, а губы почувствовали мягкость и тепло губ парня.
Они только прикоснулись до моих мимолетным чмоком, как мой чёртов телефон испортил всю обстановку, выливаясь песней Элли Голдинг.
Мама, гласила надпись на телефоне, что заставляло напрячься и испугаться.
Тело парня напряглось не меньше моего, и нам двоим пришлось повременить с поцелуем, а мне ответить на звонок.
- Картер Энн Фой! - завопила женщина на том конце трубки. - Я не знаю, в какой грязной компании ты повязла и теперь проводишь там ночи, вдыхая дорожки кокаина и куря травку, но сегодня у нас благотворительный ужин, на котором обязано присутствовать всё семейство Фой. Мне плевать, есть ли у тебя дела на сегодняшний день, ведь ты мне больше не дочь, раз решила пойти по стопам Маккензи, но явка на ужине обязательна!
- Плевать на ужин, мам. - достаточно грубо ответила я, - Можете с отцом не ждать меня, я не появлюсь. Ты ударила свою дочь и выгнала её из дома, а теперь говоришь, что я шляюсь по компаниям и употребляю наркотики, и зовёшь меня на чёртов благотворительный ужин в дом, где мне больше не рады. Так что нет, мама, я не появлюсь.
- Не смей повышать голос на мать, я тебя родила и...
- И это все, что ты сделала. Остальным занимались гувернантки, которых ты меняла раз в год, Зои. Прощай. - так же грубо ответила я и нажала на отбой, вздохнув. - Говоришь, она любит меня?
Во время нашего разговора Гарри гладил рукой меня по голове, перебирая каштановые пряди, в попытке усмирения моего гнева на собственную мать.
Гордись собой, Картер, ты наконец-то смогла противостоять Зои.
- Я ошибался, прости. - прошептал он, укладывая меня обратно на свою грудную клетку. - Эта женщина тебя не любит, прости.
- Не извиняйся, - ответила я, сбрасывая очередной звонок матери, - ты не виноват в том, что из неё не вышла примерная мать.
Я устало потерла переносицу и закрыла глаза, расслабляя тело и пытаясь ни о чём не думать.
Грудь Гарри дрогнула, и я, услышав смешок, открыла глаза, непонятливо уставившись па него.
- А одолжение? - прищурился он, вводя меня в краску. - Ты покраснела!
Я закрыла лицо руками и улыбнулась сквозь пальцы. Гарри попытался отцепить мои руки, что у него и вышло, и понаблюдать за моими красными щеками, носом и ушами.
- Ты милая, когда краснеешь, - прошептал он, наклоняя своё лицо еще ближе, и я почувствовала странно ощущение будто хочу... - а ещё...
- Апчхи! - чихнула я, заливаясь смехом от того, как Гарри закрыл глаза, все его лицо было в моих слюнях, и я поспешила вытереть их своей футболкой, приподнимая снизу и оголяя живот и, вероятно, часть своего черного с красными кружевами бюстгальтера. - Прости, просто нос зачесался, а руки ты держал, и...
Я бы договорила, но в чём смысл, если его нежные, тёплые, мягкие губы накрыли мои?
Его губы плавно двигались в такт с моими, а руки ласкали кожу живота, посылая табуны мурашек по всему телу. Когда кончик его языка прошелся по моим губам, раскрывая их, я поняла, что он хочет углубить поцелуй, и позволила ему сделать это.
Всё бы ничего, да мне на телефон снова позвонили; мы не обратили на это никакого внимания, но человек попытался дозвониться до меня вновь.
Это Маккензи, Картер! Хватит лизаться, ответь сестре!
- Маккензи? - спросила я, подняв трубку и пытаясь отдышаться от такого интенсивного поцелуя. Так я даже с Лэндоном не целовалась.
- Моя дорогая Энни выросла! - пропела сестра, чем немало удивила меня.
Когда наши отношения успели улучшиться?
- Прости, не понимаю тебя, Мак.
- Как думаешь, почему у нас с тобой всегда были натянутые отношения? - полагая, что вопрос риторический, я промолчала. - Потому, что ты почти всегда была на стороне родителей и следовала их приказам, а теперь я узнаю от матери, что ты – цитирую – употребляешь наркотики и прыгаешь в койку к каждому второму. Уверена, это она перебарщивает, ведь моя маленькая Энни способна только на поцелуи, но никак не наркотики и секс. - на последнем слове я ойкнула, а Гарри усмехнулся. - Но, слышу, ты там не одна, и поэтому отвлекать долго не буду, просто знай, что моя квартира всегда ждет тебя и твоего, как я думаю, милого парня в гости. Я твоя сестра, Энни, я снова Мак. - засмеялась она и повесила трубку.
- Мы целовались от силы две минуты, а информация с одного конца города от твоей матери успела долететь до центра Лондона к твоей сестре. - ухмыльнулся Гарри. - Энни?
- По моему второму имени. Мы с Маккензи придумали себе милые прозвища из имен, которыми могли бы называть себя, когда будем слишком счастливы или огорчены, а также озлоблены и взволнованы. В общем, когда наши эмоции будут зашкаливать.
- Хм... - задумчиво протянул Гарри, - Картер Энн Фой... Энни... - продолжал он, будто готовя себя к чему-то новому. - Я буду звать тебя Кэрри в тех же ситуациях. Да, Кэрри?
Я снова покраснела и закрыла лицо руками, перевернувшись на живот, в надежде спрятать раскрасневшееся лицо.
- Ну-ну, Кэрри, спокойно. Не красней.
***
- Кто будет готовить ужин, Картер? - спросил Гарри, когда наконец прекратил щекотать меня.
- Эм, нет. Это будешь либо ты, либо пицца. - тихо усмехнулась я. Ну, не научили меня готовить. Ни Зои, ни Мак.
- Пицца на ужин? Звучит заманчиво. Я помогу тебе приготовить её.
- Чёрт. - прошептала я, плавно скатываясь с кровати на пол и на коленях ползя в сторону кухни, а уже оттуда: - Ты где?
Достав из холодильника все нужные ингредиенты, а именно: ветчину, консервированный ананас, сыр, готовое тесто, томатную пасту и зелень, – я разрезала все и разделила по мискам, приготавливая тесто.
Гарри всё ещё нет.
Найдя противень и намазав его сливочным маслом, я намазала сверху пастой и разложила продукты, посыпая зеленью сверху.
Этот мудак ещё не спустился.
Сырая пицца была отправлена в духовку с нужной температурой, а я прошла в гостиную, где нашла Гарри, развалившегося на всем диване с закрытыми глазами.
Беги, тварь, Картер пришла.
С разбегу я прыгнула на его живот, отчего парень проснулся и с ошеломленным видом стал рассматривать меня, пытаясь дышать.
- Ты чего?
Я чего? Ах, я чего?! БЕГИ!!!
- Ты сказал, что поможешь приготовить пиццу, и где твоя помощь, блин? - обиженно спросила я, слезая с него и пряча злость за маской обиды.
- Прости, я заснул. - произнёс мой зеленоглазый ангел, уже в сотый раз посылая мурашки по коже.
Пошел ты со своими прости, мудак!
- Ладно, пицца в духовке.
Что, блять?