6
Тропинка от входа вела сквозь зеленый тоннель, поросший высокими густыми деревьями. Уже издали можно было расслышать умиротворяющий шум падающей воды. Вокруг пели разнообразные птицы, и воздух был наполнен чарующими ароматами лесного массива. Спустившись вниз в направлении доносящихся звуков, вся троица очутилась на краю огромной лощины, залитой солнечным светом, отражавшимся в десятках маленьких озер, которые сообщались друг с другом небольшими водопадами, плавно перетекая одно в другое и образуя фантазийную и совершенно уникальную эко-систему. В сверкающих каплях воды повторялось чистое небо и кроны деревьев, а в хрустальной глубине каждого озера можно было разглядеть плавающих там рыб, они то и дело сновали, вороша илистое дно. Специально для туристов были оборудованы деревянные переправы без перил, чтобы можно было гулять прямо над поверхностью этих природных ванн. Девушки спустились к одному из маленьких водопадов, и Марина трепетно поднесла руку под прозрачную струю.
- Вода здесь удивительно чистая, ее можно даже пить, - пояснила она спутницам. - Только очень холодная, потому что питают весь этот комплекс горные источники, - она омыла ладонями лицо и умиротворенно выдохнула. - Это потрясающее место. В годы Второй Мировой Войны здесь была оккупированная территория. Сам заповедник давно разминировали и обезопасили, но вокруг сплошной дикий лес, где до сих пор находят неразорвавшиеся мины.
- Значит, в лес мы точно не пойдем! - весело заявила Олеся, которая уже вприпрыжку неслась к ближайшей переправе, сверкая на ходу обнаженной поясницей, проглядывавшей над узкими джинсами на бедрах. - Марин, сфоткай меня тут! - и она мгновенно замерла в почти эротической позе лесной нимфы, не смущаясь своей ярко-красной кожаной куртки и совсем не подходящих к окружающей обстановке романтических балеток.
Пока подруги были заняты непростым фотографическими действом, Алена осматривалась по сторонам. Только сейчас она вдруг осознала, в какую удивительную историю ей довелось попасть. Всего десяток дней назад она еще ломала голову над тем, как не оказаться на улице и не помереть с голоду, а сейчас вокруг вздымался вековыми башнями хорватский лес, и легкие заполнял влажный густой воздух горных озер. Этот непередаваемый словами пейзаж был пропитан атмосферой какой-то средневековой сказки, где главные герои путешествуют по фантастическим землям в поисках волшебных артефактов. Голова шла кругом от ощущения нереальности, Алена закрыла глаза.
- Правда здесь чудесно? - вдруг прервал ее мечтания нежный женский голос.
- Из меня плохой рассказчик, - все же раскрыв глаза, Алена увидела этот мгновенно узнаваемый внимательный синий взгляд. - Странно, что я не могу припомнить ниодного хорватского художника. Мне кажется, люди, родившиеся в таких живописных местах, должны иметь генетическую предрасположенность творить прекрасное.
Марина тихо рассмеялась.
- В России тоже далеко не все близки к искусству. Однако в Хорватии есть свои именитые мастера: Любо Бабич, Владимир Бекич, Мирослав Кралевич, Влахо Буковац. Последнего я особенно люблю. Он был импрессионистом. У него удивительно тонкие, нежные, почти прозрачные работы в пастельных тонах. Тебе обязательно стоит ознакомиться с творчеством этих художников. Кстати, ты вроде говорила, что рисуешь, в каком жанре предпочитаешь работать?
Алена было хотела ответить, но вдруг откуда-то сзади раздался надорванный крик. Еще мгновение, и беседовавшие девушки лишь успели запечатлеть опасно накренившееся над озером тело Олеси, а в следующую секунду она уже истерично махала руками, почти полностью погрузившись в воду так, что даже криков о спасении слышно не было. Опрометью бросившись спасать неловкую подругу, Марина сам чуть не поскользнулась и не полетела следом. Алена резко дернула за толстовку уверенной рукой, не дав девушке повторить эксперимент подруги. И тут же помчалась выручать уже захлебывавшуюся Олесю. Ее ослабевшая рука стремительно погружалась в прозрачную воду, и Алена, в доли секунды оценив ситуацию, без раздумий нырнула вглубь озера.
***
За гостиничным окном смеркалось, и начинал накрапывать мелкий дождик. Здесь, в глубине материка среди горных вершин погода сильно отличалась от побережья и имела характер непредсказуемый и переменчивый. Алена сидела на белом подоконнике в одном все еще влажном нижнем белье, укутавшись в большое теплое одеяло и молча наблюдала за меняющимися пейзажами. Ее одежда, вымокшая до нитки, вместе с одеждой Олеси была аккуратно развешана во всех возможных местах просторного гостиничного номера, который в срочном порядке пришлось арендовать, потому как везти еще пять часов домой стучащую зубами Олесю, было неочень хорошей идеей. Благо, в это время года в Плитвице не так уж много туристов, и большой семейный номер, состоявший из гостиной с диваном и телевизором, спальни и маленькой кухни, отыскался довольно быстро.
Падающие дождевые капли монотонно барабанили по стеклу и медленно ползли, образуя причудливые узоры на мокром окне. Этот мелодичный шуршащий звук очень успокаивал и навевал сон. Безумно хотелось курить, но идти на улицу не хотелось совершенно. Алена разглядывала вершины гор за окном, вспоминая, как совсем недавно вытаскивала из ледяного озера бесчувственное тело Олеси с фиолетовыми губами, и как тогда, возможно, впервые в жизни, по-настоящему испугалась за кого-то другого, вдруг осознавая всю мимолетность человеческой судьбы. В это время открылась дверь в гостиную, и вошла Марина, неся в руках чашку с горячим чаем. Она протянула ее Алене.
- Как она? - девушка сделала глоток, в глубине души мечтая, чтобы это оказалась водка с перцем.
- Я дала ей жаропонижающее, и она уснула, - Марина присела на край подоконника рядом с Аленой и с грустью посмотрела в окно. - Сегодня ночью переночуем тут, а с утра вернемся в Дубровник, надеюсь, ей станет немного легче. Но я еще тогда говорила, Олеся очень легко простужается, у нее уже поднялась температура и начался насморк, - она вдруг замолчала и перевела взгляд на свою собеседницу: - Ален, мне так неудобно перед тобой...
- Почему?
- Я затянула тебя в такую переделку. Наверное, ты ужасно испугалась. Спасибо тебе. С Олесей всегда что-нибудь случается, это просто ходячая катастрофа. Я должна была предвидеть, что это путешествие хорошо не закончится...
- Не говори глупостей, - Алена нежно улыбнулась, глядя в грустные голубые глаза, и примирительно положила свою холодную ладонь поверх марининой руки. - Ты абсолютно ни в чем не виновата. Это просто случайность. К тому же все закончилось хорошо, все живы и почти здоровы. А вот если бы не это путешествие, я никогда бы не побывала в таком потрясающем месте. Так что это тебе спасибо.
Марина смущенно опустила глаза и вновь как-то по-детски раскраснелась, но на ее лице уже играла едва заметная улыбка. Она боковым зрением наблюдала, как из-под толстого одеяла выглянуло голое плечо с тонкой лямочкой от черного бюстгальтера. Это зрелище было и невообразимо притягательным, и несколько вызывающим. Она аккуратно извлекла свою руку и боязливо прижала ее к груди, ощущая, как участилось сердцебиение под серым джемпером, который сейчас был на ней.
- Марина...
- Да?..
-- Признаюсь честно, я никудышный пейзажист, но я бы я радостью нарисовала твой портрет. Если ты не против? - Алена попыталась вновь заглянуть в манящую глубину прекрасных голубых глаз.
Не оборачиваясь, Марина лишь сильнее зарделась и сконфужено ответила:
- Я была бы рада, - она поднялась с подоконника. - Давай спать, мы очень устали все за сегодняшний день. Доброй ночи, - и она поспешила покинуть гостиную.
Оставшись наедине с чаем и дождем, Алена устало откинулась на оконную раму и закрыла глаза. В голове художницы бесконечно плыл такой притягательный образ блондинки. Ей удивительно шли местные пейзажи. И на любом фоне, в любой одежде она была неповторимо женственной, хрупкой и почти сказочной.
Просидев еще некоторое время у окна, Алена, наконец, решила отправиться спать. Она кое-как примостилась на диване, который поленилась разложить, и моментально забылась тревожным сном, где все еще плутала по хорватским предгорьям и искала потерявшуюся там маленькую девочку с золотыми волосами. Продираясь сквозь плотную лесную чащу, она звала в пустоту, не слыша ответа, и все повторяла одно и то же имя...
Внезапно почуяв чье-то присутствие, Алена силой воли заставила себя проснуться. В комнате было совсем темно, дождь все так же барабанил по крыше, а рядом на диване сидел женский силуэт. Холодное свечение луны падало серебристо-голубыми полосами на обнаженную кожу. Было слышно неровное напряженное дыхание, как будто девушке было трудно дышать. Она повернула лицо, и ее большие зеленые глаза сверкнули в темноте, заставив вздрогнуть от неожиданности сонную Алену.
- Я разбудила тебя? - виновато спросила Олеся и придвинулась ближе, чтобы ее лучше было слышно. - Прости. Мне не спалось. Наверное, опять поднялась температура. Я просто хотела тебя поблагодарить...
- Олесь, ложись спать, - Алена повернулась на бок, чувствуя, как начинает побаливать голова от резкого пробуждения. - Ты простудилась, тебе надо хоть немного прийти в себя, чтобы завтра мы смогли отправиться домой.
- Я так испугалась... - продолжала жалостливо напевать Олеся. - Понимаешь, я совсем не умею плавать.
- Ну, это не проблема, - Алена все же уселась на диван, смиряясь с тем, что поспать ей пока не удастся. Вот вернемся в Дубровник, и я могу тебя научить плавать в море, это гораздо проще, чем в пресной воде.
- Правда? - хлюпая носом, оживилась Олеся. - Я бы очень хотела. Сколько раз пробовала, никогда не получалось. Может, у тебя получится, - она игриво наклонила голову и приблизилась к собеседнице всем телом.
- Поверь, в этом нет ничего сложного.
- Почему-то мне кажется, ты могла бы меня многому научить...
С этими словами она медленно коснулась алениных губ своими губами, и ее вспотевшие от волнение руки поползли по тонкой шее художницы, зарываясь в темные густые волосы. Алена почувствовала, как, легонько царапая нежную кожу, пробежалась по ее телу острые коготки, как из разгоряченного рта послышался легкий стон. Впадая волнами в накатывающее возбуждение, она где-то на самом краю сознания, падающего в бездну инстинктов, различила едва слышимый голос разума, который истошно вопил: "Нет! Не смей!" Она с силой сжала кулаки, понимая, что ее пальцы уже интуитивно ощупывают голую спину, поддавшись соблазну, и вдруг резко отпрянула, почти свалившись с узкого дивана. Оторопевшая Олеся смотрела во все глаза, ничего толком не понимая.
- Ч..что?.. Что не так? - сбивчиво прохрипела она. - Что случилось?
- Прости, я не могу, - Алена встала на ноги и нервно прошлась по комнате, ощущая понемногу скапливающуюся ненависть за своей спиной. - Олеся, так нельзя.
- Ты что, боишься заразиться? - прошипела обиженная девушка, пытаясь хоть как-то логически объяснить происходящее.
- Нет, не в этом дело, - Алена строго посмотрела на рыжеволосую красавицу; даже сейчас, когда она кипела яростью и жаждой мести, она продолжала быть невероятно сексуальной, ее хрупкие плечи и потрясающая грудь в полумраке комнаты мешали сосредоточиться и внятно объяснить свои доводы. - Олеся, ты очень мне нравишься, но я люблю другую девушку.
- И что? - в нетерпении парировала Олеся. Я же не жениться предлагаю! Кто эта девушка? - Алена молчала. - Марина, да? Ты в своем уме? Она замужем! И ей никто, кроме мужа, нафиг не нужен!
- Нет, я не имею ввиду Марину...
- Тогда тем более! Ее тут нет! В чем проблема?
- Я так не могу, - сглотнув подкативший комок в горле, твердо заявила Алена. - Прости...
Не зная, что ответить, Олеся все блуждала рассеянным взглядом в ночной тьме. В ее сознании рушились все представления о мире и людях. Ей вдруг стало безумно холодно и захотелось бежать, как можно дальше от этого места. Едва справляясь с подступившими слезами, она пыталась сохранить остатки самообладания и не начать реветь прямо на глазах человека, который сначала отважно спас ее от гибели, а тебе цинично отверг искреннее желание насладиться самым приятным из ночных развлечений. Она встала, покачиваясь на нетвердых ногах, и вышла прочь из комнаты.