Глава 4: Формулы и предлоги
Формулы и предлоги
В библиотеке было слишком тихо.
Та тишина, которая не успокаивает, а давит. Часы на стене тикали раздражающе громко, страницы учебников шелестели как будто специально медленно, а формулы в тетради выглядели так, словно кто-то нарочно усложнил их, чтобы проверить терпение человечества.
Адель сидела за дальним столом у окна уже почти час.
Перед ней лежал учебник по алгебре, исписанная тетрадь и телефон с открытой вкладкой: «Как быстро понять алгебру, если ничего не понимаешь».
Она понимала... примерно ничего.
— Ну почему это вообще существует... — пробормотала она, глядя на очередную теорему.
Её брови сошлись, пальцы теребили край страницы. Она пыталась разобрать доказательство шаг за шагом, но цифры расползались в голове. Формулы превращались в абстрактный набор символов.
Она переписала пример.
Стерла.
Попробовала снова.
Стало чуть лучше. Совсем чуть-чуть. Но всё равно ощущение было такое, будто она собирает пазл без половины деталей.
Она глубоко вздохнула и уткнулась лбом в ладонь.
Рост, баскетбол, шутки — с этим всё понятно.
А вот алгебра — это отдельный вид пытки.
Через ещё десять минут она закрыла учебник. Не победа, но хотя бы прогресс. Она решила три задачи сама. Криво, но сама.
Голова гудела.
Когда она вышла из библиотеки, воздух в коридоре показался почти свежим спасением. Сумка неприятно тянула плечо, а мысли всё ещё крутились вокруг формул.
Она шла по школьному двору медленно, глядя под ноги. Мысленно повторяла правило, которое только что пыталась запомнить.
— Если дискриминант меньше нуля, то...
— Привет.
Она вздрогнула.
Лу.
Он догнал её чуть сбоку. Шёл неловко быстро, будто сомневался — стоит ли вообще подходить. Щёки уже привычно розовые, рука то и дело поправляла край кофты.
Он явно репетировал фразу заранее.
— Привет, — ответила она, автоматически выпрямившись.
— Эх... — он отвёл взгляд на секунду. — Ты случайно не знаешь, когда компания сегодня собирается?
Он произнёс это почти слишком аккуратно. Слишком нейтрально.
Адель чуть нахмурилась.
Не потому что ей не понравился вопрос — просто она не ожидала, что он заговорит первым. Мгновение её молчания показалось Лу вечностью.
«Зря. Я зря подошёл.»
Он уже мысленно прокручивал, как можно уйти максимально естественно.
Но она вдруг улыбнулась.
— В шесть. У тебя же дом свободен, верно?
Он облегчённо кивнул.
— Да... да.
— Отлично. Тогда сначала мы, скорее всего, будем на кухне, потому что Гия опять принесёт что-то странное из пекарни, и мы будем спорить, съедобно это или нет. Потом кто-нибудь включит музыку, и всё закончится тем, что мы будем сидеть на полу и обсуждать, почему мир странный.
Она говорила быстро. Почти без пауз.
Смущение пряталось за потоком слов.
Лу слушал и пытался не выглядеть так, будто ему нравится просто идти рядом с ней.
— Это... звучит логично, — тихо сказал он.
— Да? — она усмехнулась. — У нас вообще довольно предсказуемый хаос.
— Мне нравится хаос, — вырвалось у него.
Она повернула голову.
— Правда?
— Если он... — он задумался, подбирая слова. — Если он с правильными людьми.
Между ними на секунду повисло мягкое молчание.
Адель почувствовала, как тепло поднимается к щекам. Она отвела взгляд и сказала первое, что пришло в голову:
— Ну, главное, чтобы никто не начал обсуждать алгебру. Иначе я официально ухожу в лес жить отшельницей.
Он улыбнулся шире.
— Сложно?
— Это заговор. Формулы специально созданы, чтобы унижать меня.
— Могу помочь, если хочешь.
Он сказал это почти тихо. Осторожно.
Она посмотрела на него внимательнее.
— Ты понимаешь алгебру?
— Немного, — он пожал плечами. — Не гений. Но... понимаю.
— Предупреждаю, я могу начать спорить с теоремой.
— Я готов.
Она рассмеялась.
— Ты слишком спокоен для человека, который добровольно предлагает объяснять мне математику.
Они вышли за ворота школы.
Разговор стал легче. Они перескакивали с темы на тему: тренировка, глупая история из класса, кто-то из общих знакомых.
Адель шутила чаще обычного. Иногда шутки были откровенно нелепыми.
— Представь, если дискриминант — это просто настроение уравнения. Типа: «сегодня я меньше нуля, не трогай меня».
Он тихо смеялся.
— Тогда у тебя с ним сложные отношения.
— Очень токсичные.
Он всё ещё слегка краснел, но уже не так сильно. Разговор выравнивал дыхание.
Ему нравилось идти рядом с ней. Нравилось, что она не молчит. Нравилось, что иногда она смотрит на него, будто проверяет — он всё ещё здесь?
И он был.
У тротуара стояла знакомая машина.
Адель замедлилась.
— Это папа.
Она повернулась к нему.
На секунду стало чуть неловко — как будто разговор оборвался слишком резко.
— Тогда... — он кивнул. — До вечера?
— До вечера, — мягко ответила она.
Она помахала рукой. Он тоже.
Она быстро подошла к машине, открыла дверь, села внутрь. Перед тем как закрыть дверь, ещё раз взглянула в его сторону.
Он всё ещё стоял там.
И смотрел.
Дверь закрылась. Машина тронулась.
Лу выдохнул.
— Ну? — раздался голос сзади.
Джэйвон.
Он, конечно, всё видел.
— Просто спросил про вечер, — сказал Лу, пытаясь звучать спокойно.
— И?
— И мы... поговорили.
— Поговорили? — Джэйвон ухмыльнулся. — Это уже прогресс.
Лу не мог скрыть лёгкую улыбку.
— Она сказала, что будет в шесть.
— Я не про время, гений.
Он приобнял Лу за плечо и слегка встряхнул.
— Ты подошёл. Заговорил. Это шаг.
— Это был предлог.
— Неважно. Шаг есть шаг.
Лу опустил взгляд, но улыбка осталась.
— Думаешь, она просто вежливая?
— Думаю, — Джэйвон хлопнул его по спине, — если бы ей было всё равно, она бы ответила одно слово и ушла.
Он сделал паузу.
— А она шла и болтала.
Лу почувствовал, как внутри появляется тихая, осторожная надежда.
Не громкая.
Не уверенная.
Но настоящая.
— Ладно, — сказал Джэйвон. — В шесть. И не вздумай передумать.
— Я не собирался.
И впервые за день Лу шёл домой не думая о том, что мог сказать лучше.
Он думал о том, что уже сказал.